Мои Конспекты
Главная | Обратная связь


Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Января 1968



 

Странно, словно пришел запрет говорить и… я не знаю, как объяснить это, у меня такое впечатление, что я говорю с расстояния. Я не знаю, как объяснить. И из-за этого у меня такой сиплый голос [голос Матери слегка хриплый]. Я думаю, что с ним происходит какая-то трансформация. Прежде я очень хорошо контролировала голос, звучание голоса — все это ушло! И это как если бы я говорила откуда-то издалека.

Это пройдет.

И что касается всего, всего… есть изменение в СПОСОБЕ бытия. Ночей это тоже касается, они совсем другие — все это было очень организованным, очень регулярным, очень организованным, очень сознательным, и все это сейчас изменилось. И сознание… да, оно постоянно вне инструмента, как нечто такое [жест вверх], очень широкое — очень широкое и очень гибкое — и так постоянно: день и ночь. И все же это сознание этого [Мать касается своего тела], сознание инструмента. Это сознание, которое было телесным, и сейчас это то же сознание, но оно стало чем-то очень широким и очень сильным, и вот так [тот же жест вверх], словно на расстоянии от тела, и оно действует на тело вот так, все время, заставляя его двигаться. И тело не кажется таким ограниченым формой: оно чувствует на определенном расстоянии, касается на расстоянии.

Забавно [смеясь]. Что-то происходит, а я не знаю, что[11]!

 

*

* *

 

(После того, как Сатпрем вернулся к себе, Мать прислала ему следующую записку :)

 

Вот что я пыталась сказать этим утром:

 

Вместо того, чтобы сознанию быть внутри тела, тело сейчас находится внутри сознания, и все же это еще сознание тела.

 


 

 

Февраль 1968

 

3 февраля 1968

 

(Мать начинает с чтения для индийского радио текста своих «воспоминаний» о своей жизни в Индии: см. беседу от 27 января 1968 г.)

 

Затем я написала еще кое-что… Они хотят сделать нечто вроде брошюры об Ауровиле и распространить ее среди прессы, правительства и т.д. на 28 февраля.[12] А за два-три дня до этого в Дели пройдет конференция всех наций («всех наций» — это преувеличение, но, как бы там ни было, они так ее назвали). Z поедет туда, и она хочет привести туда все бумаги об Ауровиле. Они подготовили тексты — они всегда длинные, нескончаемые: все речи и речи. Тогда я попросила, я сконцентрировалась на том, чтобы узнать, что следует сделать. И вдруг Шри Ауробиндо дал мне откровение. Это было что-то интересное. Я сконцентрировалась на том, чтобы знать «как», «почему» и т.д., а затем вдруг Шри Ауробиндо сказал… [Мать читает записку]:

 

Индия стала…

Это было видение, и это сразу же переводилось в слова на французском языке.

 

Индия стала символическим представлением всех трудностей современного человечества.

Индия будет местом возрождения, возвращения к более высокой и более истинной жизни.

Ясное видение: то же самое, что в истории вселенной сделало землю символическим представлением вселенной, так чтобы сконцентрировать работу на одной точке, то же самое явление происходит сейчас: Индия является представлением всех земных человеческих трудностей, и именно в Индии будет найдено… лечение. И поэтому — вот ДЛЯ ЧЕГО я начала создавать Ауровиль.

Это пришло и было таким ясным и грандиозным в своем могуществе!

Так что я записала это. Я ничего не стала им объяснять, а просто сказала: «Поместите это в начало вашей бумаги, какой бы она ни была; вы можете говорить все, что угодно, но сначала должно идти это.»

 

(молчание)

Это было очень интересно. Это оставалось все время, в течение более получаса, это такое сильное и такое ясное видение, как если бы внезапно все прояснилось. Я часто задавала себе этот вопрос (не «задавала вопрос», но было усилие, чтобы понять, почему это стало так — почему в Индии такой хаос, такие печальные трудности, и все это все копится), а тут вдруг все стало ясным. Это было действительно интересно. И сразу же: «Вот почему ты создала Ауровиль.» Я не знала этого, ты понимаешь, я делала это под давлением, и принимало все большие и большие масштабы (это стало действительно на масштабе земли), так что я спрашивала себя: почему?… Некоторое время я думала, что это было единственной возможностью предотвратить войну[13], но это казалось мне несколько поверхностным объяснением. И затем вдруг пришло это: «А! Вот почему!»

И поскольку в этом была сила, я сказала: «Поместите это.» Посмотрим — они ничего не поймут, но это ничего не значит, это будет действовать.

 

*

* *