Мои Конспекты
Главная | Обратная связь


Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Исследования функциональной асимметрии мозга



На первый взгляд две половины человече­ского мозга кажутся зеркальным отражением друг друга. Но при более внимательном рас­смотрении открывается их асимметрия. Не­однократно предпринимались попытки после вскрытия измерить мозг. При этом почти все­гда левое полушарие оказывалось больше пра­вого. Кроме того, в правом полушарии содер­жится много длинных нервных волокон, соеди­няющих далеко расположенные друг от друга участки мозга, а в левом полушарии множество коротких волокон образуют большое количе­ство связей в ограниченном участке.

В 1861 г. французский врач Поль Брока, ис­следуя мозг пациента, страдавшего потерей речи, обнаружил, что в левом полушарии по­врежден участок коры в лобной доле как раз над латеральной бороздой. Эта область извест­на сейчас как зона Брока. Она ответственна за функцию речи. Как мы знаем сегодня, разру­шение аналогичного участка в правом полуша­рии обычно не приводит к нарушениям речи, поскольку зоны, участвующие в понимании речи и обеспечивающие способность писать и пони­мать написанное, обычно также расположены в левом полушарии. Лишь у очень немногих лев­шей речевые центры могут быть расположены в правом полушарии, но у подавляющего их большинства они находятся там же, где и у правшей, — в левом полушарии.

Хотя роль левого полушария в речевой дея­тельности стала известна сравнительно давно, только в последнее время появилась возмож­ность узнать, что же может делать каждое по­лушарие само по себе. Дело в том, что в нор­ме мозг работает как единое целое; информа­ция из одного полушария тут же передается в другое по называющемуся мозолистым телом широкому пучку соединяющих их нервных во­локон. При некоторых формах эпилепсии этот соединительный мост может вызывать пробле­мы из-за того, что судорожная активность од­ного полушария распространяется на другое. Стремясь предотвратить такую генерализацию судорог у некоторых тяжело больных эпилеп­тиков, нейрохирурги стали применять хирурги­ческое рассечение мозолистого тела. Для не­которых пациентов такая операция оказывает­ся удачной и уменьшает судороги. При этом отсутствуют нежелательные последствия: в по­вседневной жизни такие пациенты действуют не хуже людей с соединенными полушариями. Потребовались специальные тесты, чтобы вы­яснить, как разделение двух полушарий влияет на умственную деятельность.

Так, в 1981 г. была вручена нобелевская премия Роджеру Сперри, который одним из первых провел работы по изучению деятельно­сти расщепленного мозга. В одном из его экс­периментов испытуемый (подвергшийся опера­ции по рассечению мозга) находился перед эк­раном, закрывавшим его руки. Испытуемый должен был фиксировать взгляд на пятне в цен­тре экрана, а в левой части экрана на очень ко­роткое время (всего 0,1 с) предъявлялось сло­во «орех».

Зрительный сигнал поступал в правую часть мозга, которая управляет левой стороной тела. Левой рукой испытуемый мог легко выбрать орех из кучи предметов, недоступных наблю­дению. Но он не мог сказать экспериментато­ру, какое слово появлялось на экране, посколь­ку речью управляет левое полушарие, а зри­тельный образ слова «орех» в это полушарие не передавался. Более того, пациент с расщеп­ленным мозгом, видимо, не осознавал, что де­лает его левая рука, когда его спрашивали об этом. Поскольку сенсорный сигнал от левой руки поступает в правое полушарие, левое по­лушарие не получало никакой информации о том, что чувствует или делает левая рука. Вся информация шла в правое полушарие, получив­шее исходный зрительный сигнал слова «орех».

В проведении этого эксперимента важным было то, чтобы слово появлялось на экране не более чем на 0,1 с. Если это продолжается доль­ше, пациент успевает перевести взгляд, и тогда информация попадает и в правое полушарие. Было установлено, что если испытуемый с рас­щепленным мозгом может свободно перево­дить взгляд, информация поступает в оба полуша­рия, и это одна из причин, по которой рассечение мозолистого тела практически не сказывается на повседневной деятельности такого пациента.

 

Ретикулярная формация оказывает заметное влияние на электрическую актив­ность головного мозга, на функциональное состояние коры головного мозга, под­корковых центров, мозжечка и спинного мозга. Она же имеет непосредственное отношение к регуляции основных жизненных процессов: кровообращению и ды­ханию.

Очень часто ретикулярную формацию называют источником активности орга­низма, поскольку формируемые данной структурой нервные импульсы определя­ют работоспособность организма, состояние сна или бодрствования. Необходимо также отметить регулирующую функцию данного образования, поскольку фор­мируемые ретикулярной формацией нервные импульсы отличаются по своей ам­плитуде и частоте, что приводит к периодической смене функционального состо­яния коры головного мозга, которая, в свою очередь, определяет доминирующее функциональное состояние всего организма. Поэтому состояние бодрствования сменяется состоянием сна и наоборот (рис. 4.10).

Рис. 4.10. Общее строение ретикулярной формации головного мозга человека

Нарушение деятельности ретикулярной формации вызывает нарушение био­ритмов организма. Так, раздражение восходящей части ретикулярной формации оказывает характерную для состояния бодрствования организма реакцию изме­нения электрического сигнала. Постоянное раздражение восходящей части рети­кулярной формации приводит к тому, что у человека нарушается сон, он не может уснуть, организм проявляет повышенную активность. Подобное явление называ­ется десинхронизацией и проявляется в исчезновении медленных колебаний элек­трической активности мозга. В свою очередь, преобладание волн низкой частоты и большой амплитуды вызывает длительный сон.

Существует также мнение, что деятельность ретикулярной формации опреде­ляет характер реагирования на воздействия объектов и явлений внешнего мира. Принято выделять специфическую и неспецифическую реакции организма. В упро­щенном виде специфическая реакция — это обычная ре­акция организма на привыч­ный, или стандартный, раз­дражитель. Суть специфи­ческой реакции заключается в формировании стандарт­ных адаптивных форм реа­гирования на знакомый внешний раздражитель. Не­специфическая реакция — это реакция организма на необычный внешний раздражитель. Необычность может заключаться как в превыше­нии силы обычного раздра­жителя, так и в характере воздействия нового неизвест­ного раздражителя. При этом ответная реакция организма носит ориентировочный характер. Благодаря наличию такого типа реакций орга­низм имеет возможность впоследствии сформировать адекватную адаптивную ре­акцию на новый раздражитель, что сохраняет целостность организма и обеспечи­вает его дальнейшее нормальное функционирование.

 

Имена

Анохин Петр Кузьмич (1898-1974) — известный отече­ственный физиолог. Предложил свое собственное понима­ние подкрепления, отличное от классического (павловского). Он рассматривал подкрепление не как эффект действия бе­зусловного раздражителя, а как афферентный сигнал о са­мой реакции, свидетельствующий о соответствии ожидаемо­му результату (акцептору действия). На этой основе им была разработана теория функциональных систем, которая полу­чила широкую известность во всем мире. Предложенная Анохиным теория способствовала пониманию адаптивных ме­ханизмов живого организма.

 

Таким образом, мы можем констатировать, что нервная система человека вы­полняет функции системы, регулирующей деятельность всего организма. Благо­даря нервной системе человек в состоянии получать информацию о внешней сре­де, анализировать ее и формировать адекватное ситуации поведение, т. е. успешно адаптироваться к изменяющимся условиям внешней среды.

Взаимосвязь психики и мозга человека. В IV в. до н. э. Алкмеон Кротонский сформулировал идею о том, что психические явления тесно связаны с работой мозга. Эту идею поддерживали многие античные ученые, например Гиппократ. Идея взаимосвязи мозга и психики развивалась на протяжении всей истории на­копления психологических знаний, в результате чего появлялись все новые и но­вые ее варианты.

В начале XX в. из двух разных областей знаний — психологии и физиологии — сформировались две новые науки: физиология высшей нервной деятельности и психофизиология. Физиология высшей нервной деятельности изучает органиче­ские процессы, происходящие в головном мозге и вызывающие различные телес­ные реакции. Психофизиология, в свою очередь, исследует анатомо-физиологические основы психики.

Следует сразу напомнить, что более подробно проблемы психофизиологии и основы физиологии высшей нервной деятельности изучаются в рамках курсов психофизиологии и нормальной физиологии. В данном разделе мы рассматрива­ем проблему взаимосвязи мозга и психики с целью общего ознакомления с ней, для того чтобы получить целостное представление о психике человека.

Большой вклад в понимание того, как связана работа мозга и организма чело­века с психическими явлениями и поведением, внес И. М. Сеченов. Позднее его идеи развил И. П. Павлов, открывший явление условно-рефлекторного научения. В наши дни идеи и разработки Павлова послужили основой для создания новых теорий, среди которых выделяются теории и концепции Н. А. Бернштейна, К. Халла, П. К. Анохина, Е. Н. Соколова и др.

И. М. Сеченов полагал, что психические явления входят в любой поведенче­ский акт и сами представляют собой своеобразные сложные рефлексы, т. е. физио­логические явления. По мнению И. П. Павлова, поведение складывается из слож­ных условных рефлексов, образованных в процессе научения. В дальнейшем вы­яснилось, что условный рефлекс — это весьма простое физиологическое явление и не более. Однако, несмотря на то, что после открытия условно-рефлекторного научения были описаны иные пути приобретения живыми существами навыков — импритинг, оперантное обусловливание, викарное научение, идея условного реф­лекса как одного из способов приобретения опыта сохранилась и получила даль­нейшее развитие в работах таких психофизиологов, как Е. Н. Соколов и Ч. И. Из­майлов. Ими было предложено понятие концептуальной рефлекторной дуги, со­стоящей из трех взаимосвязанных, но относительно самостоятельных систем нейронов: афферентной (сенсорного анализатора), эффекторной (исполнитель­ной, отвечающей за органы движения) и модулирующей (управляющей связями между афферентной и эффекторной системами). Первая система нейронов обес­печивает получение и переработку информации, вторая система обеспечивает вы­работку команд и их выполнение, третья система осуществляет обмен информа­цией между первыми двумя.

Наряду с этой теорией существуют и другие, весьма перспективные разработ­ки, касающиеся, с одной стороны, роли психических процессов в управлении по­ведением, а с другой — построения общих моделей регуляции поведения с участи­ем в этом процессе физиологических и психологических явлений. Так, Н. А. Бернштейн считает, что даже самое простое приобретенное движение, не говоря уже о сложной человеческой деятельности и поведении в целом, не может быть вы­полнено без участия психики. Он утверждает, что формирование любого двига­тельного акта есть активная психомоторная реакция. При этом освоение движе­ния осуществляется под воздействием сознания, которое при этом осуществляет определенную сенсорную коррекцию нервной системы, обеспечивающей выпол­нение нового движения. Чем сложнее движение, тем больше требуется корриги­рующих изменений. Когда же движение освоено и доведено до автоматизма, про­цесс управления выходит из поля сознания и превращается в фоновый.

Американский ученый К. Халл рассматривал живой организм как саморегули­руемую систему со специфическими механизмами поведенческой и генетико-биологической регуляции. Эти механизмы большей частью врожденные и служат для поддержания оптимальных условий физического и биохимического равновесия в организме — гомеостаза — и включаются в действие тогда, когда это равновесие нарушено.

П. К. Анохин предложил свою концепцию регуляции поведенческого акта. Эта концепция получила широкое распространение и известна как модель функцио­нальной системы (рис. 4.11). Суть данной концепции заключается в том, что чело­век не может существовать изолированно от окружающего мира. Он постоянно испытывает воздействие определенных факторов внешней среды. Воздействие внешних факторов было названо Анохиным обстановочной афферентацией. Одни воздействия для человека несущественны или даже неосознаваемы, но другие, — как правило, необычные — вызывают у него ответную реакцию. Эта ответная ре­акция носит характер ориентировочной реакции и является стимулом для прояв­ления активности.

Рис. 4.11. Модель функциональной системы (по П. К. Анохину)

 

Все воздействующие на человека объекты и условия деятельности, вне зависи­мости от их значимости, воспринимаются человеком в виде образа. Этот образ соотносится с информацией, хранящейся в памяти, и мотивационными установ­ками человека. Причем процесс сопоставления осуществляется, скорее всего, че­рез сознание, что приводит к возникновению решения и плана поведения.

В центральной нервной системе ожидаемый итог действий представлен в виде своеобразной нервной модели, названной Анохиным акцептором результата дей­ствия. Акцептор результата действия — это цель, на которую направлено действие. При наличии акцептора действия и программы действия, сформулированной со­знанием, начинается непосредственное исполнение действия. При этом включа­ется воля, а также процесс получения информации о выполнении поставленной цели. Информация о результатах действия имеет характер обратной связи (обрат­ной афферентации) и направлена на формирование установки по отношению к вы­полняемому действию. Поскольку информация проходит через эмоциональную сферу, она вызывает определенные эмоции, влияющие на характер установки. Если эмоции носят положительный характер, то действие прекращается. Если эмоции негативны, то в выполнение действия вносятся коррективы.

Теория функциональных систем П. К. Анохина получила широкое распростра­нение вследствие того, что она позволяет приблизиться к решению вопроса о вза­имосвязи физиологических и психологических процессов. Эта теория говорит о том, что психические явления и физиологические процессы играют важную роль в регуляции поведения. Более того, поведение в принципе невозможно без одно­временного участия психических и физиологических процессов.

Существуют и другие подходы к рассмотрению взаимосвязи психики и мозга. Так, А. Р. Лурия предложил выделить анатомически относительно автономные блоки головного мозга, обеспечивающие функционирование психических явле­ний. Первый блок предназначен для поддержания определенного уровня актив­ности. Он включает ретикулярную формацию ствола мозга, глубинные отделы среднего мозга, структуры лимбической системы, медиобазальные отделы коры лобных и височных долей мозга. Второй блок связан с познавательными психи­ческими процессами и предназначен для процессов получения, переработки и хра­нения информации. Данный блок состоит из участков коры головного мозга, ко­торые в основном располагаются в задних и височных отделах больших полуша­рий. Третий блок обеспечивает функции мышления, поведенческой регуляции и самоконтроля. Структуры, входящие в данный блок, находятся в передних отде­лах коры головного мозга.

Данная концепция была выдвинута Лурией в результате анализа результатов проводимых им экспериментальных исследований функциональных и органиче­ских нарушений и заболеваний мозга. Однако следует отметить, что проблема ло­кализации психических функций и явлений в головном мозге интересна сама по себе. В свое время была выдвинута идея о том, что все психические процессы свя­заны с определенными участками мозга, т. е. локализованы. Согласно идее локализационизма, каждая психическая функция может быть «привязана» к определен­ному органическому участку мозга. В результате были созданы детальные карты локализации психических функций в мозге.

Однако спустя определенное время были получены факты, свидетельствую­щие о том, что различные нарушения психических процессов нередко связаны с повреждением одних и тех же мозговых структур, и наоборот, поражение одних и тех же участков в определенных случаях может приводить к различным нарушени­ям. Наличие подобных фактов привело к появлению альтернативной гипотезы — антилокализационизма,— утверждающей, что работа отдельных психических функ­ций связана с деятельностью всего мозга. С точки зрения данной гипотезы между различными участками мозга сложились определенные связи, обеспечивающие функ­ционирование определенных психических процессов. Но и эта концепция не смог­ла объяснить многих нарушений работы мозга, которые говорят в пользу локализационизма. Так, нарушение затылочных отделов коры головного мозга приводит к поражению зрения, а височных долей больших полушарий — к нарушению речи.

Проблема локализационизма-антилокализационизма не решена до сих пор. Можно с полной уверенностью утверждать, что организация структур мозга и вза­имосвязь между отдельными участками мозга значительно сложнее и многогран­нее, чем имеющаяся в настоящее время информация об особенностях функциони­рования центральной нервной системы. Можно также говорить о том, что суще­ствуют участки мозга, которые непосредственно связаны с определенными органами чувств и движения, а также реализацией способностей, присущих чело­веку (например, речи). Однако вполне вероятно, что эти участки в определенной мере взаимосвязаны с другими отделами мозга, которые обеспечивают реализа­цию того ли иного психического процесса в полном объеме.

Психофизиологическая проблема в психологии. Рассматривая вопросы взаи­мосвязи психики и мозга, мы не можем не познакомиться с так называемой психо­физиологической проблемой.

Говоря о естественнонаучных основах психики, мы сегодня не сомневаемся в том, что между психикой и мозгом существует определенная взаимосвязь. Од­нако и в наши дни продолжает обсуждаться проблема, известная с конца XIX в. как психофизиологическая. Она является самостоятельной проблемой психоло­гии и носит не конкретно-научный, а методологический характер. Она имеет от­ношение к решению ряда фундаментальных методологических вопросов, таких как предмет психологии, способы научного объяснения в психологии и др.

В чем суть этой проблемы? Формально она может быть выражена в виде вопро­са: как соотносятся физиологические и психические процессы? На данный вопрос есть два основных ответа. Первый в наивной форме был изложен Р. Декартом, считавшим, что в головном мозге имеется шишковидная железа, через которую душа воздействует на животных духов, а животные духи на душу. Или, другими словами, психическое и физиологическое находятся в постоянном взаимодей­ствии и оказывают влияние друг на друга. Подобный подход получил название принципа психофизиологического взаимодействия.

Второе решение известно как принцип психофизиологического параллелизма. Суть его состоит в утверждении невозможности причинного взаимодействия меж­ду психическими и физиологическими процессами.

На первый взгляд истинность первого подхода, заключающегося в утвержде­нии психофизиологического взаимодействия, не вызывает сомнения. Мы можем привести множество примеров воздействия физиологических процессов мозга на психику и психики на физиологию. Все же, несмотря на очевидность фактов психо­физиологического взаимодействия, существует ряд серьезных возражений про­тив этого подхода. Одно из них заключается в отрицании фундаментального зако­на природы — закона сохранения энергии. Если бы материальные процессы, какими являются физиологические процессы, вызывались психической (идеальной) при­чиной, то это означало бы возникновение энергии из ничего, поскольку психиче­ское не является материальным. С другой стороны, если бы физиологические (ма­териальные) процессы порождали психические явления, то мы столкнулись бы с абсурдом другого рода — энергия исчезает.

Конечно, на это можно возразить, что закон сохранения энергии не совсем кор­ректен, но в природе мы вряд ли найдем другие примеры нарушения этого закона. Можно говорить о существовании специфической «психической» энергии, но в этом случае снова необходимо дать объяснение механизмам превращения материаль­ной энергии в некую «нематериальную». И наконец, можно говорить о том, что все психические явления материальны по своей сути, т. е. являются физиологи­ческими процессами. Тогда процесс взаимодействия души и тела есть процесс вза­имодействия материального с материальным. Но в этом случае можно договорить­ся до полного абсурда. Например, если я поднял руку, то это есть акт сознания и одновременно мозговой физиологический процесс. Если я после этого захочу ею ударить кого-либо (например, своего собеседника), то этот процесс может перей­ти в моторные центры. Однако если нравственные соображения заставят меня воз­держаться от этого, то это означает, что нравственные соображения — это тоже материальный процесс.

Вместе с тем, несмотря на все рассуждения, приведенные в качестве доказатель­ства материальной природы психического, необходимо согласиться с существова­нием двух явлений — субъективных (прежде всего фактов сознания) и объектив­ных (биохимических, электрических и других явлений в мозге человека). Вполне естественно было бы предположить, что эти явления соответствуют друг другу. Но если мы соглашаемся с этими утверждениями, то мы переходим на сторону другого принципа — принципа психофизиологического параллелизма, утвержда­ющего о невозможности взаимодействия идеальных и материальных процессов.

Следует отметить, что существует несколько течений параллелизма. Это дуа­листический параллелизм, исходящий из признания самостоятельной сущности духовного и материального начала, и монистический параллелизм, который ви­дит все психические и физиологические явления как две стороны одного процес­са. Главное, что их объединяет, — это утверждение, что психические и физиологи­ческие процессы протекают параллельно и независимо друг от друга. То, что про­исходит в сознании, соответствует тому, что происходит в мозге, и наоборот, но эти процессы не зависят друг от друга.

Мы могли бы согласиться с данным утверждением, если бы рассуждения в дан­ном направлении постоянно не заканчивались отрицанием существования психиче­ского. Например, независимый от психического мозговой процесс чаще всего за­пускается толчком извне: внешняя энергия (световые лучи, звуковые волны и т. д.) трансформируется в физиологический процесс, который преобразуется в проводящих путях и центрах, принимает форму реакций, действий, поведенчес­ких актов. Наряду с этим, никак не влияя на него, развертываются события в со­знательном плане — образы, желания, намерения. При этом психический процесс никак не влияет на физиологические процессы, в том числе и поведенческие реак­ции. Следовательно, если физиологический процесс не зависит от психического, то всю жизнедеятельность человека можно описать в понятиях физиологии. В этом случае психика становится эпифеноменом — побочным явлением.

Таким образом, оба рассматриваемых нами подхода оказываются не в состоя­нии решить психофизиологическую проблему. Поэтому единого методологиче­ского подхода к исследованию проблем психологии не существует. С каких пози­ций будем исходить мы, рассматривая психические явления?

Из вышеизложенного следует, что существует тесная связь между психиче­скими и физиологическими процессами. Поэтому, рассматривая психические яв­ления, мы будем всегда помнить о том, что они находятся в тесном взаимодей­ствии с физиологическими процессами, что они, вероятнее всего, обусловливают друг друга. При этом мозг человека является тем материальным «субстратом», который обеспечивает возможность функционирования психических явлений и процессов. Поэтому психические и физиологические процессы взаимосвязаны и взаимообусловливают поведение человека.

Контрольные вопросы

1. Расскажите о сознании как высшем уровне психического отражения действи­тельности. Каковы основные характеристики сознания?

2. Расскажите о роли рефлексии в регуляции поведения человека.

3. Расскажите о происхождении сознания. Что вы знаете о гипотезе А. Н. Леонтьева? 4. Раскройте роль труда в возникновении сознания человека (по А. Н. Леонтьеву).

5. В чем проявляется взаимосвязь развития мозга и сознания?

6. Раскройте содержание основных положений культурно-исторической теории развития высших психических функций Л. С. Выготского.

7. Охарактеризуйте основные этапы развития психики человека.

8. Расскажите об общем строении нервной системы человека, ее центральных и периферических частях.

9. Расскажите о строении нейрона.

10. Разъясните понятия: «первичная зона коры головного мозга», «интегративная зона коры головного мозга».

11. В чем выражается функциональная асимметрия головного мозга?

12. Расскажите об основных концепциях взаимосвязи мозга и психики.

13. Раскройте суть концепции функциональных систем П. К. Анохина.

14. В чем суть психофизиологической проблемы в психологии?

Рекомендуемая литература

1. Ананьев Б. Г. Избранные психологические труды: В 2-х т. Т. 1 / Под ред. А. А. Бодалева, Б. Ф. Ломова. — М.: Педагогика, 1980.

2. Бассин Ф. В. Проблема «бессознательного». (О неосознаваемых формах высш. нерв­ной деятельности). — М.: Медицина, 1968.

3. Выготский Л. С. Развитие личности и мировоззрение ребенка // Психология лично­сти. Тексты: Хрестоматия под ред. Ю. Б. Гиппенрейтер. — М.: МГУ, 1982.

4. Выготский Л. С. Собрание сочинений: В 6-ти т. Т. 1.: Вопросы теории и истории пси­хологии / Гл. ред. А. В. Запорожец. — М.: Педагогика, 1982.

5. Гиппенрейтер Ю. Б. Введение в общую психологию: Курс лекций: Учебное пособие для вузов. — М.: ЧеРо, 1997.

6. Гримак Л. П. Резервы человеческой психики. Введение в психологию активности. — 2-е изд., доп. — М.: Политиздат, 1989.

7. Данилова Н. Н., Крылова А. Л. Физиология высшей нервной деятельности: Учеб. для ун-тов по спец. «Психология». — М.: Изд-во МГУ, 1989.

8. Джемс В. Многообразие религиозного опыта. — СПб.: Андреев и сыновья, 1992.

9. Дельгадо X. Мозг и сознание /Пер. с англ. под ред. Г. Д. Смирнова. — М.: Мир, 1971.

10. Кравков С. В. Самонаблюдение. — М., 1922.

11. Леонтьев А. Н. Избранные психологические произведения: В 2-х т. Т. 2 / Под ред. В. В. Давыдова и др. — М.: Педагогика, 1983.

12. Леонтьев А. Н. Деятельность. Сознание. Личность. — 2-е изд. — М.: Политиздат, 1977.

13. Лурия А. Р. Эволюционное введение в психологию. — М.: Изд-во МГУ, 1975. ;

14. Немов Р. С. Психология: Учебник для студ. высш. пед. учеб. заведений: В 3-х кн. Кн. 1: Общие основы психологии. — 2-е изд. — М.: Владос 1998.

15. Психология / Под ред. проф. К. Н. Корнилова, проф. А. А. Смирнова., проф. Б. М. Теплова. — Изд. 3-е, перераб. и доп. — М.: Учпедгиз, 1948.

16. Симонов П. В. Мотивированный мозг: Высшая нервная деятельность и естественно­научные основы общей психологии / Отв. ред. В. С. Русинов. — М.: Наука, 1987.

17. Симонов П. В. Эмоциональный мозг. Физиология. Нейроанатомия. Психология эмо­ций. - М.: Наука, 1981.

18. Соколов Е. Н. Нейронные механизмы памяти и обучения. — М.: Наука, 1981.

19. Фабри К. Э. Основы зоопсихологии: Учебник для вузов. — М.: Изд-во МГУ, 1976.

20. Узнадзе Д. Н. Психологические исследования. — М.: Наука, 1966.

Глава 5. Психологическая теория деятельности

Краткое содержание

Общая психологическая характеристика деятельности. Понятие деятельности. Побуди­тельные причины деятельности. Цель деятельности. Воля и внимание в деятельности. Специфи­ка человеческой деятельности и ее атрибуты. Виды человеческой деятельности. Деятельность и развитие человека.

Основные понятия психологической теории деятельности. Операционно-технические ас­пекты. Разработка и развитие теории деятельности в трудах российских ученых. Структура дея­тельности. Действие как центральный компонент деятельности. Основные характеристики дей­ствия. Основные принципы психологической теории деятельности. Условия деятельности. По­нятие об операциях. Автоматические действия и навыки. Психофизиологические функции деятельности.

Теория деятельности и предмет психологии. Потребность как исходная форма активности живых организмов. Основные этапы формирования и развития потребности. Мотив деятельно­сти. Ведущий мотив и мотивы-стимулы. Неосознаваемые мотивы: эмоции и личностный смысл. Механизмы образования мотивов. Понятие о внутренней деятельности.

Физиология движений и физиология активности. Общее понятие о психомоторике. И. М. Се­ченов о физиологии движений. Рефлекторная концепция движения. Типы сенсомоторных про­цессов. Сенсоречевые реакции и идеомоторные процессы. Механизмы организации движений. И. А. Бернштейн и его теория физиологии движений. Принцип сенсорных коррекций. Факторы, влияющие на ход выполнения движений. Сигналы обратной связи. Рефлекторное кольцо. Уров­ни построения движений по Бернштейну. Процесс формирования двигательного навыка и прин­цип активности. Основные периоды и фазы построения движений. Автоматизация движений. Принцип активности и принцип реактивности. Произвольные акты.

5.1. Общая психологическая характеристика деятельности

Одной из самых главных особенностей человека является то, что он способен трудиться, а любой вид труда является деятельностью. Деятельность — это дина­мическая система взаимодействия субъекта с миром. В процессе этого взаимодей­ствия происходит возникновение психического образа и его воплощение в объек­те, а также реализация субъектом своих отношений с окружающей реальностью. Любой простейший акт деятельности является формой проявления активности субъекта, а это означает, что любая деятельность имеет побудительные причины и направлена на достижение определенных результатов.

Побудительными причинами деятельности человека являются мотивы — со­вокупность внешних и внутренних условий, вызывающих активность субъекта и определяющих направленность деятельности. Именно мотив, побуждая к деятель­ности, определяет ее направленность, т. е. определяет ее цели и задачи.

Цель — это осознанный образ предвосхищенного результата, на достижение которого направлено действие человека. Целью может быть какой-либо предмет, явление или определенное действие. Задача — это заданная в определенных усло­виях (например, в проблемной ситуации) цель деятельности, которая должна быть достигнута путем преобразования этих условий согласно определенной процеду­ре. Любая задача всегда включает в себя следующее: требования, или цель, кото­рой надо достичь; условия, т. е. известный компонент постановки задачи; иско­мое — неизвестное, которое надо найти, чтобы достигнуть цели. Задачей может быть конкретная цель, которой надо достичь. Однако в сложных видах деятельно­сти чаще всего задачи выступают как частные цели, без достижения которых нельзя достичь главной цели. Например, для того чтобы овладеть какой-либо спе­циальностью, человек должен вначале изучить ее теоретические аспекты, т. е. ре­шить определенные учебные задачи, а затем реализовать эти знания на практике и получить практические навыки, т. е. решить ряд задач практической деятельности.

Человек современного общества занимается разнообразными видами деятель­ности. Классифицировать все виды деятельности вряд ли представляется возмож­ным, поскольку для того, чтобы представить и описать все виды человеческой деятельности, необходимо перечислить наиболее важные для данного человека потребности, а число потребностей очень велико, что обусловлено индивидуальными особенностями людей.

Однако можно обобщить и выделить свойственные всем людям основные виды деятельности. Они будут соответствовать общим потребностям, которые можно обнаружить практически у всех без исключения людей, а точнее — тем видам со­циальной человеческой активности, в которые неизбежно включается каждый че­ловек в процессе своего индивидуального развития. Такими видами деятельности являются игра, учение и труд.

Игра — это особый вид деятельности, результатом которого не становится про­изводство какого-либо материального или идеального продукта. Чаще всего игры имеют характер развлечения, преследуют цель получения отдыха. Существует несколько типов игр: индивидуальные и групповые, предметные и сюжетные, ро­левые и игры с правилами. Индивидуальные игры представляют собой род деятель­ности, когда игрой занят один человек, групповые — включают несколько индиви­дов. Предметные игры связаны с включением в игровую деятельность человека каких-либо предметов. Сюжетные игры разворачиваются по определенному сце­нарию, воспроизводя его в основных деталях. Ролевые игры допускают поведение человека, ограниченное определенной ролью, которую в игре он берет на себя. Наконец, игры с правилами регулируются определенной системой правил поведе­ния их участников. Бывают и смешанные типы игр: предметно-ролевые, сюжетно-ролевые, сюжетные игры с правилами и т. п. Отношения, складывающиеся между людьми в игре, как правило, носят искусственный характер в том смысле этого слова, что окружающими они не принимаются всерьез и не являются осно­ванием для выводов о человеке. Игровое поведение и игровые отношения мало влияют на реальные взаимоотношения людей, по крайней мере среди взрослых. Тем не менее игры имеют большое значение в жизни людей. Для детей игры име­ют по преимуществу развивающее значение. У взрослых игра не является веду­щим видом деятельности, а служит средством общения и разрядки.

Еще один вид деятельности — это учение. Учение выступает как вид деятель­ности, целью которого является приобретение человеком знаний, умений и навы­ков. Учение может быть организованным и осуществляться в специальных обра­зовательных учреждениях. Оно может быть не организованным и происходить по­путно, в других видах деятельности как их побочный, дополнительный результат. У взрослых людей учение может приобретать характер самообразования. Особен­ности учебной деятельности состоят в том, что она непосредственно служит сред­ством психологического развития индивида.

Особое место в системе человеческой деятельности занимает труд. Благодаря труду человек стал тем, кто он есть. Благодаря труду человек построил современ­ное общество, создал предметы материальной и духовной культуры, преобразо­вал условия своей жизни таким образом, что открыл для себя перспективы даль­нейшего, практически неограниченного развития. С трудом прежде всего связано создание и совершенствование орудий труда. Они, в свою очередь, явились фак­тором повышения производительности труда, развития науки, промышленного производства, технического и художественного творчества.

Деятельность человека — это весьма сложное и многообразное явление (рис. 5.1). В осуществлении деятельности задействованы все компоненты иерар­хической структуры человека: физиологический, психический и социальный.

 

Рис. 5.1. Структурная схема деятельности

 

5.2. Основные понятия психологической теории деятельности. Операционно-технические аспекты деятельности

Мы приступаем к рассмотрению теории, которая имела огромное значение для развития отечественной психологии. Она была создана в советский период, явля­лась центральной психологической теорией и развивалась на протяжении более 50 лет. Разработка и развитие данной теории связана с именами таких известных отечественных психологов, как Л. С. Выготский, С. Л. Рубинштейн, А. Н. Леонтьев, А. Р. Лурия, А. В. Запорожец, П. Я. Гальперин и др. Почему эта теория занима­ет столь значимое положение в отечественной психологии? Во-первых, ранее мы говорили о решающей роли труда и деятельности в происхождении сознания и развитии психики человека. Это точка зрения до настоящего времени является основополагающий в методологии исследований отечественных психологов. Во-вторых, психологическая теория деятельности, исходя из данной точки зре­ния, раскрывает роль деятельности в проявлении психических феноменов чело­века, в том числе и сознания. Дело в том, что судить о человеке, о его особенностях личности мы, в основном, можем лишь по результатам его деятельности.

Психологическая теория деятельности стала развиваться в конце 20-х - нача­ле 30-х гг. XX в. Главное отличие данной теории заключается в том, что она опира­ется на основные принципы диалектического материализма и использует главный тезис этого философского направления: не сознание определяет бытие, деятель­ность человека, а, наоборот, бытие, деятельность человека определяют его созна­ние. Наиболее полно теория деятельности изложена в трудах А. Н. Леонтьева.

Имена

Леонтьев Алексей Николаевич (1903-1979) — изве­стный отечественный психолог. В конце 1920-х гг., рабо­тая у Л. С. Выготского и используя идеи культурно-исторической концепции, провел ряд экспериментов, на­правленных на изучение высших психических функций (произвольного внимания и процессов памяти). В начале 1930-х гг. встал во главе харьковской деятельностной шко­лы и приступил к теоретической и экспериментальной разработке проблемы деятельности. В результате им была выдвинута концепция деятельности, являющаяся в настоящее время одним из признанных теоретических на­правлений современной психологии.

В отечественной психологии на основе предложен­ной Леонтьевым схемы деятельности (деятельность — действие — операция — психофизиологические функ­ции), соотнесенной со структурой мотивационной сферы (мотив—цель—условие), изучались практически все психические явления, что стимулировало возникновение и развитие новых психологических отраслей.

Логическим развитием данной концепции Леонтьев считал возможность создания целостной системы психологии как «науки о порождении, функционировании и строении психического отра­жения реальности в процессе деятельности».

 

Основными понятиями данной теории являются деятельность, сознание и лич­ность. Рассмотрим, какой смысл вкладывается в эти понятия, какова их структура. Деятельность человека имеет сложное иерархическое строение. Она состоит из нескольких неравновесных уровней. Верхний уровень — это уровень особых видов деятельности, затем следует уровень действий, за ним — уровень операций, и самый низкий — уровень психофизиологических функций.

Центральное место в этом иерархическом построении занимает действие, ко­торое является основной единицей анализа деятельности. Действие — это процесс, направленный на реализацию цели, которая, в свою очередь, может быть опреде­лена как образ желаемого результата. Необходимо сразу обратить внимание на то, что цель в данном случае — это сознательный образ. Выполняя определенную де­ятельность, человек постоянно держит этот образ у себя в сознании. Таким обра­зом, действие — это сознательное проявление активности человека. Исключения­ми являются случаи, когда у человека в силу определенных причин или обстоя­тельств нарушена адекватность психической регуляции поведения, например при болезни или в состоянии аффекта.

Основными характеристиками понятия «действие» являются четыре компо­нента. Во-первых, действие включает в качестве необходимого компонента акт сознания в виде постановки и удержания цели. Во-вторых, действие — это одно­временно и акт поведения. При этом следует обратить внимание на то, что дей­ствие — это движение, взаимосвязаное с сознанием. В свою очередь, из вышеизло­женного можно сделать один из основополагающих выводов теории деятельно­сти. Этот вывод состоит в утверждении о неразрывности сознания и поведения.

В-третьих, психологическая теория деятельности через понятие действия вво­дит принцип активности, противопоставляя его принципу реактивности. В чем различие в понятиях «активность» и «реактивность»? Понятие «реактивность» подразумевает ответное действие или реакцию на воздействие какого-либо сти­мула. Формула «стимул—реакции» является одним из основных положений би­хевиоризма. С этой точки зрения активен воздействующий на человека стимул. Активность с точки зрения теории деятельности есть свойство самого субъекта, т. е. характеризует человека. Источник активности находится в самом субъекте в форме цели, на достижение которой направлено действие.

В-четвертых, понятие «действие» выводит деятельность человека в предмет­ный и социальный мир. Дело в том, что цель действия может носить не только биологический смысл, такой как добыча пищи, но также может быть направлена на установление социального контакта или создание предмета, не связанного с биологическими потребностями.

Исходя из характеристик понятия «действие» как основного элемента анализа деятельности, формулируются основополагающие принципы психологической теории деятельности:

1. Сознание не может рассматриваться как замкнутое в самом себе: оно долж­но проявляться в деятельности (принцип «размывания» круга сознания).

2. Поведение нельзя рассматривать в отрыве от сознания человека (принцип единства сознания и поведения).

3. Деятельность — это активный, целенаправленный процесс (принцип актив­ности). 4. Действия человека предметны; их цели носят социальный характер (прин­цип предметной человеческой деятельности и принцип ее социальной обу­словленности).

Само по себе действие не может рассматриваться как тот элемент начального уровня, из которого формируется деятельность. Действие — это сложный элемент, который часто сам состоит из многих более мелких. Такое положение объясняет­ся тем, что каждое действие обусловлено целью. Цели человека не только разно­образны, но и разномасштабны. Есть крупные цели, которые делятся на более мел­кие частные цели, а те, в свою очередь, могут делиться на еще более мелкие част­ные цели и т. д. Например, вы хотите посадить яблоню. Для этого вам необходимо: 1) правильно выбрать место для посадки; 2) выкопать яму; 3) взять саженец и при­сыпать его землей. Таким образом, ваша цель разбивается на три подцели. Однако если посмотреть на частные цели, то вы заметите, что и они тоже состоят из еще более мелких целей. Например, для того чтобы выкопать яму, вы должны взять лопату, вдавить ее в землю, вынуть и отбросить землю и т. д. Следовательно, ваше действие, направленное на то, чтобы посадить яблоню, состоит из более мелких элементов — частных действий.

Теперь необходимо обратить внимание на то, что каждое действие может быть выполнено по-разному, т. е. с помощью различных способов. Способ выполнения действия называется операцией. В свою очередь, способ выполнения действия за­висит от условий. В различных условиях для достижения одной и той же цели могут быть использованы различные операции. При этом под условиями подразу­меваются как внешние обстоятельства, так и возможности самого действующего субъекта. Поэтому цель, данная в определенных условиях, в теории деятельности называется задачей. В зависимости от задачи операция может состоять из разно­образных действий, которые могут подразделяться на еще более мелкие (частные) действия. Таким образом, операции — это более крупные единицы деятельности, чем действия.

 

Из истории психологии