Мои Конспекты
Главная | Обратная связь


Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Эта чистота, эта невинность, это сознание без сновидений и есть то, что известно как просветление - пробуждение.



Столетиями одухотворенные лица во всем мире, на Востоке и на Западе, утверждали, что человек спит. Иисус говорил это, Будда го­ворил это, Упанишады говорили об этом: человек спит. Поэтому когда вы спите ночью, вы спите в несколько большей степени; днем вы спите в меньшей степени. Но одухотворенные утверждают, что человек спит. Это следует понять.

Что это означает? Уже в нашем веке Гурджиев утверждал, что человек спит. «Фактически, - говорил он, - человек является некото­рым видом сна. Всё является глубоким сном».

В чем смысл сказанного? Вы не можете знать, вы не можете помнить, кто вы такой. Если вы встретите человека на улице и спро­сите его, кто он такой, а он не сможет ответить, то, что вы будете думать? Вы будете думать, что он или сумасшедший, или пьяный, или просто спит. Если он не сможет ответить на вопрос, кто он такой, что вы сможете подумать о нем? На путях божественного все подо­бны этому человеку. Вы не можете ответить, кто вы такой.

Это первое значение того, что говорил Гурджиев, или Иисус, или кто-либо другой о спящем человеке: вы не осознаете самого себя. Вы не знаете самого себя; вы никогда не встречали самого себя. Вы знаете много вещей в объективном мире, но вы не знаете субъекта. Состоя­ние вашего ума таково, как если бы вы смотрели фильм. На экране идет фильм, а вы так поглощены им, что единственная вещь, которую вы знаете, это фильм, история, что бы там ни появлялось на экране. Если тогда кто-то спросит вас, кто вы такой, вы не сможете ничего ответить.

Сновидения являются всего лишь фильмом - всего лишь филь­мом! Это ум, отражающий внешний мир. Мир отражается в зеркале ума; вот что такое сновидения. И вы так глубоко увлечены ими, так сильно отождествляете себя с ними, что вы полностью забыли, кто вы такой. Вот что означает быть спящим: видящий сны потерян в самих сновидениях. Вы видите все, кроме самих себя, вы чувствуете все, кроме самих себя, вы знаете все, кроме самих себя. Это незнание себя и является сном. Пока сновидения не прекратятся, вы не смо­жете пробудиться в самом себе.

Вы могли испытывать подобное иногда, когда в течение трех часов смотрели фильм и внезапно фильм кончился и вы вернулись в себя. Вы помните, что прошло три часа, вы помните, что это был просто фильм. Вы чувствуете слезы... вы плакали, потому что фильм был трагедией для вас, или вы смеялись, или делали что-либо еще, а теперь вы смеетесь над собой. Какую ерунду вы делали! Это был всего лишь фильм, всего лишь придуманная история. На экране ничего не было - просто игра света и тени, просто игра электричества. Теперь вы смеетесь: вы вернулись в себя. Но где вы были в течение этих трех часов?

Вы были не в своем центре. Вы двигались полностью по перифе­рии. Вы бродили там, где был фильм. Вы были не в своем центре, вы были не с самим собой. Вы были где-то в другом месте.

Это случается в сновидениях; это то, чем является наша жизнь. Фильм длился только три часа, но сновидения продолжаются жизни, жизни и жизни. Даже если сновидения внезапно прекратятся, вы не будете в состоянии распознать, кто вы такой. Вы вдруг почувствуете себя очень слабым, даже испуганным. Вы будете пытаться снова двигаться в фильме, поскольку вам известен только он. Вы знакомы с ним, вы хорошо приспособлены к нему.

Для тех случаев, когда происходит прекращение сновидений, имеется путь, особенно в дзэне, известный как путь внезапного про­светления. Среди этих ста двенадцати методов имеются техники, имеется много техник, которые могут дать вам внезапное пробужде­ние. Но это может оказаться слишком большим испытанием для вас, вы, возможно, будете не в состоянии выдержать это. Вы можете просто взорваться. Вы можете даже умереть, поскольку вы так долго жили со сновидениями, что у вас в памяти нет сведений о том, кто вы такой, если нет сновидений.

Если бы весь этот мир внезапно исчез и вы остались одни, это было бы таким большим шоком, что вы бы умерли. То же самое произошло бы, если бы внезапно все сновидения исчезли из вашего сознания. Ваш мир исчезнет, потому что ваш мир был вашими сновидениями.

Мы находимся не в реальном мире. Вернее, «мир» состоит не из вещей, внешних для нас, а из наших сновидений. Поэтому каждый живет в мире своих собственных сновидений.

Запомните, это не один мир, о котором мы продолжаем говорить. Географически это так, но психологически имеется столько же ми­ров, сколько и умов. Каждый ум является своим собственным миром. И если ваши сновидения исчезнут, ваш мир исчезнет. Без сновиде­ний вам трудно будет жить. Вот почему в общем случае внезапные методы не используются, используются только постепенные мето­ды.

Хорошо бы запомнить следующее: постепенные методы используются не потому, что есть некоторая потребность в постепенных процессах. Вы можете внезапно совершить прыжок в реализацию сию же минуту. Здесь нет барьеров; здесь никогда не было никаких барьеров. Вы уже есть эта реализация, вы можете совершить прыжок сию же минуту. Но это может оказаться опасным, фатальным. Вы можете оказаться не в состоянии вынести это. Это будет слишком многим для вас.

Вы приспособлены только к ложным сновидениям. Вы не можете видеть реальность, вы не умеете встречать ее. Вы как тепличное растение - вы живете в своих сновидениях. Они помогают вам мно­гими способами. Они не просто сновидения, для вас они являются реальностью.

Постепенные методы используются не потому, что для реализа­ции требуется время. Реализация не нуждается во времени! Для реа­лизации совсем не требуется время. Реализация не есть нечто, что должно быть достигнуто в будущем, но при использовании постепен­ных методов вы достигнете ее в будущем. Так что же делают посте­пенные методы? Они, на самом деле, помогают вам не «реализовать реализацию», но помогают вам выдержать ее. Они делают вас способ­ными, сильными, так что когда реализация случится, вы сможете ее вынести.

Имеется семь методов, при помощи которых вы можете немедленно преодолеть свой путь к просветлению. Но вы не в состоянии будете вынести это. Вы можете ослепнуть - слишком много света. Или вы можете внезапно умереть - слишком много блаженства.

Как можно преодолеть эти сновидения, этот глубокий сон, в котором вы находитесь? Этот вопрос важен с точки зрения такого преодоления: Расскажите нам, пожалуйста, какие еще факторы могут помочь оставаться осознанными во время сновидений? Я рас­скажу еще о двух методах. Один мы обсуждали вчера. Сегодня - еще два, которые даже легче.

Один из них заключается в том, чтобы действовать, вести себя так, как будто бы весь мир был просто сновидением. Что бы вы ни делали, помните, что это сновидение. Во время еды помните, что это сновидение. Во время ходьбы помните, что это сновидение. Пусть во время бодрствования ваш ум непрерывно помнит, что все является сновидением. В этом причина того, что мир называется майей, ил­люзией, сновидением.

Это не философский аргумент. К сожалению, когда Шанкару переводили на английский, немецкий, французский, на любые за­падные языки, то он воспринимался просто как философ. Это созда­ло много недоразумений. На Западе имеются философы, например, Беркли, которые утверждают, что мир - это только сновидение, про­екция ума. Но это философская теория. Беркли выдвигает это как гипотезу.

Когда Шанкара утверждает, что мир является сновидением, это не философия, не теория. Шанкара выдвигает это утверждение как помощь, как поддержку для определенной медитации. И вот эта медитация: если во время сновидения вы хотите помнить, что это сновидение, вы должны будете начать, когда вы еще бодрствуете. Обычно, когда вы видите сон, вы не можете помнить, что это сон; вы думаете, что это реальность.

Почему вы думаете, что это реальность? Потому что весь день вы думали, что все является реальностью. Это превратилось в отноше­ние, в фиксированную позицию. Во время бодрствования вы прини­мали ванну - это было реальным. Во время бодрствования вы ели - это было реальным. Во время бодрствования вы говорили с дру­гом - это было реальным. В течение всего дня, в течение всей жизни, что бы вы ни думали, вы относились к этому как к реаль­ности. Это зафиксировалось. Это стало фиксированной позицией в вашем уме.

Поэтому когда вы видите сон ночью, срабатывает та же самая позиция, и вы думаете, что это реальность. Поэтому давайте сначала порассуждаем. Должно быть некоторое сходство между сновидением и реальностью; в противном случае подобная позиция испытывала бы определенные трудности.

Я вижу вас. Затем я закрываю глаза, вхожу в сновидение и вижу вас в своем сне. Между обоими типами видения нет никакой разни­цы. Что я делаю, когда я действительно вижу вас? Ваше изображение отражается в моих глазах. Я не вижу вас. В моих глазах отражается лишь ваше изображение, а затем это изображение трансформирует­ся посредством некоторого таинственного процесса - и наука до сих пор не в состоянии понять, как это происходит. Это происходит не в глазах, глаза являются только окнами. Я вижу вас не глазами, я вижу вас через глаза.

В глазах вы только отражаетесь. Вы можете быть только картин­кой; вы можете быть реальностью, вы можете быть сновидением. Помните, сновидения являются трехмерными. Я могу распознать картинку, потому что картинка является двумерной. Сновидения являются трехмерными, поэтому они выглядят в точности так же, как и вы. И глаза не могут различить, является ли то, что они видят, реальным или нереальным. Нет никакого способа для такого сужде­ния; глаза не являются судьей.

Затем изображение трансформируется в химическое сообщение. Это химическое сообщение подобно электрическим сигналам; они поступают куда-то в голову. Пока неизвестно, где расположена та точка, с которой глаз вступает в контакт, чтобы передать видимую поверхность. Меня достигают только сигналы, и затем они расшиф­ровываются. Я декодирую их и таким образом я узнаю, что происхо­дит.

Я всегда внутри, а вы всегда снаружи, и мы с вами не встречаемся. Поэтому, являетесь вы реальным или сновидением - это проблема. Даже сию минуту нет способа судить о том, вижу ли я сон или вы действительно здесь. Слушая меня, как можете вы сказать, что вы слушаете меня, что вы не видите сон? Нет такого способа. Вот почему позиция, которую вы поддерживаете весь день, переносится и в ночь. И когда вы видите сны, вы принимаете их за реальность.

Испытайте противоположное; это то, что имеет в виду Шанкара. Он говорит, что весь мир является иллюзией; он говорит, что весь мир является сновидением - помните это. Но мы тупые люди. Если Шанкара говорит: «Это сновидение», то мы говорим: «Зачем делать что-нибудь? Если все это только сновидение, то нет необходимости есть. Зачем продолжать есть и в то же время думать, что это сновиде­ние? Не ешьте!» Но тогда помните - когда вы чувствует голод, это сон. Или ешьте, и когда вы почувствуете, что съели слишком много, вспомните, что это только сон.

Шанкара не призывает вас изменить сновидение, помните это, поскольку усилия по изменению сновидения тоже являются ложны­ми, основанными на вере в то, что они являются реальностью; в противном случае не было бы нужды в каком-либо изменении. Шанкара просто утверждает, что все, что нас окружает, это просто снови­дение.

Помните это: не делайте ничего, чтобы изменить это, просто постоянно помните об этом. Попытайтесь непрерывно в течение трех недель помнить: все, что бы вы ни делали, является просто сновиде­нием. Сначала это очень трудно. Вы будете снова и снова впадать в старую структуру вашего ума, вы будете начинать думать, что это реальность. Вы должны будете постоянно будить себя, чтобы напо­минать себе, что это сновидение. Если это отношение вы будете непрерывно поддерживать в течение трех недель, то на четвертой или пятой неделе каждую ночь во время сновидений вы будете вдруг вспоминать, что это сновидение.

Имеется один способ проникновения в сновидение с полным сознанием, с осознанием. Если вы сможете помнить ночью во время сновидения, что это сновидение, то и днем вам не нужны будут никакие усилия, чтобы помнить, что все кругом тоже является сно­видением. Тогда вы будете это знать.

В самом начале, когда вы будете практиковать это, это будет всего лишь притворство. Вы начнете всего лишь с веры в то, что это сновидение. Но когда вы сможете помнить во время сновиде­ния, что это сновидение, это станет реальностью. Тогда и днем, когда вы встанете, вы не будете ощущать, что вы пробудились ото сна, вы будете чувствовать, что вы просто пробудились от одного сновидения, чтобы попасть в другое. Тогда это станет реальностью. И если все двадцать четыре часа превратятся в сновидение, и вы сможете чувствовать и помнить это, то вы будете оставаться в своем центре. Тогда ваша осознанность будет направлена в обе стороны.

Вы ощущаете сновидения, а если вы ощущаете их как сновиде­ния, то вы начинаете ощущать видящего эти сны - субъекта. Если вы воспринимаете сновидения как реальность, то вы не можете ощу­щать субъекта. Если фильм становится реальностью, вы забываете самого себя. Когда фильм прекращается и вы знаете, что он не был реальностью, ваша реальность прорывается, взрывается; вы можете почувствовать самого себя. Это один путь.

Это был один из старейших индийских методов. Вот почему мы настаиваем на том, что мир является нереальным. Мы не имеем это в виду в философском смысле; мы не говорим, что этот дом является нереальным, и поэтому вы можете пройти через его стены. Мы не это имеем в виду! Когда мы говорим, что этот дом является нереальным, это некоторый прием. Это не аргумент против дома.

Итак, Беркли предположил, что весь мир является просто снови­дением. Однажды утром он прогуливался с доктором Джонсоном. Доктор Джонсон был закоренелый реалист, поэтому Беркли сказал: «Вы слышали о моей теории? Я работаю над ней. Я чувствую, что весь мир является нереальным, и невозможно доказать, что он реален. И тяжесть доказательства этого лежит на тех, кто утверждает, что он реален. Я говорю, что он нереален - он просто как сновидение».

Джонсон не был философом, но у него был очень проницатель­ный логический ум. Они были на улице, они просто гуляли утром по безлюдной улице. Джонсон взял в руку камень и ударил Беркли по ноге. Показалась кровь и Беркли вскрикнул. Джонсон сказал: «Поче­му вы кричите, если камень является всего лишь сновидением. Что бы вы ни говорили, вы верите в реальность этого камня. То, что вы говорите, это одно, а то, что вы делаете, это совершенно другое и противоположное. Если ваш дом всего лишь сновидение, то куда же вы возвращаетесь? Куда вы возвращаетесь после утренней прогулки? Если ваша жена всего лишь сновидение, то вы никогда больше ее не встретите».

Реалисты всегда аргументируют таким образом, но они не смо­гут спорить таким образом с Шанкарой, поскольку его слова не являются философской теорией. Он ничего не говорит о реально­сти; он ничего не предполагает относительно Вселенной. Это ско­рее прием, предназначенный для того, чтобы изменить ваш ум, чтобы изменить вашу основную зафиксированную позицию та­ким образом, чтобы вы могли смотреть на мир другим, совершен­но другим образом.

Это проблема, это постоянно является проблемой для индийской мысли - поскольку для индийской мысли все является лишь при­емом для медитации. Мы не думаем об этом как об истинном или неистинном. Мы относимся к этому как к вспомогательному средст­ву для трансформации человека.

Этот подход принципиально отличается от западного. Когда они предлагают теорию, они связывают ее с тем, истинна она или не­истинна, можно ли ее доказать логически или нельзя. Когда мы предлагаем что-нибудь, мы не связываем это с его истинностью; мы думаем о его полезности, мы думаем о его возможностях, о его способности трансформировать человеческий ум. Это может быть истинным, а может быть и не истинным. На самом деле это не то и не другое - это просто прием.

Снаружи я видел цветы. Утром встает солнце, и все становится таким прекрасным. Вы никогда не были за пределами дома, и вы никогда не видели цветов, вы никогда не видели утреннего солнца. Вы никогда не видели открытого неба; вы не знаете, что такое красота. Вы жили в запертой тюрьме. Я хочу вывести вас наружу. Я хочу, чтобы вы вышли под открытое небо, чтобы увидеть эти цветы. Как я должен сделать это?

Вы ничего не знаете о цветах. Если я расскажу о цветах, вы подумаете: «Он сошел с ума. Цветов не существует». Если я расскажу об утреннем солнце, вы подумаете: «Он фантазер. Он видит видения и сны. Он поэт». Если я расскажу об открытом небе, вы будете сме­яться. Вы начнете смеяться: «Где это открытое небо. Здесь только стены, стены и стены».

Так что же я должен делать? Я должен что-то изобрести, что вы могли бы понять и что помогло бы вам выйти наружу, поэтому я говорю, что дом в огне и начинаю бежать. Это становится зарази­тельным: вы бросаетесь за мной и выбегаете наружу. Потом вы поймете, что то, что я говорил, было ни истиной, ни ложью. Это был просто прием. Тогда вы узнаете цветы и тогда вы сможете простить меня.

Будда делал это, Махавира делал это, Шива делал это, Шанкара делал это. Мы можем простить их позже. Мы всегда прощаем их, поскольку раз мы вышли наружу, мы понимаем, что они сделали. И затем мы понимаем, что бесполезно было спорить с ними, потому что это не является предметом спора. Огня не было, но мы могли понять только этот язык. Цветы были, но мы не могли понимать язык цветов, их символика была для нас бессмыс­ленна.

Итак, это один путь. Кроме того, на другом полюсе имеется и второй путь. Этот метод составляет один полюс; другой метод состав­ляет другой полюс того же самого. Один метод заключается в том, чтобы начать чувствовать, помнить, что все является сновидением. Другой не связан с какими-либо мыслями о мире, а с тем, чтобы продолжать помнить, что вы есть.

Гурджиев использовал этот второй метод. Этот второй метод пришел из суфийской традиции, из ислама. Они разработали его очень глубоко. Помните о том, что вы есть, что бы вы ни делали. Вы пьете воду, вы едите свою пищу - помните: «Я есть». Продолжайте есть и продолжайте помнить: «Я есть, я есть». Не забывайте этого! Это трудно, потому что вы уже думаете, что вы знаете, что вы есть, поэтому какая нужда в непрерывном напоминании об этом? Вы никогда не вспоминаете об этом, а ведь это очень, очень многообе­щающая техника.

Когда вы идете, вспоминайте: «Я есть». Пусть ходьба будет здесь, продолжайте идти, но постоянно фиксируйте себя на напо­минании себе, что «я есть, я есть, я есть». Не забывайте этого. Вы слушаете меня и делайте это прямо здесь. Вы слушаете меня. Не будьте настолько уж слиты со мной, вовлечены, отождествлены. Что бы я ни говорил, вспоминайте, продолжайте вспоминать. Слушанье здесь, слова здесь, кто-то говорит, а вы: «Я есть, я есть, я есть». Пусть это «я есть» будет постоянным фактором вашей осоз­нанности.

Это очень трудно. Вы не можете непрерывно вспоминать даже в течение одной минуты. Попытайтесь. Положите часы перед глаза­ми и следите, как движутся стрелки. Одна секунда, две секунды, три секунды... продолжайте смотреть на них. Делайте две вещи: смотрите на движение секундной стрелки и непрерывно вспоми­найте: «Я есть, я есть». Каждую секунду вспоминайте: «Я есть». Через пять или шесть секунд вы почувствуете, что вы забыли. Вы вдруг вспомните, что прошло много секунд, а вы не вспоминали, что вы есть.

Такое вспоминание даже в течение одной минуты является чудом. И если вы можете вспоминать в течение одной минуты, то эта техника для вас. Тогда делайте ее. Благодаря ней вы станете способным выйти за пределы сновидений и узнаете, что сновидения являются сновидениями.

Как работает эта техника? Если весь день вы сможете вспоми­нать, что вы есть, то это также проникнет в ваш сон. И когда вы будете видеть сны, вы непрерывно будете помнить, что вы есть. Если в сновидениях вы сможете вспоминать, что вы есть, то вне­запно сновидение станет просто сновидением. Тогда сновидение не сможет обмануть вас, тогда сновидение невозможно будет при­нять за реальность. Это определенный механизм: сновидение вос­принимается как реальность, потому что вы не вспоминаете о себе; вы опускаете «я есть». Если нет напоминаний о самом себе, то сновидение становится реальностью. Если напоминание о себе имеется, то реальность, так называемая реальность становится просто сновидением.

Имеется различие между сновидением и реальностью. Для ме­дитативного ума или для науки о медитации это единственное раз­личие. Если вы есть, то вся реальность становится просто сновидением. Если вас нет, то сновидения становятся реальностью, Нагарьяна говорит: «Сейчас я есть, следовательно, мира нет. Ког­да меня не было, мир был. Может существовать только один из нас». Это не означает, что мир исчез. Нагарьяна не говорит об этом мире, он говорит о мире сновидений. Или вы можете быть, или мир может быть - оба быть не могут.

Итак, первым шагом будет непрерывное вспоминание: «я есть»; просто «я есть». Не говорите «Рама», не говорите «Шиам». Не исполь­зуйте никаких имен, потому что вы не это. Просто используйте: «Я есть».

Пытайтесь делать это при любой деятельности, а затем чувствуй­те это. Чем более реальным вы становитесь внутри, тем более нере­альным становится окружающий мир. Реальность превращается в «я», а мир становится нереальным. Или мир реален, или «я» реален - оба не могут быть реальными. Вы чувствуете, что вы теперь просто сновидение; тогда мир является реальным. Смените акценты. Стань­те реальным, и мир станет нереальным.

Гурджиев непрерывно продолжал работать над своим методом. Его главный ученик, П.Д.Успенский рассказывает, что когда Гурд­жиев применял к нему этот метод, и он практиковал его, непрерывно три месяца вспоминая: «Я есть, я есть, я есть», то после трех месяцев все прекратилось. Мысли, сновидения, все остановилось. Внутри ос­талась только одна нота, подобная вечной музыке: «Я есть, я есть, я есть, я есть». Но тогда это было уже без усилий. Это была непроиз­вольная деятельность, продолжающая это «я есть». Затем Гурджиев вызвал Успенского из дома. В течение трех месяцев он содержался в доме и ему не позволено было выходить.

Тогда Гурджиев сказал: «Пойдем со мной». Они жили тогда в российском городе Тифлисе. Гурджиев вызвал его из дома и они пошли по улице. Успенский пишет в своем дневнике: «В первый раз я смог понять, что имел в виду Иисус, когда говорил о том, что человек спит. Весь город казался мне спящим. Люди двигались во сне, владельцы магазинов продавали во сне, их клиенты покупали во сне. Весь город спал. Они сердились, они дрались, они любили, по­купали, продавали, делали все.

Успенский говорит: «Теперь я мог видеть их лица, их глаза: они спали. Они были не здесь. Внутренний центр был потерян, он был не здесь». Успенский сказал Гурджиеву: «Мне не хочется больше гулять. Что случилось с городом? Все кажутся спящими, наркома­нами».

Гурджиев сказал: «С городом ничего не случилось, нечто случи­лось с вами. Вы не принимали наркотики, город тоже. Это то же самое место, по которому вы гуляли три месяца назад, но вы не видели, что другие люди спят, потому что вы сами спали. Теперь вы можете видеть, потому что в вас появилось некоторое количество осознанно­сти. Через три месяца непрерывного практикования этого «я есть», вы в очень небольшой степени стали осознающим. Вы стали осозна­ющим! Часть вашего сознания вышла за пределы сновидений. Вот почему вы можете видеть, что все спят, мертвы, движутся, как загип­нотизированные или принявшие наркотик».

Успенский сказал: «Я не могу вынести это явление - все спят! Что бы они ни делали, они не отвечают за это. Они не отвечают за это. Как они могут быть ответственными?» Он вернулся и спросил Гурджиева: «Что это? Обманут ли я каким-то образом? Сделали ли вы со мной что-то такое, что для меня весь мир кажется спящим? Я не могу поверить своим собственным глазам».

Но это случится с любым. Если вы сможете вспоминать о себе, то вы узнаете, что никто не вспоминает о себе, и таким образом каждый продолжает двигаться. Весь мир спит. Но начните, пока вы не проснетесь. В любой момент, когда вы вспомните, начинайте «я есть».

Я не имею в виду, что вы должны повторять слова «я есть», скорее вы должны ощущать это. Принимая ванну, ощущайте это «я есть». Пусть будет прикосновение холодного душа, и пусть вы сами будете где-то позади, ощущая его и вспоминая: «Я есть». Вспоминайте, я не говорю, что вы словесно должны повторять «я есть». Вы можете повторять эти слова, но их повторение не даст вам осознанности. Повторение может даже еще больше усыпить вас. Многие люди по­вторяют некоторые слова. Они продолжают повторять: «Рама, Рама, Рама», и если они просто повторяют без осознанности, то эти «Рама, Рама, Рама» становятся наркотиком. При их помощи они могут крепко спать.

Вот почему на Западе так привлекателен Махеш Йоги - он дает людям для повторения мантры. А на Западе сон стал одной из наи­более серьезных проблем. Сон полностью расстроен. Естественный сон исчез. Вы можете спать только при помощи транквилизаторов и наркотиков; в противном случае сон стал невозможным. Вот в чем причина привлекательности Махеш Йоги. Потому что если вы по­стоянно повторяете что-нибудь, то это повторение дает вам глубокий сон; в этом все дело.

Таким образом, так называемая трансцендентальная медитация есть ни что иное, как психологический транквилизатор. Это ни что иное - просто транквилизатор. Он помогает, но он хорош для сна, а не для медитации. Вы можете хорошо спать, ваш сон будет более спокойным. Это хорошо, но это совсем не медитация. Если вы постоянно повторяете некоторое слово, то это порождает скуку, а скука способствует сну.

Итак, что-нибудь монотонное, повторяющееся может помочь заснуть. Ребенок в утробе матери спит непрерывно девять месяцев, и вы можете не знать причину этого. Причиной этого является «тук-тук, тук-тук», произносимое сердцем матери. Непрерывно слышны эти удары, удары сердца. Это одна из наиболее монотонных вещей на свете. Непрерывным повторением одних и тех же ударов ребенок наркотизируется. Он продолжает спать.

Вот почему, когда ребенок плачет, кричит, создает какие-либо проблемы, мать прикладывает его головку к своему сердцу. Тогда он сразу же чувствует себя хорошо и засыпает. И в этом случае причиной этого является сердцебиение. Он снова становится частью матери. Вот почему, даже если вы не ребенок, но ваша жена или ваша люби­мая кладет вашу голову себе на грудь, вы почувствуете себя засыпа­ющим от монотонных ударов.

Психологи предлагают, чтобы в случае, когда вы не можете за­снуть, вы концентрировали свое внимание на часах. Просто концен­трируйтесь на тиканьи часов. Оно повторяет биение сердца и вы можете заснуть. Помочь может любое повторение.

Итак, это «я есть», постоянное напоминание «я есть» не является словесной мантрой. Это не должно повторяться словесно - чувствуйте это! Будьте чувствительны к своему существованию. Когда вы при­касаетесь к чьей-либо руке, то не только прикасайтесь к ней, почув­ствуйте также и свое прикосновение, почувствуйте также и самого себя - что в этом прикосновении присутствуете вы, присутствуете тотально. Когда вы едите, то не только ешьте, но ощутите также себя, принимающего пищу. Это ощущение, эта чувствительность должна проникать все глубже и глубже в ваш ум.

Однажды, внезапно, вы пробудитесь в своем центре, функциони­рующем в первый раз. И тогда весь мир станет сновидением, тогда вы сможете узнать, что ваши сновидения являются сновидениями. И когда вы узнаете, что ваши сновидения являются сновидениями, сновидения прекратятся. Они могут продолжаться только в том слу­чае, если вы ощущаете их как реальность. Если вы будете восприни­мать их как нереальные, они прекратятся.

А когда сновидения прекращаются, вы становитесь другим чело­веком. Старый человек умер; спящий человек умер. Того человека, которым вы были, больше нет. В первый раз вы стали осознающим; в первый раз в мире, который спит, вы пробудились. Вы стали буд­дой, вы стали пробужденным.

При этом пробуждении больше нет страдания, после этого про­буждения больше нет смерти, после этого пробуждения больше нет страха. В первый раз вы становитесь свободным от всего. Быть сво­бодным ото сна, быть свободным от сновидений, означает быть сво­бодным от всего. Вы достигли освобождения. Ненависть, гнев, алчность исчезли. Вы стали просто любовью. Вы не стали любящим, вы стали самой любовью!

Еще один вопрос и он относительно тот же самый:

Если мы все являемся актерами в пьесе, которая уже написана, то как медитация может трансформировать нас без того, что уже сама пьеса содержит главу, в которой описана наша трансформация в определенное время? А если такая глава уже существует, ожидая своего прочтения в должное время, то зачем медитация? Зачем во­обще прилагать какие-либо усилия?

Это то же самое; это содержит те же самые заблуждения. Я не утверждаю, что все предопределено. Я не предлагал это как теорию, объясняющую устройство вселенной. Это прием.

Индия всегда работала с этим приемом, связанным с судьбой. Этот прием не предполагает, что все заранее определено. Он совсем не предполагает этого! Единственной причиной для такого предпо­ложения является то, что если вы будете считать, что все заранее определено, то все станет сновидением. Если вы будете все воспри­нимать таким образом, если вы поверите в этот способ - что все определено заранее, что, например, вы должны умереть в определен­ный день, - то все станет сновидением. Оно не определено, оно не зафиксировано! Никто особенно и не интересуется вами. Вселенная совершенно не воспринимает вас и не знает, когда вы должны уме­реть. Это так бесполезно. Ваша смерть не имеет отношения к вселен­ной.

Не думайте, что вы настолько важны, что вся вселенная опреде­ляет день вашей смерти - время, минуты, секунды - нет! Вы не являетесь центром. Для вселенной не имеет значения, существуете вы или нет. Но это заблуждение продолжает работать в умах. Оно формируется в детстве и становится частью бессознательного.

Родился ребенок. Он ничего не может дать миру, но взять ему нужно многое. Он не может заплатить, он не может вернуть что-либо обратно. Он такой бессильный - просто беспомощный. Он нуждается в пище, он нуждается в любви, он нуждается в крове, он нуждается в тепле. Ему должно быть предоставлено все.

Ребенок рождается абсолютно беспомощным - особенно ребенок человека. Никакое животное не является таким беспомощным. Вот почему никакое животное не создает семью - в этом нет необходимо­сти. Но человеческое дитя настолько беспомощно, так абсолютно беспомощно, что оно не может существовать без защиты матери, без отца, без семьи, без общества. Оно не может существовать в одиночку. Оно немедленно умрет.

Ребенок является таким зависимым. Он будет нуждаться в люб­ви, он будет нуждаться в пище, он будет нуждаться во всем и он будет требовать всего. И мать будет давать ему, отец будет давать ему, семья будет давать ему. Ребенок начинает думать, что он центр всего мира. Все ему предоставляется; ему остается только требовать. Достаточно только требовать, не нужно никаких других усилий.

Поэтому ребенок начинает думать о себе как о центре, думать, что все вращается вокруг него и для него. Ему кажется, что все вокруг создано для него. Все вокруг ждет, чтобы он пришел и потребовал, и все будет выполнено. Это необходимо, чтобы все его требования были выполнены; в противном случае он умрет. Но эта необходимость становится очень опасной.

Он становится взрослым с мнением, что он является центром всего. Постепенно он начинает требовать больше. Детские запросы просты, их можно удовлетворить. Но когда ребенок становится взрослым, его запросы и требования становятся все более и более сложными. Иногда их невозможно предоставить, невозможно вы­полнить их. Иногда они могут быть абсолютно невозможными. Он может потребовать луну или что-нибудь в этом роде....

Чем больше он взрослеет, тем более сложными, невозможными становятся его требования. Тогда приходит разочарование, и ребенок начинает думать, что он обманут. Он принимал как само собой разу­меющееся, что он является центром вселенной. Теперь же появятся проблемы и он постепенно будет развенчиваться. Когда он станет взрослым, он будет полностью развенчан. Тогда он узнает, что он не является центром. Но где-то в глубине бессознательного ума он про­должает думать о себе как о центре.

Люди приходят ко мне и спрашивают, является ли их судьба предопределенной. Они спрашивают, являются ли они настолько важными, настолько значительными для вселенной, что их судьба должна быть определенной заранее. «В чем мое предназначение? - спрашивают они. - Для чего я был создан?» Детские представления о том, что вы являетесь центром, и порождают вопросы вроде этого: «Для какой цели я родился?»

Вы не были рождены для какой-либо цели. И это хорошо, что вы не рождены для какой-то цели; в противном случае вы были бы машиной. Машина создается для некоторой цели. Человек не созда­ется для некоторой цели, для чего-либо конкретного - нет! Человек есть лишь вытекающее, льющееся через край создание. Все просто есть. Цветы есть, звезды есть и вы есть. Все является всего лишь переполнением, радостью, празднованием существования без вся­кой цели.

Но эта теория судьбы, предопределенности создает проблемы, потому что мы воспринимаем ее как теорию. Мы думаем, что все предопределено, но ничего не предопределено. Эта техника, однако, использует это как прием. Когда мы говорим, что все предопределе­но, то мы не говорим об этом, как о теории. Цель этого одна: если вы воспринимаете жизнь как предопределенный спектакль, то она ста­новится сновидением. Если я знаю, например, что днем или вечером я собираюсь говорить с вами и уже заранее определено, какие слова я должен говорить сегодня, и если это так зафиксировано, что ничего нельзя изменить, - что я не могу произнести ни одного нового слова, - тогда я вдруг становлюсь не относящимся ко всему этому процессу, поскольку я не являюсь источником действия.

Если все определено, и если каждое слово должно быть произне­сено самой Вселенной или Богом, или какое там еще имя вы можете выбрать, то я больше не являюсь источником этих слов. Тогда я могу стать наблюдателем - простым наблюдателем.

Если вы воспринимаете жизнь как предопределенную, то вы мо­жете наблюдать ее, тогда вы не вовлечены в нее. Если вы потерпите неудачу, это было предопределено; если у вас будет успех, это было предопределено. Если и то, и другое предопределено, то их ценность становится одинаковой - они становятся синонимами. Тогда один является Раваной, другой Рамой и все предопределено. Равана не должен чувствовать свою вину, Рама не должен чувствовать свое превосходство. Все предопределено, поэтому вы просто актеры, вы просто на сцене и играете свою роль.

Этот прием для того и используется, чтобы дать вам ощущение того, что вы играете роль, чтобы дать вам ощущение того, что это только предопределенная схема, в которую вы должны уложиться, чтобы дать вам ощущение того, что вы можете выйти за ее пределы. Это очень трудно, поскольку мы настолько привыкли думать о судьбе как о теории - не только как о теории, но как о законе. Мы не в состоянии понять эти положения, что законы и теории нужно восп­ринимать как приемы.

Я объясню вам это. Будет полезным один пример. Я был в городе. Ко мне пришел один человек; он был мусульманин, но я не знал этого, я не был уверен в этом. И он был одет так, что выглядел как индус. Он не только выглядел как индус, но и говорил как индус. Он не был похож на мусульманина.

Он задал мне один вопрос. Он сказал: «Мусульмане и христиане говорят, что существует только одна жизнь. Индусы, буддисты и джайны утверждают, что имеется множество жизней - длинная по­следовательность жизней, так что пока человек не освободится, он будет продолжать рождаться снова и снова. Так что вы скажете? Если Иисус был просветленным человеком, он должен был знать. Или Мухаммед, или Моисей, они тоже должны были знать, раз они были просветленными, что имеется много жизней, а не всего лишь одна. А если вы говорите, что они правы, то, как же быть с Махавирой, Кришной, Буддой и Шанкарой? Одно является определенным - все одновременно они не могут быть просветленными.

Если христиане правы, то Будда неправ, то Кришна неправ, то Махавира неправ. А если Махавира, Кришна и Будда правы, то не­правы Мухаммед, Иисус и Моисей. Так скажите мне. Я озадачен, я смущен, сконфужен. А и то, и другое не может быть правильным. Как может и то, и другое быть правильным? Имеется или много жизней, или одна. Как и то, и другое может быть правильным?" Он был очень интеллигентный человек, он многое изучил, поэтому он сказал: «Вы не можете просто избежать ответа и сказать, что и то, и другое пра­вильно. Этого не может быть. Логически это так - не может быть правильным и то, и другое».

Но я сказал: «Этого и не должно быть; ваш подход абсолютно неправилен. И то, и другое является приемом. Ни правильным, ни неправильным - только приемом». Для него невозможно было по­нять, что я имею в виду под приемом.

Мухаммед, Иисус и Моисей обращались к одному типу ума, а Будда, Махавира, Кришна обращались к другому типу ума. Имеется фактически два источника религий - индуизм и иудаизм. Поэтому все религии, возникшие в Индии, все религии, выросшие из инду­изма, верят в повторное рождение, в многократное рождение; а все религии, рожденные еврейским образом мышления - мусульман­ство, христианство - верят в одну жизнь. Это два различных при­ема.

Попытайтесь понять это. Поскольку наши умы зафиксированы, то мы все воспринимаем как теории, а не как приемы. Поэтому много раз люди приходили ко мне и говорили: «Сегодня вы говорите, что это правильно, а вчера говорили, что то правильно, но и это, и то не может быть правильным одновременно». Конечно, и то, и другое не может быть правильным, но этого никто и не утверждает. Меня совсем не интересует, что является правильным, а что - неправиль­ным. Меня интересует только то, какой из приемов действует.

В Индии используется прием, связанный со многими жизня­ми. Почему? Для этого имеется много причин. Все религии, рож­денные на Западе, особенно вытекающие из еврейского образа мышления, были религиями бедных людей. Их пророки были необразованными. Иисус был необразованным, Мухаммед был необразованным, Моисей был необразованным. Все они были не­образованными, естественными, простыми, и они говорили с мас­сами, которые были совсем простыми, которые были бедными, не богатыми.

Для бедного человека одной жизни более чем достаточно, бо­лее чем достаточно! Он голодает, умирает. Если вы скажете ему, что имеется так много жизней, что он будет продолжать рождаться снова и снова, что он будет крутиться в этом колесе из тысячи и одной жизни, то бедный человек будет себя чувствовать просто расстроенным. «Что вы говорите, - скажет бедняк. - Одной жизни слишком много, так что не говорите о тысяче и одной жизни, о миллионах жизней. Не говорите этого. Дайте нам небеса немед­ленно после этой жизни». Бог становится реальностью только в том случае, если его можно достигнуть после этой жизни - немед­ленно.

Будда, Махавира и Кришна обращались к очень богатому обще­ству. Сегодня это трудно понять, потому что все колесо сделало обо­рот. Теперь Запад богатый, а Восток бедный. Тогда же Запад был бедным, а Восток богатым. Все индуистские аватары, все тиртханкары - всемирные учителя джайнов, все будды - пробужденные, - все были принцами. Они принадлежали к королевским семьям. Они были культурными, образованными, изощренными, благородными во всех смыслах. Вы не сможете еще больше облагородить Будду. Он был абсолютно благородным, культурным, образованным; к нему нечего было добавить. Даже если Будда явится сегодня, к нему нечего будет добавить.

Итак, они обращались к обществу, которое было богатым. По­мните, у богатого общества свои проблемы. Для богатого общества удовольствия имеют меньшее значение, небеса имеют меньшее зна­чение. Для бедного общества небеса имеют очень большое значение. Если общество живет на небесах, небеса перестают иметь значение, поэтому вы не можете предлагать их. Вы не сможете убедить делать что-либо ради небес: они уже там - и им надоело.

Поэтому Будда, Махавира и Кришна говорят не о небесах, они говорят о свободе. Они не говорят о некотором другом приятном мире, они говорят о трансцендентальном мире, где нет ни боли, ни удовольствий. Небеса Иисуса для них не будут привлекательными - они уже там. Кроме того, для богатого человека проблемой явля­ется скука. Бедному человеку следует обещать удовольствия в бу­дущем. Для бедного человека проблемой является страдание. Для богатого человека страдание не является проблемой; для богатого человека проблемой является скука. Ему надоели все удовольст­вия.

Махавира, Будда и Кришна использовали эту скуку и говорили: «Если вы не будете ничего делать, вы будете рождаться снова и снова. Это колесо будет вращаться. Помните, будет повторяться одна и та же жизнь. Тот же самый секс, то же самое богатство, та же самая пища, те же самые дворцы снова и снова: тысячу и один раз вы прокрутитесь в этом колесе».

Для богатого человека, познавшего все удовольствия, такое по­вторение не являлось хорошей перспективой. Повторение является проблемой. Это для него страдание. Он хочет чего-то нового, и Махавира и Будда говорят: «Нет ничего нового. Этот мир стар. Ничто не ново под небом, все является старым. Вы уже попробо­вали все это раньше, и вам предстоит продолжать пробовать это. Вы в колесе, в движении. Выйдите за пределы этого, выпрыгните из колеса».

Если вы создадите прием, который усиливает ощущение скуки, то только тогда богатый человек сможет двигаться по направлению к медитации. Если вы говорите о скуке бедному человеку, то вы говорите бессмысленные вещи. Бедный человек никогда не скучает - никогда! Скучает только богатый человек. Бедный человек никогда не скучает; он всегда думает о будущем. Что-то должно будет случить­ся и все будет в порядке. Бедный человек нуждается в обещании, но если обещается очень длительный выход, то он становится бессмыс­ленным. Это должно случиться немедленно.

Пишут, что Иисус говорил: «В моей жизни, в вашей жизни вы увидите царство Божье». Это утверждение является любимым мес­том всего христианства в течение двадцати веков, поскольку Иисус говорил: «В вашей жизни, немедленно, вы увидите царство Божье». А царства Божьего все еще нет, так что же это значит? И он говорил: «Скоро придет конец света, так не тратьте время! Времени нет». Иисус говорил: «Времени очень мало. Глупо расходовать его. Скоро насту­пит конец света, и вы будете держать ответ за себя, так что покайтесь».

Иисус создал ощущение незамедлительности при помощи кон­цепции одной жизни. Он знал, и Будда и Махавира тоже знали. Что бы они ни знали, они об этом не говорили. То, что они предлагали, известно. Это были приемы для создания ощущения незамедлитель­ности, безотлагательности, так чтобы вы могли начать действовать.

Индия была старой страной, богатой. В обещаниях будущего не мог возникнуть вопрос о безотлагательности. Для создания безотла­гательности был возможен только один путь - создание еще большей скуки. Если человек узнает, что он будет рождаться снова и снова, снова и снова, бесконечно, он немедленно придет и спросит: «Как мне освободиться от этого колеса? Это слишком много. Сейчас я не могу продолжать это больше, поскольку все, что я мог познать, я уже познал. Если это должно повторяться, это будет кошмаром. Я не хочу повторения этого, я хочу чего-нибудь нового».

Поэтому Будда и Махавира говорят: «Нет ничего нового под луной. Все старо и все повторяется. Вы повторяли все в течение многих, многих жизней и будете продолжать повторять в течение многих, многих жизней. Остерегайтесь повторения, остерегайтесь вашей скуки. Делайте прыжок».

Приемы различные, но цель одна и та же. Делайте прыжок! Дви­гайтесь! Преобразуйте себя! Чем бы вы ни были, трансформируйте себя.

Если мы будем воспринимать религиозные догмы как приемы, то не будет никакого противоречия. Тогда Иисус и Кришна, Мухам­мед и Махавира имеют в виду одно и то же. Они создают различные маршруты для различных людей, различные техники для различных умов, различную привлекательность для различных взглядов. Но это не принципы, по поводу которых нужно сражаться и спорить. Это приемы, которые должны быть использованы, через которые следует перешагнуть и которые потом нужно отбросить.