Мои Конспекты
Главная | Обратная связь


Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Перевод: Назар Черковский.



Генгам – спокойный город в Бретани, который находится в северо-западной части Франции, с населением меньше 8 тысяч. Марсель – абсолютная противоположность ему. Огромный портовый город Средиземного моря, Марсель является вторым самым большим городом во Франции с населением более 850 тысяч. Он отличался своей суетливостью, чрезмерным шумом и многогранной культурой. У «Генгама» была фанаты из самого города и, возможно, из ближайших к нему населенных пунктов. «Марсель» же поддерживают фанаты со всего мира. На то время, стадион «Генгама» вмещал около 16 тысяч людей, а марсельский «Велодром» имел вместительность в 60 тысяч. Вот лишь несколько отличий между этими двумя клубами.

 

Трансфер был завершён в то время, когда я находился в расположении своей сборной, поэтому к самой команде я впервые присоединился в конце предсезонной подготовки. По иронии команда находилась в Бретани, недалеко от Генгама. Мне немедленно помогли адаптироваться и чувствовать себя легко. Я делил комнату с капитаном, игроком сборной Швейцарии Фабио Селестини, он рассказал мне немного о нашем главном тренере Аллане Перрине, о его методах работы, а также каким он является человеком вообще. Ещё он дал мне ценный совет: мне следует просто делать свою работу и наслаждаться собой. Это позволило мне немного расслабиться. Для меня странным было видеть фанатов «Марселя» повсюду. Их поддержка показала мне, что популярность «Марселя» была на куда более высоком уровне по сравнению со всеми предыдущими клубами, в которых я пребывал.

 

К счастью, главное внимание фанатов было приковано не к моей персоне, поскольку клуб также подписал Мидо из «Аякса» за 12 миллионов евро. Это было рекордной суммой, заплаченной за египетского игрока, поэтому всё внимание было сконцентрировано на нём, а не на том парне, который только что прибыл сюда из «Генгама» и имя которого многие люди так и не могли запомнить. Мне нравился такой ход событий. Я не чувствовал лишнего давления на себе и единственный прессинг, который я ощущал - мои собственные сомнения по поводу того, смогу ли я выступать на таком высоком уровне. Я стал частью чего-то большого, и такое чувство было для меня новым. На тренировках я упорно работал и старался учиться чему-то новому, но, в отличие от своих партнеров по команде, я чувствовал себя по-другому. Ощущение, будто они лебеди, элегантно плывущие по воде, а я где-то на дне и стараюсь выбраться наверх. Приблизительно такое чувство я испытывал на то время.

 

Должен сказать, что в этом я ни в коем случае не виню своих партнёров по команде. Они были невероятно дружелюбны. Я ожидал, что в команде будет много сильных личностей, которые профессионально выполняют свою работу и никогда не обращают внимания на то, что о них думают другие.

 

Вспоминаю свою первую тренировку в «Марселе». Август, было невероятно жарко и из-за того, что большую часть предсезонки я пропустил и не был с командой, моя физическая форма была хуже, чем у других. Мы начали бегать, и я не мог выдержать такого темпа. На меня повлияло солнце, я был полностью истощен, мое сердце начало биться очень быстро, а пульс зашкаливал. Я начал отставать от остальной команды, все сильнее и сильнее. Один из защитников, Джонии Эккер, заметил это, и вместо того, чтобы продолжать свое движение, оставив меня позади, он попробовал поддержать меня. «Давай, Дидье, давай». Я думал, что у меня нет никаких сил, чтобы продолжать, но он постарался сделать всё, чтобы помочь мне морально.

«Ничего страшного», сказал он. «Мы подождём. Мы будем следовать за тобой. Ты будешь впереди, мы все за тобой».

 

Так они и сделали. Я начал диктовать темп пробежки. Я был просто поражён таким поступком команды и подобной возможностью для себя. В любой другой команде, особенно низшего дивизиона, это было непозволительно. Там все было по-другому: если ты не успеваешь, значит не успеваешь, конец истории. Никто тебя не ждёт.

 

Я чувствовал, что меня рады здесь видеть, я ощутил это с самого начала. Это было действительно приятное чувство. У меня были хорошие отношения с Алланом Перрином, хотя он и был жёстким тренером, я все равно считал его хорошим человеком и отличным менеджером. Ты должен был постоянно слушать, что он говорит, он всегда рассказывал, что требуется, чего он хочет именно от тебя и какие ожидания возлагает. Он всегда говорил, что единственным, кто отвечает за твои действия на поле и за то, что происходит на этом поле, являешься ты сам. Я бы сравнил его стиль управления с Гусом Хиддинком. Но такой стиль не был общепринятым во Франции в то время, поэтому иногда у него случались конфликты с игроками, которые в неудачах команды в основном винили именно тренера. Но мое мнение по этому поводу таково: если ты достиг такого уровня в футболе, ты должен быть в ответе за все свои действия, ты должен знать, что от тебя требуется. Тренер может только указывать тебе, как лучше действовать, но ответственность за твое выступление всегда только на тебе.

 

Мне нравилась работа Аллана Перрина, который ещё и сдержал свое обещание. Он пообещал найти мне роль в команде, что вскоре он и сделал: это была роль одного из двух форвардов впереди. Он дал мне возможность показать себя. Я начал забивать голы с самого начала, еще в товарищеских предсезонных играх.

 

Наша жизнь часто сопровождается странными совпадениями. Нашей первой игрой в лиге стал матч против никого другого, как «Генгама», моего бывшего клуба, на стадионе «Рудуру». На этот раз я приехал на этот стадион, чтобы победить хозяев поля, это было странное чувство. В итоге я не забил, но увидел многих бывших партнеров по команде, местных фанатов, которые очень тепло встретили мое возвращение. Я знал, что нужно держать все эмоции в себе, дабы это не сказалось на качестве моего выступления. Я должен был не дать эмоциям возобладать мной, хотя бы до конца матча. В противном случае мне было бы очень сложно удерживать концентрацию. Честно, я был опечален тем, что покинул «Генгам», но в то же время я был очень рад своему переходу в «Марсель».

 

Мне дали футболку с моим любимым 11-ым номером. Раньше футболку с этим номером носила легенда клуба и всего футбола Эрик Кантона. Видеть на этой футболке мое имя было странно для меня. Я вспоминаю свой первый матч на «Велодроме», я был просто вне себя от счастья. Помню, я увидел баннер на другом конце стадиона, на котором был изображен я, а ниже была подпись: «Дрогба, забей гол за нас».

 

Каждый матч слышать, как фанаты распевают твое имя, плюс регулярно выходить на поле такого великого стадиона, как «Велодром», да ещё и осознавать всё величие истории этого клуба – эти элементы были почвой для моей мотивации, они всегда восхищали меня. Я переживал неимоверные эмоции в тот момент. Я помню те чувства, переполнявшие меня, когда я стоял в тоннеле «Велодрома» перед матчем, ожидая, что сейчас я сыграю перед 60-тысячной публикой. Каждая игра здесь была особенной.

 

Свой первый гол за «Марсель» я забил в выездном матче против «Ланса» в Августе. А свой первый домашний гол я забил уже в следующей игре, это была победа над «Сошо». После каждого гола я начинал танцевать копе-декале, это популярный танец в Кот-д’Ивуаре, движения которого знали все африканские меньшинства во Франции. Этот танец стал моей визитной карточкой того сезона, фанатам он очень нравился.

 

После матча против «Сошо» в моей карьере наступила новая веха – групповой этап Лиги Чемпионов. Мы квалифицировались в групповой этап еще в Августе, когда по сумме двух матчей обыграли «Аустрию». Таким образом, мы оказались в одной группе с «Партизаном» Белградским, «Порту», и «Реалом». Нашей первой игрой на групповой стадии стал матч на «Бернабэу» против «Реала» в середине сентября. Игроков их команды называли лучшими в мире, на самом деле, так и было. Начиная от их капитана Рауля, заканчивая Зиданом, Роналдо, Фигу, Касильясом и Бекхэмом. Дэвид как раз тем летом перешел из «МЮ» в «Реал» за огромные деньги.

 

Я не мог поверить, что выйду на поле одной из самых больших футбольных святынь мира, на поле «Сантьяго Бэрнабэу». Лига Чемпионов – это особенный турнир. Я помню, как по вечерам вторника и среды мы с друзьями постоянно собирались перед телевизором для совместного просмотра этих матчей. Потом играл гимн Лиги Чемпионов… Я прекрасно помню, как вышел на поле в Мадриде и встал в одну линию с такими великими игроками. Я тогда говорил про себя: «Я сделал это! Я сделал это!». Я все равно не мог поверить в то, что происходит.

 

Удивительно, но на поле я себя чувствовал более чем уверенно, несмотря на то, что был опьянен всем окружавшим меня в тот момент. Я верил, что мы можем показать хорошую игру и не ударим лицом в грязь. В один момент я почувствовал, что могу расслабиться и наслаждаться матчем. На тренировке перед этим матчем я повредил лодыжку, и моё участие в нем было под вопросом, ведь во время тренировки я продолжал чувствовать боль. Всё равно мне удалось восстановиться к самому матчу и я сыграл. Я открыл счёт на 26-ой минуте и в порыве радости побежал к угловому флажку, чтобы отпраздновать это. Наши фанаты были высоко и я почти не слышал их, но фанаты «Реала» сразу начали оскорблять меня. Я точно слышал слово «обезьяна». Я был в шоке от такого. Несмотря на то, что мой ум был ослеплен от того, что я забил гол, в тот момент я подумал: «Вау, такая великая команда, как «Реал Мадрид». Я не могу поверить, что у них такие фанаты!».

 

В итоге «галактикос» победили нас со счетом 4:2, но мы возвращались в Марсель с чувством выполненного долга. Мы чувствовали, что сыграли хорошо. Такой настрой дал нам много уверенности перед нашим следующим матчем против белградского «Партизана», в котором мы победили 3:0. И я опять забил наш первый гол. Мне очень нравилась игра нашей команды, а также я был доволен своим собственным выступлением.

 

Мои друзья постоянно отправляли мне поздравительные смс-ки (даже после проигранного матча против «Реала»). Мои родители, моя семья немного сдерживали свои эмоции по этому поводу. Но это не относится к моим друзьям, которые постоянно высказывали свое восхищение происходящим: «Лига Чемпионов! Я не могу поверить, что ты играешь в Лиге Чемпионов! Какие чувства?». Я точно так же, как и мои друзья, не мог поверить в происходящее. Я ответил на это сообщение приблизительно так: «Ну, в принципе, хорошие чувства». После того, как я послал это сообщение, я начал громко смеяться. Если честно, я чувствовал себя комфортнее, играя в Лиге Чемпионов, чем в Лиге 2. Та борьба, те задачи и сложности, которые давала Лига Чемпионов - я чувствовал себя в них как дома, очень комфортно. В ЛЧ нужно больше думать головой, думать о сопернике и о себе одновременно. В Лиге 2 были другие задачи, суть футбола была другой, совсем другой.

 

Нам предстояло сыграть два матча подряд против «Порту» в Лиге Чемпионов, которые станут победителями Лиги Чемпионов в том сезоне. Мне предстояло встретиться с ним, с Жозе Моуриньо. В первом матче на «Велодроме» я забил снова, было очень обидно, что мы проиграли тот матч 2:3, в Португалии мы также проиграли 1:0. Мне было очень приятно, что защитники, против которых я играл, переговаривались во время игры и я услышал фразу, что остановить меня можно только с помощью фола. Это значило, что я делаю всё правильно. Тот комментарий – лучший комплимент, который можно сделать форварду.

 

Тогда я впервые встретился с Жозе – он подошёл ко мне в подтрибунном тоннеле после матча, и шутя спросил меня, нет ли у меня братьев или кузенов из Франции, которые играют так же хорошо, как и я. «В принципе, в Африке есть множество игроков, которые даже лучше меня», отшутился я.

«Однажды, когда я смогу позволить себе это, я подпишу тебя в свою команду», сказал Жозе и мы разошлись в разные стороны.

 

Я не придал этим словам большого значения, но я замечал его помощника Андре Виллаш-Боаша на матчах «Марселя». Я понимал, что он наблюдает за мной и постоянно отчитывается по поводу моей игры перед Моуриньо.

 

Я был в шикарной физической форме, никогда раньше я не был настолько силён в физическом плане, это позволило мне почувствовать уверенность в собственных силах. Я чувствовал, что становился очень сильным футболистом. Это стало возможным не только из-за моей постоянной работы на тренировках. Здесь нужно благодарить Стефана Рено и Паскаля Керло, с которыми я начал работать ещё в «Генгаме» и продолжаю работать до сегодня (разве что Паскаль ушёл несколько лет назад и вместо него начал работать Матье Бродбэк). Изначально они работали с моим одноклубником в «Генгаме», Флораном Малуда, который всегда очень быстро восстанавливал свою физическую форму, особенно это было заметно в те моменты, когда промежуток между матчами составлял 3 дня. Он всегда выглядел свежим и готовым, в отличие от меня. Мне всегда нужно было минимум 5 дней для того, чтобы полностью восстановить свои физические силы. Поэтому Флоран познакомил меня с тренерами, которые помогали ему восстанавливаться, причём не только физически, но и технически и тактически. Я начал работать с ними и это приносило успех.

 

Стефан – тренер по физической подготовке, спортивный физиотерапевт, специализировавшийся на упражнениях, которые должны помогать быстрее восстанавливаться после полученных травм. Это было сложно и очень долго. И когда я говорю «долго», я имею в виду не 20 минут, а 2 или даже 3 часа работы, чтобы заставить моё тело расслабиться, а мышцы успокоиться.

 

Паскаль был больше приближён к науке и академичной теории. У него были широкие познания в психологии, биометрике, физике и других науках. Когда мы работали вместе, постоянно смотрели видео различных матчей, анализировали увиденное. Подробно рассматривали движения, отборы, технику других игроков. Это было для меня очень полезно, потому что я так и не прошёл профессиональную молодежную академию. Занятия с Паскалем научили меня многому, в том числе тому, как правильно читать оппонента, понимать язык жестов. Как правильно выбирать позицию на поле и многие другие подробные аспекты игры.

 

Также раз в неделю я посещал остеопата для того, чтобы закрепить результаты проделанной мною работы. Некоторые люди говорили, что это бесполезно и в этом нет никакого смысла, но я был уверен на все сто, что работа с ними принесёт свои плоды в будущем. С того момента, как я начал работать с ними и до моего ухода из «Генгама», я почувствовал большую разницу в своих физических способностях и не только. Я начал больше забивать и моя карьера пошла вверх.

 

Моя «фитнесс команда» никогда не вмешивалась в дела клуба и его философию. Они всегда пытались найти общий язык с местными тренерами и помогали мне постоянно улучшаться. Точно так же, как и звёзды НБА Майкл Джордан и Коби Браянт, которые начали улучшать свою игру после того, как наняли собственных физиотерапевтов, я начал улучшать свою. Таким образом, моя «фитнесс команда» последовала за мной в «Марсель», а потом в «Челси», они никогда не давали мне расслабиться, всегда находили причины для сохранения мотивации. Я постоянно очень упорно работал над собой. Я всегда знал, что не являюсь самым талантливым парнем, но тяжёлая работа может привести меня к большим высотам. Я оказался прав.

 

К сожалению, результаты команды в сезоне были ниже ожидаемого. Мы начали хорошо после того, как в прошлом сезоне команда заняла второе место в Лиге 1, в сентябре этого сезона мы вообще возглавляли ее. Но после сентября наши результаты резко ухудшились. В лигочемпионовской группе мы заняли третье место и провалили задачу добраться до 1/8. А ведь мы немного жертвовали чемпионатом ради хороших результатов в Лиге Чемпионов, не получилось. В это время Аллан Перрин перестал верить в команду и прекратил общаться с нами, игроками. Фабьен Бартез перешёл к нам на правах аренды и «Манчестер Юнайтед» после того, как ошибка Ведрана Рунье сыграла решающую роль в матче против «Реала». Я был уверен, что эти два события связаны друг с другом. Как бы там ни было, но зима стала переломным периодом. Аллан Перрин имел разногласия с некоторыми игроками, а то, что наш капитан был травмирован, никак не помогало ситуации. Помню, как однажды я подошёл к одному из помощников главного тренера и сказал, что в команде на данный момент нет ни одного старшего игрока, к которому можно было бы обратиться за советом, нет человека, который бы повёл за собой, нет лидера. Он повернулся ко мне и сказал: «Ну, таким игроком должен стать ты!». Я? Быть лидером «Марселя»? Да перестаньте. Но в конце концов я почувствовал, что у меня нет выбора. Я чувствовал себя крайне естественно и спокойно. Для меня не составляло проблемы попробовать объединить всех в клубе. Поэтому я стал организовывать регулярные ланчи с некоторыми игроками после тренировки, или случайные ужины просто для того, чтобы игроки были вместе, чтобы помочь им почувствовать единство, вернуть тот командный дух. Это было весело, мы многое узнали друг о друге и о наших семьях. Это помогло нам вернуть наш командный дух.

 

Когда Аллана Перрина уволили в начале января, после нашего поражения и падения на шестое место в лиге, я искренне разочаровался, поскольку он являлся (и сейчас является) тем человеком, к которому я отношусь с большим уважением. Вместе с тем, я не был удивлён его увольнением, мы чувствовали, что это может случиться еще за несколько недель до этого. Меня только шокировало, что само увольнение произошло в достаточно брутальной манере. Он был тем человеком, который принес в «Марсель» групповой этап Лиги Чемпионов впервые за 4 года и он проделал огромную работу внутри команды. Он заслуживал уважение к своей персоне, ведь он очень много сделал для этого клуба. Но, в один момент что-то пошло не так, он начал терять связь с игроками. Тем не менее, Перрин был успешным тренером.

 

Вместо него был назначен Хосе Аньиго, тренер резервной команды. Он был уроженцем Марселя, всю жизнь прожил здесь и следует отметить, что его стиль руководства был дружелюбнее, он был более коммуникативным и близким к игрокам. Хосе быстро нашёл общий язык с игроками и мотивировал нас к новым свершениям. В прошлом я очень страдал, когда в моей команде меняли главного тренера. Зачастую новые тренеры всегда не были добры ко мне и не находили мне места на поле. Поэтому с первого дня я старался продемонстрировать ему, что он может на меня рассчитывать и я отдам всё, чтобы помочь команде. Как итог, наши отношения сложились хорошо с самого начала. Это был момент свежего старта для меня и для всей команды.

 

 

ГЛАВА 6. …И КАК ЭТО ЗАКОНЧИЛОСЬ