Мои Конспекты
Главная | Обратная связь


Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Эффект социального взаимодействия



Если же я прав, то, по всей вероятности, личность будет защищаться от неодобрения окружающих, и поэтому все ее действия будут по сути своей защитными. Как вы увидите, Салливан действительно в это верит. Характеристики и тенденции ядра личности проявляются в социальном взаимодействии. Существенный эффект такого взаимодействия заключается в формировании эмпирической базы самодинамизма. Этот динамизм, несмотря на то, что он не является врожденным, превосходит по важности все остальные, поскольку присутствует у всех без исключения людей. Развиваясь в течение жизни, самодинамизм является неизбежным ее результатом. По существу, самодинамизм – это сложное и многофакторное самоопределение, главным образом на бессознательном уровне; оно формируется на основе личного опыта одобрения и неодобрения окружающих и побуждает человека действовать так, чтобы избежать связанной с неодобрением тревоги. Салливан (1947, с. 10, 21) развивает это положение, утверждая, что самодинамизм, "можно сказать, происходит из отраженных оценок" и "воплощается как динамизм, цель которого сводится к поддержанию чувства безопасности". Используя терминологию Фрейда, самодинамизм – это своего рода сочетание эго и суперэго. Он выступает как суперэго в смысле воплощения совести или в совокупности представлений о том, какие мысли, чувства и действия приемлемы, а какие – нет. В основе этих представлений лежат родительские реакции одобрения или неодобрения. Любые чувства, мысли или действия, воспринимающиеся как неприемлемые, будут являться источником тревоги, равно как и ожидание неодобрения от окружающих, предшествующее развитию самодинамизма. Эго представлено в самодинамизме как защитная функция, предназначенная для того, чтобы не допустить неприемлемые мысли, чувства и действия в сознание. Из рассуждений Салливана о самодинамизме становится ясно, что эта исключительно важная характеристика представляет собой определенного рода защитный механизм, обеспечивающий сохранение чувства безопасности. Не совсем понятно, реализует ли самодинамизм еще какие-нибудь функции, но вполне возможно, что такого рода неопределенность связана с неясностью текста, а не теории. Как бы то ни было, мы можем быть уверены в том, что чувство безопасности поддерживается человеком преимущественно благодаря функционированию защитных механизмов.

Салливан выделяет три класса защит, которые здесь я затрону лишь вкратце. Более подробно они будут описаны в главе 6, посвященной периферическим характеристикам личности, поскольку они напрямую связаны с теорией Салливана относительно стадий развития и соответствующих типов личности. Все, что необходимо в данном контексте, – это дать вам некоторое представление, делающее более ярким и четким предложенный выше вывод о том, что стремление к защищенности – самая важная вещь в жизни человека – реализуется главным образом посредством защитных механизмов. Три класса защит, выделяемые Салливаном, – это диссоциация, паратаксическое искажение и сублимация.

Диссоциация, по Салливану, – это почти то же самое, что вытеснение по Фрейду, когда переживания и импульсы, вызывающие тревогу, вытесняются за пределы сознания, поскольку они несовместимы с само динамизмом. Да, Салливан менее конкретен, чем Фрейд, говоря о содержании этих несопоставимых с самодинамизмом переживаний и импульсов, и это может означать, что Салливан не согласен с тем, что психосексуальность так уж значима для личности. Будь это так, из понятия диссоциации как защитного механизма, посредством которого мысли и импульсы, угрожающие образу "Я", формируемому у человека обществом, вытесняются из сознания, логически вытекает тот факт, что такие мысли и импульсы действительно существуют. И как только персонолог начинает замечать в поведении людей частые и явные проявления диссоциации, а именно к такому выводу пришел Салливан, он должен предположить, что социально неприемлемые мысли и импульсы столь же часты и очевидны. И это можно считать убедительным подтверждением концепции психосексуального конфликта, где индивид рассматривается в естественной оппозиции обществу; для того чтобы его жизнь была успешной, необходимо достижение компромисса. Очевидно, что диссоциация и есть такого рода компромисс, потому что, как и любой защитный механизм, она искажает реальность мыслей и импульсов, не совместимых с самодинамизмом.

Паратаксическое искажение – это еще один способ защитного избегания реальности, функция которого заключается в том, чтобы сохранить чувство защищенности. В действительности паратаксическое искажение можно рассматривать и как процесс, и как результат защиты, но Салливан не делает такого разграничения. Для того чтобы понять, что он имел в виду, вы должны знать, что паратаксическое переживание предполагает вовлеченность сознания, но такого сознания, которое характерно для человека на ранних стадиях его развития, когда он еще не достиг той рассудительности и рациональности, которая присуща взрослой и зрелой личности. При паратаксическом переживании ребенок начинает использовать слова и другие символы для того, чтобы описать ими свой опыт. Но, в отличие от обычного взрослого, ребенок использует эти символы весьма персонализованным и субъективным образом. Они имеют для него такой смысл, который никак не соотносится с общепринятым. Паратаксическое переживание взрослого человека Салливан называет паратаксическим искажением. Как вы могли заметить, это защитное дополнение диссоциации. При диссоциации вы просто выталкиваете из сознания неприемлемые мысли и импульсы, тогда как при паратаксическом искажении вы меняете их значение на то, которое в большей степени согласуется с вашим самодинамизмом. Паратаксическое искажение напоминает некоторые защиты, в частности проекцию, в классификации Фрейда. Третья защитная процедура получила название сублимации, причем Салливан придает ей тот же смысл, что и Фрейд. При сублимации объекты импульсов, не совместимые с системой "Я", непроизвольно замещаются на социально одобряемые цели так, чтобы импульсы могли быть выражены, хотя бы отчасти, без угрозы чувству безопасности. Я убежден, что вы отметили, что в отношении паратаксического искажения и сублимации верно то же самое, что уже говорилось о диссоциации. Все это способы достижения компромисса между несовместимыми личными и социальными целями за счет перемещения личных целей за пределы сознания. Однако сублимация представляет собой более успешный компромисс, чем два других способа, поскольку неприемлемые мысли и импульсы, по крайней мере, могут получить свое выражение. Салливан считает сублимацию наиболее зрелым видом защиты из всех трех.

С учетом структуры данной книги я, пожалуй, отложу описание частных видов защиты до главы 6, касающейся периферических характеристик личности, но я хотел, чтобы вы поняли, что Салливан рассматривает все существование человека как защитное. Даже зрелый и рационально мыслящий человек использует защитный механизм для искажения реальности, а именно сублимацию. Компромисс между личными и общественными целями необходим для успешной жизнедеятельности, и эта позиция полностью укладывается в рамки психосоциальной теории конфликта.

Читатели, интересующиеся различиями между теориями Салливана и Фрейда, могли быть несколько разочарованы моим рассказом. Обычно акцент делается на том, что Салливана следует считать персонологом, подчеркивавшим формирующее влияние общества и то, что человека следует рассматривать в рамках социальной матрицы. Все действия человека являются реакцией на кого-то другого, и он сам вызывает такие же реакции со стороны окружающих. Обычно принято считать, что Фрейд не до конца признавал межличностную природу жизни; задача убедить нас в этом была возложена на Салливана. Кроме того, обычно подчеркивается и тот факт, что, акцентируя внимание на роли общества, Салливан недооценивал значимость сексуального и других инстинктов, выделяемых фрейдистами. Все это верно, и я вовсе не хочу, чтобы мой анализ теории Салливана каким-то образом противоречил этим рассуждениям или перечеркивал их. Что я действительно хотел вам сказать, так это то, что теория Салливана формально сходна с теорией Фрейда. Этот факт, как правило, ускользает из виду критиков, нацеленных на поиск различий между двумя этими теориями. Оба, и Салливан и Фрейд, являются представителями теории психосоциального конфликта, то есть говорят о принципиальной несовместимости целей индивида и общества и о необходимости достижения компромисса, выражающегося в форме проявления лишь тех инстинктов и лишь с той степенью интенсивности, которая принимается обществом. Только после осознания основополагающего сходства между двумя теоретиками мы сможем глубже понять описанные выше различия.