Мои Конспекты
Главная | Обратная связь


Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Января 1967



VIII

 

 

АГЕНДА

МАТЕРИ


 

Январь 1967

 

4 января 1967

 

По поводу одной

визитерши из Европы

 

У меня такое впечатление, что ей надо расслабиться, что ее пребывание здесь было бы хорошим, если бы она смогла открыться, как цветок, вот так, расслабиться.

Она очень напряжена по отношению к жизни [Мать сжимает свои кулаки и делается жесткой]: это «держать ухо востро» и «поберегись!» Так что если бы она смогла… В конце концов, это так здорово, когда можно сказать: «О! можно довериться, ДЕЙСТВИТЕЛЬНО есть что-то конкретное как Милость, можно довериться.»

Это было бы большим прогрессом.

 

(Мать дает цветок,

называемый «Радха»)

Радха[1] - это surrender [сдача]. Так что мы говорим: «Сдача божественному приносит победу.»

 

 

Января 1967

Ты устала?

Нет… не могу сказать, что я «устала», я не устала… Я очень… очень глубоко внутри.

Я чувствую, что нахожусь там [жест над головой], и обычно это так. С самого утра у меня впечатление, что я нахожусь там [тот же жест], и там это очень сильно, как если бы что-то вырабатывалось. У меня такое ощущение, что делается работа (ночью тоже).

 

Я не знаю, является ли это результатом воздействия твоего переживания, но мне было весьма трудно присутствовать в физических вещах: в словах, жестах, во всех внешних вещах. Весьма трудно.

 

Это началось вчера, с впечатлением, что происходит очень общее действие.

 

 

января 1967

…После полудня список [назначенных встреч] разросся до такой степени, что не осталось больше времени. Прежде моя повседневная работа (подпись открыток и т.д.) обычно начиналась в три тридцать, затем она сместилась на четыре часа, а теперь начинается без четверти пять. Было время, когда я заканчивала в четыре, а затем бралась за перевод «Савитри» (это было очень-очень давно); затем я стала заканчивать в половине пятого, так что у меня еще было время на что-то, например, немного поесть; сейчас же я заканчиваю после пяти, так что [смеясь] так и устраивается!

ДОЛЖНО быть так, раз уж это так.

Возможно, это урок (это указание), но это имеет цель.[2]

Что касается меня, я пытаюсь понять урок, который я должна понять. Я учусь быть очень терпеливой…

 

Да!

О! терпение… Люди постоянно протестуют, обвиняют, все такое. Для меня это абсолютно ноль, иногда даже забавно; иногда я нахожу это смехотворным. Но когда я нахожу это смехотворным, тогда я не в самом лучшем своем состоянии, потому что когда я нахожусь в своем собственном состоянии – истинном состоянии сострадания – это не меняет ничего, это не вызывает даже маленькой ряби на поверхности: ничего. Когда это смехотворно, тогда это заставляет меня работать над людьми, которые сделали то или это. Когда что-то работает, тогда это кажется мне забавным.

Вчера мне задали вопрос; меня спросили, есть ли место в садхане оскорблению, чувству того, что тебя оскорбили, и того, что по-английски называется self-respect [чувство собственного достоинства] (что немного сродни самолюбию). Конечно, им там не место, это само собой разумеется! Но я увидела движение, оно было совершенно ясным: я увидела, что без эго, когда нет эго, в существе не МОЖЕТ БЫТЬ этого хорохорства. Я отошла далеко в прошлое, во время, когда я еще чувствовала это (прошли годы), но теперь это даже не что-то чуждое: это что-то невозможное. Все существо, и даже (что странно), даже физическое строение не понимает, что это означает. Это то же самое, как когда материально происходит удар [Мать показывает царапину на своем локте], вот так, например: это больше не чувствуется так, как чувствуется ушиб[3]. Это больше не чувствуется так. Чаще всего нет вообще ничего, это происходит совершенно незамеченным в целом; но когда есть что-то, это только впечатление – впечатление очень… очень сладкое, очень сокровенное – помощи, которая хочет, чтобы ее почувствовали, урока, который надо усвоить. Но не так, как это бывает ментально, когда всегда есть жесткость; это не так: это сразу же некая отдача существа, которое отдает себя, чтобы научиться. Я говорю о всех клетках. Это очень интересно. Конечно, если ментализировать это, то надо сказать, что это впечатление или осознание божественного Присутствия во всем, и способ – способ контакта – приходит в состояние, в котором мы находимся.

Таково переживание тела.

И единственное восприятие, когда происходит то или иное столкновение индивидов, это всегда ясное видение эго – проявляющегося эго. Они говорят: «Это из-за того-то.» Я не сказала бы: «О! это гнев того-то» или «О! то-то и то-то…» Нет, это его эго; даже не его эго: это ЭГО, принцип эго – принцип эго, который еще вмешивается. Это очень интересно, ведь эго стало для меня чем-то вроде безличной сущности, тогда как для всех это острое чувство его личности! Вместо этого, это нечто вроде способа бытия (который можно назвать земным или человеческим), нечто вроде способа бытия, который в том или ином количестве есть здесь или там и который дает каждому иллюзию его личности. Это очень интересно.

 

Да, но беда в том, что другие не учат свой урок, так что… Так что они захватывают тебя.

 

О! если бы они учили свой урок, все изменилось бы очень быстро!

 

Так что в результате ты захвачена, поглощена.

Не может быть!

 

Они отнимают все твое время, все твое…

Меня невозможно поглотить! [смеясь] я слишком большая!

 

Но все же, материально, ты перегружена.

Я заметила, что если я сопротивляюсь, становится хуже. Если у меня есть ощущение текучести, то нет больше столкновений. То же самое, что и с этой царапиной [Мать показывает свой локоть]. Ты видишь, если ты становишься жестким, а вещи сопротивляются, тогда ты ударяешься. Это как люди, которые умеют падать: они падают и ничего не ломают. Люди, которые не умеют падать: малейшее падение, и они что-то ломают. Это то же самое. Надо учиться… совершенному единству. Исправлять, выправлять – это еще из-за сопротивления.

Так что же произойдет [если продолжится это вторжение]?… Это будет забавно, посмотрим! [Мать смеется] Поскольку другие находятся не в том же состоянии, то, может быть, это причиняет им боль, но я не могу им ничем помочь! [Мать смеется]

Надо всегда смеяться, всегда. Господь смеется. Он смеется, и Его смех так хорош, так хорош, так полон любви! Это смех, обволакивающий необычайной сладостью.

И это люди исказили – [смеясь] они все исказили![4]