Мои Конспекты
Главная | Обратная связь


Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Является ли монотеизм необходимой стадией эволю­ции, или это просто выдумка священников? 4 страница



Даже говорить об «избавлении» неправильно. Пра­вильно было бы присмотреться как следует ко всему, что вас окружает, в том числе к вашему рабству, и тогда вы бы увидели, что это — ваше собственное творение. Мысль, что вы — грешник, что вы грязный, это ваша мысль. Воз­можно, вы переняли ее у других: у проповедников, у свя­щенников, у так называемых религиозных святых. Они вынуждают вас чувствовать себя грязными — как грешни­ки, которым уготован ад. Они наносят вам всевозможные оскорбления. А вы их слушаете.

Я с самого детства боролся со всеми святыми учителя­ми, которые проходили через мою деревню. Мои родители, моя семья были очень обеспокоены: «Ты срываешь все со­брания. Каждый раз, когда приходит какой-нибудь махатма и вся деревня собирается, чтобы его послушать, ты ста­новишься в центр». Мой отец негодовал: «Снова он стоит, снова нарушает порядок!»

Моим основным доводом был следующий: «Вы унижа­ете людей, называя их грешниками. Скажите мне, кто здесь грешник и какой грех он совершил. Вы только обоб­щаете: „Вы все грешники“. Укажите на человека, который является грешником».

Эти святые говорили мужчинам: «Не привязывайтесь к женщинам, потому что они — лишь кости, плоть, слизь и кровь, покрытые кожей. Почему вы стремитесь к ним?»

Я тут же вставал и говорил: «А вы? Думаете, вы сдела­ны из золота? Женщины — кости, кровь, слизь, плоть — ладно. А вы? И если кровь, слизь и кости обнимаются, то в чем проблема? Если они трутся кожей, то в чем дело? Зачем поднимать из-за этого шум? И что им еще можно делать?»

Все священные писания полны подобных сравнений — но только относительно женщин, а не мужчин. Странно!

И те и другие сделаны из одного и того же, более того, мужчин производят на свет женщины. Женщин же не рождают мужчины.

В Америке в некоторых штатах разрешили лесбийские браки — женщина может выйти замуж за женщину. Те­перь это не проблема, теперь это узаконено. И в лесбийских браках рождаются тысячи детей. Одна из женщин, которая готова девять месяцев вынашивать ребенка, просто идет в больницу, и там ей делают искусственное оплодотворение. Что такое мужчина? Всего лишь инъекция, шприц! Любой шприц может справиться с этой работой. Итак, я говорил этим святым учителям: «Все, что у вас есть, это шприц, и этот шприц тоже сделан из плоти и покрыт грязной кожей. Так чем вы хвастаетесь? И почему унижаете этих людей?» Но люди слушали, опустив глаза, потому что были уверены, что эти святые говорили истинную правду. И во всех писа­ниях говорится то же самое.

Мой отец отводил меня домой: «Ты сорвал собрание, лю­ди стали расходиться, и махатма очень рассердился».

Я отвечал: «Меня это не волнует. Если он сердится, он противоречит своему собственному учению и будет за это гореть в аду. Он учил не проявлять гнев, а сам гневается — я показал вам его истинное лицо».

Мой отец говорил: «Пойдем домой. Иногда я боюсь, что они побьют если не тебя, то меня. Ну что ты за человек... Ты не даешь ни одному святому спокойно прочитать свою про­поведь в нашей деревне. Мы уже стараемся держать в сек­рете, что какой-нибудь махатма, какой-нибудь святой соби­рается выступить с проповедью, чтобы ты не помешал ему. Мы даем тебе деньги, чтобы ты пошел в кино...»

И когда они давали мне деньги, я говорил: «Оставьте деньги себе. Я иду с вами! Вы даете мне эти деньги не для того, чтобы я пошел в кино, а для того, чтобы защитить махатму. Я пойду на настоящее шоу!»

Своими простыми вопросами я доставлял махатмам мно­жество неприятностей: «В чем грех, если два человека трут­ся друг о друга? Скажите мне. Я тру свою кожу, просто вы­тирая или грея руки — они делают по сути то же самое.

Если мужчина и женщина трут кожу друг другу, они что, из-за этого попадут в ад? Вы только посмотрите на свои животы...»

У всех индийских махатм большие животы, и они учат людей: «Не ешьте ради наслаждения вкусом». А сами... Я говорил им: «Откуда взялся ваш живот? Встаньте! По­кажите свой живот всем людям. Вы слишком много едите, а страна голодает. Я знаю, из-за своего живота вы не мо­жете заниматься любовью с женщиной, и поэтому теперь вы всех учите не заниматься любовью. Это все из-за ваше­го живота, а не из-за религии».

Вы даже представить не можете, какие животы я пови­дал. Гуру Муктананды был Нитьянанда. У него, наверное, был самый огромный живот, прямо Эверест. Он всегда ле­жал, потому что ходить с таким животом было сложно. А когда он лежал, то казалось, что не живот принадлежит Нитьянанде, а Нитьянанда принадлежит животу. Его жи­вот был словно гора, с одной стороны которой находилась маленькая голова, а с другой — две маленькие ножки. И подобные существа становятся великими махатмами! Я никогда не видел такого невероятного живота. Его вла­делец всегда лежал и ел сладости. Его поклонники прино­сили сладости, халву и пури, и его живот становился все больше и больше.

Когда я увидел его впервые, я сказал: «Этот человек од­нажды лопнет. У него живот, как воздушный шар. Он не может заниматься любовью с женщиной». Это правда. Где вы найдете женщину с огромной впадиной вместо живота? Не понимаю. Это просто невероятно, это загадка, коан. Этот человек может заниматься любовью только с женщи­ной, у которой на месте живота впадина, тогда они подой­дут друг другу.

Естественно, что, не будучи способным заниматься лю­бовью, он будет всем говорить: «Соблюдайте безбрачие». Он сам страдает и потому хочет, чтобы и все остальные страдали. Люди получают удовольствие от страдания дру­гих, потому что это дает им возможность продемонстриро­вать свое превосходство: «Мы выше вас. Посмотрите на нас. Мы всегда счастливы, спокойны и уравновешенны». А на самом деле они не могут стоять на ногах, не могут хо­дить.

Один очень знаменитый махатма, Шивананда, у кото­рого было много последователей на Западе, раньше был врачом. Трудно понять, как врач может так издеваться над своим телом. Он ел так много, что не мог ходить без посто­ронней помощи: два человека должны были держать его под руки. Он даже не мог поднять рук. Его руки были на­столько тяжелыми и толстыми, что одному человеку при­ходилось брать его под одну руку, другому — под другую, и только так осуществлялась небольшая прогулка. И он го­ворил людям: «Вы должны следовать пяти великим прави­лам индуизма. Первое — ашвад, отсутствие вкуса».

Что произошло с этим человеком? Он был врачом! Ког­да я приехал в Ришикеш и увидел его, я сказал ему: «Что вы за врач? Похоже, ваш диплом фальшивый. Вы не можете позаботиться даже о своем теле; вы стали монстром. Вы не можете поднять руки, настолько тяжелыми они стали».

В нем все было непропорционально: огромный живот, толстенные руки, ноги, как у слона, и этот человек учил весь мир: «Вы не тело, вы — душа». Кто эти монстры? Бездушные тела. Я не вижу в них свободного пространст­ва, они настолько забиты всяким мусором, что я не думаю, что у них есть душа.

Секито совершенно прав. В его словах сокрыта великая истина.

«Что такое чистая земля?»

В ответ Секито сказал: «Кто сделал тебя грязным?»

Вы всегда были чистыми; это и есть Чистая Земля. В ва­шем внутреннем пространстве никогда не было грязи. Ваше внутренне зеркало всегда было чистым. Грязь не может про­никнуть в эту глубину, в эту невидимую запредельность.

Монах спросил: «Что такое нирвана?»

Он совсем ничего не понимает, потому что первый во­прос подобен последнему вопросу. Это все — повторения одного и того же. Нирвана — это не что иное, как осво­бождение, освобождение от всех желаний, освобождение от всех привязанностей, освобождение от всякого рабства. Что такое нирвана? Освобождение от рождения и от смерти.

Секито сказал: «Кто дал тебе рождение и смерть?» Ты сам, твое желание.

Попробуйте провести один маленький эксперимент. Ночью, засыпая, в самый последний момент, находясь на грани погружения в сон, скажите: «Один». Продолжайте говорить: «Один, один, один...» Переходя из бодрствова­ния в сон, говорите: «Один, один, один...» После того как вы пересечете границу сна, вы, возможно, еще два-три ра­за произнесете: «Один, один, один...» и тут же заснете. Утром понаблюдайте. Как только вы осознаете, что вы просыпаетесь, вы с удивлением обнаружите, что повторяе­те: «Один, один, один...» Странно! По прошествии восьми часов сна вы продолжаете повторять «один». Последняя мысль, с которой вы засыпали, будет вашей первой мыс­лью, когда вы проснетесь. Это гарантировано.

Почему я привожу вам этот пример? Потому что по­следняя мысль, желание, с которым вы будете умирать, бу­дет вашим первым желанием, с которым вы войдете в но­вое лоно. Если вы умрете без желаний, без мыслей, вы не попадете в утробу. Никто не вынуждает вас снова входить в утробу. Это может быть ваше желание, последнее жела­ние, с которым вы умирали. Какая-то амбиция, какая-то неудовлетворенность, какое-то разочарование... Вы хотели стать премьер-министром и не стали. Вы хотели стать са­мым богатым человеком и не стали. Вы хотели красивую Женщину и не нашли ее. Все, что остается в вас, приведет вас в новую утробу, чтобы осуществить свое желание.

Жизнь очень милосердна; существование бесконечно сострадательно. Оно дает вам один шанс за другим, одну возможность за другой. Если вы умрете медитативно, без каких-либо желаний, тогда для вас больше не будет ни Утробы, ни рождения, ни смерти. Именно это и говорит Се­кито. Кто дал вам рождение и смерть? Вы сами. Своими собственными желаниями и амбициям вы вечно вращаете колесо рождения и смерти. Перестаньте желать; это и есть нирвана, после смерти вы попадаете в космос, а не в оче­редную утробу.

Растворение в космосе, слияние с сущим — вот что та­кое нирвана. Это также и освобождение, и свобода, и чис­тый рай — это все разные названия одного и того же пере­живания.

Монах вернулся к Нангаку и передал ответы Секито. Нангаку сложил ладони и прикоснулся к своим стопам.

Хотя Нангаку сам и не видел Секито, он признал его просветление.

Это очень странная история. Когда Секито пришел к нему с письмом, они не смогли настроиться друг на друга, и Секито вернулся, так и не передав письма. В то время он еще не был просветленным. Теперь он обосновался на скло­не, на плоском камне той самой горы, где находились храм и монастырь Нангаку,— император назвал эту гору горой Нангаку.

После смерти мастера Сейгена Нангаку услышал, что Секито сидит на горе. И захотел узнать, просветлел он или нет. В тот самый день, когда Секито пришел как ученик, он, должно быть, увидел его силу, его мощь. Секито задал во­прос, а Нангаку сказал: «Твой вопрос слишком самонадеян. Тебе следует задать вопрос скромнее». Секито сказал ему: «Лучше я буду вечно гореть в адском огне, чем задам во­прос иначе». И немедленно ушел — стальной человек.

Нангаку был знаменитым мастером. Когда он услышал ответы, которые передал ему монах, он сложил ладони и по­клонился; он признал, что Секито достиг просветления. Такие ответы не мог дать схоласт. Это — не заимствованное знание. Такие ответы могли возникнуть только из опыта.

В то время считалось, что в стране есть три мастера: Кенго, Рэн и Нангаку; и каждый из них сказал: «От Камнеголового до моих ушей доносится львиный рык».

Из-за того, что он сидел на камне и у него была бритая голова, его прозвали Камнеголовым Секито. Все три мастера сказали: «От Камнеголового до моих ушей доносится львиный рык. Он сидит далеко, но я слышу львиный рык».

Монах пошел к Секито и попросил дать ему знать, мо­жет ли он что-нибудь сделать для Секито. Немного спу­стя мастер Нангаку пришел со своими монахами к Секито.

Это необычное явление. Когда-то Секито приходил к Нангаку как ученик. Все изменилось, и теперь Нангаку приходит к Секито засвидетельствовать свое почтение.

Секито встал в знак приветствия, и они поздорова­лись. Вскоре Нангаку велел построить храм для Секито.

Дзен дает совершенно новый опыт — отсутствие со­перничества. Нангаку на своей горе построил храм для Се­кито, он позаботился о его удобстве. К Секито регулярно приходил монах, чтобы узнать, не нужно ли ему что-нибудь. Но вскоре к Сикито стали приходить тысячи людей. Он стал одним из величайших мастеров дзен. Он был очень простым человеком, он не был ни философом, ни те­ологом; его ответы были предельно просты, но попадали прямо в точку. Его меч был очень острым, одним махом он отсекал весь интеллект людей, весь их ум. Он помог мно­гим людям достичь просветления. Очень немногие мастера могут заявить, что сделали просветленными столько лю­дей, сколько сделал Секито.

Чинейо написал:

То светло, То

темно — Я тоже

светлячок.

Вы видели светлячков. Когда они раскрывают крылыш­ки, вы видите свет, когда они их складывают, наступает темнота.

То светло, То

темно — Я тоже

светлячок.

Чинейо, должно быть, глубоко медитировал ночью. Ночная тишина, вокруг летают светлячки, то светящиеся, то темные, то снова светящиеся, то снова темные, и вдруг он настолько настроился на них, что сказал: «Я тоже свет­лячок. Иногда я сплю, иногда пробуждаюсь. Иногда во­круг темнота, иногда все озаряется светом».

Каждый будда в прошлом был таким же невежествен­ным, как вы сейчас; и у каждого невежды есть будущее. Однажды внезапно появится свет, и в этом свете все про­шлое, возможно, миллионы лет, растают словно сон. Буд­да считал возраст людей с момента их просветления. Он не брал в расчет предыдущие годы.

Однажды великий император того времени, Прасенжита, сидел возле Будды и задавал ему вопросы. И старый монах, которому было, наверно, самое малое лет семьдесят пять, обратился с просьбой к Прасенжите: «Простите ме­ня, пожалуйста. Я вынужден прервать вас, потому что должен уйти до заката. Мне нужно добраться до другой деревни».— Буддийскому монаху не разрешается путе­шествовать ночью.— «Я спешу. Я вынужден вас побеспо­коить, мне необходимо прикоснуться к стопам Будды и спросить, не будет ли какого-нибудь напутствия. Возмож­но, я больше его не увижу, как знать, что будет завтра?» Итак, он прикоснулся к стопам Будды, и Будда спросил: «Сколько тебе лет?»

Старик ответил: «Четыре года».

Прасенжита не мог поверить своим ушам, не удержав­шись, он вмешался в разговор: «Что? Четыре года? Тебе наверняка не меньше семидесяти пяти».

Будда сказал: «Прасенжита, ты не знаешь. В моей ком­муне мы считаем только те годы, которые человек прожил как просветленный. До этого были годы темноты, снов, кошмаров и страданий — их не стоит брать в расчет. Ты прав, ему семьдесят пять лет с точки зрения обычного ми­ра, но он находится не в обычном мире. Он живет в не­обычной коммуне. С моей точки зрения, ему четыре года. Я спросил его, чтобы удостовериться, помнит ли он об этом. Семьдесят один год его жизни были фальшивыми, они не имеют никакого значения. Нет необходимости их считать».

И Будда сказал монаху: «Я благословляю тебя, ты мо­жешь идти, потому что ты помнишь, сколько тебе лет».

Теперь — медитация.

Погрузитесь в безмолвие, закройте глаза и почувствуй­те, что ваше тело полностью застыло.

Теперь пора обратиться внутрь.

Соберите всю свою энергию, все свое сознание и со всей настойчивостью, будто это последняя секунда вашей жизни, устремитесь к своему центру — быстрее, быст­рее, глубже, глубже.

Приближаясь к своему сокровенному центру, вы почув­ствуете, как на вас нисходит великая тишина. Она осязае­ма, она нисходит, словно мягкий дождь. Еще чуть ближе, и из самых ваших истоков возникает великий покой, он окру­жает вас невиданным прежде сиянием, нездешней благо­стью.

Еще один шаг, и вы в самом центре своего существа.

Впервые вы видите свое истинное лицо. На Востоке сим­волом истинного лица принято считать лицо Будды. Вы ви­дите своего внутреннего будду.

Это ваше скрытое великолепие. Это ваша сущность, ва­ша дхарма.

Единственное качество будды — это свидетельствование.

Будьте свидетелем того, что вы — не тело, не ум, будьте свидетелем того, что вы только свидетель. И вне­запно вы сольетесь с буддой воедино.

По мере того как углубляется ваше свидетельствование, в вас возникает великий экстаз, он распускается, слов­но свежайший цветок лотоса в лучах утреннего солнца.

На его лепестках еще дрожат, переливаясь на солнце, словно жемчужины, холодные капли ночной росы.

В этот момент вы — самые счастливые люди на земле. Быть в своем центре, быть буддой — это самое потрясаю­щее переживание в вашей жизни.

Чтобы еще больше углубить свидетельствование...

Расслабьтесь... Отпустите себя... Но продолжайте быть свидетелем.

Постепенно вы начинаете таять, будто лед в океане, ис­чезая как отдельная личность и становясь океанической безбрежностью, вечностью и бесконечностью.

Это ваша подлинная сущность. У вас от рождения есть право быть буддой; вы вышли за пределы ума и достигли сокровенных истоков вашего существа. Когда истоки и цель становятся одним, завершается полный круг. Этот полный круг и есть просветление. С каждым днем оно бу­дет становиться все глубже и глубже.

Соберите все переживания, которые вы испытываете в этот момент: ощущение безбрежности, чувство океана, великий покой, необыкновенную тишину, экстаз и осыпаю­щие вас цветы блаженства.

Соберите все, вы должны привнести это в вашу повсе­дневную жизнь, вы должны наполнить ее такой же благо­стью, таким же покоем, такой же тишиной, такой же радо­стью и таким же празднованием.

Если вам удастся перенести это из центра на перифе­рию, будда обязательно последует за вами.

В любом случае убедите его. Убедите будду подойти ближе и следовать за вами, чтобы вы могли постоянно ощущать его присутствие за своей спиной.

В каждом вашем действии, в каждом жесте, в каждом слове и молчании, днем и ночью, во сне и наяву, что бы вы ни делали, его присутствие всегда будет с вами, словно тень.

Но эта тень очень плотная и лучистая, она наполняет вас бесконечной радостью. Ваше сердце начинает танцевать.

Теперь возвращайтесь... но возвращайтесь так тихо, будто здесь больше никого нет, безмолвно и грациозно. Вы должны помнить, что вы будда.

Посидите несколько секунд, чтобы вспомнить золотой путь, по которому вы прошли, чтобы вспомнить все пережи­вания, которые открылись вам в центре вашего существа.

Переживание центра — это единственное реально су­ществующее чудо.

Своей искренностью и откровенностью вы сделали этот вечер волшебным. Почувствуйте присутствие будды за ва­шей спиной.

Это — три стадии медитации: вначале вы чувствуете присутствие будды за вашей спиной; затем вы ощущаете его присутствие перед вами, а сами становитесь тенью; и, в конце концов, ваша тень растворяется в будде, и вы ста­новитесь самим буддой.

Вас больше нет, есть только будда.

Будда — это символ чистого существования, оконча­тельного освобождения, нирваны.

Однажды вы пройдете все три стадии. Когда будет пройдена последняя стадия, вы пробудитесь и просветлее­те. Тогда для вас больше не будет ни рождения, ни смерти. Вы станете частью высшего космоса.

Бог мертв, и дзен — единственная живая истина.

 

Глава 5