Мои Конспекты
Главная | Обратная связь


Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ 8 страница



--------------------------------

<1> Хейфец Ф.С. Указ. соч. С. 81.

 

Для конвалидации такой сделки необходимо заявление законного представителя гражданина, признанного судом недееспособным. Заявление о признании сделки действительной, хотя и не упомянуто в ст. 12 ГК РФ, является особым способом защиты гражданских прав.

4. Следует отличать сделку, совершенную гражданином, признанным недееспособным, от сделки, совершенной гражданином, впоследствии признанным недееспособным, однако в момент совершения сделки не способным понимать значение своих действий или руководить ими. Во втором случае имеет место оспоримая, а не ничтожная сделка (п. 2 ст. 177 ГК).

 

Статья 172. Недействительность сделки, совершенной несовершеннолетним, не достигшим четырнадцати лет

 

Комментарий к статье 172

 

1. Комментируемая статья регулирует вопросы недействительности сделок, совершенных малолетними, в соответствии с положениями о дееспособности лиц, не достигших возраста 14 лет.

Согласно п. 1 ст. 28 ГК РФ по общему правилу за несовершеннолетних, не достигших возраста 14 лет (малолетних), сделки могут совершать от их имени только их родители, усыновители или опекуны. При этом родители или усыновители, обладая равными правами (ст. 61 СК), совершают совместно сделки в качестве законных представителей.

В то же время п. 2 ст. 28 ГК РФ предусматривает, что малолетние в возрасте от шести до 14 лет вправе самостоятельно совершать мелкие бытовые сделки; сделки, направленные на безвозмездное получение выгоды, не требующие нотариального удостоверения либо государственной регистрации; сделки по распоряжению средствами, предоставленными законным представителем или с согласия последнего третьим лицом для определенной цели либо для свободного распоряжения. В связи с этим ничтожны лишь те сделки, которые не подпадают под действие названного правила о самостоятельном участии малолетнего в сделке.

2. Сделка, совершенная лицом в возрасте до 14 лет за пределами его дееспособности, ничтожна. Как и в случае, если сделка была совершена гражданином, признанным судом недееспособным, каждая из сторон такой сделки обязана возвратить другой стороне все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость. Дееспособная сторона обязана, кроме того, возместить другой стороне понесенный ею реальный ущерб, если дееспособная сторона знала или должна была знать о недостаточной дееспособности малолетнего. Объем дееспособности несовершеннолетнего гражданина, вступающего в сделку, подчас затруднительно определить также с учетом того, что, как правило, невозможно выяснить, предоставлены ли средства ребенку законным представителем или третьим лицом с его согласия для определенной цели либо для свободного распоряжения.

3. Недействительная сделка малолетнего, как и сделка гражданина, признанного недееспособным (ст. 171 ГК), может быть "исцелена" по требованию его родителей, усыновителей или опекуна, если она совершена к выгоде малолетнего.

 

Статья 173. Недействительность сделки юридического лица, совершенной в противоречии с целями его деятельности

 

Комментарий к статье 173

 

1. Юридическое лицо может иметь гражданские права, соответствующие целям деятельности, предусмотренным в его учредительных документах (ст. 52 ГК), и нести связанные с этой деятельностью обязанности. Коммерческие организации, за исключением унитарных предприятий и иных видов организаций, предусмотренных законом, могут иметь гражданские права и нести гражданские обязанности, необходимые для осуществления любых видов деятельности, не запрещенных законом (абз. 1, 2 п. 1 ст. 49 ГК).

В комментируемой статье речь идет о сделке, совершенной юридическим лицом в противоречии с целями, определенно ограниченными его учредительными документами. Как представляется, "ограничение" в данном случае следует понимать в широком смысле слова.

Во-первых, в учредительных документах некоммерческих организаций и унитарных предприятий, а в предусмотренных законом случаях и в уставах других коммерческих организаций должны быть определены предмет и цели деятельности юридического лица. Таким образом, в уставах указанных юридических лиц цели всегда определенно ограничены. По-другому быть не может. Точно так же в уставе некоммерческой организации, осуществляющей приносящую доход деятельность, должны быть определены виды такой деятельности, соответствующие целям ее создания и ее основной деятельности.

В таких случаях определение (указание) цели деятельности и видов деятельности, соответствующих целям создания, означает установление специальной правоспособности юридического лица во исполнение закона. Специальная правоспособность есть определенно (т.е. достаточно четко, недвусмысленно) ограниченная в сравнении с правоспособностью общей. Следует еще раз подчеркнуть: в отношении указанных юридических лиц по-иному быть не может.

Во-вторых, коммерческие организации, за исключением унитарных предприятий и иных видов организаций, предусмотренных законом (банки, страховые организации и т.д.), обладают общей правоспособностью, т.е. они могут иметь гражданские права и нести гражданские обязанности, необходимые для осуществления любых видов деятельности, не запрещенных законом (абз. 2 п. 1 ст. 49 ГК). Вместе с тем уставом коммерческой организации могут быть предусмотрены предмет и определенные цели деятельности, хотя по закону это не является обязательным. В данном случае происходит именно ограничение правоспособности коммерческой организации. Не будь в уставе указаний на предмет и цели деятельности, такое юридическое лицо могло бы заниматься любой деятельностью, не запрещенной законом, если не требуется лицензии и т.д., т.е. обладало бы общей правоспособностью. В результате включения в устав соответствующих указаний правоспособность юридического лица стала носить специальный характер.

Таким образом, цели деятельности всегда определенно ограничены в учредительных документах некоммерческих организаций, унитарных предприятий, а в предусмотренных законом случаях - в уставах других коммерческих организаций и могут быть определенно ограничены уставами коммерческих организаций также в случаях, когда по закону это не является обязательным.

2. Важно подчеркнуть, что правила комментируемой статьи применимы лишь в тех случаях, когда правоспособность определенно ограничена именно учредительными документами. Если же сделку совершает юридическое лицо, правоспособность которого определенно ограничена законом, то комментируемая статья не подлежит применению.

3. Основанием недействительности сделок, о которых говорится в комментируемой статье, является противоречие сделки целям деятельности, определенно ограниченным учредительными документами юридического лица. Например, в учредительных документах юридического лица предусмотрено, что оно должно заниматься перевозкой грузов, а это юридическое лицо заключило договор, по которому обязалось выступить подрядчиком при строительстве здания. Такой договор подряда может быть признан недействительным по правилам комментируемой статьи.

4. Для признания сделки недействительной требуется, чтобы одной из сторон являлось юридическое лицо, совершившее сделку, выходящую за пределы его правоспособности. Какой из субъектов гражданского права выступает другой стороной (юридическое лицо, гражданин, муниципальное образование и т.д.), для решения вопроса о недействительности сделки значения не имеет.

5. Сделка может быть признана недействительной, если только другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о незаконности сделки. Например, ей был представлен устав, в котором правоспособность определенно ограничена. Соответствующая информация может содержаться в переписке сторон, предшествовавшей заключению договора. То обстоятельство, что другая сторона знала об ограничении правоспособности, может быть видно из текста договора.

Иногда само наименование юридического лица "говорит" о его специальной правоспособности.

Для того чтобы сделка могла быть признана недействительной по правилам комментируемой статьи, требуется, чтобы другая сторона знала или должна была знать об ограничениях на момент совершения сделки.

6. Сделка, которую можно признать недействительной на основании рассматриваемой статьи, является оспоримой. Соответствующее требование может быть заявлено лицами, указанными в комментируемой статье. Другая сторона по сделке такое требование заявлять не вправе.

Последствие признания сделки недействительной - двусторонняя реституция (ст. 167 ГК).

7. До недавнего времени по правилам, предусмотренным комментируемой статьей, могла быть признана недействительной также сделка, совершенная юридическим лицом, не имеющим лицензии на занятие соответствующей деятельностью. Это положение закона подвергалось массированной критике, поскольку в результате совершения сделки без лицензии, когда она требуется, нарушается публичный интерес, нарушается закон. Стало быть, такая сделка должна считаться ничтожной.

С учетом этого из комментируемой статьи исключено упоминание о сделках, совершаемых юридическими лицами, не имеющими лицензии на занятие соответствующей деятельностью.

 

Статья 173.1. Недействительность сделки, совершенной без необходимого в силу закона согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления

 

Комментарий к статье 173.1

 

1. Комментируемая статья введена в действие с 1 сентября 2013 г. Федеральным законом от 7 мая 2013 г. N 100-ФЗ. В ней впервые определяются последствия отсутствия согласия, необходимого для совершения сделки в силу закона. В судебной практике распространено признание сделок, совершенных без необходимого в силу закона согласия, ничтожными на основании ст. 168 ГК РФ, в связи с чем стабильность и предсказуемость гражданского оборота поставлены под угрозу. Признание законодателем такой сделки ничтожной не является оправданным. В тех же случаях, когда согласие требуется не в силу закона, а в силу, например, учредительных документов, судебная практика до решения этого вопроса в Федеральном законе от 8 февраля 1998 г. N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (в ред. Федерального закона от 30 декабря 2008 г. N 312-ФЗ) (далее - Закон об ООО) исходила из того, что сделки по отчуждению доли в уставном капитале ООО, совершенные в нарушение положения устава, запрещающего отчуждать долю третьим лицам, являются оспоримыми <1>. В настоящее время указанный вопрос по-другому решен в действующей редакции Закона об ООО. Согласно абз. 3 п. 18 ст. 21 данного Закона в случае нарушения запрета на продажу или отчуждение иным образом доли участник общества либо общество вправе потребовать в судебном порядке передачи его доли обществу. Таким образом, до появления комментируемойстатьи законодатель не предлагал однозначного ответа на вопрос о последствиях отсутствия необходимого согласия на совершение сделки как в силу закона, так и в силу положений договора или учредительных документов.

--------------------------------

<1> Постановление Президиума ВАС РФ от 13 декабря 2011 г. N 10590/11; Определение ВАС РФ от 18 мая 2011 г. N ВАС-5669/11 по делу N А11-748/2010; см. также Постановление Президиума ВАС РФ от 10 апреля 2007 г. N 13104/06.

 

На исправление этой ситуации направлена комментируемая статья. Положения указанной статьи направлены на сокращение легальных возможностей признавать сделки недействительными во всех случаях, когда недействительность сделки как гражданско-правовая санкция является неоправданной и явно несоразмерной характеру и последствиям допущенных при совершении сделки нарушений.

Пункт 1 настоящей статьи устанавливает общее правило, согласно которому сделка, совершенная без необходимого в силу закона согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления (ст. 157.1), является оспоримой. Таким образом, после изменения положений ГК РФ должен измениться и подход к последствиям совершения сделки без необходимого в силу закона согласия третьего лица. Если ранее такая сделка в большинстве случаев рассматривалась как ничтожная, то в комментируемой статье по общему правилу она признается оспоримой. Поскольку сделка, совершенная без необходимого согласия, нарушает интерес лица или органа, без согласия которых она не должна была совершаться, судить о нарушении интереса, признанного законом юридически значимым для действительности сделки, может только само третье лицо или орган, поэтому закон прямо признает право оспаривания соответствующих сделок за лицом, чье согласие на совершение сделки не было получено. Такая сделка может быть признана недействительной по иску лица, чье согласие на совершение сделки не было получено, или иных лиц, указанных в законе (п. 1 комментируемой статьи). Таким образом, круг лиц, имеющих право требовать признания сделки недействительной, определен законом.

Однако оспоримость сделки, совершенной без необходимого в силу закона согласия, является общим правилом, из самого закона может следовать, что она ничтожна или такая сделка влечет правовые последствия для лица, управомоченного давать на нее согласие, при отсутствии такого согласия. Это специальные последствия, они должны быть установлены только законом.

2. Поскольку законом не установлено иное, оспоримая сделка, совершенная без необходимого согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, может быть признана недействительной, если доказано, что другая сторона в сделке знала или должна была знать об отсутствии на момент совершения сделки необходимого на нее согласия (п. 2).

В этом положении реализуется принцип добросовестности (ст. 1 ГК). Сделка может быть признана недействительной, если доказано, что другая сторона в сделке знала или должна была знать об отсутствии на момент совершения сделки необходимого на нее согласия. Иное может быть установлено законом. Таким образом, в некоторых случаях закон может устанавливать правило, когда сделка признается недействительной, даже если другая сторона в сделке не знала или не должна была знать об отсутствии на момент совершения сделки необходимого на нее согласия (это касается, например, сделок, совершенных несовершеннолетними, ст. 175 ГК).

Пункт 3 комментируемой статьи предусматривает, что лицо, давшее согласие на оспоримую сделку, не вправе оспаривать ее по основанию, о котором это лицо знало или должно было знать в момент выражения согласия. Это правило также является частным случаем выражения принципа добросовестности.

При этом, когда речь идет об отсутствии согласия на совершение сделки несовершеннолетним в возрасте от 14 до 18 лет в соответствии со ст. 26 ГК РФ, последствия отсутствия такого согласия предусмотрены ст. 175 ГК РФ - такая сделка может быть признана судом недействительной по иску родителей, усыновителей или попечителя. Таким образом, она является оспоримой. Если такая сделка признана недействительной, применяются правила, предусмотренные абз. 2 и 3 п. 1 ст. 171 ГК РФ.

Сделки, совершенные гражданином, ограниченным судом в дееспособности, без согласия попечителя, могут быть признаны судом недействительными по иску попечителя (ст. 176 ГК).

Таким образом, вводя в ГК РФ новую статью - 173.1 - о последствиях совершения сделок без необходимого в силу закона согласия, законодатель не отменяет действия ст. ст. 175 и 176, которые теперь будут выступать специальными нормами по отношению к комментируемой статье. При этом каждая из сторон сделки, совершенной без согласия законных представителей несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет или попечителя гражданина, признанного судом ограниченно дееспособным, обязана возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость. А дееспособная сторона обязана, кроме того, возместить другой стороне понесенный ею реальный ущерб, если дееспособная сторона знала или должна была знать о недееспособности другой стороны.

В этих случаях закон как раз устанавливает в целях защиты интересов более слабой стороны (несовершеннолетних и ограниченно дееспособных граждан) возможность признания соответствующей сделки недействительной независимо от того, знала ли другая сторона о неполной дееспособности контрагента по сделке.

3. Необходимо иметь в виду, что причины и цели закрепления законом необходимости получения согласия на совершение сделки различны, вторжение в интересы третьего лица подобной сделкой также различны и его интересы могут быть лучшим образом защищены или обеспечены не признанием подобной сделки недействительной, а совершенно иными мерами. Поэтому в случаях, предусмотренных законом или соглашением с лицом, согласие которого необходимо для совершения сделки, могут быть установлены последствия отсутствия необходимого согласия на сделку иные, чем ее недействительность (абз. 2 п. 1 комментируемой статьи).

Пример иных последствий совершения сделки приводится в п. 3 комментируемой статьи. В соответствии с указанным правилом участник полного товарищества не вправе без согласия остальных участников совершать от своего имени в своих интересах или в интересах третьих лиц сделки, однородные с теми, которые составляют предмет деятельности товарищества. При нарушении этого правила товарищество вправе по своему выбору потребовать от такого участника возмещения причиненных товариществу убытков либо передачи товариществу всей приобретенной по таким сделкам выгоды.

Согласно п. 1 ст. 698 ГК РФ ссудодатель вправе потребовать досрочного расторжения договора безвозмездного пользования в случаях, когда ссудополучатель без согласия ссудодателя передал вещь третьему лицу.

Иные последствия, чем недействительность сделки, могут быть предусмотрены и соглашением с лицом, согласие которого необходимо в силу закона для совершения сделки. Этими последствиями могут быть возмещение убытков такого лица или выплата ему определенной соглашением неустойки и т.д.

4. Подводя итог рассмотрению новых правил комментируемой статьи о последствиях отсутствия согласия, необходимого в силу закона на совершение сделок, можно сказать, что указанные правила направлены на достижение большей гибкости в защите интересов лица, чьи права нарушаются заключением сделки без его согласия. Кроме того, статья устанавливает последствия отсутствия только согласия, необходимого в силу закона. Следовательно, действие этой нормы не распространяется на случаи, когда согласие необходимо в силу положений договора или учредительных документов. Сделки, совершенные без согласия, получение которого предусмотрено договором или учредительными документами, не должны признаваться недействительными. На самом деле проще всего для участников гражданского оборота узнать о необходимости получения согласия на сделку, если такое согласие необходимо в силу закона. Поэтому эти отношения требуют некого общего регулирования, и сделка без необходимого согласия в этом случае при определенных обстоятельствах должна признаваться недействительной. В других же случаях, когда согласие на совершение сделки предусмотрено не законом, а договором или учредительными документами, для лиц, не участвующих в заключении и согласовании этих документов, сложнее узнать о необходимости получения согласия каких-либо лиц на совершение определенной сделки. Поэтому отсутствие подобного согласия не должно "подрывать" саму сделку. Последствия отсутствия согласия на совершение сделки, необходимого в силу положений договора или учредительных договоров, должны быть иными, чем недействительность такой сделки. Как правило, такие последствия устанавливаются законом или в установленном им порядке (например, в самом уставе, в конкретном договоре и т.д.).

 

Статья 174. Последствия нарушения представителем или органом юридического лица условий осуществления полномочий либо интересов представляемого или интересов юридического лица

 

Комментарий к статье 174

 

1. В комментируемой статье представлены два состава оспоримых сделок - сделки, совершенные с выходом за пределы полномочий, и сделки, совершенные в ущерб интересам представляемого. И в том и в другом случае в статье упоминается о совершении сделки представителем или органом юридического лица. Использование абсолютно одинаковых подходов при признании таких сделок недействительными свидетельствует в пользу того, что законодатель приравнял в отношениях с третьими лицами (внешних отношениях) правовое положение лица, выполняющего функции единоличного исполнительного органа юридического лица, к положению представителя. В этой связи уместно далее в контексте данной статьи говорить об органе юридического лица как об одной из разновидностей представителей.

2. В п. 1 комментируемой статьи идет речь о случаях, когда представитель, действующий в силу закона или договора, вышел за пределы своих полномочий, ограниченных договором или положением о филиале либо представительстве юридического лица, по сравнению с тем, как они определены в доверенности, в законе либо как они могут считаться очевидными из обстановки, в которой совершается сделка (соответственно, когда орган юридического лица вышел за пределы своих полномочий, ограниченных учредительными документами юридического лица или иными регулирующими его деятельность документами, по сравнению с тем, как они определены в законе либо как они могут считаться очевидными из обстановки, в которой совершается сделка).

Сохраняет свое значение разъяснение, которое было дано в Постановлении Пленума ВАС РФ от 14 мая 1998 г. N 9 "О некоторых вопросах применения статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации при реализации органами юридических лиц полномочий на совершение сделок". Статья 174 Кодекса не применяется тогда, когда орган юридического лица действовал с превышением полномочий, установленных законом, в указанных случаях надлежит руководствоваться ст. 168 ГК РФ.

Таким образом, применительно к случаям совершения сделки органом юридического лица имеет значение выход такого органа за пределы полномочий, "зауженных" в уставе, ином учредительном документе или договоре с лицом, выполняющим функции такого органа, по сравнению с объемом его полномочий, установленным в законе.

В случае с представителем, действующим в силу закона или договора, имеет значение разница в объеме полномочий между доверенностью и договором, в котором объем полномочий определен иначе (или между законом и договором с представителем). Так, например, в силу ст. 15 Федерального закона от 24 апреля 2008 г. N 48-ФЗ "Об опеке и попечительстве" в договоре об осуществлении опеки или попечительства могут быть указаны отдельные действия, которые опекун или попечитель совершать не вправе, в то время как по общему правилу опекуны являются представителями подопечных в силу закона и совершают от их имени и в их интересах все необходимые сделки.

Важно, что по основаниям, предусмотренным п. 1 комментируемой статьи, сделка может быть оспорена только тогда, когда будет доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об ограничениях полномочий на совершение сделки (недобросовестный контрагент).

Это правило нацелено на обеспечение стабильности гражданского оборота, в котором вступление в договорные отношения построено на предположении о добросовестности представителя контрагента (п. 5 ст. 10 ГК). В случае совершения сделки органом юридического лица это правило означает, что его контрагент должен полагаться на "стандартный", "типовой" объем полномочий такого органа, закрепленный в законе, а тот, кто действует от имени юридического лица без доверенности, должен, действуя добросовестно, сам известить контрагента об уставном ограничении своих полномочий. Следовательно, не существует обязанности всякого лица, вступающего в отношения с юридическим лицом, от имени которого действует его орган, проверять истинные полномочия этого органа.

Сложившаяся к настоящему времени договорная практика такова, что при совершении сделки лицо, выполняющее функции органа юридического лица, как правило, указывает в тексте договора на то, что оно действует на основании учредительных документов. Как отмечается в ПостановленииПленума ВАС РФ от 14 мая 1998 г. N 9, такая ссылка в тексте договора должна оцениваться судом с учетом конкретных обстоятельств заключения договора и в совокупности с другими доказательствами по делу. Это доказательство не свидетельствует заранее о том, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об ограничениях полномочий органа юридического лица в уставе.

Так, например, считая, что сделка от имени ООО подписана директором общества с нарушением устава общества (директор был обязан получить отдельное согласие коллегиального исполнительного органа на заключение сделки), общество обратилось в суд с иском о признании сделки недействительной. Суд установил, что решением участников в уставе ООО была определена компетенция единоличного исполнительного органа (директора), согласно которой директор действует без доверенности от имени общества, представляя его интересы, однако совершает все виды сделок по согласованию с коллегиальным исполнительным органом. Как отмечается вПостановлении Федерального арбитражного суда округа, истцом ни в первой, ни в апелляционной инстанциях не представлены доказательства того, что контрагенту по сделке было известно о наличии ограничений полномочий директора общества <1>.

--------------------------------

<1> Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 23 октября 2007 г. N Ф04-7458/2007(39536-А03-13) по делу N А03-16358/2006.

 

3. Пункт 2 комментируемой статьи определяет основания признания недействительными сделок, совершенных хотя и в пределах полномочий представителя (в том числе лица, выполняющего функции органа юридического лица), но в ущерб интересам представляемого.

В этих случаях, как и в рассмотренных ранее, должна быть доказана недобросовестность контрагента, которая может иметь место в ситуациях, когда контрагент знал или должен был знать о явном ущербе для представляемого либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого. Применительно к случаям заключения договора органом юридического лица, например, может быть доказано, что контрагент не мог не знать, что совершаемая им сделка повлечет весьма негативные последствия для другой стороны, в частности невозможность дальнейшей производственной деятельности юридического лица.

Понятие "явный ущерб" не определено непосредственно в ГК РФ, а значит, подлежит оценке судом в зависимости от обстоятельств дела. При этом хотелось бы обратить внимание на то, что в редакции проекта изменений Кодекса, представленной Советом по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства при Президенте РФ в декабре 2010 г. Президенту РФ, содержалась норма о том, что крайне невыгодные для стороны условия предполагаются (пока не доказано иное), если цена, процентная ставка или иное предоставление, передаваемое потерпевшим, в два раза или более превосходит то, что предоставляет по сделке другая сторона. Не исключено, что подобный подход к доказыванию явного ущерба для представляемого может возобладать в новой судебной практике.

4. Требования о признании недействительной и применении последствий недействительности сделки в соответствии с комментируемой статьей могут предъявить только указанные в ней лица - те, в интересах которых установлены ограничения.

5. Поскольку комментируемая статья не предусматривает специальных последствий недействительности сделки, совершенной за пределами полномочий представителя или с явным ущербом для представляемого, подлежит применению ст. 167 ГК РФ (см. комментарий к указанной статье).

 

Статья 174.1. Последствия совершения сделки в отношении имущества, распоряжение которым запрещено или ограничено

 

Комментарий к статье 174.1

 

1. Комментируемая статья введена Федеральным законом от 7 мая 2013 г. N 100-ФЗ и действует с 1 сентября 2013 г. Пункт 1 устанавливает, что сделка, совершенная с нарушением запрета или ограничения распоряжения имуществом, вытекающих из закона, в частности из законодательства о несостоятельности (банкротстве), ничтожна в той части, в какой она предусматривает распоряжение этим имуществом (ст. 180).

Таким образом, если запрет или ограничение распоряжения имуществом вытекают из закона, то сделка, совершенная с нарушением указанных запрета или ограничения, ничтожна. При этом сделка ничтожна только в части распоряжения данным имуществом. Однако недействительность сделки в части возможна только при соблюдении требований ст. 180 ГК РФ: недействительность части сделки не влечет недействительности прочих ее частей, если можно предположить, что сделка была бы совершена и без включения недействительной ее части.

Перечень случаев, когда запрет на распоряжение имуществом вытекает из закона, обширен. Можно привести несколько примеров таких случаев.

Так, ст. 336 ГК РФ устанавливает, что предметом залога может быть всякое имущество, в том числе вещи и имущественные права, за исключением имущества, на которое не допускается обращение взыскания, требований, неразрывно связанных с личностью кредитора, в частности требований об алиментах, о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, и иных прав, уступка которых другому лицу запрещена законом.