Мои Конспекты
Главная | Обратная связь


Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Циммерман 31 мая, вторник, утро



К плотине Нижегородской ГЭС прорвались без потерь и серьёзных проблем, такого наглого марша от них никто не ожидал. Два бандитских заслона, встретившихся по пути, сбили с ходу, кого-то положили, кто-то разбежался.

Циммерману, освободившемуся от постоянного и тоскливого давления эсбэшников, жизнь снова начала нравиться. Он снова был настоящим командиром своим людям, знал, что нужно делать, ставил задачи и ждал их выполнения. Он больше не был бессловесным придатком к другим, ещё и занимающимся непонятными делами. А уцелевшие ерёменковские в чёрной форме теперь держали себя тише воды ниже травы, понимая, что операцию они провалили, облажались со всех сторон и лучше будет лишний раз о себе не заявлять. Такое положение вещей Циммера тоже со всех сторон устраивало.

Требуемый майор Сидельников, с которым следовало общаться, вышел на связь сразу, похоже, что так и дежурил в «кашээмке» в ожидании. Он взялся обеспечить беспрепятственный проход колонны к контролируемой ими территории. А то сунься так, наобум, и есть риск нарваться на излишне горячий приём, теперь по земле кто только не шастает.

Колонна проскочила через окраины Городца, где явно заправляли мертвяки, и быстро втянулась через заслоны и баррикады на контролируемую людьми территорию, что вытянулась вдоль берега и дальше распространялась на саму плотину.

На плотине колонну встретили, предложили рассредоточиться в редкой рощице, взялись кормить из полевой кухни. Циммера и Шилова проводили в штаб — скопление кунгов и вагончиков, где их Сидельников и встретил.

Он оказался собровцем, среднего роста, загорелым и жилистым, одетым в «горку» и увешанным оружием так, что непонятно, как вообще у него получалось ходить. Но ходил и даже бегал. Рукопожатие тоже было крепким, ладонь мозолистая, костяшки кулаков набиты в настоящие кастеты. Крепкий мужик, в общем.

— Ну здорово, — поприветствовал его Циммер. — Что тут у вас по обстановке? А то мне командир так, задачу общую поставил, мол, помоги людям, а конкретики никакой.

— А конкретика простая: есть группировка сборная, из кого попало, которой плотина нравится, — взялся объяснять Сидельников, жестом предлагая рассаживаться за складным столиком в бытовке, на котором быстро накрывали завтрак. — У нас тут с техникой проблем нет, складов много досталось, а вот с личным составом напряг страшнейший. Задач нарезано выше башки на всех, людей не так чтобы много, ну и получается, что обороняться можем, а вести борьбу всерьёз с «печенегами» не получается.

— С кем? — удивился Шилов.

— С «печенегами», — повторил Сидельников. — Новый термин появился, именуют так кочующие банды, норовящие присесть на какой-то ресурс. Это не местные, их откуда-то, чертей, принесло.

— То есть хотите перейти к обороне активной? — уточнил Циммер, примерно сообразив, откуда эти самые «печенеги» могли взяться и как он сам этому посодействовал.

— Именно, — подтвердил майор. — А то инициативу отдали противнику начисто, в результате несём потери бестолковые. Немного, но и нас мало.

— Понятно, разумно. — Циммер подвинул к себе тарелку с яичницей, взялся за вилку. — А чего город замертвячен? Тоже сил зачистить не было?

— Времени, скорее, не было. Так там жителей немало уцелело, перешли в Заволжье… это с другой стороны, прямо напротив. Заволжье, кстати, в основном отбили и зачистили, безопасный город.

— А что с плотиной?

— Пока на плотине оборону наладили, пока там часть города отделили, опорные пункты организовали, пока то, пока сё — «печенегов» принесло. Сейчас мертвяки у нас за естественный рубеж обороны. Не дают тихо подкрадываться.

— Понятно, — кивнул Циммер. — Это в городах уже за новое слово в тактике.

— Как же ещё? Самое оно. Ты, значит, со своими здесь остаёшься?

— Остаюсь, до приказа. Да и людей мне надо в нормальном деле потренировать, а то занимались тут… вспомнить противно. Ни пользы, ни толку… а, ладно, чего теперь.

После завтрака Циммер пошёл в штабную машину к Сидельникову, а Шилова отправил к колонне, наказав:

— Ты этих, безопасников, отправляй отсюда на «Пасеку», ну их к чёрту. Тут уже не по их задачам проблемы, а любопытствующих и подглядывающих нам не надо.

— Ясно, — кивнул заместитель. — А если с поправкой на то, что они по своим задачам в пролёте, то наверняка начнут у нас недостатки выискивать, реабилитации искать. Пусть валят отсюда.

— Ну видишь, поняли друг друга, — обрадовался Циммер. — Сразу их гони, загорать не давай. Отряд займи, пусть ПВД оборудуют и связь разворачивают, мы здесь застреваем. И подходи к Сидельникову, займёмся делом.

— Понял.

Шилов заскочил в командирский «Тигр», дат по газам и умчался в клубах пыли, а Циммерман вскарабкался в высоко сидящий на КамАЗе кунг.

Ожидавшаяся работа была ясна и привычна. Есть противник, есть «зелёнка», есть понятные задачи, что у самих, что у противника — всё то, чему он обучался и к чему он привык. Если не принимать во внимание мертвяков в прилегающем городке, то вообще ничего нового.

К Сидельникову подошли ещё двое офицеров, молодой и рыжий Белов, который командовал ведомственной охраной плотины ещё до Беды, и омоновский лейтенант Васечкин, молодой и, несмотря на фамилию, не по-русски смуглый; его взвод сейчас выступал за местную разведку. С народом действительно было туговато. Сидельников по секрету сказал, что даже внушительная вроде бы артиллерия укомплектована расчётами хорошо если наполовину. И то частично за счёт нашедшихся среди беженцев резервистов, а то вообще бы беда была.

Минут через тридцать, после того, как уселись за стол, по дороге проскочили грузовик, «Водник» и «бардак» из тех, что взяли в своё время в Муроме, на тепловозном заводе — уехали эсбэшники, трофейную броню им дали на усиление, на всякий случай. Циммерман облегчённо вздохнул и мысленно перекрестился. «Баба с возу — кобыле легче», — произнёс он про себя.

А вот случившееся дальше его уже озадачило. На короткую связь вышел Шилов:

— Циммер, слышь… — сказал он, — ты будешь смеяться, но у радистов перехват записан.

— И чего?

— Кто-то вышел на связь с хлебозаводом и дал команду неким «своим» отходить в Нижний.

— Направление на сигнал есть? — насторожился Циммерман.

— Естественно. С северо-востока сигнал пришёл, с бандитской территории.

— И что?

— И этот самый «кто-то» обматерил девку на связи с другой стороны, что дисциплину связи не соблюдает, хлебозавод своим именем назвала.

— Ещё информация есть?

— Разумеется. Тот, кто командовал, намерен соединиться со «своими», подойдя к Нижнему по другой стороне реки.

Циммерман задумался. Сильно задумался, до головной боли, зубами даже заскрипел. Затем он сказал:

— На командира с докладом пока не лезь, всё может туфтой оказаться. Идеи есть, откуда он полезет на другой берег?

— Думаю, что по плотине.

— Он и вплавь может, забыл?

— Может. Но зачем ему? Если он идёт уже из города и задачу выполнил, то знает, что плотина безопасна. И если не знает, то почти наверняка разведать решит. Если нас не обнаружит, то поедет по ней, зачем ему самому себе трудности искать?

— Логично. Готовь засаду.

— «Чёрных» возвращать?

— Да пошли они, только завалят дело. Пусть катятся.

Он поднял глаза на слушающих с любопытством разговор и спросил, обращаясь к Сидельникову:

— Поможете захват организовать? Аккуратный, чтобы без стрельбы и членовредительства?

— Кого? — коротко спросил тот.

— Да поедет через вас отрядик небольшой. Так нормальные ребята, только резкие, как понос. Если не поймут шутки, то могут в бутылку полезть.

— Для проверки остановятся? — уточнил собровец.

— Вот и я о том, — удовлетворённо кивнул Циммер. — Остановятся обязательно, это не банда. Командиры наши их зачем-то хотят, аж кушать не могут.