Мои Конспекты
Главная | Обратная связь


Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Чистые тексты и нейтрализация оппозиции текстов



Если в том или другом отрывке повествовательного текста имеются все упомянутые признаки и если возможные противопоставления текстов нарратора и персонажа осуществлены, то получается такая схема чистых, несмешанных текстов нарратора и персонажа:

Чистый текст нарратора

  1. 2. 3. 4. 5. 6. 7. 8.
  тема оценка лицо время указ. функц. лекс. синт.
TH X X X X X X X X
ТП                

18 Долежел (1960) различает пять первичных различительных признаков и ис­ходит из следующего постоянного противопоставления «плана рассказчика» (план Р) и «плана персонажей» (план П): 1. Формальные признаки: план P имеет только одно (третье) лицо глагола и одно время глагола (прошедшее), план Π — три лица глагола и три времени глагола. 2. Функционально-ситуационные признаки: план P отличается отсутствием призывных, экспрессивных и указательных средств, план Π — их присутствием. 3. Семантические признаки: в плане P семантический аспект не выражен, в плане Π присутствуют средства, выражающие субъективный се­мантический аспект. 4. Стилистические признаки: план P остается без стилистиче­ской специфики, план Π характеризуется стилистической спецификацией на основе разговорного стиля. 5. Графические признаки: высказывания плана P графически не обозначены, высказывания плана Π графически обозначены. У Долежела от­сутствуют тематические признаки, которые оказываются в анализе текстов край­не значимыми, нередко решающими. Выдвинутые Долежелом графические при­знаки являются чертами не самих высказываний плана П, а только их приведения в тексте Р. Как таковые они не должны были бы войти в набор признаков, по ко­торым различаются план P и план П. В отличие от Долежела я не исхожу из того, что текст нарратора в «формальных», «функционально-ситуационных», «семан­тических» и «стилистических» признаках является всегда нейтральным и что текст персонажа в признаке «стилистическом» всегда окрашен разговорной речью.

Чистый текст персонажа

  1. 2. 3. 4. 5. 6. 7. 8.
  тема оценка лицо время указ. функц. лекс. синт.
TH                
ТП X X X X X X X X

Указанные идеальные схемы чистых текстов часто не реализованы, потому что оппозиция текстов может отчасти нейтрализоваться. В схеме мы будем обозначать нейтрализацию оппозиции текстов знаком тире (—) в строках TH и ТП. Нейтрализация оппозиции текстов имеет место в двух случаях:

1) если в данном отрывке произведения определенные признаки вообще отсутствуют,

2) если тексты нарратора и персонажа совпадают по отношению к рассматриваемому признаку.

Отсутствие признаков чаще всего касается признаков лица и указа­тельных систем.

Совпадение TH и ТП имеет место тогда, когда и тот и другой текст идентичны по отношению к рассматриваемому признаку. Так, прошед­шее время ТП может совпадать с прошедшим нарративным TH. Оппо­зиция текстов нейтрализуется во всех отрывках, содержащих глаголы прошедшего времени, обозначающие прошлое персонажа. Повествова­ние может проводиться в praesens historicum, т. e. в «настоящем по­вествовательном», или «настоящем нарративном» (Падучева 1996, 287). Тогда нейтрализация оппозиции обнаруживается во всех отрыв­ках, в которых имеются глаголы настоящего времени, обозначающие настоящее того или другого персонажа. В недиегетическом повество­вании оппозиция TH и ТП нейтрализуется во всех отрывках, в кото­рых говорится о другом персонаже повествуемого мира (т. е. не о го­ворящем лице или лице, к которому обращаются): как в ТП, так и в TH персонаж, о котором говорится, фигурирует в третьем лице.

В только что оговоренных случаях происходит нейтрализация ло­кальная, т. е. относящаяся только к отдельным отрывкам повествова­тельного текста. Такая локальная нейтрализация возможна также по отношению к признакам 1,2,5,6,7,8, а именно тогда, когда TH и ТП в

отдельных местах совпадают. Так, лексика в одних высказываниях по­вествовательного текста может быть соотнесена как с TH, так и с ТП, а в других — только с одним из них.

По отношению к признакам 1, 2, 6, 7, 8 оппозиция TH и ТП может быть нейтрализована во всем повествовательном тексте. Тогда речь идет о нейтрализации глобальной, которая чаще всего касается призна­ков лексики и синтаксиса. Если персонажу и нарратору свойствен, на­пример, один и тот же стиль, как это бывает на основе литературного стиля в дореалистической прозе или на основе разговорного стиля в сказовом повествовании, то во всем произведении признак 7 как разли­чающий TH и ТП неприменим.

Признаки 3,4,5,6 требуют особой оговорки. По ним TH и ТП раз­личаются только в высказываниях, относящихся к диегесису. В ком­ментариях и автотематизациях нарратора, т. е. в высказываниях, отно­сящихся к экзегесису, могут встречаться такие же характеристики, как и в высказываниях персонажа: первое лицо, настоящее время, дейк­тические наречия, экспрессивная или апеллятивная функция. Так, на­пример, известное восклицание недиегетического нарратора в «Бедной Лизе» в пределах признаков 3, 4, 5, 6 звучит вполне как изречение одного из персонажей. Только тема (1) и оценка (2) указывают на нар­ратора:

Ах! Я люблю те предметы, которые трогают мое сердце и заставляют меня проливать слезы нежной скорби!

(Карамзин Н. М. Избр. произв. М., 1966. С. 37).

Распределение признаков в этом высказывании следующее:

  1. 2. 3. 4. 5. 6. 7. 8.
  тема оценка лицо время указ. функц. лекс. синт.
TH X X
ТП    

В диегетическом повествовании для различения TH и ТП и для нейтрализации их оппозиции действуют иные условия. Поскольку пер­сонаж совпадает с более ранним «я» нарратора, TH и ТП будут разли­чаться гораздо меньше, чем в недиегетическом повествовании. (Не­диегетическая ситуация, впрочем, имеется в диегетическом повество-

вании также и по отношению к третьим лицам.) Признак 3 в диегети­ческой ситуации (т. е. когда речь идет о повествуемом «я») для разли­чения ТП и TH полностью отпадает. В лексике и синтаксисе ТП (т. е. текст повествуемого «я») будет отличаться от TH (текста повествую­щего «я») не принципиально, а только в зависимости от данной вну­тренней или внешней ситуации. Оппозиция текстов будет основывать­ся, прежде всего, на тематических и оценочных признаках. Их различи­тельная сила зависит от того, какую дистанцию повествующее «я» соблюдает по отношению к повествуемому «я». Решающее значение имеет при этом не только промежуток времени. В романе «Подрос­ток», где интервал между диегесисом и экзегесисом редуцирован лишь до нескольких месяцев, разыгрывается довольно сильное напряжение между «тогдашним» и «теперешним» «я».