Мои Конспекты
Главная | Обратная связь


Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Я ЗДЕСЬ НЕ ОСТАНУСЬ



 

Обмывая холодные кости разума в соленом растворе любви,

Я позволю себе, будто случайно, запутаться в тонкой ажурности паутины.

И уже не вырваться. Я растрачу свою свободу в запахе кожи твоей. Вырви

Попробуй меня из цепких объятий, лучше в складках одеяла умри.

 

Я здесь не останусь. Я шагну с подоконника в небо.

Я покину тебя навсегда.

 

Круги кофе блестят на столе. Пепел сна твоего разбросав по бумаге,

Я оставлю раскрытым Канта. Я снова не сплю. Я опять говорю с Богом.

И смахнув с пальто пыль вчерашней ссоры, я отправлюсь в чужой день,

Говорить буду чужим людям о делах и разглядывать их глаз воспаленные капилляры.

 

И размывшись в толпе, я буду вдыхать едкий запах весны и грязных автомобилей.

Улыбаясь серым лицам прохожих и зеленому небу, такому низкому, что боюсь

Об него запнутся, и я ноги аккуратней переставляю. Да, этот вечер еще не убили.

Мокрый снег бьет в лицо, режет взгляд мой рекламная мертвая яркость. Я не злюсь.

 

Но, Я здесь не останусь. Я шагну с подоконника в небо.

Я покину тебя навсегда.

 

И целуя зрачками отражение фонарей в моих черных весенних ботинках,

Я позволю себе прожить этот день. Вслушиваясь в хриплое чириканье воробья,

И в чавканье грязью сотнями ног, я тихонечко подпою под музыку городского шума.

Это все уже не повторится. Я бесшумно бреду по осиротелой пустынности улицы без меня.

 

Я здесь не останусь. Я шагну с подоконника в небо.

Я покину тебя навсегда.

 

 

Синими пятнами глаз

Взглянет ангел на меня строго.

Ясными звездами слез

По бледности щеки немного

 

Еще, и брызнет боль немая.

Трогательным лица поворотом

Всю вселенную упреков

Одним вздохом. Мило. Кротко.

 

 

 

Ночь, одна из самых холодных, темных и самых режущих, сегодня была особенно ледяной. Но не оттого, что столбик термометра опустился слишком низко, просто некому было согреть одинокую душу. Лишь немой ветер трепал умирающие листья и полы длинного осеннего плаща.

Сухие слезы топили лицо. Нет, это не слезы глубокого горя. Оплакивать себя бессмысленно. Это вклад в общее рыдание времени. Высокие мысли где-то затерялись в низких грозовых тучах. А осознание того, что живешь в лучшем из возможных миров, скорее тяготило, чем грело.

 

 

 

 

Я сегодня с осиной шепталась.

Мы решили вдвоем умереть.

Она тихо над пеплом склонялась.

Я старалась ее обогреть.

 

Тот свирепый разгром будем помнить,

И огонь, обжигая сердца, нас ласкал.

А сегодня могильные хлопья,

Опускаясь на мертвый оскал,

 

Похоронят безумные души.

Только ветер будет свистеть.

Больно очень. Сейчас будет лучше

Нам, пожалуй, вдвоем умереть.

 

 

 

Как смешно звучат звонкие капли тающего горячего снега, падающие на холодный лед. Как больно обжигают лучи юного солнца, стараясь как можно нежнее гладить старые черные сугробы. Как горько вдыхается сладость весеннего воздуха. Нелепый запах причиняет боль, витая среди ветвей.

Пьяное небо колет глаза острой голубизной. Бешеные птицы все время кричат о счастье, но почему тогда кругом слезы? Они льются с крыш и текут ручьями.

Почему никто не видит, как плачет снег?

 

 

Как жаль

 

Как жаль, что все когда-то начинается,

Но должен непременно наступить конец.

И все дороги обязательно кончаются,

Но все дороги обязательно куда-нибудь ведут.

 

Начинается осень, тихо дождь моросит,

И опавшие листья небрежно лежат на земле -

Напившись, земля (она) набухла от влаги,

И вода под ногами запуталась

В желтой траве.

Но все это когда-нибудь кончится.

И не будут туманы блудить

Под деревьями в ветвях кустов.

Только небо нигде никогда не начнется

И нигде не закончится.

Вечное серое небо

Отражается в луже, которой не будет.

Отражается в тысячах глаз,

Осужденных на смерть.

 

 

Одинокий

 

Голубые просторы,

Ничего вокруг нет.

Только небо и море.

Где-то там в вышине

 

Чайка крикнула вдруг

И летит, глядя прямо в глаза.

«Помоги, мой единственный друг!»

И она одинока, как я.

 

«Но куда ж ты, постой.

Ты одна и я тоже один.

Мы бы вместе с тобой

Свернули с ложного пути»…

 

Но она меня не слышала,

И не значили ничто слова мои.

Улетала чайка дальше все

И исчезла в голубой дали.

 

Надежда покинула,

И один я остался.

Туча небо покрыла.

Ветер пьяный взбесился.

 

Потемнела вода.

Молния быстрая

Небо на куска два разрезала.

Поднялась волна смертоносная.

 

Я качусь по волне.

Лишь миг - захлебнуться.

И бросает меня вверх и вниз.

О нет, еще бы разбиться!

 

И не хочет меня

Шторм беспощадный

Не в покое оставить, любя,

И не насмерть разбить о голые скалы.

 

И втащило меня,

Унесло в бездну тьмы.

Все кругом: гром, и молния,

И безутешные волны.

 

И вдруг, ничего.

Все исчезло.

И остался лишь я

Посреди неизвестного…

 

 

Из ведра густо лил дождь,

Шевелясь, нервно брякала форточка.

Три шага, холодных и скользких,

От окна отделяли, смеясь пустотой.

Шумно вихрь ворошил стол,

И окно смотрелось в зеркало – в пол.

Мятно пахло азотом с улицы,

И шуршала под окном слякоть.

Через дырку в стекле прыгала дрожь,

Дыхание ветра пугало простудой.

И сквозняк по гладкому полу скользил.

Вдалеке собаки друг другу сигналили воем,

Пытаясь от холода скушать луну.

Гул застрявших машин задевал мне виски,

Тишина мне съедала уши.

От молчанья хотелось кричать, от тоски,

Но оцепененье полусказки

Очень страшно было нарушать.

А дремота сковывала веки,

А от полумрака скоро заболят глаза.

Из ведра густо лил дождь,

Шевелясь, нервно брякала форточка.

И ни на грамм меня ничто ни от чего

Не отделяло и не отделяет.

 

Мы с Богом друзья.

Я могу прийти к нему в гости

Когда захочу

И поплакаться в жилетку.

Он поймет меня

И как истинный друг –

Ничего не ответит.

Я попрошу о помощи.

Он молча пообещает

И как истинный бог –

Ничего не исполнит.

 

 

 

Выплескивая стакан вдохновения

В измощиненное лицо времени,

Потрескавшееся от усталости

Поколения глухонемых рабов,

С удивлением замечаю,

Что руки за спиной не были

связаны.

 

Вырывая из паутинной заплесневелости

Засиженного мухами сознания

Заплеванную в истоптанности гордость,

С умилением замечаю,

Что в слепом смирении она

Выжила.

 

Выворачивая наизнанку оголенными проводами нервов

Наголо бритую и протертую тряпочкой

От лишней пыли навязчивых пышноотцветающих мыслей

Душу свежеотфабрикованного штампованного идиота,

С удивлением замечаю,

Что в обильном выделении фермента

Пассивного слабосилия –

Брызжет желчь.

 

Залезая в носик заварника с протухшим чаем,

Выглядываю из него для лучшего понимания действительности.

Подвешиваю себя на бельевую веревку вверх ногами,

Одеваю кривые призматические очки

С разбитыми стеклами,

Чтобы лучше почувствовать

Первозданную свежесть мира.

 

Не думать

 

Глаза закрыть и раствориться в тишине ночной,

И улететь неведомо куда,

И испариться в утреннем тумане,

И стать ничем и озариться в бледно-розовых лучах.

 

Какое счастье все-таки - не думать,

Как это здорово побыть никем.

 

Ни будущего не иметь, ни прошлого,

Ни вспоминать, ни помнить, ни запоминать.

 

Как вдруг легко стряхнуть глобальные проблемы

Со своих и без того загруженных тяжелой жизнью плеч.

И бросить в пропасть свой железный крест,

Который нес ты на спине весь путь.

 

И крикнуть: «Наконец-то я свободен!»,

И пылью разлететься над Землею,

И мирно опускаться, оседать на чьи-то грязные ботинки

И золотым песком рассеяться и во Вселенной затеряться.

 

Но я не растворюсь ни в утреннем тумане,

Ни в уходящем солнце закатившегося дня.

Останусь здесь я со своими мелкими делами

Под гнетом неосуществимых мыслей, целей и желаний.

 

Под гнетом страшной и жестокой жизни,

Под гнетом многоликого и исстрадавшегося мира,

И затеряюсь не в космическом пространстве,

А в многомиллиардной и чудовищной толпе.