Мои Конспекты
Главная | Обратная связь


Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Шаг первый: измерение конкретных периферических характеристик



Первым шагом, приближающим нас к адекватному эмпирическому анализу теоретических подходов к периферии личности, является попытка разработать эмпирические показатели для каждой из конкретных периферических характеристик, определяемых в рассматриваемых нами теориях. Хоть это крайне непросто, иного пути нет. Надо попытаться измерить все черты, упомянутые Фрейдом, все потребности по Мюррею и т.д. по списку персонологов. То тут, то там в списке вы встретите теоретиков, таких, как Ангьял, Бейкан, Олпорт и Келли, которые не предложили буквально ничего, что можно было бы использовать как основу для измерения. Другие, как Салливан, столь неопределенны в описании типов личности, что большая часть работы уйдет на угадывание того, какие периферические характеристики они считают важными. Это является прекрасной демонстрацией того, как недостаток теоретической проработки мешает проведению исследования теоретических положений о периферии личности. Как вы можете измерить что-либо, если непонятно, что это такое? Кто бы ни пытался сделать первый шаг в идеальной стратегии, он вздохнет с облегчением и благодарностью, когда встретит персонолога, недвусмысленно высказывающегося относительно формы и содержания конкретных периферических характеристик.

Во всяком случае, пытаясь измерить те или иные конкретные периферические характеристики, вы должны ориентироваться не столько на то, что, как вы полагаете, они означают, а в большей степени на то, что думает о них соответствующий персонолог. Только в этом случае успех или неудача попытки измерения может считаться отражением степени адекватности его теории. Если теоретик дает нам операциональное определение постулированной им характеристики, у нас не будет особых сложностей в следовании вложенному им смыслу. Операциональное определение – это, если вы еще не в курсе, буквальное описание того, что вы должны сделать, чтобы наблюдать рассматриваемую сущность. К сожалению, лишь Мак-Клелланд, Мюррей и Мадди попытались дать операциональные определения, причем Мак-Клелланд преуспел чуть больше других, будучи менее двусмысленным. Но даже Мак-Клелланд дает слишком подробные операциональные определения лишь для некоторых мотивов.

Чтобы понять ценность операциональных определений, вспомним рассуждения Мак-Клелланда о мотивах. Из 8-9-й глав вы знаете, что формально мотив – это личностная цель плюс достаточно гибкая инструментальная способность, позволяющая преследовать эту цель в широком спектре ситуаций. Рассуждая об операциях измерения, Мак-Клелланд (1961) предлагает формальные атрибуты мотивов, отличающие их от черт и схем. Мотив соотнесен с личностной целью, и, следовательно, измерительная операция должна выявлять умонастроение, а не просто внешние действия. Но и умонастроения не любые. Измеряемая цель является личностной, а не социальной, и, следовательно, необходимо предпочесть те измерительные операции, которые не дают человеку оснований предполагать, что критерием оценки его поведения будет его социальная желательность. Как только вы начинаете спрашивать человека о его целях или действиях, вы, вероятнее всего, начинаете получать ответы в тех терминах, которые считаются социально приемлемыми. Такое интервью может быть полезным при измерении схем, но в отношении мотивов оно ведет к заблуждениям. Принимая в расчет требование считаться с умонастроениями личности, Мак-Клелланд делает вывод, что наилучшие измерительные операции предполагают побуждение человека к фантазиям в форме рассказов по картинкам о вымышленных людях с последующим анализом содержания рассказов для выяснения целей и предрасположенностей к инструментальному поведению, релевантному этим целям. Содержание картинок должно быть достаточно неоднозначным, а задание на составление рассказов – максимально неструктурированным, чтобы были маловероятны ответы о социально одобряемых, а не о личностных целях. Далее, если персонажи картинок будут вызывать размышления о том, что вымышленные люди делают или могут желать, более вероятно получение информации о мотивах, нежели о чертах, когда последние весьма обыденны и не попадают реально в композицию рассказов. Некоторые из вас могут узнать в описанной здесь задаче знаменитый тест тематической апперцепции Мюррея (1943). Несмотря на то, что данная методика существовала еще до попыток Мак-Клелланда измерять мотивы, она хорошо подходит к его операционализации. Во всяком случае, Мюррей разработал этот тест главным образом для измерений в соответствии со своей весьма сходной теорией потребностей, хотя и не снабдил его такой жесткой операциональной инструкцией, как это сделал Мак-Клелланд. Именно благодаря работе Мюррея Мак-Клелланд и создал свое основополагающее произведение.

Мак-Клелланд (1961) почти столь же точен и в отношении способа измерения формы схем. Если вы хотите узнать о социальных целях человека, определенных его ценностями и чувством социальных ролей, вы просто можете спросить его об этом "в лоб". Неважно, если он приукрасит свои ответы, думая об их социальной оценке, так как это попросту его ощущение точки зрения общества на то, что вы хотите измерить. Опросники, касающиеся направленностей и целей поведения человека, имеют тенденцию извлекать схемы, в отличие от заданий на фантазию (так называемых проективных заданий), которые предполагают изучение мотивов.

Таким образом, с формальной точки зрения черты измеряют, создавая типичные ситуации, в которых требуются действия людей, и наблюдая закономерности поведения в этих действиях. Мой обзор операционального подхода Мак-Клелланда по необходимости краток, но мне бы хотелось, чтобы вы оценили то, что ни один персонолог не может сравниться с ним в точности. Действительно, выходя за пределы формальных атрибутов, Мак-Клелланд даже предлагает вполне приемлемые операциональные определения содержания тех мотивов, которые он выделяет из прочих (достижения, аффилиации и власти). Например, операциональное определение мотива достижения – соревнование со стандартом превосходного (McClelland е.а., 1953, с. 110-112). Вместе с этим всеобъемлющим определением вам дается тщательно разработанная система оценки для анализа фантазий с целью выявления интереса к соревнованию со стандартом превосходного (McClelland е.а., 1953, с. 107-138). С некоторыми различиями в акцентах и в степени точности Мюррей и Мадди создали методический аппарат, в целом сходный с тем, что предложил Мак-Клелланд.

Стоит лишь отойти от Мак-Клелланда, Мюррея и Мадди, и при измерении конкретных периферических характеристик, предлагаемых персонологами, вы предоставлены сами себе. Лучшее, что вы можете найти, – это выразительные описания проявлений этих характеристик в жизненных обстоятельствах. Если такое описание достаточно объемно, вы можете сформировать впечатление о том, что теоретик имел в виду, то есть с достаточной точностью принять решение об измерительных операциях. Приняв решение об измерительных операциях для всего набора конкретных периферических характеристик, можно начинать проводить скучную, но неизбежную и важную работу по обеспечению их адекватными измерителями. Предположим, что измеритель уже имеет теоретическую (очевидную) валидность благодаря тщательному отбору измерительных операций, остается лишь убедиться в том, что существование этой характеристики можно продемонстрировать эмпирически. В значительной степени конкретную периферическую характеристику можно рассматривать как эмпирически существующую, если ее показатель имеет адекватную надежность. Есть два вида надежности, называемые внутренней согласованностью и стабильностью. Чтобы оценить внутреннюю согласованность, вы должны помнить, что показатели почти всегда состоят из ряда компонентов. Например, если вы измеряете потребность в достижении с помощью суммирующейся балльной системы оценки продуктов фантазии, то разные категории в этой системе и будут компонентами показателя. Внутренняя согласованность соответствует степени, в которой компоненты показателя, включенные в нее по теоретическим соображениям, действительно проявляют совместную изменчивость на эмпирическом уровне анализа. Для опросника это означает определение вероятности того, что человек, отвечающий определенным образом на один из вопросов, ответит подобным образом и на другие вопросы. В суммирующейся балльной системе, применяемой для оценки фантазий, внутренняя согласованность выражается как тенденция использовать различные оценочные категории сходным образом в отношении продукции конкретного человека. Если вы продемонстрируете достаточную внутреннюю согласованность, значит, вы нашли эмпирические основания для защиты в дискуссии о том, отражает ли ваш показатель подлинную сущность. Но вопрос, насколько показатель должен быть внутренне согласованным, чтобы вы могли сделать вывод, что он отражает нечто реальное, является щекотливым. Для некоторых концептов, таких, как черты, вы можете ожидать высокую степень внутренней согласованности, так как теоретически диапазон соответствующего им поведения должен быть узок, а конкретные проявления очень сходны друг с другом. Однако концепты наподобие потребностей или мотивов по своей природе более разнородны, включая в себя не только цели, но и инструментальные последовательности действий, каждая из которых может расширяться или сужаться. Короче, если даже предполагается, что конкретные периферические характеристики являются основными единицами нашего анализа, мы должны признать, что степень внутренней согласованности, которую мы можем от таких характеристик требовать, зависит частично и от их постулируемой природы. Тем не менее, если показатель не имеет хотя бы умеренной внутренней согласованности, у нас мало эмпирических оснований полагать, что он отражает подлинную сущность.

Когда вы оцениваете стабильность показателя, вы определяете вероятность того, что вы получите тот же самый результат, если примените его к одному и тому же человеку в двух или более сходных случаях, разнесенных во времени. В общем, чем больше похожи результаты разных тестирований, тем больше вы уверены, что ваш измеритель имеет дело с истинной сущностью. И это так потому, что конкретные периферические характеристики считаются довольно-таки стабильными во времени. Но опять же, каким именно должно быть наше требование к стабильности показателя, отчасти это вопрос теории. Теоретически такие конкретные периферические характеристики, как открытость к переживанию Роджерса или потребность в достижении Мак-Клелланда, должны быть менее стабильны во времени, чем некоторые иные характеристики. Если вы открыты к опыту, то вы в каждый момент будете другим, а ваша потребность в достижении будет высока, если не получит удовлетворения, и низка, когда будет удовлетворяться. Поэтому степень стабильности, которую мы требуем как доказательство эмпирического существования, частично определена тем, как теоретик описывает природу характеристики, которую мы оцениваем с помощью нашего показателя. Но, как и в случае с внутренней согласованностью, должна быть хотя бы умеренная стабильность, чтобы имелось эмпирическое основание полагать, что наш показатель отражает подлинную сущность.

С эмпирической точки зрения показатель должен быть составлен из компонентов, которые гомогенны и которые срабатывают одинаково более одного раза. Если хотя бы одно из условий не выполняется, то вполне может оказаться, что рациональная, то есть теоретическая, адекватность измеряемой конкретной периферической характеристики скорее видимость, чем реальность. Нам необходимы конкретные периферические характеристики, убедительные не только рационально, но и эмпирически. Если вы предприняли грамотную попытку измерить характеристику, но внутренняя согласованность и/или стабильность отсутствует, вы можете быть уверены, что следует винить доселе не известную внутреннюю проблему теории. Обычной теоретической проблемой в подобных случаях является выбор таких конкретных периферических характеристик, которые редуцируемы в большей степени, чем мы могли бы предположить (Fiske, 1963). Если конкретная периферическая характеристика может быть расчленена далее, то при попытке измерить ее вы обнаружите отсутствие внутренней согласованности, поскольку ее показатель соединяет в корне несоединимые части. Если вы строите свою теорию личности на конкретных периферических характеристиках, оказывающихся не совместимыми на эмпирическом уровне, вы строите на песке.

Неудачные попытки разработать надежные показатели могут послужить поводом для возврата теоретика к своему "станку". Он может "отремонтировать" конкретную периферическую характеристику в надежде сделать ее более гомогенной, либо он может предпринять более кардинальный пересмотр всех своих воззрений по поводу периферического уровня. Понятно, что данные о надежности показателей для рассматриваемых нами постулированных конкретных периферических характеристик могут помочь в эмпирической оценке тех теорий личности, которые они представляют. Вы можете обнаружить, что та или иная теория либо теоретическая модель работает вроде бы лучше с точки зрения этого исходного эмпирического критерия надежности измерений. Тем самым оправдается наш предварительный вывод о том, что данная теория или теоретическая модель эмпирически ближе к истине. Однако этот вывод будет предварительным, так как оценка надежности показателей является лишь первым шагом в идеальной стратегии эмпирического анализа периферического уровня в теориях личности.