Мои Конспекты
Главная | Обратная связь


Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Я узнаю’, что Сэм умер

 

А Сэм–то умер! Я узнал об этом от нашего общего знакомого, умершего ещё раньше. Сэм умер на 9-том десятке, а maybe, ему перевалило уже за 90. Не знаю, т.к. умер он в далеком будущем, скорее всего в своей постели и, наверное, уже пару лет, как реинкарнировал в какого - нибудь рыцаря из христианнейшего воинства Вальтера Голяка, находящегося на пути в Иерусалим. А может, вновь родился Сэм в конце прошлой Сатья-юги в семье атлантов из Города Золотых Врат и вот уже три года учится в средней нагвальской школе передвигать силой мысли предметы и превращаться в кошку. Может, следует искать его следы в далеком (для нас) будущем, и он летает с планеты на планету в астральном теле, усмиряя силы космоса? Ведь наивно полагать, что время, стартовав после выстрела Создателя, потащилось вяло абсолютно прямо, как паровоз по рельсам. В действительности, спросите любого серьёзного ученого, занимающегося этими проблемами (но только не какую- нибудь мумию в регалиях) и он подтвердит, что время нелинейно и дискретно. Ведь каждый из нас ощущал его нелинейность, но списывал это на приколы человеческого сознания. А время ведет себя, как захочет, бежит или тащится (над нами) и только лишь в нашем мире есть такое «четвертое» измерение. В более «тонких» мирах время еще более относительно, чем в нашем, потому-то машина времени уже давно существует и всегда существовала, а людская особенность всё забывать о том, что когда-то было поведано и приводит к абсурдным выводам, типа: «Мы одни во Вселенной!» (какая самоуверенность!) Или: «Живём один раз!» и т.п.

Поэтому-то я и уверен, что Сэм умер. И хотя на момент написания этой книги ему было и есть года 33, мне выгоднее считать, что он все-таки мёртв. Все мы когда-то мертвы (телом, разумеется!). В случае с Сэмом, его смерть позволяет мне рассказать о нем такое, чего он не позволил бы поведать никому никогда в жизни. Чем мертвее Сэм, тем откровенней будут мои рассказы о нем, хотя мы никогда не были особо дружны. Хотя и друзей то у Сэма, по-моему, никогда особенно и не было! Тем лучше.

Человек с Парабитловскими Мозгами - всё тот же Сэм, однако, с приставкой para (греч. возле или даже вопреки), в чём и скрыт главный смысл этой части: чем же еще был занят Сэм, кроме своей музыки, возле неё или даже вопреки ней?

 

 

Крым – 0

Написано Идеей

 

Крым (иррациональный аспект)

И снова этот шум прибоя… – Сэм, Сэм, Сэм… ты в Крыму, под ногами галька, соленый морской ветер, по телу беззаботность заползает в каждую клеточку и медленно, нехотя отвоевывает права у напряженности и озабоченности…. и я уже не Сэм, я эта безоблачность и эта освободившаяся клеточка… сколько я здесь? Когда я попал сюда? Может, когда угасли все надежды или я успел ухватиться за высыхающий луч? Может, когда я задохнулся от отчаяния или мои безумные крики все-таки дошли до адресата? Плевать, я здесь и что меня сюда выбросило и когда - не моя печаль, не мои заботы, даже то, что окружает меня - не важно…. Растворилось все … Я не удивлюсь, если мне сообщат, что я женщина, или что я брат этой гальки, или что я сын этих гор …

Начало пути... я учусь дышать и ходить заново…………

 

(Коней записи)

 

………В первый раз Сэм попал в Крым против своей воли. Мало того, по своему обыкновению, он сопротивлялся этому новому, как мог, из последних сэмовых сил. Потащили же его в Крым тогдашний «менеджер» The Mellons Викинг и басист той же (сэмовой) группы Майк (тоже, как и Сэм, «птенец Гнезда Битлова»). Викинг хипповал в Крыму уже не один год, Майк же вообще был очень легким на подъем и всегда любил всё новое. Они не обратили внимание на нытьё Сэма, купили билеты и с еще одним хиппаном Джоном, схватив Сэма и его рюкзак в охапку, стартовали на Благословенную Землю. Маршрут был четким: Симферополь – Ялта – Симеиз – Форос. Викинг прекрасно знал ЮБК и вел компанию, как по компάсу. В Ялте состоялось и «боевое» крещение Сэма и Майка. Они впервые, с неуклюжей помощью того же «варяга», игравшего на маракасе, выступили на ялтинской набережной (и вообще, впервые на улице!). Из-за сильного испуга Сэм с диким вызовом смотрел в глаза всем прохожим, пока один из них совершенно неожиданно не подмигнул ему, после чего напряжение почти спало. Несмотря на то, что это был первый раз, заработали они довольно много, повстречали кучу дорзоманов и битломанов, которые стекаются в Крым со всех просторов СНГ. После этого, компания двинулась в Симеиз. Уже вшестером.

Две сестры, Фру и Лу, были из околомузыкальной тусовки, в которую кроме The Mellons входили группы The Cherries, Полночь, Васёк Трубачёв и его Товарищи и др., т.к. репетировали они все на одной точке – в педине, где учился Майк. Сэму они нравились обе по очереди, сначала Фру, потом Лу, но его «намерения» не выходили за рамки «проводов» их домой. Не желая навязываться и не имея ни малейшего представления о том, как нужно вести себя с девушками, Сэм отпал сначала от Фру (после ее неожиданного отказа от эскорта – может, у нее было плохое настроение?), а чуть позже и от Лу. Но это было уже после Крыма – 0.

Фру и Лу гостили у бабушки в Крыму. Сэм с компанией заявились к ним в Ялту совершенно блицкригно. Сестры были сражены этим, хотя не более того. Уговорив бабушку отпустить внучек с ними (а Сэм за свои голубые глаза нравился всем бабушкам), коллектив двинул в горы и к морю.

Нет смысла описывать то, что нельзя описать словами. Я имею в виду, Крым, поразивший Сэма прямо за Перевалом, в том месте, где троллейбус едет по серпантину горы, а внизу, вдали, уже видно море, напоминающее скорее синий сказочный туман, чем реальную субстанцию. Нет смысла описывать кипарисы, появляющиеся возле Симфеля, как верстовые столбы, столетние стражи, кричащие: «До Рая – 100км» или «Welcome to Рай!». Как описать словами воздух, совсем не такой, как в родном Херсоне, маленькие сакли, растущий инжир, средиземноморко-карибские пальмы и дивные дворцы. Магнолии, канатную дорогу в горах и отсутствие комаров, которых мало кто из людей любит, а Сэм и подавно! Крым, Благая Земля, пропитанная творчеством и духовностью... Ведь дело было вовсе не в этой Лу, в любви к которой Сэм убеждал себя ровно полтора года. Просто хотелось чего-то такого, а ЕЁ еще не было. Вот и пришлось брать то, что было под рукой. Душе ведь нужен опыт страдания, вот Сэм его и выдумал…

…А до прихода НАСТОЯЩЕЙ ЛЮБВИ оставалось около 8 месяцев…

 

Написано Сэмом

 

Крым (иррациональный аспект – 2)

 

Сэм, бедняга Сэм, где ты теперь? Идешь ли по трэку дороги в горы, умирая от усталости, проклиная всё и вся, но воскресая от одного взгляда на беседку в камнях у моря или замшелую стену, помнящую, наверно, еще генуэзцев. Может, не ты умер, а я, ведь ты то и не жил вовсе, а лишь соткался у меня в мозгу и все идешь, идешь мимо моих останков, в светлом раю моей юности, вновь открывая для себя (и меня) несуществующий Крым…

 

(Конец записи)

 

Идея

 

У Идеи так же все не складывалось – все путалось, клубки выпадали из рук и нити переплетались, как змеи, ползли, совершенно бесконтрольно изящно сплетая паутину знаков чувств и символов состояний, вопрос – был ли рисунок в этом движении и насколько далеко надо прожить чтобы он прорисовался? Не складывалась мозаика как в личной жизни – на горизонте верующий беспринципный католик и оторванный непредсказуемый театрал, так и общественной – молодежный театр, вечный английский – все осколки, льдинки, бисер.

Прорыв из Химического (недолгая учеба на химфаке Симферопольского универа) и Тусовочного (там же) Крыма в новую театральную жизнь (театр «Дедал» в Николаеве) удался, но музыкального воздуха не хватало явно. Кроме того, приходящее периодически обычное банальное женское (и не современное) желание «быть кем-то любимой», сопровождаемое дождем слёз в подушку, тоже заставляло Идею быть постоянно в некоем поиске.

Вообще, имя дала Идее бабушка. Ей показались красивыми выражения типа: «пришла идея» или «идея родилась». Очевидно, так проявлялась у этой малограмотной женщины (4кл.), не знавшей ничего, кроме тяжелой работы, голода в детстве (1933год) и грубости мужа, тяга к прекрасному. Нельзя утверждать, что родители поддержали эту идею «на ура», хотели дать имя Виктория в честь отца (Виктора), однако младенец женского пола получил в отведенные законом сроки именно это наименование. И нужно отметить, что Идея как никто соответствовала своему имени. Она именно приходила, сначала в образе заводилы дворовой компании, потом класса, постоянно инициируя какие то новые начинания. Позже для Сэма Идея стала не только постоянной музой, а и главным критиком, причиной и побуждением всех изменений не только в творчестве, но и в жизни (вспомнить хотя бы переход на русский, а позже украинский в песнях).

Ребенок рос живым, необычным и крайне самостоятельным, чему способствовало ненадрывное мамино воспитание (мать могла послать Идею пойти стребовать/попросить в долг у соседей или отвести/забрать младшую сестричку из садика). Несмотря на то, что семья была обычная рабочая, Идея полюбила читать, временами мечтая стать то балериной, то поэтессой. Могла неожиданно приняться облагораживать семью - заставляла всех говорить «Спокойной ночи!» и «Доброе утро!», вводила новые правила гигиены и поведения за столом и т.п. Девушкой Идею стали душить рамки того маленького городка, в котором прошло её детство. Ей представлялись неведомые яркие страны, новые знакомства с не штампованными людьми. Идея мечтала, что в её паспорте в штампе прописки будут непрерывно меняться города, и Москва (к примеру) будет лишь одним из самых незначительных. Её тянуло в творчество, и все эти поиски (Симферопольский универ и др.), приведшие Идею в Николаевский кулёк и театр «Дедал», и обусловили её встречу с Сэмом. Общей их страстью, на фоне многочисленных различий и сходств (любви, понимания и пр.), было именно творчество. Вот как это happened.

Как-то проходя однажды по коридору общаги кулька, в котором тогда продолжались идеины штудии, актриса была остановлена блюзовым звучанием гитары + английские песнопения очень не низкого уровня. Как вы уже наверное догадались, это был конечно Сэм (его притащил сюда Paul, в будущем, лучший друг семьи). Идея никогда не была особенно стеснительной девочкой, однако ей пришлось таки преодолеть некоторую неуверенность, чтобы постучаться и зайти в комнату (с хозяйками которой, кстати, она была в «не очень» хороших отношениях). Вот всё, что случилось позднее, а именно:

1. Прогулка всей компанией по полночному городу (поднятой среди ночи тем же Paul’ом), в течение которой Идея испытывала Сэма, в основном проверяя совпадение его воззрений на мир со своими (итог - 100%. Цитата: «Дай, думаю, проверю его в одном - ты смотри, подходит, я ему другое - тоже прошёл!»). У Идеи в этот период был образ богемной актрисы-поэтессы с сигареткой в тонких маникюрах, пусканием дыма к потолку, с интеллектуальными беседами и кружевным обрамлением – словом, Анна Ахматова в ранне - петербургский период. Честно говоря, на Сэма всегда действовал такой стиль, глупые, пусть даже трижды красивые девушки ему не нравились, однако сильно заумных он тоже не любил. Идея чисто женским чутьем всегда, и в этот раз особенно, могла соблюсти эту границу ума, да и красотой её Бог тоже не обделил. Всё время этой ночной прогулки Сэму казалось, что он уже очень давно знает эту малознакомую девушку, и чувствовал себя с ней очень естественно. Утром расстались, но Сэм «добился обещания, что встреча состоится вновь» (см.п.2).

2. Встречание Идеи Сэмом после её курсов вечного английского языка, закончившееся попыткой поцелуя и резюме, что «Сэм – хороший человек». По своему печальному и небольшому опыту герой знал, что они так говорят, когда хотят отставить. Идея же, как любая женщина, хотела попридержать его на расстоянии, чтобы не развивать события так стремительно (так называемая женская гордость - «чтоб не думал, что я легко доступна»).

3. Сэм с горя: а) посчитал, что «опять - крах»;

б) напился с анархистским приятелем по прозвищу Махно и болел весь следующий день;

в) в тот же следующий день неожиданно (а сессия уже была сдана) уехал домой в Херсон (сказал маме, что заболел), чем вызвал большое идеино недоумение, которая из-за этого поступка (и вообще неординарности личности) не смогла классифицировать Сэма.

4. Спасение положения тем же Полом, неожиданно объявившимся через месяц, на свадьбе Майка и Фру в Херсоне (Сэм там отсутствовал по понятным причинам). Он исподволь завел речь об Идее, когда ехал с Сэмом в дизеле назад (Сэм ехал c домашнего weekend’a в институт - на практику) и прямо с Нового вокзала (а общага кулька в Николаеве совсем не далеко от оного) потащил Сэма к ней. Состоялось квазипримирение (кстати, вещь, ставшая характерной в их будущей совместной жизни – они, даже если сильно ругались, могли через время просто начать снова разговаривать, произведя всю процедуру прощения где-то внутри себя, считая излишним мучить этими условностями партнера);

4. Тем же вечером: концерт The Mellons на площади в центре города, где была, естественно и Идея (а кроме нее, вся тусовка, согнанная туда Полом). Запомнившиеся слова: «Мне бы было ради кого, я всё смогу» (Сэм), «Им же тоже хочется, но они не могут со всеми, им нужны интеллектуалы» (Пол о девушках их тусы, «интеллектуалы»- про себя и Сэма), «Ты такой!!!» (Идея).

5. Выпускной спектакль Идеи в культпросвете. Пьесу пишет Пол, режиссер Идея, они же играют (и кое-кто еще – Анка). Сэм морально и физически (поцелуи, провожания, просмотры; меньше - идеи) помогает. Репортаж о спектакле шел даже по местному TV. Пол-Пашка был звездой репортажа и назван «в будущем, возможно, знаменитым».

6. Крым – 1 или основной Крым. Номер 1 говорит о том, что Сэму очень важно было приехать в эти места именно с НЕЙ, пройти заново весь маршрут рая, будучи счастливым не только внешне, но и внутренне. Кроме того, Крым тоже заслужил частичку их счастья, становясь от этого еще прекрасней, соревнуясь и не отставая в этом от идеиной красоты. Состав: тот же Paul, его girl Лилит, Сэм, Идея и Тёплый - «доцик», удачно служивший демпфером в этом походе. Маршрут: Николаев - Херсон – Симферополь (поезд) – Ялта (троллейбус)- Форос (автобус)- Мраморные пещеры (ноги). Мгновенные слайды: Симеиз, скала, выдающаяся в море, на ней Афродита (Идея), абсолютно обнаженная (там все ходили так), божественно выгнув спину и закинув назад голову, указывает подбородком на восход Ра; Ялта, магнолия в руках Пола; там же - Сэм поёт на набережной, рядом Идея и, устраивающий шоỳ (по его выражению), Пашка-Пол. Высказывание Лилит: «Приехали тут в камни (т.е. горы) и Юппи пьют». («Юппи» –популярный в 90-х годах XX века на Украине растворимый (в водопроводной воде) и крайне вредный для здоровья напиток – наши герои взяли с собой много этих пакетиков)…

…Добравшись после всех морских и любовных прелестей до Мраморных, денег у компании было в обрез – только на билеты домой. Решили устроить небольшой сэйшн у входа в пещеры для приезжих туриков, причём Пол разразился речью о том, что «мы, дескать, не корысти ради, а токмо тоже хотим насладиться красотами пещер». Сэм пел Yesterday, Michelle, I Should Have Known Better и другую подобную битловскую дребедень, на что отреагировали не только туриковские девочки (зазывными улыбками + дензнаками разных стран), но и пещерные проводники. Один не совсем трезвый парень в форменной куртке спросил Сэма: «Вы это для себя или для нас?». Сэм ответствовал, что, мол, «хотим насладиться красотами». Проводники не только провели всей компании бесплатную экскурсию (хотя Сэму и пришлось всё время петь), но и напоили, а после и устроили в туристский автобус до симферопольской трассы.

7. Переписка (правда, непродолжительная) м-у Сэмом и Идеей. Она встречала почтальона каждый день, бежала навстречу. Знакомые девочки спрашивают младшую сестру Идеи: «Кто он? Ведь она говорила, что выйдет замуж только либо за знаменитого артиста, либо за популярного музыканта». Взаимное притяжение растет не по дням. Совместное проживание в общаге ОНКИ № 2 до и после

8. Свадьбы, которая, несмотря на все опасения Сэма, прошла более или менее без принятых в таких случаях традиционных приколов (только старший брат Сэма, бывший дружком, танцевал там что-то и целовался с дружкой Анкой Нонепулемётчицей). Присутствовали (кроме Сэма с Идеей): родичи, тот же Paul, его girl, водка, фольклорный музон (см. также видеофильм «Свадьба Сэма и Идеи»);

кстати

Paul

(под таким именем Сэм ввёл его в одну из своих песен),

или Пашка, выдающаяся и ярчайшая личность всего культурного движения юга Украины (Николаева, Херсона) и не только его. Павел рано стал индепендентным (родители создали свои семьи). Первыми любимыми его бандами стали Deep Purple и Алиса. В 16 двинул в Питер вертеться в тамошних тусняках (правда, жил у родной бабушки). Учился там в каком-то технаре, потом полтора года почему-то в военно-морском училище, которых в городе Ленина хоть пруд пруди. Поняв ошибку, бросил и тут же попал на службу во флот на 2(два) года (1.5 года в училище зачли за год срочной). После вернулся в Николаев, поступил в Николаевский Кораблескроительный институт (НКИ), где и встретил Сэма, поразив его своим вихреподобным стилем общения. Paul объединял вокруг себя всю «прогрессивную молодежь» Николаева, а в последствии и Херсона. Объединял своим движением, своей энергией и порывом, служил настоящим мостом между разрозненными «островками» личностей. Только благодаря Полу Сэм познакомился с огромным количеством неординарных особей, узнать которых при других обстоятельствах было бы просто невозможно. А роль Пашки в промоушене The Mellons сложно переоценить. Он создал целую «легенду о Mellons», отголоски которой доходили до Сэма и через много лет после последних проявлений группы в Николаеве. Даже никогда не слышавшие The Mellons люди младшего поколения относились к ним с неким трепетом, типа как к Beatles. Paul мог сказать какому-нибудь невеже: «Ты не слышал Mellons?!!! », выражая всем своим видом одновременно недоумённое презрение и желание помочь в просвещении отсталых слоёв. А действия Павла в событиях любви Сэм-Идея были просто ангелохранительно-судьбоносны и описаны выше. Позднее, Paul окончательно ушел по православным тропам, ездил помогать (мирно) сербам в Косово спасать храмы, жил в монастырях. Его дороги и дороги Сэма, к несчастью, разошлись. Много лет спустя, бытуя уже в граде Кия, Сэм с Идеей не без горечи признавали, что в их николаевско - херсонской диаспоре очень не хватало именно такого соединяюще-скотчевого, но и одновременно очень человечного звена, каким был Paul.

 

9. Совместная жизнь в Николаеве, а после окончания Сэмом м(учения) в НКИ, в Херсоне (также, как и Nike laos, городе кара-беллов или черных мореходов); работа С(эма) на чёрномореходском заводе (1 год). Причём, он пришел туда с хаером, хотя вежливые инженеры и сделали вид, что не заметили. Норовил всегда улизнуть, на концерт или просто так, научился чертить чертежи на компе, впрочем, как и играть в игры;

10. Рождение идеально-сэмовых детей (Михал’96, Данил’99). В это же время, занятие Йогой, куда притащила (как всегда) Сэма Идея. Для Сэма Йога стала лишь ступенькой на его пути, ведь главная его задача (как он считал) состояла в другом. Идея же осталась там навсегда.

11. В промежутке между детьми Крым -2, показавший и другую сторону парадиза. Шли в составе: Сэм, Идея, Paul, его girl, гитарист Mellons Пит, басист Ру. Поход оказался слишком тяжелым, возможно из-за заведомо сложного маршрута – решили доехать до Пещер, а после пойти пешком до моря. В Мраморных от радушного позапрошлогоднего приёма’1995 не осталось и следа – знакомый проводник был только один, но и он повел себя не очень приветливо. В итоге, внутрь они не попали и оказались на ночь глядя в пути, за десятки км до цели (море). Шли путники 9 дней, жутко вымотались (и не только девушки), познали, что такое настоящие горы, жажда (пили дождевую воду из лужи), попали в чужую переделку с милицией, собирали грибы (эксперт - Пит), подработали рубкой дров (попытка заработать музыкой возле Пещер, как в прошлом году, провалилась), спустились с гор, вдалеке увидели море и… сели на троллейбус на Симферополь. Просто все так устали, что сил на «отдых» уже не осталось.

 

Написано Идеей

 

Оказывается твой любимый, воспетый тобой и поэтами Крым,

как и все в этом мире, имеет другую сторону – как горько это осознавать, еще труднее разрушить тот монументальный величественный образ который по кирпичикам строился, маленькими шажками познавался, логично рос, возводился и крепчал на глазах? И как же? Куда вписать, вмонтировать, встроить ту несчастливую звезду, через призму которой ты имеешь возможность познать этот, до недавнего времени кусочек рая жизни?

Девиз «хуже гор могут быть только горы, на которых еще не бывал», родился на протяжении того злополучного приключения, которое только что незваным гостем вломилось в твою жизнь, нагло увалилось и просто стало плевать на твою святая святых. И это кажется злом, это сейчас никак не хочется познавать и уж тем более принимать, и все мир рушиться и твой баловень погибает…..

Но нет, посмотри, приобретая тень, свет кажется еще ярче, образ становиться возмужалым и полнометражным.

И тут рождается мудрость – соединение 2 миров, двух пространств, которые рождают третье. И вместе с этой мудростью безвозвратно меняюсь я, растет благодарность к этому жуткому сну, который потряс и разбудил меня и дал влаги для рождения НОВОГО ВИДЕНИЯJ)))

Мой КРЫМ пропитался горьким потом походов, едким дымом страха перед дикой природой, ночной беззащитностью, постоянной бездной неизвестности и, все же, пьянящим нектаром творчества , тонкими ароматами вдохновения, игриво-детской радостью и полным самозабвением!!!

Жизнь станцевала свой огненный танец фламенко, вплетая в него ручьи надежды, лучи веры и ключи величественной розовокрылой, сизоокой, чарующей и непостижимой повелительницы любви!!!

Конец.

Занавес.

(Конец записи)

 

Через год состоялся Крым - 3, уже ещё меньше похожий на настоящий поход, недалёкий (Алушта). Кстати, согласившийся сначала идти мутный барабанщик Дэн в последнюю минуту дал задний ход, чуть не разрушив всю компанию, т.к. желательно иметь хотя бы 4(четыре) члена экспедиции (уже тогда Сэму следовало бы задуматься над поведением этого субъекта – через три года Дэн кинет Mellons в Киеве, поставив группу в значительно более сложные условия). Хотя поход в целом удался, Сэму не понравились алуштинские горы, да и море почти всё время было +13.

Примечательно, что, по словам матери Сэма, в это самое время, когда Сэм с Идеей ехали в троллейбусе назад в Симферополь, их первенец Мик (ему тогда было год и 9) внезапно вскочил и возбужденно начал на ломаном младенческом сообщать бабушке о том, что «мама с папой едут в атобусике», притом, что время и даже день возвращения родителей не были известны. У него и после этого случая случались моменты ясновидения (как и у многих младенцев), исчезнувшие, правда, в более «зрелом» возрасте.

 

Написано Идеей.

 

Факт – то, что может быть СОБЫТИЕМ всей жизни, и придать оттенок всем мыслям и чувствам женщины, может быть совсем не упомянуто мужчиной!!!

Согласна, отцовство, возможно, играет не такое великое значение в гендерной роли мужчины, но прямое активное участие в рождении жизни все же, на мой взгляд, не забываемо и достойно пера.

Это надо нарисовать, подумала как-то очень странно я. На столе стоит чашка и рядом лежит чайная ложечка, вроде бы ничего необычного, но необъяснимо красиво и грациозно. Я уже тянусь за листком и карандашом – и ничего уже не существует кроме этого кадра в моей жизни…..и потом каскадом мысли сходят с железных путей и протаптывают свои дорожки-стежки: это очень загадочно и необъяснимо, это туманно и грустно, а это уже готовый пейзаж и я часами рисую и рисую и не трогайте меня, оставьте в покое….

По-моему я беременна! Сразу же букет всего бросается в лицо Сэму – радость, грусть, тревоги, опыт с первым ребенком, еще рано…

План, мне нужен план рождения, как написать этот сценарий? Как срежиссировать? И главное – сыграть?

Вопль о помощи – христианство, все Боги и Богини Индии, Греции, Рима, которые хоть как-то касаются триады женщина-помощь-ребенок, были призваны; вся информация проходила через это сито и форма лепилась из подручного материала – благовония, молитвы, ритуалы прощения, эфирные масла, музыка, танцы – на троне её величество Йога…

Но в социуме этого мало – придумывание историй и разведка в роддом, выуживание инфо из жэка, продумывание всяких вариантов – по ночам не бывает воды, репетиции звонков в скорую…

Стойкость Сэма сыграла решающую роль, когда я уже чуть не сорвалась бездну отчаяния и тревог - не испугало его и то, что ребенок сначала не кричал, хотя для меня эти секунды были просто невыносимыми….

И вот встреча двух братьев…. марсианчика Дани, красного и синего и сатурнянчика Миши ничего не понимающего и заспанного. Они только что пришли из разных миров, и этот мир объединил их судьбы, и совсем не важно, что они плохо видят друг друга – один родился, один проснулся – но на протяжении всей жизни они будут долго разглядывать, изучать и взаимообогащаться друг другом.

Начало всех начал…

Улыбка умиления…

 

(Конец записи)

 

12. Переходный период. Играть в переходе под площадью Свободы, что в Херсоне, стали еще летом 97 года Пит с тогда небарабанщиком Mellons Дэном. Осенью к ним присоединились сидевший в отпуске за свой счет (с завода) Сэм и вообще не имевший никогда работы Ру. Играли битлов и другие песни на английском. Как – то в ноябре Сэм и Ру стояли в переходе вдвоем, когда на них налетел злой полицейский майор, грозивший карами, если увидит их еще раз. Сэму показалось это знаком, и он месяца 2 пробивал возможности других заработков (что-то там такое предлагал Джон, ставший бизнесменом и т.п.). Естественно, всё оказалось purple haze, и в январе, на другой день после своего дня рождения, Сэм уже вновь стоял с Питом, распевая английские стандарты. После того, как работа наладилась (разборка с Максом, тоже игравшим с Питом, но сепаратно от Сэма), какое-то время денег хватало (по 2.50 на лицо) и даже было в избытке (курс - 1$ = 1.81 грн.). Потом всё вошло в привычную колею: каждый день, часов с 10-ти и до часов двух они стояли, в разных составах (Сэм-Пит, Сэм-Пит-Дэн, Сэм – Ру, Сэм - Дэн). Переход стал сильной вокальной (попробуйте-ка петь на открытом воздухе, без микрофона, полагаясь только на легкие и горло, когда рядом ходят люди, шумят машины и троллейбусы, да еще и попадать в интервалы, ведь петь tutti очень нудно) и социальной (каждый прохожий может любым доступным ему способом выразить свое отношение) школой. Были освоены почти все переходы города (а их в Херсоне не так много, хотя и намного больше, чем в Николаеве - там всего 1 и какой-то дикий). Последнее место работы (как в резюме) – переход на ул. Железнодорожной. Тут уже пели на русском, однако родственный материал (Браво, Секрет, Найк Борзов, Машина Времени etc.) В переходе же (ещё на пл. Свободы) их и увидел киевский Славик, поразившийся: «Битлы?! в Херсоне?! в переходе?! Да еще и на таком уровне?!». Поговорили, разошлись. Не взяв координат, Славик, купив пива, бегом возвращается в переход, однако Mellons там уже нет… Примерно через полгода, он устанавливает связь с ними через знакомых торговцев аудио-кассетами. Интересно фраза Славика: «У меня верный глаз. Я неоднократно убеждался, что если я скажу, что какая-нибудь команда выбьется, то она обязательно выбивается». Начинается его какбыменеджерская (по словам позднего Сэма) деятельность. Будучи человеком занятым (имел кассетный бизнес), однако, лелея в душе какие-то музыкальные выси (сам в прошлом играл), Славик пытался, в свободное от работы время, что-то сделать. Так как что-то сделать одной левой ногой вообще трудно, да и в те времена (конец 90-х) на нечернозёмной ниве шоУ-биз’а в Украине вообще мало что росло, у квазименеджера получилось протолкнуть Mellons лишь в программу живого звука на кабельное ТиVи в Киеве. Учитывая то, что живо-звуковый аспект программы был поставлен отвратно, как на совковых сэйшенах (аппарат нашли за час до записи), а также то, что Сэм находился в периоде перехода с английского на русский (тексты были сырыми, нужно было петь лучше на английском, но автор отказался) первое выступление в телевизоре пошло нормально. Друзья Славика посоветовали ему засунуть Mellons на годик в клубы (sic!), что привело Сэма в ярость, считавшего команду готовой к самым высоким полётам. Программа эта стала пиком параболы сотрудничества группы и менеджера (хотя тот настаивал на продюсере, Сэм же свято блюл эпстайновское – менеджер). Разделенные полутысячею км, Сэм и Славик общались по телефону. Причем Сэм пробовал как-то ускорить процессы деятельности Славика. Как-то в пароксизме усталости и безнадежности лидер Mellons пишет квазименеджеру Mellons послание, полное упреков и побуждений к действию, делая резонное замечание, что Mellons есть последней попыткой Славика достичь чего-то в музыке. Письмо отвёз Пит, ехавший в Киев на концерт Metallica. Эпистола настолько возмутила и затронула гордыню бизнесмена, что ни о каких дальнейших отношениях Сэм-Славик не могло быть и talking (правда, их, этих отношений, уже de facto не было с момента TVыступления). Пит же, побывавший в столице, разнюхавших за один раз всё о клубах, стал подталкивать остальных к переезду в Киев, что и случилось в последний год века (2000). С ними уже не было Ру, рассорившегося с Дэном из-за гёрлы. Однако Сэм, после первого же выступления в клубе Al Pachino разочаровался во всем этом виде деятельности, ведь там не было ни капли звездности, одна лабанина. Была у Сэма такая способность – с первой же попытки видеть суть всего последующего этапа и его трудности; отсюда и разочарование. Лишь потом, вернувшись еще на год в Херсон (Пит остался, Дэн вернулся тоже), простояв этот год в том же переходе, Сэм понял неизбежность клубов. Позднее, он поймет, что без них очень сложно вообще стать профи (путь Beatles). По сути, играть, петь и держать себя на сцене Сэм научился, только почти ежевечерне выходя на их сцены. С новым составом (из которого Дэн бежал уже в Киеве, не выдержав самых тяжелых первых устроечных месяцев) Сэм, уже с Идеей (а она решилась взяться за дело сама, чтобы Сэм «не испортил всё во второй раз»)

12(опять?). Переезжают в столицу (Киевград), причем Идея заранее нашла с помощью Лилит (она тоже здесь) квартиру; устройство и игра Сэма в клубах (см. также жизнь 1 – «Человек с Битловскими Мозгами»), тоже не без помощи Идеи; дети пока по бабушкам (один у одной (свекровь), другой у второй(тёща)); первым забирают в Киев Мика (через 4 месяца), потом Дана (через 7 м-цев); Идея становится красно-дипломированным психологом (т.е. оканчивает вуз, поступает в него не без помощи Сэма, оплатившего подготовительный, нулевой курс), хотя прирожденным, природным психологом она была всегда. У Сэма череда составов (люди уже далеко не все его земляки), череда клубов, их тупик. Из этого вытекла умозрительная концепция Сэма о его творчестве, проявившаяся в смене названия группы (The Mellons осталось для клубов с их каверами), языка песен (укр., рус.). Новое название звучало так: Батискаф Фаренгейта.

 

Реверанс

Это вновь я, надоеда - автор, делающий карьеру на смерти своего героя. По причине того, что Сэм давно жив, я более не смогу сказать ничего о его жизни, ведь я не знаю этого сам. Продолжу позднее, когда мои агенты выведают больше о жизни этой выдающейся личности.

 

Жизнь 3