Мои Конспекты
Главная | Обратная связь


Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Открылась истинная сила



В чем причина такой перемены? По мнению некоторых — в более глубоком познании, серьезном изучении и частых личных контактах западного и восточного миров в периоды двух последних мировых войн. Мы же считаем, что самый большой вклад в это изменение внесла и продолжает вносить героическая позиция Русской Церкви и ее борьба против безбожного тоталитарного коммунизма. Весь мир потрясенно, с уважением и удивлением наблюдал за этим поединком, как некогда древние римляне в амфитеатре наблюдали за борьбой гладиаторов на арене. В начале этой ужасающей схватки Христа и антихриста Запад был уверен, что коммунисты без труда сотрут в порошок «окаменевшую» от страха Православную Церковь и разорят эту «совокупность пустых церемониалов и обычного праздноверия». Поэтому некоторые неправославные западные Церкви посылали своих представителей в революционную Россию для переговоров с большевиками о безопасности своих церковных организаций, иными словами — об обеспечении сосуществования своих религиозных представительств с гонителями всех религий. Они надеялись убедить большевиков в том, что они исповедуют «прогрессивный и культурный» тип христианства, а не отсталый и отживший, как «это мертвое» Православие. Они хотели «сохранить лицо христианства», то есть хотели заменить «ни на что не годную» Православную Церковь своими собственными Церквами: монсиньор д'Эрбиньи — Римо-католической церковью, епископ Блэк — Методистской и тому подобное.

Как известно, их миссия потерпела полное поражение. Большевики посмеялись над ними и отвергли их предложения. Православная Церковь осталась одна на арене борьбы не на жизнь, а на смерть. И, поскольку борьба эта продолжалась из года в год и конца ей не было видно, а лик Христов все сиял и сиял во тьме египетской, покрывшей Святую Русь, «ревнители» Православия один за другим начали менять свое мнение, начали стыдиться своего незнания живой Христовой веры, теплящейся в сердце русского народа. Незнание это — плод ущербной рассудочности (а она не могла не быть ущербной и поверхностной, ибо трудно было не видеть великой силы Христа, сокрытой под торжественностью православных церковных обрядов, казавшихся им бессмысленными). Если бы они знали Священное Писание (что невозможно вне христианской традиции), то разглядели бы, что каждая, даже самая малая часть православных обрядов основана на Священном Писании. Но они, надменно считая себя знатоками Писания, по-настоящему не знали ни Писания, ни силы Божией.

Когда этот удар, словно опустошительный ураган, обрушился на Святую Русь, когда жестокая грубая сила, основанная на научных, философских и социальных ошибках и заблуждениях Запада, направила свои стрелы на православную веру,— тогда героический отпор и невиданное мученичество русского священства и русского народа открыли Западу глаза и он увидел непостижимую духовную силу Православной Церкви, благодаря чему, как мы сказали ранее, христианство на Западе отказалось от своего прежнего пренебрежения к Православной Церкви и с удивлением признало ее достойной уважения.

 

Наши недостатки

Посмотрим друг на друга, чтобы увидеть, каковы мы, православные. Знаем ли мы Священное Писание и силу Божию? Знать то и другое — значит быть совершенными. Знать одно без другого — значит не знать полноты Православия. Разве наша Церковь не ризница неисследимого богатства Христова (ср.: Еф. 3, 8)? А если это так, то мы должны влиять на других, вместо того чтобы позволять другим влиять на нас. Мы должны давать, а не принимать. К сожалению, происходит обратное. Основной задачей древнейшей Церкви мира была вечная проповедь силы и мудрости Христа, следуя апостольским словам: мы проповедуем Христа распятого, для Иудеев соблазн, а для Еллинов безумие, для самих же призванных, Иудеев и Еллинов, Христа, Божию силу и Божию премудрость (1 Кор. 1, 23–24). Вместо проповеди такого Христа многие наши учителя проповедуют «учение о религии», хотя наша религия не является учением в привычном смысле этого слова или одним из учений: это Откровение Божие, состоящее из Божией премудрости и силы Божией. Но наши учителя предпочитают интеллектуальный подход к нему. Одни оправдывают это необходимостью современности вообще, другие — требованием современной молодежи детального объяснения всего и вся, каждого слова, согласно естественной логике.

Некоторые наши богословы — сознательно или бессознательно — объясняют догматы чисто научным методом, без должного почитания Божией силы, которая содержится в каждом догмате, не чувствуя ответственности за нравственные последствия такого подхода. Они не осознают, что этим обедняют нашу догматику, отнимая у нее силу Христову; они проповедуют скорее философию, нежели богословие, не любят, когда их в этом упрекают, а еще больше не любят, когда преподаваемую ими догматику отождествляют с учениями средних веков, античности или Ренессанса. Очевидно, однако, что они тяготеют именно к ним. В обоих случаях сила Христова, сокрытая в догматах, игнорируется. А это именно та сила, которую верующий народ ожидает найти, когда молитвенно поет или читает Символ веры. Народ поет «Верую» не ради того, чтобы запоминать слова, а для того, чтобы получить от них укрепляющую силу.

Знаете ли вы случай, когда один пьяница, следуя наставлениям своего духовника, всякий раз, когда его охватывало желание выпить, медленно выговаривал слова Символа веры и таким образом избавился от своего порока? Так и мы должны учить подрастающие поколения тому, что лучшее доказательство истинности догматов не в устном объяснении согласно нашему пониманию, а в истинной Христовой силе, которую они излучают как Божественную благодать согласно с волей Божией и нашей готовностью их принять. Апостол пишет: наше благовествование у вас было не в слове только, но и в силе и во Святом Духе (1 Фес. 1, 5).