Мои Конспекты
Главная | Обратная связь


Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Шарж и пародия в творчестве писателей круга журнала

«Сатирикон»

Ты, читатель, не верь нам, мы сами себе не верим,

мы просто «так себе».

Лишь бы смешно, мы и над собой посмеемся.

Сатирикон

«Сатирикон» пришел на смену старому русскому журналу «Стрекоза» (1875-1918), когда тот начал терять популярность. Русский еженедельный журнал «Сатирикон» издавался в Петербурге с 1908 по 1913 гг., а с середины 1913 года был реформирован и переименован в «Новый Сатирикон», который просуществовал чуть более пяти лет.

Название журнала восходит к произведению древнеримской литературы, роману «Сатирикон». В нем повествуется о приключениях трех молодых людей без определенных занятий. Герои романа, получившие образование, не имеют твердых моральных устоев, отсутствием которых обусловлен их «паразитический» образ жизни. Сюжетную основу составляют скитальческая жизнь героев, их размолвки-расставания и встречи-примирения.

В России впервые перевод романа вышел в 1882 г. и вызвал положительную реакцию. Павел Муратов, русский писатель и искусствовед, впоследствии напишет о романе:

«Несмотря на крайнюю грубость слов и непристойность отдельных сцен, древний латинский роман производит в конце незабываемое впечатление природной грации и странной свежести. Едва ли можно назвать изображенные там нравы испорченными только потому, что в них меньше лицемерия, чем в современной морали»

 

 

К этому «минимуму лицемерия» и стремились участники журнала «Сатирикон», деятельность которых была направлена на разоблачение общечеловеческих пороков. Журнал сочетал в себе как политическую сатиру, так и беззлобную юмористику.

Сатириконцы (так называли участников журнала) обладали особой восприимчивостью к проявлениям дисгармонии, царившей в обществе того времени. Они создали целую систему образов, в основу которой были положены характеристики различных героев, не имеющих идеалов. Так у Петра Потемкина это «духовный горбун», у Тэффи – дамы, которые мнят себя очень важными персонами. Аркадий Аверченко изображает полемизирующего обывателя, а Саша Черный иронизирует над житейской унылостью своего героя.

Особое место в творчестве сатириконцев занимал жанр малой прозы. Брызгалова Е.Н. в своей научной работе, посвященной творчеству сатириконцев, отмечает:

«Проанализировав множество произведений и выявив их сходства и различия, мы выделили ряд жанровых разновидностей комического рассказа в новеллистике сатириконцев: рассказ-анекдот, рассказ-зарисовка, рассказ-сравнение, рассказ-рассуждение, рассказ-портрет или характерологический рассказ, рассказ, построенный на перечислении, рассказ-пародия и др.»

В рассказах используется эффект повторяемости характеров и ситуаций, так как все герои легко узнаваемы. Тем не менее, в каждом произведении привычное рассматривается всегда под каким-то новым углом.

Наиболее известными писателями круга журнала «Сатирикон» были Н. Тэффи, А. Аверченко и С. Черный. В 27-ой публикации журнала принимал участие Владимир Маяковский.

Маяковский в начале своего творческого пути часто обращался к поэзии Саши Черного, поэтому был рад всяческому взаимодействию с ним.

«Стихи Саши Черного участвовали в формировании мироощущения молодого Маяковского, ими он иллюстрировал свои мысли по разным поводам. Его строки вошли в повседневный речевой обиход начинающего поэта. Лиля Брик вспоминала, что ими Маяковский комментировал многие жизненные ситуации»

«Если в трамвае кто-нибудь толкал его, он сообщал во всеуслышание:

Кто-то справа осчастливил –

Робко сел мне на плечо.

(«На галерке»)»

«В 1915 году Чуковский как-то спросил Маяковского, кого он больше любит: Полонского, Майкова или Фета?Тот засмеялся и ответил: «Сашу Черного»»

Примечание: 1. В. Миленко. Саша Черный: печальный рыцарь смеха

 

Тэффи (Надежда Александровна Лохвицкая), которая изначально не соглашалась принимать участие в журнале, впоследствии стала одной из немногих, кто так долго работал в «Сатириконе».

Будучи умным человеком и талантливой писательницей, Тэффи, как никто другой, понимала, что «время» требует острой и направленной на что-то конкретное сатиры. За время работы в журнале в общей сложности она опубликовала всего 32 произведения, но ее вклад в журнал невозможно было переоценить.

Тэффи с детства любила рисовать карикатуры и писать сатирические стихи, поэтому жанр «улыбки» был неотъемлемой частью ее литературной деятельности.

В основе многих юмористических произведений Тэффи лежат приемы шаржа и пародии. Хорошим примером может послужить рассказ «Переоценка ценностей», где толпа первоклассников собралась с целью решения «важного вопроса». Очевидно, Тэффи делает пародию на митингующих взрослых. Дети, подобно им, кричат, никто никого не слушает и все озадачены поставленной проблемой.

Для создания образа героев Тэффи использует прием шаржирования, то есть она рисует школьников в искаженном свете, где выделяются негативные заимствованные черты взрослых. В частности, люди на митинге – люди, охваченные идеей доказать «свое».

Участники собрания выступают против того, чтобы им указывали, что стоит, а чего не стоит делать. Они хотят совершить «переоценку ценностей» установив свои правила «молали». Эта «молаль» (в рассказе герой не выговаривает «р») создает комический эффект и отсылает к тому, что дети не только выговорить не могут, но и понять-то толком не могут, о чем идет речь.

Аркадий Аверченко, рассказы которого часто публиковались в сборнике вместе с рассказами Тэффи, был незаменимым работником в журнале. Этот человек-оркестр с 9 выпуска стал редактором и душой «Сатирикона». Современники называли его «королем смеха». И это определение по праву можно применять по сей день.

В рассказе «Робинзоны» Аверченко открыто, уже самим названием, отсылает нас к произведению Даниэля Дефо «Робинзон Крузо». Правда, впоследствии мы понимаем, что одной «робинзонской» линией рассказ не исчерпывается.

Сюжет произведения прост. После кораблекрушения спаслись только двое. Один из них – интеллигент, другой – бывший шпик. Они доплыли до ближайшего берега, который оказался необитаемым остров. На этом острове, с совсем другими условиями жизни, сыщик продолжает играть свою прежнюю роль. Первым, с чем он обратится к интеллигенту Павлу Нарымскому, будет - «Ваш паспорт!».

Мы видим, что уже нельзя говорить о простой пародии на роман Дэфо, что тут некое отклонение от пародийной линии. В «Робинзоне Крузо» основная тема – «диалог с природой о природе», а тут происходит диалог двух людей об общественном устройстве. Таким образом, восходя к истокам робинзонады, рассказ Аверченко по сути напрямую не относится к роману. Идейная снова произведения Аверченко, конечно, ближе к сказке Салтыкова-Щедрина «Как один мужик двух генералов прокормил», которая, в свою очередь, также перекликается с робинзонской линией.

В сказке Салтыкова-Щедрина генералы, попав на остров, продолжают вести себя так же, как и в условиях цивилизации. У Аверченко роль этих двух выполняет полицейский агент Пров Иванов Акациев, который на протяжении всего рассказа пытается на острове блюсти закон.

При помощи шаржирования образов героев Аверченко усиливает комический эффект, созданный абсурдностью ситуации. Вулис Абрам в своей книге «Литературные зеркала» делает точное замечание насчет приемов создания комического эффекта авторами сатирических произведений: «В сущности, каждый пародист творит в материале утрированных, шаржированных образов эстетику пародируемой литературы. Шарж, утрировка, карикатура – вот язык его абстракции»

Саша Черный считал время работы в «Сатириконе» одним из самых удачных периодов в своей творческой биографии. Направленность журнала полностью соответствовала гению автора, а окружение талантливых единомышленников оказывало благотворное влияние на весь творческий процесс поэта-сатирика.

Саша Черный проработал в «Сатириконе» три года, с 1908 по 1911. В 1910 году поэт выпускает книгу «Сатиры», а в 1911 – «Сатиры и лирика». Сборники приносят Саше Черному всероссийскую известность. Читатели журнала «Сатирикон» узнавали поэта, даже если стихотворение не было подписано, что свидетельствовало о наличии у поэта яркого индивидуального стиля.

Журнал и его участники оказали большое влияние на творчество Саши Черного. Это можно заметить в произведениях более позднего периода. В рассказе «Кавказский пленник», в основе которого лежит пародийный элемент, он так же, как и Аверченко в свое время, обращается к «робинзонской» теме. А «Дневник фокса Микки», написанный в 1927 г., перекликается с «Записками Простодушного» Аверченко (более подробно о перекличке этих двух произведений будет изложено в параграфе 2.4.).

Сатириконцы пытались затронуть все сферы жизни общества, чтобы выявить болезненные места и, установив диагноз, начать лечение. Стоит отметить, что время для таких «диагнозов» было не самое подходящее. «Столыпинская» реакция постепенно отбирала «свободы», которые были достигнуты таким трудом. А «Сатирикон» появился как раз тогда, когда цензура полностью поглотила «радикальную» сатирическую литературу, оставив лишь безобидную юмористику типа: «Будильника», «Осколков» и «Шута».

Из-за подавления сатирической литературы, начала расцветать уличная юмористика, потакавшая вкусам обывателей. Вот один из примеров таких произведений:

Держись за живот:

Пародии на пародии,

Чревоугоие,

Комический случай в Батуме,

Самоубийство в Думе,

Случай в спальне –

Во вкусе армейской швальни.

Случай с пьяным в Калуге,

Измена супруги…

«Юмористическая артель»

«Сатирикон» взялся за борьбу с уличной прессой, так как ее беспардонность и зубоскальство очерняли юмористическую литературу. Деятельность «Сатирикона» вызвала положительную реакцию в массах, несмотря на трудную историческую ситуацию.

Постепенно спрос на «Смех Иуды» (так называл Горький сатиру того времени) начинает падать. Теряют свою популярность и «старики» юмористики: «Шут», «Будильник» и «Осколки». Меткая характеристика политического положения России и острая сатира на общественные нравы делают «Сатирикон» одним из самых читаемых сатирических журналов.

«Сатирикон» положил начало новой тенденции в юмористической литературе. Он показал, что и жанр сатиры может относиться к «высокому» литературному стилю.

 

 

1.3.Шарж и пародия в детской литературе первой трети XX века.

 

В разные исторические периоды детской литературе предъявлялись характерные для конкретной эпохи требования. В начале XX века основными функциями литературы для детей являлись: воспитательная и образовательная, которые не должны были расходиться с идеями официальной педагогики. Вследствие чего в первой трети XX века среди детских писателей наметился раскол. Одни придерживались официального курса, другие – не принимали его. Характерными представителями первых были такие писатели, как: Л. Чарская, В. Короленко, А. Алтаев, А. Разин и Н. Лухманова. Ко вторым относились: М. Горький, К. Чуковский и М. Зощенко.

По сути, основа конфликта двух сторон была в противостоянии «серьезной» детской литературы - несерьезной, смешной.

Лидия Чарская – одна из самых ярких писателей, поддерживающих официальный курс. Целью своего творчества писательница считала нравственное воспитание. В «Записках маленькой гимназистки» Чарская создает образ ребенка, который готов своим внутренним светом и теплом согреть и освятить окружающий мир, несмотря на то, что девятилетняя девочка Елена, главная героиня рассказа, столкнулась в таком раннем возрасте с целым рядом трудностей, она все равно нашла в себе силы все преодолеть. Чарская неспроста называет героиню Еленой, что в переводе с греческого означает «свет».

Произведения Чарской вызвали массу критических отзывов у современников. Чуковский упрекал ее в том, что она, в сущности, пишет безграмотно и что произведения ее полны штампов. Но среди детской аудитории Чарская пользовалась большой популярностью, что сыграло значительную роль в становлении ее как писательницы.

 

Горький, представитель противоположенного направления в детской литературе, в своих юмористических сказках для создания комического эффекта нередко использовал приемы шаржа, гиперболы и гротеска, которые легли в основу комического эффекта многих его произведений. Характерным примером может послужить сказка «Самовар».

Сюжет произведения основан на реальной истории, которая произошла с самим писателем. (Об этом можно прочесть в его повести «В людях»)

 

В сказке представлен диалог бытовых предметов, которые автор наделяет чертами живых существ, то есть основным способом создания образов в произведении является олицетворение. А при помощи шаржа олицетворение становится еще более выразительным:

«В маленькой комнате стоял на столе у окна пузатый самовар и смотрел в небо…».

Систему образов дополняют два ярких бытовых предмета: «толстая, широкая» сахарница» и сливочник, горбатый господин «унылого характера».

 

Горький чередует в своей сказке стихотворный и прозаический тексты, где стихотворные строчки создают зримые картины, а прозаические – усиливают сатирический эффект:

Сахарница, поёжившись, закричала:

А в меня залезла муха И щекочет стенки мне... Ох, ох, я боюсь, Что сейчас засмеюсь!

-

 

У Зощенко главный герой переживает осознание своего греха, преувеличивая его последствия. Откровенное назидание автора через реплики героя – характерные черты стиля нравоучительного рассказа. В некоторых моментах Зощенко буквально воспроизводит фрагменты из рассказа Ишимовой: «И я, лежа в своей постели, услышав эти слова, горько заплакал. И дал себе слово говорить всегда правду. И я действительно так всегда и теперь поступаю. Ах, это иногда бывает очень трудно, но зато у меня на сердце весело и спокойно»

 

Цикли рассказов «Леля и Минька» М. Зощенко – пародия на нравоучительные рассказы детской литературы. Один из рассказов Зощенко можно напрямую соотнести с рассказом детской писательницы конца XIX века А.О. Ишимовой, так как он перекликается темой, композицией и даже стилем с произведением писательницы.

 

В цикле рассказов Зощенко можно выделить одну общую структурную схему. Вначале происходит описание детского проступка, потом следует наказание, и в конечном итоге через авторское обращение ребенок усваивает мораль произведения. Именно такая схема лежит в основе нравоучительных детских произведений.

 

Следует отметить, что, несмотря на подражание Зощенко другим писателям, в рассказах автора проявляются индивидуальный талант и немалая изобретательность. Герои его произведений продают обувь гостей, роняют масло в чай и отправляются в кругосветное путешествие.

 

Главные герои цикла рассказов о «Леле и Митьке» являются копией традиционных образов назидательной литературы. «Маленький, славненький» Минька и «невоспитанная особа» Лелька. Тоже относится и к родителю героев, который наделен универсальными способностями: воспитатель и судья.

 

Пародируя манеру назидательного рассказа, Зощенко не пытается опровергнуть мысли, заложенные в произведениях такого типа. Напротив, он так же, как и писатели «моралисты» выступает за поддержку нравственных ценностей. Но в тоже время Зощенко говорит о том, что нельзя навязывать определенные правила, которые дети не способны принять. Он хочет, чтобы дети учились мыслить самостоятельно.

 

Существенную роль в развитии детской литературы того периода несомненно сыграл Чуковский. Работая в рамках детской сказки, автор выходит за ее пределы через подтекст, устанавливающий литературные отношения. Также в произведениях Чуковского реализуется широкий спектр пародийных мотивов.

 

В стихотворениях для детей пародию Чуковского отличает то, что он воспроизводит пародируемый текст почти буквально, а комический эффект у него достигается резким изменением ситуации. В пародируемом стихотворении дети ведут вежливую беседу с птичкой, а в пародии

Чуковского герои испуганно уговаривают не причинять им зла жестокого Бармалея:

Ах, зачем, зачем я вам,

Отпустите полетать,

Развяжите сети.

Нет, не пустим, птичка, нет!

Оставайся с нами:

Мы дадим тебе конфет,

Чаю с сухарями.

Пойманная птичка. А.А. Пчельникова

Милый, милый Бармалей,

Смилуйся над нами,

Отпусти нас поскорей

К нашей милой маме!

Милый, милый людоед,

Смилуйся над нами,

Мы дадим тебе конфет,

Чаю с сухарями!

Бармалей. К. Чуковский

 

Благодаря воспроизведению текста исходного стихотворения – жеманность разоблачает сама себя. Получается, что трагическая сказочная ситуация окрашивается в цвета трагикомедии. Следует отметить, что пародийность в сказках Чуковского реализуется на всех уровнях: лексическом, сюжетном и интонационном.

 

Правда, не всегда пародийное произведение становится пародией как таковой. Допустим, в «Крокодиле», который восходит к неоконченной повести Достоевского «Крокодил, необыкновенное событие, или Пассаж в Пассаже», автор не преследует сатирических целей, а просто воссоздает аллюзиями колорит конкретной эпохи.

 

В период работы над статьей «Поэт и палач» Чуковский пишет свое «Тараканище». Статья была посвящена бесславной истории с «муравьевской одой» Некрасова. Дело в том, что Некрасов написал стихотворение, которое современниками было расценено как измена демократии.

В центре произведения «Поэт и палач» у Некрасова – страх, который вызывают решительные меры «людоеда» Муравьева:

«Если Муравьев – значит, кончено; значит, пощады не будет.

Этот никого не помилует…»

 

Сравнивая «Тараканище» Чуковского и произведение Некрасова, мы можем отметить, что сцена испуга зверей в сказке перекликается с местами очерка «Поэт и палач»

 

Сказка Чуковского имеет тираноборческий характер. Стоит отметить, что «Тараканище» это не то же событие, что и у Некрасова, а типизированное отражение подобных исторических ситуаций.

 

Саша Черный после эмиграции начинает писать по большей части для детей. Из поэта-сатирика он превращается в талантливого детского писателя. Его дарования в области комического отобразились и в произведениях для «молодых» читателей, где сатиру автор заменяет юмором. Комический эффект детских произведений Саши Черного часто основывается на приемах шаржа и пародии.

 

В рассказе «Люся и дедушка Крылов» олицетворение у Саши Черного становится более звучным и ярким за счет шаржирования образа автомобиля:

 

«По улице прокатил одинокий автомобиль, рявкнул басом: «Охрип! Охрип! Охрип!» — и умчался. Люся вздохнула, подложила под голову, чтоб мягче было спать, кулачок и уснула.»

 

Помимо вышеупомянутых писателей, широко использовал прием шаржирования Маяковский. Это можно заметить как в детской лирике, так и в других его произведениях. В стихотворении «Кем быть» для того, чтобы донести до ребенка основные функции той или иной профессии, он выделяет характерные ее черты, то есть использует шарж:

 

План готов,

и вокруг

сто работ

на тыщу рук.

Упираются леса

В самые небеса.

 

 

2.1. Способы создания комического в прозе Саши Черного для детей

Один индеец был приглашен на обед к англичанину. Когда была откупорена бутылка эля, ее содержимое стремительно вылетело, превратившись в шипящую пену. Индеец был поражен. На вопрос: «Что же тут странного?» индеец ответил: «Я удивляюсь не тому, что пена выскочила из бутылки, а не понимаю, как вы могли ее туда заключить?

Комическое в философских и литературоведческих трудах до определенного времени рассматривалось исключительно как средство искоренения тех или иных социальных пороков. Впоследствии категория комического в литературе и философии приобретает более широкий функциональный аспект.

Комический эффект в литературных произведениях создается при помощи собственно языковых и несобственно языковых средств. Языковые средства подразделяются на четыре группы: фонетическую, лексическую, морфологическую и синтаксическую. К остальным относят:

1) искажение явлений действительности

2) неожиданные сопоставления

3) объединение несовместимых понятий

4) целенаправленное нарушение логических связей

К фонетическим средствам создания комического принадлежат: звуковые комбинации (ассонанс, аллитерация); структурные элементы устной речи, в которой есть отклонения от общепринятых литературных норм (ассимиляция, метатеза); звукоподражание и звукосимволизм; интонацию и ударение.

В сказке Саши Черного «Отчего Моисей не улыбался, когда был маленький» насмешливость интонации дочери фараона вызывает комический эффект: «А может быть, это бегемот приплыл с твоей родины, с верховьев Нила, чтобы тебя проведать…Разве ты не видишь? Это – корзинка!».

На лексическом уровне эффект комического в произведениях создается за счет использования сравнения, каламбура, парадокса, перифраза.

Саша Черный в детской прозе активно использует лексические средства. Сравнения у писателя поразительно точные. Характерным примером может послужить строчка из сказки «Первый грех»: «…сердце забилось, как муха в стакане».

Замечания фокса Микки в повести Саши Черного зачастую основаны на приеме каламбура: «Вода замерзает зимой, а я каждое утро». Здесь писатель играет прямым и переносным значением слов.

В «Дневнике фокса Микки» есть примеры и алогизма: «…скоро деревья будут лысые» или «Зинин дядя совсем лысый, вся шерсть с головы облезла».

Парадоксально столкновение басенной традиции и детского взгляда на литературу в рассказе Саши Черного «Люся и дедушка Крылов»:

«— Например, «Ворона и Лисица». Я была в парижском зоологическом саду, нарочно проверяла. Принесла с собой тартинку с сыром, сунула лисице в клетку, — а она не ест! Ни за что не хотела есть… Как же так? Чего же она к вороне лезла со своими комплиментами? «Ах, шейка!», «Ах, глазки!» Скажите, пожалуйста!»

Термин «несобственно языковые средства» не является научным, в данной работе он служит для обозначения тех приемов, в которых присутствую, как языковые, так и внеязыковые элементы.

1) Искажение явлений действительности

В прозе Саши Черного искажение действительности для создания комического эффекта происходит через приемы шаржа и пародии.

В одном из рассуждений фокса Микки Саша Черный использует прием шаржирования, указывая на значимую черту ветра – невидимость: « Ни морды, ни живота, ни зада у него нет. Чем он дует – понять не могу…».

В «Дневнике фокса Микки» шаржированный образ часто создается при помощи олицетворения и приема сравнения: « Автомобили, как пьяные носороги, летят, хрипят – и все на меня!..»

Саша Черный умело при помощи одного портретного шаржа дополняет другой: «На соседнем балконе сидит преотвратительная собачонка. В ушах пакля, в глазах пакля, на губах пакля» и «Катышком прибегает ее хозяйка, такая же коротенькая, лохматенькая, пузатенькая, живот на ходу застегивает и, боже мой, чего она не наговорит…». Тут он описывает маленькую собачку и ее хозяйку.

Относительно пародии в прозе Саши Черного надо отметить, что у него есть явные пародии, как то «Дневник фокса Микки» и неявные. К примеру, в рассказе «Люся и дедушка Крылов» в одном из диалогов есть перекличка с идеями научных трудов З. Фрейда. Правда, перекличка происходит чисто на читательских ассоциациях, поэтому нельзя точно говорить о намеренном пародировании:

«Во-первых, я в прошлый раз во сне ошиблась… Назвала вас Василием Андреевичем, а ведь вы… Иван Андреевич. Правда?

— Ну, беда не велика. Давай-ка подумаем, почему ты ошиблась. Ты что днем читала, когда меня первый раз во сне видела?

— «Ундину», дедушка. Третий раз читаю и начитаться не могу.

— Так. А кто «Ундину» написал, знаешь?

— Жуковский. Поэт. Гладкое такое личико, как яйцо, и добрые глаза.

— Знаю, знаю, как же. А как Жуковского звали?»

— Василий Андреевич!

— Вот и ясно! Со мной говорила, а о нем думала.

 

В. Пропп в своей работе «Проблемы комизма и смеха» делает значимое замечание по поводу пародии: «Пародия смешна только тогда, когда она вскрывает внутреннюю слабость того, что пародируется»

Саша Черный в «Дневнике фокса Микки» определенно раскрывает внутреннюю слабость мемуаристики того времени, так как записи собаки часто вызывает улыбку: «Третью неделю живу в Париже, 16, рю д´Ассомпсион, телефон Отей 12-37. Третий этаж направо. Кордон силь ву пле!»

2) Неожиданные сопоставления или эффект неожиданности

Саша Черный часто в детской прозе использует неожиданные сравнения, что вызывает комический эффект: «Жарко было, как в желудке у верблюда»

3)Объединение несовместимых понятий.

При этом приеме наблюдается несоответствие между заявленными взглядами и поступками. К примеру, в рассказе Саши Черного «О мыши, которая легкомысленно забралась в чемодан», где мышь строит из себя парижанку-интеллигентку, а на самом деле оказывается простой мышью, оказавшейся в глупой ситуации.

 

4) Алогичные явления.

К ним относят ошибки в умозаключении или неверные ассоциации. Рассуждения героя повести вызывают улыбку: «Пляшут фокс-трот. Должно быть, собачий танец»

Главный герой повести «Дневник фокса Микки» на протяжении всей книги наблюдает окружающий мир глазами «простодушного», воспринимая все непосредственно и буквально, поэтому привычные для нас фразы: «глаза

на лоб полезли», «собачья жизнь», «собачий ветер» вызывают у него недоумение. Рассуждения Микки о людских странностях также лежат в основе комизма повести. Помимо этого его непосредственность заставляет читателя взглянуть на привычное по-новому, как будто через прием «остранения».

Помимо языковых средств в повести «Дневник фокса Микки» можно отметить, что средствами создания комического эффекта служит само поведение Микки. От обиды на котят, которые не оценили сердца Микки, он решает: «Сделаюсь диким фоксом, буду жить на каштане и ловить голубей. У-у-у!»