Мои Конспекты
Главная | Обратная связь


Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Послевоенное развитие итальянского государства 4 страница



Развитие конституционного законодательства пост­социалистических стран. В начале 1990 г. почти во всех постсоциалистических странах были приняты новые кон­ституции или существенным изменениям и дополнениям подверглись старые. Новая Конституция Республики Бол­гария (бывшей Болгарской Народной Республики) была при­нята в 1991 г. В Конституцию Венгрии 1949 г., как уже гово­рилось, еще в 1989 г. был внесен ряд изменений, а новые изменения и дополнения в 1990 г. привели фактически к созданию ныне действующей Конституции 1990 г. Благода­ря изменениям и дополнениям в 1989 и 1992 гг. в старую Конституцию 1952 г., внесенным конституционными зако­нами "О взаимоотношениях между законодательной и ис­полнительной властями Республики Польша" и "О терри­ториальном самоуправлении", была создана фактически но­вая Конституция Польши. В ноябре 1991 г. была принята новая Конституция Румынии, раздел Чехословакии в июле 1992 г. привел к одобрению в сентябре 1992 г. новой Консти­туции Словакии, а в декабре того же года - Конституции Чешской Республики. Составной частью Чешской Консти­туции осталась, однако, принятая ранее Федеральным соб­ранием Чехословакии "Декларация основных прав и сво­бод". Конституция Союзной Республики Югославии, состоя­щей ныне из Сербии и Черногории (после референдума в Боснии и Герцеговине, когда 66% его участников высказы­вались за независимость) была принята 27 апреля 1992 г.

Все конституции, вместе с собственным опытом вос­принявшие общечеловеческие демократические ценности, меняли не только названия государств, но и сущность об­щественного и политического строя. Примечательной чер­той этих конституций (Болгарии, Румынии и др.) стало закрепление в них норм-принципов, в которых закреплялись основы создания новых рыночных хозяйственных отноше­ний: о свободе и равноправии форм собственности, свободе предпринимательской деятельности, о свободе труда, вме­сте с различными сторонами социальной деятельности го­сударства.

Во всех конституциях речь фактически шла о создании нового государства по образцу государств зрелой демокра­тии. В преамбуле Конституции Болгарии, например, заяв­лялось о верности общечеловеческим ценностям - свободе, миру, гуманизму, равенству, справедливости и терпимости, о признании в качестве высших принципов прав личности, её достоинства и безопасности. Провозглашение общечело­веческих ценностей органично связывалось с деидеологизацией конституций. Конституция Словацкой Республики, на­пример, определяла словацкое государство как суверенное, демократическое и правовое, не связанное "ни с какой идео­логией или религией" (ст. 1).

Новые постсоциалистические конституции делают упор не на социально-классовую структуру общества, как со­циалистические конституции, а на форму государства, на общую его характеристику как социального, правового, де­мократического, федерального или унитарного (неделимо­го), закрепляя при этом в своем подавляющем большинст­ве парламентарную республику в качестве формы правле­ния.

В соответствии с принципом разделения властей зако­нодательная власть, как записано во всех конституциях, принадлежит избранным на основе всеобщего избиратель­ного права парламентам, однопалатным или двухпалатным в зависимости от исторических традиций (в Польше, Че­хии) или федеративного государственного устройства (в Югославии). Демократический характер выборов определя­ется в конституциях не только всеобщим характером изби­рательных законов, но и гарантиями политического плюра­лизма, многопартийности, реального участия в выборах выс­ших органов государственной власти различных партий, организаций, общественных движений.

Закрепление принципа политического плюрализма в кон­ституциях сопровождается, как правило, положениями, рег­ламентирующими отношения между политическими партия­ми и государством. Так, по Конституции Венгрии, "политиче­ские партии могут свободно образовываться и свободно действовать, но не могут осуществлять государственную власть" (ст. 3 (1-3)), по Конституции Румынии, от партий требуется уважение национального суверенитета, территориальной це­лостности, правопорядка и принципов демократии (ст. 2).

Политический плюрализм, многопартийность служат превращению парламентов постсоциалистических стран в инструмент разрешения конфликтов, сталкивающихся интересов социальных слоев, групп и пр., поиска консенсуса во имя общих целей.

Принципиальным отходом от советской концепции выс­ших органов государственной власти является закрепление за парламентами не только законодательной роли, но и в соответствии с принципом народовластия роли представи­тельной. При этом прослеживается тенденция демократизации структур самого парламента за счет установления равенства обеих палат, избираемых всем народом. В Чехии, например, парламент состоит из двух всенародно избирае­мых равноправных палат: палаты депутатов и сената, со­стоящего из 81 сенатора, переизбираемых на 1/3 через ка­ждые 2 года.

При анализе конституций можно выявить еще одну характерную тенденцию - признание и изменение роли президента в парламентской республике, не лишенного ныне реальных полномочий: отлагательного вето, роспус­ка парламента в некоторых конституциях и пр. Президент при этом все больше выступает в качестве внепартийного арбитра, олицетворяющего единство нации. Это подтверждается не только фактом восстановления поста едино­личного президента там, где он ранее был отменен (сейчас во главе всех восточноевропейских государств стоят пре­зиденты), но и в изменении способов его избрания, увели­чивающих независимость от представительного органа. Так, в Болгарии после восстановления поста президента в 1990 г. он избирался представительным органом. Затем порядок выбора президента был изменен. Ныне, по Конституции 1991 г., "президент избирается непосредственно избирателями" (ст. 93).

В Польше в соответствии с Законом от 7 апреля 1989 г. об изменении Конституции 1952 г. президент избирался сей­мом и сенатом; Закон 1990 г. "Об изменении Конституции" ввел общенародный способ его избрания, но с учетом рас­становки политических сил в парламенте (ст. 28 (1)). Вместе с изменением порядка избрания значительно были усилены и полномочия президента в сфере законодательной и исполнительной власти, что давало основание определять фор­му правления в Польше как полупрезидентскую республи­ку, так как здесь именно президент определял правитель­ственную программу, ее общее стратегическое направле­ние, контролируя не только всю сферу внешнеполитических отношений, но и осуществляя общее руководство в области внешней и внутренней безопасности страны (ст. 34),

Президенту Польши принадлежало также самостоя­тельное право роспуска сейма, его послания сейму и сенату не подвергались обсуждению. Наряду с правом законода­тельной инициативы, ратификации и денонсации междуна­родных соглашений Конституция наделяла президента полномочиями подписывать или отказывать в подписании "за­кона или распоряжения, имеющего силу закона" (ст. 47 (5)), на которое не распространялась контрасигнатура премьер-министра, назначать не только правительство, но и высших гражданских, военных, дипломатических должностных лиц, вводить чрезвычайное и военное положение (при опреде­ленных, определяемых им самим обстоятельствах) и пр.*

* 2 мая 1997 г. была принята новая Конституция Польши, расши­рившая полномочия польского парламента и правительства за счет сужения прав президента. Ему отныне не принадлежит исключительная роль в определении правительственной программы; при назначении новых министров и смещении старых, он в большей мере зависит от премьер-министра, так как должен учитывать его предложения по этому вопросу, и пр.

 

При всех изъянах сугубо формального "общенародно­го" избрания президента (как правило, он избирается мень­шинством избирателей, как, например, в Румынии, где по закону от 15 июля 1992 г. даже не устанавливается требова­ние о необходимом числе избирателей для признания пре­зидента избранным) тенденцию усиления власти президен­та в переходных восточноевропейских странах нельзя од­нозначно определить как негативную. Не способы избрания президента в парламентских демократиях играют опреде­ляющую роль, а порядок формирования и ответственности правительства. В парламентских республиках (в Болгарии, наряду с Румынией, Венгрией, Словакией, Чехией и др., где президент избирается представительным органом) прези­дент назначает правительство, но сам выбор премьер-ми­нистра, который затем формирует Совет министров, не яв­ляется произвольным. Им становится лидер партии или кандидат, предложенный блоком представленных в парла­менте партий, несущий вместе с министрами ответствен­ность не перед президентом, а перед парламентом.

Здесь взаимодействуют два рычага обеспечения баланса ветвей власти: вотум недоверия правительству со стороны парламента и право президента распустить парламент и на­значить новые выборы, результаты которых определяют, ос­тается та или иная партия и ее правительство у власти или нет. Частая смена правящих партий и правительств является неизменным спутником обострения социальных противоречий неустановившегося политического курса и его стратегии.

Чтобы предотвратить ситуации, при которых президент вынужден распускать парламент, например, из-за невозмож­ности сформировать правительство, ряд конституций пре­дусматривает специальные меры. Так, президент Венгрии вправе распустить Государственное собрание одного созы­ва, если оно в течение 12 месяцев, по меньшей мере, 4 раза выносило вотум недоверия правительству (ст. 28, 3 (2)). В Румынии правительство может быть распущено 1 раз в те­чение года (ст. 89 (2)). Вместе с тем президенты Чехии и Болгарии не могут распустить парламент в течение первых 3 месяцев, президент Румынии - 6 месяцев.

Конституции ряда государств (Польши, Венгрии и др.) пря­мо наделяют главу государства законодательной инициативой, в других странах (в Румынии, Болгарии) это право не закреп­лено за ним, но фактически действует. Президент имеет право отлагательного вето (в Румынии, Венгрии, Польше).

Все конституции восточноевропейских постсоциалисти­ческих стран предусматривают ту или иную форму импичмента, ответственности президента за нарушение консти­туции или уголовного закона, закрепляются при этом и дру­гие законные пути его устранения от власти, в частности из-за неспособности править страной по состоянию здоро­вья или в силу "устойчивой потери способности выполнять возложенные на него обязанности".

При анализе конституционных прав и ограничений пре­зидента следует, однако, учитывать, что реальный объем его полномочий зависит не только и не столько от предпи­сания конституции, сколько от расстановки социально-по­литических сил в стране, уровня социальной напряженно­сти и пр. Так, в январе 1997 г., после месяца демонстраций в условиях тяжелейшего экономического кризиса в Болгарии, президент не только отправил в отставку правительство, но и назначил внеочередные выборы в парламент. В том же году сам президент вынужден был уйти в отставку в Алба­нии. Массовые демонстрации обманутых вкладчиков ком­мерческих структур и обвинение в пособничестве им стали причиной этой отставки и массовых кровавых беспорядков в стране.

Почти все восточноевропейские конституции закрепили унитарную форму административно-политического устрой­ства (кроме Югославии и до 1993 г. - Чехословакии, когда произошел раздел страны на Чехию и Словакию). Право сецессии не признается современными конституциями, но оно может соответствовать принципам демократии, если речь идет о договорном характере федерации на основе союза независимых государств и если федерация строи­лась по национальному признаку, как в Чехословакии.

Почти во всех конституциях признаются и гарантиру­ются "права национальных меньшинств на сохранение, развитие и выражение их этнической, культурной, языковой и иной самобытности" (в Югославии - ст. 10, в Румынии - ст. 6). Явным отрицанием тоталитарной национальной поли­тики прошлого является, например, закрепленное в Кон­ституции Болгарии (ст. 29(1)) положение о запрещении "на­сильственной ассимиляции", о правах неболгар "изучать свой родной язык и пользоваться им" и пр. (ст. 36(2)).

Новые конституции, между тем, не сняли с повестки дня проблем национальных противоречий, местного сепа­ратизма, которые в ряде случаев даже обострялись по мере того, как разрушался связывающий эти восточноевропей­ские страны тоталитарный обруч, о чем свидетельствуют длительные кровопролитные войны в Югославии, перекройка ее внутренних границ и пр. Косвенным свидетельством это­го является и специальная норма-принцип Болгарской Кон­ституции, не допускающая "создание автономных террито­риальных образований" вместе с закреплением неприкосновенности ее "территориальной целостности" (ст. 21(1-2)).

Широкий перечень прав и свобод граждан в постсоциа­листических конституциях вытекает из общей концепции государственной власти как правовой (правовое государство), т. е. власти, связанной с правом, с признанием и гаран­тиями прав человека и его равной ответственностью перед законом (с независимостью судей, требованиями осуществ­ления правосудия надлежащим судом, с гарантиями "над­лежащей правовой процедуры" и пр.).

Постсоциалистические конституции отразили процес­сы унификации прав и свобод граждан, приведения их в соответствие с общепризнанными международными документами: Всеобщей декларацией прав человека 1948 г. и Международными пактами о правах человека 1963 г. и др.

Это сказалось на принципиальном сходстве этих перечней, различающихся лишь степенью детализации гаран­тий или структурными особенностями самих конституций отсутствием в них (особенно в ранних конституциях конца 1989 г.) детально разработанной классификации прав и сво­бод. Относительно четкая классификация прав и свобод дана в Конституции Словакии 1992 г., где в главе II выделены общие положения (раздел I), основные права и свободы че­ловека (раздел II), политические права (раздел III), права национальных меньшинств и этнических групп (раздел IV), экономические, социальные и культурные права (раздел V) и права на охрану окружающей среды и культурного на­следия (раздел VI).

В Конституции Югославии специально выделенный раздел II посвящен не только правам и свободам, но и обя­занностям человека и гражданина. В "Декларации прав и свобод" Чехии, воспринятой от постсоциалистической Че­хословакии, наряду с основными правами и свободами (раздел I), политическими правами (раздел II) и пр., выделены права "на судебную и другую юридическую защиту".

В содержащихся во всех конституциях разделах под названием "общие положения" или "основные начала" го­ворится "о неприкосновенных, неотчуждаемых и основопо­лагающих правах человека". К ним относятся "прирожден­ные права на жизнь и человеческое достоинство, которых никто не может быть лишен вследствие произвола" (Кон­ституция Болгарии - ст. 4 (1)), или право на жизнь и физи­ческую неприкосновенность (Конституция Венгрии - ст. 54 (1)), которое дополнено в Конституции Румынии отнюдь не случайным требованием (помятуя прошлое) права на "пси­хическую целостность", запрещение пыток, либо "бесчело­вечного или унизительного наказания и обращения" (ст. 22 (1-2)). Примечательно, что раздел I "Общие поло­жения" Конституции Словакии начинается с признания (ст. 11) приоритета перед местным законом ратифициро­ванных и обнародованных международных договоров о пра­вах человека и основных свободах, если они "обеспечивают больший объем прав и свобод".

Наряду с основополагающими неотчуждаемыми права­ми в конституциях закрепляются все "классические" граж­данские права и свободы: слова, печати, объединения, веро­исповедания, неприкосновенности частной собственности как непременного условия рыночных отношений и пр.

Право частной собственности закрепляется, однако, при определенных ограничениях в интересах общества. Статья 41 (6) Конституции Румынии предписывает, например, собственнику соблюдение норм об охране окружающей среды, добрососедства и других обязанностей, возложенных на него: "законом и обычаем". Провозглашая "свободу хозяйствен­ной инициативы", ст. 19(2) Конституции Болгарии запреща­ет злоупотребления, "связанные с монополизмом, недобро­совестной конкуренцией". Статья 20(3) Словацкой Консти­туции почти повторяет соответствующее положение Вей­марской конституции 1919 г.: "Собственность обязывает. Ею нельзя воспользоваться для ущемления прав других лиц либо в противоречии с общими интересами, охраняемыми законом".

Ни одна из конституций не предусматривает и полного разгосударствления собственности. Зачастую в конституциях прямо предусматриваются объекты государственной собст­венности, которые не подлежат приватизации. К ним Кон­ституция Болгарии относит, например, подземные богатст­ва, дороги, водоемы, леса и пр.

Другие классические права и свободы приобретают в конституциях более полное выражение за счет большей де­тализации и расширения объема гарантий. Так, "свобода выражения мысли, мнений, верований или любого вида твор­ческой деятельности", по Конституции Румынии, подкреп­ляется запрещением цензуры, свободой основания печат­ных изданий, правом на информацию (ст. 31) и др. Вместе с тем в Конституции предусматриваются и определенные ог­раничения этой свободы путем запрещения клеветы на стра­ну и нацию, подстрекательства к агрессивной войне, нацио­нальной, расовой, классовой, религиозной вражде, к дис­криминации, территориальному сепаратизму, публичному насилию, а также "непристойных проявлений, противо­речащих укладу общественной жизни".

Говоря о традиционных политических правах, следует заметить, что уже после принятия конституций в ряде стран существенно обновилось законодательство о парламентских выборах, в нем закрепляется минимальный круг требований для лиц, баллотирующихся в представительные органы. В Албании, например, от кандидата требуется постоян­ное проживание в стране, в Румынии - проживание и на­личие законных занятий, при этом допускаются и ограни­чения избирательных прав лиц, которые являлись сотруд­никами прежних служб безопасности и милиции.

Во всех конституциях среди политических прав закре­пляется право граждан на петиции (жалобы, требования), обращаемых в государственные органы, а также на объеди­нения для защиты их интересов. Но объединения граждан, включая и профсоюзы, как указано, например, в Конститу­ции Болгарии, "не могут ставить перед собой политических целей и осуществлять политическую деятельность", присущую политическим партиям (ст. 12 (2)).

Бесспорной реакцией на тоталитарное прошлое стало закрепление в ряде конституций гарантий того, что "никто не может быть лишен гражданства или выслан из страны" (Конституция Венгрии, ст. 61 (1)).

В перечне прав и свобод особое место отводится эконо­мическим, социальным, культурным правам граждан. Сре­ди этих прав (в Конституции Болгарии, ст. 48, Конституции Венгрии, ст. 70 (Б)), предусмотрено право на труд, но оно толкуется ограничительно, как право на "свободный выбор профессии и рода занятий". В "Декларации прав и свобод" Чехии право на труд сведено к праву каждого "добывать средства для своих жизненных потребностей при помощи трудовой деятельности".

Принципиально новыми для восточноевропейских стран среди других социально-экономических прав стало право на забастовку, которое не предусматривалось социалистическими конституциями, исходящими из постулата, что трудящиеся как "хозяева своей экономики не бастуют". Право на охрану здоро­вья связано, как правило, со страховой медициной и правом на медицинское пособие (Конституция Словакии, ст. 40).

Включение в конституции специальных свобод на ху­дожественное, научное, техническое творчество и препода­вание (Конституция Болгарии, ст. 51) обусловлено не в по­следнюю очередь отторжением существующего ранее же­сткого идеологического пресса, контроля, цензуры за все­ми проявлениями творческой деятельности человека.

В конституциях нашло закрепление "третье поколение" прав, имеющих коллективный характер: право на мир, на охрану благоприятной окружающей среды и культурного наследия (ст. 44 Словацкой Конституции). В ст. 15 Болгар­ской Конституции обеспечение охраны и воспроизводства окружающей среды и поддержание живой природы закре­пляется в качестве обязанностей государства.

Примечательной чертой всех постсоциалистических конституций является закрепление в них положений о соз­дании специальных правовых механизмов, призванных осу­ществлять надзор за соблюдением прав и свобод. В боль­шинстве стран таким главным механизмом стал Конституционный суд, в обязанность которого входит рассмотрение конституционных жалоб, к числу которых относятся жало­бы физических и юридических лиц, считающих, что их кон­ституционные права нарушены государственными органа­ми и должностными лицами. В сфере защиты конституци­онных норм, и прежде всего прав и свобод граждан, дейст­вуют и другие специальные государственные учреждения. В Венгрии, например, это Комиссия Государственного соб­рания по правам граждан и по правам национальных и эт­нических меньшинств (глава V), в Румынии - Народные адвокаты (глава IV), в Польше - Уполномоченные по пра­вам человека (ст. 80).

Более того, в конституционных документах прямо пре­дусматривается или подразумевается и такое эффективное средство защиты прав граждан, народного суверенитета, как прямое сопротивление и гражданское неповиновение репрес­сивному режиму, если деятельность конституционных ор­ганов и эффективное использование законных средств не могут быть осуществлены ("Декларация прав и свобод" Че­хии, ст. 23).

Экономические реформы постсоциалистических стран.Во всех постсоциалистических странах вместе с принятием новых конституций были проведены экономические рефор­мы, призванные разрушить сверхцентрализованные эконо­мические структуры и утвердить социально ориентирован­ные рыночные отношения. Главным средством такого пере­хода должна была стать приватизация государственной соб­ственности.

Темпы перехода к рыночной экономике были разными - от "шоковой терапии" в Польше до поэтапной приватиза­ции в Чехословакии и других странах. Необходимо отме­тить, что во всех постсоциалистических странах очень бы­стро развеялась наивная вера в то, что обвальное законодательное разгосударствление, всеобщая приватизация решат все проблемы, обеспечат функционирование общества на ос­нове использования саморегулирующихся рыночных меха­низмов и тем самым создадут необходимые условия для ус­коренного социально-экономического прогресса. Разным был и позитивный экономический эффект экономических ре­форм, сопровождаемых во всем регионе взрывом безрабо­тицы, инфляции, дороговизны на продукты первой необхо­димости, неорганизованной "уличной коммерцией" и пр.

Основы перехода к рыночной экономике в Румынии были закреплены законом сразу же после революционных событий декабря 1989 г. Им поощрялись индивидуальная коммерческая инициатива, создание малых предприятий на основе частной собственности по производству товаров пер­вой необходимости.

Дальнейший прогресс углубления реформ должен был осуществиться на основе разработанной в мае 1991 г. пра­вительственной программы, которая закрепила в качестве задач 1-го этапа экономических реформ предоставление полной свободы коммерческой деятельности и поощрение государством развития мелкого бизнеса, 2-го этапа - про­ведение либерализации цен, 3-го этапа - восстановление частной собственности на землю.

Вместе с другими задачами восстановление частной соб­ственности на землю начало осуществляться в соответ­ствии с законом, принятым еще в феврале 1991 г. Закон предусматривал безвозмездную передачу 10 га земли кре­стьянским семьям с одновременным освобождением их, на­чиная с 1991 г., от уплаты налога в течение 8 лет. Полную ликвидацию коллективных трудовых объединений, предприятий закон не предусматривал. Если они создавались на добровольной основе, им передавались скот, механика, строе­ния бывших госкооперативов.

4-й этап предусматривал, наряду с сельскохозяйственными землями, реприватизацию государственных предпри­ятий. Согласно закону, принятому в июле 1991 г., 30% всей госсобственности раздавалось румынским гражданам, дос­тигшим 18-летнего возраста, посредством выдачи ценных бумаг - сертификатов, на которые можно было приобрести или жилье, или акции промышленных предприятий и пр. 70% госсобственности передавалось путем продажи акций и активов юридическим и физическим лицам, при этом тру­довые коллективы приватизируемых предприятий пользо­вались преимуществами при приобретении акций с 10%-ной скидкой и пр. Процесс приватизации при низкой покупа­тельной способности населения шел крайне медленно. Пра­вительство, чтобы держать на плаву 3 тыс. заводов, вынуж­дено было покрывать их убытки.

5-й этап экономических реформ был связан с привати­зацией жилищного фонда, возвращением жилья прежним владельцам. И на 6-м этапе должна была проводиться анти­инфляционная политика и обеспечение внутренней конвер­тируемости национальной валюты.

Наиболее продуманная программа экономических ре­форм была принята в Чехословакии. Ее успеху способство­вала не только относительная конкурентоспособность про­мышленной продукции этой страны, не совсем устаревшая индустриальная база, квалифицированная рабочая сила, относительная стабильность сельского хозяйства, но и раз­работанная правовая база.

В октябре 1990 г. здесь было принято решение о "малой приватизации", которое непосредственно стало осуществ­ляться лишь с января 1991 г., когда на продажу было вы­ставлено 100 тыс. небольших объектов с целью стабилиза­ции национальной валюты, частичной либерализации цен и введения конвертируемой кроны. Вторая программа прива­тизации стала проводиться в жизнь с середины 1991 г., ко­гда на продажу были выставлены более крупные промыш­ленные предприятия, разгосударствление которых прово­дилось путем их продажи на торгах без ограничений и для иностранных фирм.

Среди населения для участия в приватизации были распространены ценные "купоны", позволяющие всем гра­жданам за символическую плату становиться акционерами бывших государственных предприятий.

В целях борьбы с инфляцией правительством было соз­дано Республиканское антимонопольное управление. Под его контроль подпадали предприятия, участие которых в вы­пуске определенного вида товаров и услуг на внутреннем рынке превышало 30%, предприятия с более чем 40% уча­стия на внутреннем рынке относились уже к антимонополь­ной компетенцииФедерального управления по экономи­ческому соревнованию. Борьбе с монополизмом, развитию местной промышленности способствовала и гибкая налоговая политика, защищающая, в частности, местных произ­водителей от давления импорта, стимулирующая их актив­ность.

Все эти меры позволили Чехословакии предотвратить неконтролируемый рост цен, обвальную безработицу и дру­гие характерные негативные последствия и трудности пе­рехода к рынку. Разгосударствление земельной собствен­ности, между тем, как любой разрушительный процесс, и в Чехословакии, и в других странах (особенно в Болгарии) привело к падению сельскохозяйственного производства. Коллективные методы сельскохозяйственного производст­ва в той или иной форме сохранялись в ряде постсоциали­стических стран.

 

Глава 14. Япония