Мои Конспекты
Главная | Обратная связь


Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Часть вторая. Досудебное производство 5 страница



26. В случае поступления в компетентный орган устного заявления о явке с повинной устанавливается личность явившегося и составляется протокол явки с повинной. Личность явившегося с повинной (фамилия, имя, отчество, дата и место рождения, гражданство, место жительства, работы или учебы) устанавливается и в случае его обращения с письменным заявлением.

27. Протокол же явки с повинной составляется и тогда, когда устное заявление о явке с повинной сделано при производстве следственного действия или в ходе судебного разбирательства.

28. Комментируя ст. 142 УПК, некоторые ученые утверждают о необходимости "составления протокола о явке с повинной"*(581) и в случае обращения лица с письменным заявлением о явке с повинной*(582). Между тем закон не требует делать этого. Часть 2 к.с. построена так, что приводит к однозначному выводу. На следователя (дознавателя и др.) возложена обязанность занесения в протокол явки с повинной только устного заявления.

29. Другое дело, когда в письменном заявлении гражданина о совершенном им общественно опасном деянии отсутствуют сведения, достаточные для того, чтобы это заявление могло с точки зрения УПК быть расценено как письменное заявление о явке с повинной. В предложенной ситуации собственно заявление о явке с повинной будет устным, а не письменным*(583). Именно поэтому необходимо составить протокол явки с повинной. Представленный же гражданином письменный документ не порождает возникновения уголовно-процессуальных правоотношений. Если же в нем содержатся уголовно процессуально значимые признаки объективной стороны состава готовящегося, совершаемого либо совершенного им преступления, то налицо письменное заявление о явке с повинной. Это значит, составлять протокол явки с повинной не требуется. Всю дополнительную информацию от явившегося с повинной можно получить в ходе предусмотренной ст. 144 УПК предварительной проверки, а затем и в процессе допроса на стадии предварительного расследования.

30. Протокол явки с повинной - это уголовно-процессуальный документ (форма закрепления повода и основания для начала уголовного процесса), в котором фиксируется устное заявление о явке с повинной (содержащаяся в заявлении информация).

31. При составлении данного документа должны быть соблюдены требования к.с. В частности, в протоколе явки с повинной должны отражаться:

а) должность, классный чин или звание, фамилия и инициалы лица, составившего протокол;

б) ссылка на статью (ст. 142 УПК), в соответствии с которой протокол составлен;

в) время (день, час, минуты) и орган, которому поступило заявление о явке с повинной;

г) анкетные данные явившегося с повинной: фамилия, имя, отчество, дата и место рождения, гражданство, место жительства, работы или учебы;

д) номер и серия паспорта или иного документа, удостоверяющего личность явившегося с повинной, кем и когда предъявленный явившимся с повинной документ был выдан;

е) подробное изложение события, о котором он сообщает: когда, где, что явившимся с повинной сделано и каковы, по его мнению, наступившие последствия.

32. По общему правилу лицо, явившееся с повинной, не предупреждается о предусмотренной ст. 306 УК уголовной ответственности за заведомо ложный донос. Так должны обстоять дела тогда, когда явившийся с повинной рассказывает о своих действиях или бездействии. Если же в заявлении о явке с повинной лицо сообщает о действиях (бездействии) соучастников или иных лиц, без которых невозможно охарактеризовать событие совершенного им самим преступления, явившийся с повинной должен быть предупрежден об уголовной ответственности за заведомо ложный донос о совершении преступления другими (не им лично) людьми.

33. Когда же явившийся с повинной рассказывает не только о совершении им самим преступления (преступлений), но и о других фактах преступной деятельности, в которых он лично не принимал участия, составляется два документа: протокол явки с повинной и протокол принятия устного заявления. В первом отражается информация о совершении преступления лицом, явившимся с повинной, а во втором - уголовно процессуально значимые признаки совершенного другими лицами общественно опасного деяния.

34. В соответствии с ч. 2 ст. 18 УПК заявителю, не владеющему или недостаточно владеющему языком, на котором ведется уголовно-процессуальное досудебное производство, должно быть разъяснено его право изложить заявление о явке с повинной на родном языке или другом языке, которым он владеет, а также право бесплатно пользоваться помощью переводчика в порядке, установленном УПК.

35. В процессе принятия у такого гражданина заявления о явки с повинной участвует переводчик. Перед началом данного процессуального действия следователь (дознаватель и др.) должен удостовериться в компетентности переводчика и разъяснить переводчику его права и ответственность, предусмотренные ст. 59 УПК.

36. Факт разъяснения данных прав как явившемуся с повинной, так и переводчику отражается в протоколе явки с повинной.

37. Заявление о явке с повинной может быть дано не на русском языке (и не на государственном языке республики, входящей в Российскую Федерацию). Протокол же явки с повинной и в этом случае оформляется на языке, на котором ведется уголовно-процессуальное досудебное производство. Подписывает протокол и лицо, явившееся с повинной, и переводчик.

38. По аналогии с ч. 3 ст. 167 УПК, если явившийся с повинной в силу физических недостатков или состояния здоровья не может подписать протокол явки с повинной, то ознакомление этого лица с текстом протокола производится в присутствии законного представителя, представителя или понятых, которые подтверждают своими подписями содержание протокола и факт невозможности его подписания лицом, явившимся с повинной.

39. Последним ставит свою подпись в конце протокола явки с повинной лицо, составившее протокол, - следователь (дознаватель и др.).

40. Сведения, сообщенные лицом, обратившимся с заявлением о явке с повинной, подлежат тщательной проверке, поскольку со стороны заявителя возможен самооговор. Известны также случаи, когда лицо является с повинной в целях сокрытия факта совершения им более тяжкого преступления.

41. См также комментарий ст. 140, 141, 143, 163, 167 УПК*(584).

 

Статья 143. Рапорт об обнаружении признаков преступления

1. Уголовный процесс начинается тогда, когда в распоряжении компетентного органа (должностного лица) появится повод и основание для начала уголовного процесса. Поводом в ситуации, наличие которой предполагается к.с., является устное или письменное сообщение (в значении не определенного рода информации, а формы выражения таковой*(585)) о совершенном или готовящемся преступлении, полученное из иных источников. О получении данного сообщения уже на стадии возбуждения уголовного дела вне зависимости от того, в каком виде оно поступило в компетентный возбуждать уголовное дело орган, составляется рапорт об обнаружении признаков преступления.

2. Согласно требованиям к.с. рапорт является документом, который составляется в связи с получением сообщения, а не документом, в котором фиксируется данное сообщение. Между тем, несомненно, имеющая процессуальное значение информация (фактические основания начала уголовного процесса), содержащаяся в сообщении о совершенном или готовящемся преступлении, полученном из иных источников, должна быть отражена и в рапорте.

3. Сообщение о совершенном или готовящемся преступлении, полученное из иных источников, соотносится с рапортом об обнаружении признаков преступления примерно так же, как предмет, который может служить средством для установления обстоятельств уголовного дела, соотносится с постановлением о признании его вещественным доказательством. Предмет, обладающий признаками вещественного доказательства, появляется в распоряжении следователя (дознавателя и др.) (а значит, и в уголовном процессе) до того, как последним будет вынесено постановление о признании его вещественным доказательством. Точно так же сообщение о совершенном или готовящемся преступлении, полученное из иных источников, выслушивается (прочитывается, обнаруживается) до того, как будет оформлен соответствующий рапорт. Сообщение существует без рапорта, но его получение обязательно должно быть оформлено таковым. Аналогично вещественное доказательство после изъятия его, к примеру, в процессе осмотра места происшествия уже имеется в уголовном деле, но уголовно-процессуальное законодательство требует составить дополнительно постановление о признании изъятого предмета (обладающего признаками вещественного доказательства) вещественным доказательством.

4. В этой связи хотелось бы несколько слов сказать по поводу того, можно ли именовать рапорт об обнаружении признаков преступления разновидностью сообщения о совершенном или готовящемся преступлении, полученного из иных источников, или "новым видом сообщения о преступлении". Если это верное утверждение, то напрашивается вывод, не соответствующий содержанию к.с., - что рапорт об обнаружении признаков преступления составляется не во всех, а лишь в некоторых (авторы не говорят, в каких именно) случаях принятия сообщения о совершенном или готовящемся преступлении, полученного из иных источников. Между тем к.с. требует во всех (а не в каких-то отдельно взятых) без исключения случаях принятия сообщения о совершенном или готовящемся преступлении, полученного из иных источников, составлять рапорт об обнаружении признаков преступления.

5. Сообщение о совершенном или готовящемся преступлении, полученное из иных источников*(586), является поводом для возбуждения уголовного дела и одновременно поводом для начала уголовного процесса. Но не все ученые согласятся с этим утверждением. В литературе встречаются рассуждения, из которых следует, что несообщение о совершенном или готовящемся преступлении, полученное из иных источников, - повод для начала уголовного процесса, а "сообщение о преступлении, содержащееся в... ином источнике"*(587). Не трудно заметить, что указанным определением автор ставит знак равенства, как минимум, между формой определенного рода юридического факта и содержанием другого юридического факта, то есть между поводом для возбуждения уголовного дела и основанием для начала уголовного процесса. Что не может быть признано правильным. Повод - это форма, а основание - это содержание явления, именуемого юридический факт. В одном случае юридический факт, порождающий начало уголовного процесса, в другом - возбуждение уголовного дела.

6. Таким образом, сообщение о преступлении (а не содержащаяся в нем информация) должно признаваться поводом для возбуждения уголовного дела. Толкование же ст. 140, 144 и некоторых других статей УПК позволяет утверждать, что сообщение о преступлении одновременно является поводом для начала уголовного процесса.

7. Сообщение о преступлении должно содержать информацию об уголовно процессуально значимых признаках объективной стороны состава преступления, иначе говоря, об общественно опасном деянии и (или) общественно опасных последствиях.

8. Именно поэтому трудно согласиться с мнением, что "сообщения руководителей организаций и должностных лиц"*(588), а не "сообщение о совершенном или готовящемся преступлении" является поводом к возбуждению уголовного дела. Сообщение, поступившее в орган предварительного расследования, может вообще не иметь ничего общего ни с преступлением, ни даже с каким-либо иным общественно опасным деянием (общественно опасными последствиями). В нем упоминание о признаках преступления может просто отсутствовать. Такой повод не должен иметь следствием начало уголовного процесса.

9. В литературе высказано мнение, что в процессе работы по проверке информации о преступлении "возможно возникновение иных (то есть кроме рапорта) предусмотренных ч. 1 ст. 140 УПК поводов для возбуждения уголовного дела. Так, если информация о преступлении поступила от конкретного лица и имеется возможность обеспечить его участие в составлении необходимых документов, то в материалах проверки появляется (наряду с рапортом) предусмотренное ст. 141 УПК заявление о преступлении"*(589).

10. Приведенное здесь утверждение небезупречно по следующим основаниям. Повод для возбуждения уголовного дела - это всегда тот источник "информации о преступлении", из которого компетентный возбудить уголовное дело орган (должностное лицо) впервые узнал (получил сведения) о признаках объективной стороны состава данного конкретного преступления.

11. Не может быть заявления (сообщения) о преступлении после начала его предварительной проверки и тем более на стадии предварительного расследования данного конкретного преступления.

12. Соответственно повод для возбуждения уголовного дела всегда один. Последующие источники "информации о преступлении", как бы они не именовались и как бы не оформлялись, не являются первыми, а значит, не будут поводами начала уголовного процесса (для возбуждения уголовного дела). Они в уголовном деле (материале предварительной проверки в порядке ст. 144 УПК) могут играть роль такой разновидности доказательств, как иной документ, жалобы или ходатайства.

13. Иначе говоря, если поводом для начала уголовного процесса было сообщение о совершенном или готовящемся преступлении, полученное из иных источников, в связи с чем составлен рапорт об обнаружении признаков преступления, то поступившее лицу, осуществляющему в порядке ст. 144 УПК предварительную проверку, данного сообщения, письменное заявление о преступлении поводом для возбуждения уголовного дела не является. Оно может быть приобщено к материалам проверки, как и любое иное доказательство (жалоба, ходатайство), позволяющее принять законное и обоснованное решение, завершающее стадию возбуждения уголовного дела.

14. Более того, на лицо, осуществляющее проверку сообщения о преступлении, законодатель не возложил обязанности составления протокола принятия такого (не первого) устного заявления о преступлении. Иначе мы вынуждены будем констатировать возможность наличия по одному уголовному делу 10, а то 100 и более поводов к возбуждения уголовного дела. Либо поводом может быть только первое заявление (сообщение) о преступлении, либо последовательно говорить об обязанности составления протокола принятия устного заявления о преступлении от каждого желающего заявить об этом пострадавшем, очевидце или ином лице, которому известно о данном конкретном преступлении. Такой же обязанности законодатель ни на кого не возлагает.

15. Будучи поводом для возбуждения уголовного дела, в самом общем виде сообщение о совершенном или готовящемся преступлении, полученное из иных источников, может быть охарактеризовано как адресованное органам, правомочным возбуждать уголовные дела, устное или письменное сообщение о совершенном или подготавливаемом преступлении, не являющееся с позиции уголовно-процессуального закона заявлением о преступлении или явкой с повинной.

16. К числу сообщений о совершенном или готовящемся преступлении, полученных из иных источников, следует относить любые письменные сообщения от любых предприятий, учреждений, организаций (в том числе общественных), опубликованные в печати статьи, заметки и письма о готовящемся или совершенном преступлении, а также факты непосредственного обнаружения следователем (дознавателем и др.) признаков объективной стороны состава преступления, лишь бы они не были анонимными. Не относят на практике также к числу сообщений о совершенном или готовящемся преступлении, полученных из иных источников, постановления прокурора о направлении соответствующих материалов в орган предварительного расследования для решения вопроса об уголовном преследовании.

17. Письменное сообщение о преступлении предполагает наличие в нем сведений о фактах (времени, месте совершения и т.д.), имеющих признаки преступления. К сообщению могут прилагаться имеющиеся в распоряжении предприятия, учреждения, организации материалы о готовящемся или совершенном преступлении. Однако данные материалы могут быть переданы и в качестве самостоятельных документов. Предусмотренными п. 3 ч. 1 ст. 140 УПК поводами к возбуждению уголовного дела (началу уголовного процесса) следует именовать направляемые в органы предварительного расследования протоколы собраний организаций (выписки из таковых), на которых обсуждались факты правонарушений.

18. К данной разновидности поводов должны быть отнесены также предусмотренные ч. 3 ст. 226 ГПК сообщения суда об обнаружении в действиях стороны, других участников процесса, должностного или иного лица признаков преступления.

19. Статьи, заметки и письма, опубликованные в печати, также являются разновидностью "сообщения о совершенном или готовящемся преступлении, полученного из иных источников" независимо от того, как к этому относится автор публикации. Не имеет также значения вид печатного издания (частная, районная, областная, центральная газета, журнал и т.д.) и форма публикации (статья, письмо, сообщение и т.д.). Достаточно того, что в публикации содержатся сведения о фактах с признаками объективной стороны состава преступления и было известно лицо, сообщившее данную информацию.

20. В соответствии с требованиями ч. 7 ст. 141 УПК анонимное заявление о преступлении не может служить поводом для возбуждения уголовного дела. Исходя из закрепленной в данной норме правой идеи, нельзя признавать поводом для возбуждения уголовного дела, а значит, и для начала уголовного процесса не только анонимное заявление, но и анонимное сообщение о преступлении.

21. Между тем некоторые авторы формулируют свой комментарий к ст. 143 УПК так, что анонимный источник сведений о преступлении может быть воспринят знакомящимся с их работами правоприменителем как разновидность источника, о котором идет речь в п. 3 ч. 1 ст. 140 УПК. А.Н. Шевчук рекомендует "должностным лицам правоохранительных органов" "получать", "фиксировать" и "уточнять" анонимные источник сведений о преступлении и "излагать свой вывод в письменном рапорте"*(590).

22. Иногда, действительно, часть анонимных сообщений о преступлении проверяется в рамках административной или оперативно-розыскной, а не уголовно-процессуальной деятельности органа дознания, затем при появлении повода и основания к началу уголовного процесса осуществляется уголовно-процессуальная деятельность, в рамках которой оформляется рапорт об обнаружении признаков преступления. Между тем разновидностью повода, о котором идет речь в п. 3 ч. 1 ст. 140 УПК, в такой ситуации будет не анонимный источник (не анонимное сообщение, заявление), а непосредственное обнаружение органом дознания признаков преступления. Как верно замечает Т.Н. Москалькова, поводом для возбуждения уголовного дела (начала уголовного процесса) может быть только тот источник информации о преступлении, который идентифицируется с его автором (физическим или юридическим лицом)*(591).

23. Следователь (дознаватель и др.) в процессе выполнения своей служебной деятельности иногда непосредственно сам выявляет деяние, содержащее признаки объективной стороны состава преступления. Такую разновидность "сообщения о совершенном или готовящемся преступлении, полученного из иных источников", в литературе часто именуют непосредственное обнаружение следователем (дознавателем и др.) признаков преступления.

24. Следователь и должностное лицо органа дознания (дознаватель и др.) могут обнаружить признаки объективной стороны подготавливаемого или совершенного преступления в ходе расследования находящихся у них в производстве уголовных дел. Признаки объективной стороны состава преступления могут быть выявлены органом дознания также в процессе проведения оперативно-розыскных мероприятий, осуществления административной деятельности, к примеру, обеспечения охраны общественного порядка, паспортного режима, безопасности дорожного движения и т.п.

25. Руководитель следственного органа обнаруживает признаки преступления при осуществлении своих контрольных функций или иных направлений собственной деятельности.

26. Все вышеуказанные должностные лица могут обладать рассматриваемым поводом для начала уголовного процесса (возбуждения уголовного дела). Между тем необходимо обратить внимание на то, что сообщение о преступлении, о котором идет речь в п. 3 ч. 1 ст. 140 УПК, может поступить лишь в орган, уполномоченный возбуждать уголовное дело. Поэтому нельзя признать поводом для возбуждения уголовного дела сообщения о преступлении, адресованное суду (судье), в иное не компетентное возбуждать уголовное дело учреждение.

27. Принимать сообщение о преступлении и соответственно составлять рапорт об обнаружении признаков преступления вправе только должностные лица и (или) органы, уполномоченные на возбуждение уголовного дела. Хотя нам известна и противоположная точка зрения*(592).

28. Подведем промежуточный итог. Рапорт об обнаружении признаков преступления может быть составлен следователем (дознавателем и др.). Но не оформляется судом, судьей или каким бы то ни было иным лицом, не уполномоченным возбуждать уголовные дела.

29. В рапорте об обнаружении признаков преступления отражается содержание сообщения о совершенном или готовящемся преступлении, полученное из иных источников. Соответственно в нем фиксируются уголовно процессуально значимые признаки состава преступления.

30. При фиксации в рапорте об обнаружении признаков преступления уголовно процессуально значимых признаков состава преступления нужно стремиться к отражению конкретных сведений, указывающих на подготовку или совершение преступления, - всех известных лицу, получившему данное сообщение, признаков состава преступления (когда, где и что именно произошло, какой причинен ущерб). Как минимум, в нем должны быть отражены вероятные данные о наличии в происшествии, о котором сообщается, уголовно процессуально значимых признаков общественно опасного деяния и общественно опасных последствий (если таковые выявлены), а также источника получения указанных сведений.

31. В рапорте об обнаружении признаков преступления, кроме того, указываются: кому было адресовано сообщение, данные о лице его составившем (должность, классный чин или звание, фамилия и инициалы), а также делается ссылка на ст. 143 УПК. Рапорт подписывается лицом, его составившим. Подписи иных лиц на данном процессуальном документе законом не предусмотрены.

32. Письменного оформления сообщения, в связи с получением которого был составлен рапорт, закон не требует. Однако если в компетентный возбуждать уголовные дела орган поступило письменное сообщение о преступлении, оно может и должно быть приобщено к материалам проверки сообщения о преступлении.

33. Иногда сообщение о совершенном или готовящемся преступлении представляется в ходе производства протоколируемого процессуального (следственного) действия. Такое сообщение о преступлении может быть только письменным. Речь идет о случае представления соответствующего документа, который подписан не участником процессуального (следственного) действия. Если же лицо, участвующее в производстве процессуального (следственного) действия, сделало устное сообщение о преступлении, в такой ситуации налицо заявление (п. 1 ч. 1 ст. 140 УПК) или явка с повинной (п. 2 ч. 1 ст. 140 УПК), а не сообщение (п. 3 ч. 1 ст. 140 УПК) о преступлении.

34. Согласно же требованиям ч. 4 ст. 141 УПК устное заявление о преступлении, сделанное при производстве следственного действия или в ходе судебного разбирательства, заносится соответственно в протокол следственного действия или протокол судебного заседания. В рассматриваемой ситуации закон не требует составления ни рапорта об обнаружении признаков преступления, ни протокола принятия устного заявления о преступлении.

35. Несмотря на четкое разъяснение законодателем порядка принятия устного заявления о преступлении в ходе следственного (судебного) действия, в некоторых комментариях можно встретить не соответствующие ч. 4 ст. 141 и ст. 143 УПК рекомендации. Так, А.Г. Халиулин предписывает следователям, получившим устное заявление о преступлении в ходе следственного действия, составлять рапорт об обнаружении признаков преступления по правилам ст. 143 УПК. В оформлении такого рапорта нет необходимости. А вот если следователь должным образом не отразит заявление в протоколе следственного действия, он тем самым нарушит требования УПК. По этой причине протокол данного следственного действия в соответствии с требованиями ст. 75 УПК может быть признан недопустимым доказательством.

36. Итак, в ходе производства протоколируемого процессуального (следственного) действия может поступить только письменно оформленное сообщение о преступлении. Факт его получения отражается в двух документах: в соответствующем протоколе (протоколе следственного или иного процессуального действия) и в рапорте об обнаружении признаков преступления. Рапорт в этом случае будет служить предусмотренной законом, дополнительной гарантией соблюдения требований уголовно-процессуальной формы, касающейся порядка начала уголовного процесса и сроков предварительной проверки сообщений о преступлении.

37. Недаром в некоторых источниках рекомендуется исчислять срок для принятия решения в соответствии со ст. 145 УПК*(593) с момента регистрации рапорта об обнаружении признаков преступления или "с момента подачи рапорта" в соответствующий орган расследования*(594). Хотя это утверждение представляется несколько небезупречным, заложенная в него автором идея верна. Рапорт об обнаружении признаков преступления для того и составляется, чтобы облегчить установление начала срока течения предварительной проверки сообщения о преступлении (стадии возбуждения уголовного дела).

38. Некоторая небезупречность данного утверждения заключается в том, что оно позволяет правоприменителю искусственно расширять рамки стадии возбуждения уголовного дела. Своевременно не составляя рапорт об обнаружении признаков преступления, он приступает к предварительной проверке, не опасаясь нарушить предусмотренный ст. 144 УПК ее срок.

39. Представляется, в рассматриваемой ситуации автором неправильно расставлены акценты. Срок для принятия решения, завершающего стадию возбуждения уголовного дела, исчисляется с момента регистрации рапорта об обнаружении признаков преступления, тогда, когда соблюдены два других требования: рапорт об обнаружении признаков преступления должен быть составлен в тот же день, когда поступило сообщение о преступлении (непосредственно обнаружены признаки объективной стороны состава преступления), в этот же день он подлежит регистрации. Если же рапорт об обнаружении признаков преступления или его регистрация осуществлены несвоевременно (на следующий, второй, третий и т.д. день), срок предварительной проверки (стадии возбуждения уголовного дела) должен исчисляться с момента принятия сообщения о преступлении, а не с момента регистрации соответствующего рапорта. Иначе говоря, если, к примеру, по почте в канцелярию органа дознания поступило сообщение организации о хищении принадлежащего ей имущества, а рапорт об обнаружении признаков данного преступления зарегистрирован лишь через неделю, за момент начала отсчета срока для принятия решения, завершающего стадию возбуждения уголовного дела, должна браться дата, когда сообщение поступило в канцелярию, а не дата регистрации рапорта в дежурной части учреждения.

40. В одном из комментариев к УПК высказано еще одно, мягко сказать, спорное мнение, что "должностное лицо, составившее рапорт, становится ответственным за достоверность изложенных в нем сведений, так как положения ст. 306 УК на него распространяются в той же мере, как и на любого другого заявителя"*(595).

41. В ст. 306 УК предусмотрена уголовная ответственность за заведомо ложный донос о совершении преступления. Во-первых, следует сказать о том, что за достоверность изложенных в заявлении о преступлении сведений напрямую не будет являться ответственным даже заявитель. Он, если и ответственен, то не за достоверность, а за то, что сообщенные им сведения не являются заведомо ложными. Сообщенные (заявленные) им сведения могут быть недостоверными, но не должны быть заведомо ложными. За сообщение недостоверных, но не заведомо ложных сведений лицо преступно привлекать к уголовной ответственности.

42. Но даже если не обращать внимание на данное проявление уголовно-правовой неграмотности автора, нельзя согласиться с самой идеей привлечения должностного лица, принявшего сообщение о преступлении, к уголовной ответственности по ст. 306 УК.

43. Причем нами ни в коем случае не отрицается возможность совершения самим лицом, принимающим сообщение о преступлении, общественно опасного деяния. На практике, к примеру, встречались случаи злоупотребления должностными полномочиями (ст. 285 УК) при осуществлении данного вида деятельности. Речь идет о невозможности данного субъекта уголовного процесса быть субъектом преступления, ответственность за совершение которого предусмотрена ст. 306 УК.

44. В комментариях к УК говорится, что донос - это сообщение, направленное в органы, имеющие право возбудить уголовное дело*(596). Рапорт же составляет представитель органа, имеющего право возбудить уголовное дело. Сам себе он не может сообщить о преступлении.

45. Согласно к.с. рапорт не является сообщением о преступлении, сообщение предшествует составлению рапорта, рапорт составляется о том, что лицо, уполномоченное на принятие решения о возбуждении уголовного дела, получило данное сообщение о преступлении.

46. В этой связи если и правомерно бы было подымать вопрос о возможности привлечения в указанной ситуации кого-либо к уголовной ответственности, то следовало бы вести речь не о должностном лице, к которому поступило сообщение, а о лице, которое представило сообщение о преступлении. Иначе мы можем дойти до абсурдной аналогии с процессом принятия устного заявления о преступлении. Если лицо, которому поступило сообщение о преступлении, может быть привлечено к уголовной ответственности за заведомо ложный донос, то почему к этого же рода уголовной ответственности нельзя привлечь лицо, составившее протокол принятия устного заявления о преступлении или протокол явки с повинной?