Мои Конспекты
Главная | Обратная связь


Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Получать ли медаль Эдисона? Нарушенная церемония. Катарин Джонсон



Высшей научной наградой за работы в области электротехники и науки об электричестве в США считалась медаль Эдисона, присуждаемая ежегодно Американским институтом электроинженеров.

В 1916 году председателем комиссии по присуждению медали Эдисона был Беренд, крупный ученый, одним из первых не только понявший смысл открытия Теслой вращающегося магнитного поля, но и разработавший в 1896 году теорию так называемой круговой диаграммы электродвигателя переменного тока. Беренд написал один из наиболее известных в США учебников по индукционным моторам, много работал в различных фирмах в качестве консультанта, занимал видное место в Американском институте электроинженеров и был одно время его вице-президентом.

Всем этим Беренд считал себя обязанным Николе Тесле. В 1901 году после их встречи, когда Тесла заказал фирме, где Беренд был главным консультантом, изготовление генератора для «Мировой системы», оба инженера стали друзьями, и эта дружба продолжалась до самой смерти Теслы.

Беренд предложил присудить медаль Эдисона за 1916 год тому, чьи заслуги перед институтом были особенно велики. Он напомнил, что большинство работ, выполненных в стенах этого института, относятся к теории переменных токов и индукционных электродвигателей, то есть так или иначе связаны с первым открытием Николы Теслы. Предложение Беренда было принято, и медаль присудили Тесле.

Сообщить об этом лауреату было поручено Беренду, но Тесла категорически отказался принять и эту награду.

– Забудем все это, – отвечал он Беренду. – Я очень ценю вашу дружбу, но я прошу вас предложить медаль другому. Прошло уже тридцать лет со времени моего доклада в институте, и теперь я не нуждаюсь в признании моих заслуг. Жизнь наградила меня большим признанием. Пусть же институт награждает медалью того, кто не рассчитывает на другие награды.

– Я понимаю вас, Тесла, – отвечал Беренд. – Признание запоздало, но это не может быть единственной причиной вашего отказа. На правах старого друга я прошу вас разъяснить мне его причину.

– Институт предполагает, что оказывает мне большую честь, предлагая медаль. Стремление украсить меня этим внешним признаком внимания только скроет ото всех ту обстановку, которая создана для моего ума – отсутствие какой бы то ни было возможности продолжать работу. Пантомима награждения Теслы медалью будет, по существу, торжеством Эдисона, который уже и ранее незаслуженно разделял славу с каждым награжденным, с каждым лауреатом этой медали. Я же не хочу увеличивать его славу тем, что буду обладать медалью его имени.

– Нет, Тесла, нет, вы не правы. Вы должны принять этот знак уважения всех ваших коллег. Мы не имеем другого способа для выражения нашей признательности вам, вызвавшему к жизни переменный ток и тем самым давшему небывалый толчок к расцвету всех сторон науки и техники.

После длительных уговоров Беренду удалось все же убедить Теслу принять награду.

Церемония вручения медали требовала ответной речи со стороны награждаемого. Но Тесла категорически отказался от этого – институт не наградил его тогда, когда он имел свою лабораторию и совершал одно за другим открытия в области электротехники. Теперь же он не имеет ни лаборатории, ни новых изобретений. Правда, все считали, что Тесла может использовать этот случай для напоминания о своих планах, для нового блестящего триумфа, но он не захотел делать этого.

Все же торжества в честь нового лауреата состоялись, и церемония вручения медали проходила по всем принятым правилам. 18 мая 1917 года Клуб инженеров в Нью-Йорке дал в честь награжденного парадный обед, на который собрались лауреаты медали и члены института. Это было одно из самых блестящих собраний выдающихся талантов в области электротехники, и все ожидали, что Тесла произнесет одну из лучших своих речей.

Беренд заехал за Теслой в отель и застал его почти готовым отправиться на обед.

– Простите, мой дорогой Беренд, я задержу вас на несколько минут. Есть еще одно неотложное дело, которое я не могу не выполнить, – и с этими словами Тесла начал рассовывать по карманам какие-то небольшие пакетики.

Вестибюль и зал Клуба инженеров был уже заполнен гостями, когда приехали Тесла и Беренд, Все стихло, как только на сцене, где должна была происходить церемония вручения медали, показались самые выдающиеся электротехники Америки в положенных по традиции костюмах – черных фраках и белых галстуках. Вот они уже встали полукругом, как того требовал ритуал, вот уже появился президент, намереваясь произнести традиционное обращение к новому лауреату, но кресло Теслы было пусто.

Все поиски виновника торжества как в парадном зале, так и в прилегающих комнатах клуба, в вестибюле и коридорах оказались напрасными. Больше всех волновался Беренд: ведь только что Тесла стоял рядом с ним, и исчезновение его было необъяснимо. Все члены комитета отправились на поиски таинственно пропавшего ученого, чья высокая и весьма видная фигура не могла остаться незамеченной среди толпы.

Никто, кроме Беренда, не знал о нежелании Теслы получать медаль и об отрицательном отношении к церемонии ее вручения. В раздумье Беренд вышел из помещения клуба и по аллее парка, окружающего здание инженерных обществ, где помещался клуб, направился к примыкающему к нему зданию Публичной библиотеки.

Вскоре взору Беренда открылась картина, поразившая его своей несвоевременностью. Тесла стоял перед библиотекой, выделяясь темным силуэтом в лучах заходящего солнца. Вокруг него у самых ног с тихим воркованием прохаживались взад и вперед, ожидая корма, голуби самых различных расцветок. Наиболее смелые сидели на плечах и на голове своего старого знакомого, как всегда пришедшего в определенный час с пакетиками корма.

Беренд едва не бросился к ученому, но инстинктивно сдержал этот порыв. Тесла, увидев друга, жестом остановил его и потихоньку начал поворачиваться к нему. Почувствовав движение человека, голуби слетели с его головы и плеч. Только после этого Тесла подошел к Беренду.

– Я забыл предупредить вас, что настал час кормления голубей, а для меня это куда важнее, чем награждение медалью, – объяснил Тесла свое исчезновение.

– Вы могли отказаться от награждения, но, согласившись принять медаль, не должны были нарушать установленного порядка ее вручения, – и с этими словами Беренд увлек Теслу в зал.

С запозданием на двадцать минут церемония была, наконец, начата. Вручение медали Эдисона сопровождалось речью, произнесенной Чарлзом Торри. Затем выступил Беренд.

Он сравнивал открытие возможности создавать вращающееся магнитное поле и использовать его для получения переменного тока с великими открытиями Фарадея; еще более высоко оценивал он работы Теслы по созданию электродвигателей многофазного тока.

– Надлежащее признание или даже простое перечисление изобретений мистера Теслы невозможно, – говорил Беренд, – да и не требуется в настоящее время. Достаточно сказать, что если бы мы вдруг захотели собрать результаты деятельности мистера Теслы и изъять их из промышленного использования, производственное развитие замерло бы, наши трамваи, троллейбусы и электропоезда остановились бы, в городах воцарился бы мрак, жизнь предприятий замерла. Да, труды его столь необъятны, что они стали основой основ нашей промышленности. Его имя знаменует эпоху расцвета науки об электричестве. Его достижения произвели революцию в области электротехники.

Мы попросили мистера Теслу принять эту медаль. Мы сделали это не только ради оказания ему чести или во имя желания увековечить его имя, ибо до тех пор, пока только люди будут заняты в промышленном производстве, труды Теслы будут неотделимы от самой мысли об электротехнике и имя его подвергается не большему риску быть забытым, чем, скажем, имена Фарадея и Эдисона.

И не только потому наш институт присуждает мистеру Тесле медаль, что последняя является свидетельством официального признания его заслуг. Его работы стоят выше этого признания.

Нет, мистер Тесла, мы просим вас хранить эту медаль как символ нашей благодарности за новую созидательную мысль, за могучий, подобный революции, толчок, который вы произвели в нашей науке и технике. Вы дожили до того момента, когда можете увидеть осуществленными творения своего гения. Чего еще остается желать человеку? Мне хочется отнести к мистеру Тесле перефразированные строки Попа, посвященные Ньютону:

 

Природа и ее законы во мраке спрятаны давно.

Но бог сказал: «Да будет Тесла!» – и стало все освещено.

 

Конечно, кое-что в этой речи и преувеличено. Как бы ни были велики заслуги Теслы в создании многофазных переменных токов, нельзя умалять заслуг и других электротехников, внесших немало ценного в создание современной системы трехфазного переменного тока. Яблочков, Лачинов, Депре, Феррарис, Шалленберг, Штейнметц и, конечно, М. О. Доливо-Добровольский должны быть названы наряду с Николой Теслой в числе создателей современной электротехники. Коллективная заслуга перечисленных ученых и множества других, принимавших участие в творческой разработке самых различных вопросов, связанных с практическим использованием электричества, необычайно велика, и имя Теслы, стоящее в ряду этих людей, никогда не изгладится из памяти благодарного человечества. И не медаль Эдисона будет действительно достойной наградой этому великому труженику науки.

Не сохранилось текста ответной речи Теслы. Вынужденный произнести хоть несколько слов, он начал повествование о будущем электрической науки, повествование, показавшееся всем фантастическим и несерьезным. На большинство молодых инженеров-электриков, не помнивших блестящих лекций Теслы, его изумительных открытий и предвидений, он произвел своей речью впечатление скорее мечтателя, чем серьезного ученого.

Награждение медалью ничем не изменило положение Теслы. По-прежнему бедность была самым тяжелым бичом стареющего изобретателя. Шестидесятилетие застало его почти в нищете. Война прервала связи с родными в далекой разоренной Хорватии. Давно не было писем от сестры Марицы Косанович. Только Джонсоны не забывали старого друга. Письмо Катарин 10 июля 1917 года было полно обычной материнской нежности и тихой грусти.

«Приходите, – писала она, – хотя бы на минутку… Не видела Вас сто лет, хотя я всегда на Вашем пути.

Прошлую субботу и все воскресенье я была дома, так как не знаю почему думала, что Вы придете… Я устала от ожидания ответа…»

Но Тесла все больше и больше замыкался в себе. Он по-прежнему относился к Катарин с большим уважением, предупредительностью и дружбой. Но прежде всего он думал о науке.

«Вам, такому нечеловеческому созданию, – писала однажды Катарин, – никто не нужен. Как странно, что я не могу без Вас».

В начале 1920 года Джонсоны уехали в Европу – Роберт Андервуд был назначен представителем США на конференции в Сан-Ремо, а затем послом США в Риме. Почти два года пробыли они далеко от Нью-Йорка. Но письма Катарин доходили до Теслы и снова пробуждали печаль,

«Как Вы живете? – писала она из Италии. – Я хотела бы от Вас, мой вечно дорогой и вечно молчаливый друг, получить хоть какие-нибудь вести, все равно, хорошие или плохие. Но если Вы не хотите мне написать хотя бы одну строчку, подарите мне одну мысль, и ее примет и перешлет мне какой-нибудь тонко устроенный прибор. Не знаю, почему мне так грустно, у меня такое ощущение, как будто жизнь отошла от меня. Может быть, я слишком одинока и мне необходимо общество. Думаю, что была бы счастлива, если бы знала что-нибудь о Вас, о Вас, который не думает ни о чем другом, кроме своей работы, и кому не нужны никакие человеческие заботы. Это не то, что я хотела сказать, но я уж такая.

Преданная Вам К Дж.

P. S. Вы помните золотой доллар, который Вы дали Роберту? Все лето я ношу его с собой как талисман».

Катарин уговорила мужа посетить страну, которую они уже давно считали самой лучшей после Америки. Побывать на родине голубоглазого гения, образ которого никогда не покидал Катарин во все дни их путешествия, было ее заветной мечтой. И вот они в Сербии. Из Белграда Катарин писала Тесле:

«Вот мы и в Белграде… Мы приехали из Рима с г-ном Весничем, который последнее время является там представителем Сербии… Представляю, как горели Ваши уши, так как мы разговаривали о Вас и о Риме, о Вас и об Америке, о Вас и о Сербии, о Вас и о науке, о Вас и о Вас. Боюсь, что я больше всего говорила о Вас…»

Тесла не встречался с Джонсонами многие месяцы и после их возвращения из Европы. Зачем? Жизнь уже прожита, прошлого не вернешь, если даже и не думать о том, что Катарин была женой его лучшего друга. Наука, одна наука, одна всепоглощающая страсть.

 

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ