Мои Конспекты
Главная | Обратная связь


Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Шахиня хитра, а Бирбал хитрее



Как-то раз падишах со своей женой качался на ка­челях. У него на ногах были туфли, а она была босая. Шахиня была чудо как хороша собою, прямо писаная красавица. Акбар же хоть и красив, да где ему с ней равняться! Видны ли звёзды при ясном солнышке?

—Господин мой, – говорит шахиня, а сама усмехается, – красивые у вас туфли, а всё же мои босые ноги лучше.

—А вот и нет, – отвечает Акбар.

И заспорили они. Дальше – больше, вскоре все слу­жанки из гарема собрались в сад. Шахиня показывает им на туфли падишаха и на свои босые ноги и спра­шивает:

—Ну-ка скажите, у кого из нас ноги лучше? Служанки молчат, словно воды в рот набрали. Им, конечно, правду говорить страшно. Угодишь Акбару – хозяйка осерчает, угодишь ей – падишах разгневается.

Случилось в этот час прийти в сад Бирбалу. Уви­дала его шахиня, обрадовалась и спрашивает про то же.

—О госпожа! Ваши ноги, конечно, красивее, но важ­нее-то ноги падишаха. И то сказать, не будь ног падишаха, как бы сюда ваши ноги попали?

Разозлилась красавица на Бирбала за такие слова, но виду не подала, улыбнулась даже, будто довольна очень, и похвалила за справедливое рассуждение. И казначею приказала:

—Вели дать ему в награду сотню. Казначей тотчас ответил:

—Госпожа! Завтра утром будет выдано. Бирбал почуял подвох и тоже пустился на хитрость.

—Госпожа шахиня! Казначей пообещал вам отсчитать сотню, да ведь обманет.

«Это что же он говорит, будто меня пороть бу­дут?» – подумала она.

—Бирбал! Ты что же такое городишь? Разве казначей собирается дать мне сотню розог?

—Так значит, мне должны дать сотню розог?

—Я сказала про сотню рупий, – вывернулась шахиня. – С чего это ты подумал про розги?

—Госпожа шахиня! Я ведь сказал только для верности, чтоб казначей ваш приказ понял.

Так Бирбал не поддался на обман. На хитрость шахини он ответил хитростью. Шахиня всё поняла и промолчала.

Тайна музыки

Нет лучшего средства для возвышения души, чем музыка. Без сомнения, сила воздействия музыки за­висит от степени духовной эволюции, которой достиг человек.

Однажды падишах сказал Тансену:

—Я не представляю, Тансен, чтобы кто-то мог превзойти тебя, это кажется невозможным! Но когда бы я ни подумал об этом, у меня поневоле возникает мысль, что ты всё же был учеником у великого музыканта. И кто знает, может быть, он превосходит тебя по мастерству? Скажи мне, кто же был твоим Учите­лем? Жив ли он ещё?

Тансен ответил:

—Да, владыка мира, мой Учитель жив, и он действительно великий музыкант. Более того, я не могу назвать его «музыкантом», а должен назвать его «музыкой».

Тогда падишах воскликнул:

—Я хочу увидеть его и услышать, как он поёт! Можешь ли ты привести его сюда?

Тансен сказал:

—Не может быть и речи, чтобы призвать его ко двору. Он – как ветер или облака, гонимые ветром, как дикое животное, гуляющее, где ему вздумается. Его ничто не связывает с миром, он бездомный странник. Кроме того, совершенно невозможно попросить его спеть или сыграть: он поёт только тогда, когда чувству­ет вдохновение, он танцует только тогда, когда чувст­вует вдохновение. Можно лишь прийти к нему, наблюдать и ждать.

Но Акбар был так заинтересован, что пришёл в вос­торг даже от этих слов и подумал: «Так значит, его Учитель жив! Ради того, чтобы его услышать, стоит самому пойти к нему!».

И они вдвоём отправились в Гималаи, поднялись на высокие горы, где у мудреца в пещере был храм музыки, где он жил среди природы, настроенный на Бесконечное.

Мудрец, увидев, что падишах смирил себя ради того, чтобы услышать его музыку, захотел спеть для него. И ощутив прилив вдохновения, он запел. Его пение бы­ло настолько чудесным, что представляло собой на­стоящий психический феномен. Казалось, что все де­ревья и травы в лесу вибрировали и звучали, это была Песнь Вселенной. Акбар и Тансен были глубоко по­трясены, по щекам падишаха катились слёзы, – уви­денное и услышанное было больше, чем они могли вынести.

Когда они открыли глаза, мудреца в пещере уже не было. Падишах сказал:

—О, какой странный феномен! Но куда же ушёл твой Учитель?

Тансен же ответил ему:

—Вы никогда не увидите его в этой пещере снова, потому что, если однажды человек ощутил вкус этого, он будет всюду искать его, даже ценой собственной жизни. Это больше чего бы то ни было в жизни.

Когда они вернулись домой, падишах прямо на сту­пенях сказал Тансену:

—Я думал, что никто не может превзойти тебя, что ты – само совершенство, но теперь (прости меня, но я должен это сказать) я вижу, что ты и в подмётки негодишься своему Учителю! Скажи мне, какую рагу187 и в какой тональности пел твой Учитель?

Тансен сказал ему название раги и спел её для не­го, но падишах не был удовлетворён:

—Да, это та же музыка, но не тот же дух. Но почему это так?

—Отличие в том, что я пою перед вами, падиша­хом этой страны, а мой Учитель поёт перед Богом. Я пою и танцую ради денег, престижа, уважения, – музыка для меня пока ещё только средство для достижения некоего результата. Я пою, чтобы что-то получить, а мой Учитель поёт потому, что он что-то получил, и в этом – вся разница! Он поёт только тогда, когда он наполнен Божественным и не может всего вместить в себя. Пение его и есть результат: Он празднует!