Мои Конспекты
Главная | Обратная связь


Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Следует ли наблюдателю вмешиваться в изучаемый процесс?



 

Ответ на этот вопрос зависит от цели исследования. Если основная цель — диагностика ситуации (как в случае изучения собрания в качестве одного из каналов выражения общественного мнения), вмешательство со­циолога в ход событий исказит реальную картину, а в итоге будут получены ненадежные данные. Если же цель исследования познавательно-аналитическая, или практически прикладная, и состоит главным образом в принятии управленческих и организационных решений, активное вмешательство не только возможно, но и полезно. Именно этим целям служит стимулирующее включенное наблюдение, или, как назвал его А. Н. Алек­сеев, наблюдающее участие.

Здесь наблюдатель — участник изучаемых собы­тий — провоцирует нестандартные ситуации и исследу­ет реакции объекта наблюдения на свои действия или стимулируемые им действия других [2, 3]. Например, он может, исследуя отношение рабочих к нововведениям, предлагать разные способы решения производственных задач: инициативные, "запрашивающие" действия дру­гих лиц, методы "сигнализации" руководству, обращение за помощью к другим лицам и организациям и т.п. Таким образом, во-первых, регистрируется отношение к нововведениям вообще и к разным способам их реали­зации в особенности, во-вторых.

Наблюдающее участие, по Алексееву, целенаправленно создает моделирующие действия ситуации и провоцирует наблюдаемых не столько приспосабливаться к данным обстоятельствам, сколько приспосабливать среду деятель­ности, преобразовывать ее в своих интересах [2, 3].

Принципиально иная стратегия наблюдения исполь­зуется в исследовании обыденной, повседневной жизни людей, их "рутинных практик". Объекты социального наблюдения — люди, реагирующие на поведение наблюда­теля. Чтобы свести к минимуму ошибки, проистекающие от "возмущения" объекта со стороны наблюдателя, ис­пользуют два способа. Первый — добиться, чтобы наблю­даемые либо не ведали о том, что за ними наблюдают, либо забыли об этом. Второй — создать у людей ложное представление о цели наблюдения.

Наблюдение со стороны (простое наблюдение) предусматривает постепенное вхождение в изучаемый объект так, чтобы люди привыкли к наблюдателю, пере­стали его замечать или же, зная о нем, не испытывали недоверия.

Нередко достичь этого нетрудно, если в обще­ственном мнении престиж социолога достаточно высок и ему нет надобности маскировать свою принадлеж­ность к научной организации или учебному заведению. Достаточно быть тактичным, дружественным и есте­ственным. И тогда блокнот и карандаш, даже диктофон, никого не смутят.

Но возможны, разумеется, и случаи, когда приходит­ся маскироваться под нейтральную фигуру. Например, в заводских условиях наблюдение можно проводить "в маске" стажера, который проходит пассивную практи­ку. Наблюдатель может скрыться в укромном месте и регистрировать события, оставаясь физически неза­метным. Он может имитировать новичка в населенном пункте, где все знают друг друга и его появление не ос­танется незамеченным. Но цели своего пребывания ис­следователь не открывает, подбирая любой подходящий предлог. Либо наблюдатель принимает все меры к тому, чтобы снять недоверие и подозрительность, не скрывая цели исследования.

В лабораторных условиях остаться незамеченным невозможно. Поэтому исследователь направляет внима­ние испытуемых в ложную сторону, отвлекает от целе­вой установки эксперимента.

Типичный пример отвлекающего маневра — тесты на отбор группового, лидера. Простой опыт позволяет установить степень инициативы и готовность принять на себя ответственность. Нескольким лицам предлага­ют в максимально короткий срок рассортировать по цвету и по форме картонные фишки (треугольники, кру­ги и квадраты, окрашенные в три цвета). Цель, объявля­емая группе: идет проверка на быстроту реакций и внимательность. В действительности наблюдатель регистрирует, кто из испытуемых примет на себя опера­тивное руководство этой совместной работой. Вначале каждый член группы пытается тасовать фишки сам за себя, потом кто-то предлагает разделить функции (одни тасуют по цвету, другие — по форме). Этот последний и проходит испытание на лидерство. Понятно, что, объя­вив заранее подлинную цель эксперимента, мы провали­ли бы его, не успев даже начать.

При соучаствующем наблюдении единственный способ снять помехи от вмешательства исследовате­ля — полное вхождение в изучаемую среду, завоевание ее доверия и симпатии. Классический пример исполь­зования включенного наблюдения для сбора основной информации — работа Уильяма Уайта (1936—1939 гг.), который и ввел этот метод наблюдения в научную практику [376].

Будучи сотрудником Гарвардского университета, Уайт по­селился в трущобах одного из американских городов, чтобы изучить образ жизни итальянских эмигрантов, населяющих этот район (он дал ему название Корневиль). Уайта интересо­вали обычаи эмигрантов, оказавшихся в условиях чужой культуры, их ориентации, взаимоотношения. Район Корневиля был известен как опасное для чужака итальянское гетто, пол­ное подозрительных банд.

Уайт вошел в местную общину, сказавшись студентом-ис­ториком, который намерен описать возникновение Корневиля. Исследователь изучил тот особый жаргон итальянского языка, которым пользовались в общине. Три года он провел бок о бок с этими людьми, подружился с руководителями двух соперничавших групп рэкетиров, научился местным обычаям, играм в карты и катанию шаров. 18 месяцев он прожил в од­ной эмигрантской семье, так что был окончательно принят как свой человек. Вначале он вел регистрацию впечатлений тайком, но по мере завоевания доверия не стеснялся делать за­писи в самой, казалось бы, не подходящей для этого обстанов­ке; все привыкли видеть его с блокнотом в руках.

В нашей стране одним из первых, кто использовал метод включенного наблюдения, был В. Б. Ольшанский, в то время сотрудник Института философии АН СССР. Изучая ценност­ные ориентации и идеалы рабочих, он поступил ни завод и проработал там несколько месяцев. За это время он достаточ­но сблизился с рабочими, чтобы составить программу последу­ющего формализованного обследования путем интервью [192, см, также 229], опросов и групповых дискуссий.

В 90-е гг. сотрудники исследовательского проекта Т. Ша­нина предприняли включенное изучение крестьянских хо­зяйств. Они подолгу (до года) жили среди крестьян, записыва­ли их рассказы о своих судьбах [50], анализировали семейные бюджеты и т.д. Один из исследователей (В.Виноградский), доктор наук, привез в кубанскую станицу жену (также научно­го сотрудника) и детей, убедившись, что иным путем не смо­жет преодолеть недоверия жителей станицы. Будучи теперь открытым для всех, участвуя в хозяйственных делах и помо­гай соседям чем мог (например, впервые в своей жизни Вале­рий Виноградский обмывал покойника — одинокого стари­ка), он, наконец, был принят сельчанами в их круг. Его стали приглашать в гости и без опаски позволяли записывать на пленку жизненные повествования.

В современной социологии используется также метод ак­тивного воздействия на наблюдаемые процессы ("активное ис­следование"), который ввел в практику французский социо­лог А. Турен [373] в период так называемых студенческих ре­волюций 70-х гг., а позже стали использовать социологи латиноамериканских стран и другие. Активное исследование (Action research) предполагает изучение объекта, активное вме­шательство путем организованных действий, провоцируемых исследователем, дальнейшее изучение и далее повторные воздействия. Такой тип исследований применяется также в системах реконструкции организаций управления.

Преимущества включенных наблюдений очевидны: они дают наиболее яркие, непосредственные впечатле­ния о среде, помогают лучше понять поступки людей и действия социальных общностей. Но с этим же связаны и основные недостатки такого способа. Исследователь может потерять способность объективно оценивать си­туацию, как бы внутренне переходя на позиции тех, кого он изучает, слишком "вживается" в свою роль соучастника событий. На эти недостатки обращали внимание и Уайт, и польский социолог К. Доктур, и другие ав­торы. Итогом включенного наблюдения нередко яв­ляется эссе, а не строго научный трактат.

Имеется и нравственная проблема включенного наблюдения: насколько вообще этично, маскируясь под рядового участника какой-то общности людей, в действительности исследовать их?

Нравственный долг социолога, как и врача,— "не вредить" своими действиями, но, напротив, активно помогать обществу решать возникающие проблемы. Если так и только так понимает он свою позицию, он всегда найдет нужную форму осуществления наблюдения и займет правильную нравственную по­зицию, будь то в качестве "стороннего" или в качестве включенного в гущу событий наблюдателя.