Мои Конспекты
Главная | Обратная связь


Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

ВКЛАД А. Н. ЛЕОНТЬЕВА В РАЗРАБОТКУ ПРОБЛЕМ ПСИХИКИ

Научная биография автора этой книги принадлежит к числу наиболее ярких страниц советской психологии, истории борьбы за построение психологической науки на философских основах марксизма-ленинизма.

Важную роль в этой борьбе сыграла школа Л. С. Выготского, А. Н. Леонтьева, А. Р. Лурия, которые, создавая теорию культурно-исторического развития уже в 20-е годы, начали разрабатывать проблемы социальной обусловленности генезиса сознания человеческого индивида. Предпринятые в то время А.Н. Леонтьевым и другими представителями этой школы теоретические и экспериментальные исследования (статья об одном таком исследовании А. Н. Леонтьева, посвященном экспериментальному изучению развития высших форм запоминания, публикуется в данной книге) привели к принципиально новому, в корне отличающемуся от господствовавшего в идеалистической психологии пониманию происхождения и структуры так называемых высших психических функций человека.

Проведенные исследования показали, что такие высшие специфически человеческие психические функции, как логическое мышление, осмысленная память, целе-полагающая воля и т. д., не даны человеку в готовом виде от рождения и что они формируются у этого индивида прижизненно в результате усвоения им социального опыта, накопленного предшествующими поколениями в результате овладения им средствами коммуникации и духовного производства (прежде всего средствами языка), вырабатываемыми и культивируемыми обществом. Было установлено, что эти средства используются людьми первоначально в процессе внешней совместной деятельности и общения друг с другом, а лишь затем при определенных условиях «интериоризуются», трансформируются в эффективные способы внутренней психической деятельности индивида, благодаря чему безгранично возрастает мощь человеческого интеллекта и человеческой воли.

Изучение процессов «интериоризации», закономерностей переходов от внешней к внутренней психической деятельности субъекта имело очень большое значение для преодоления одного из основных пороков идеалистической психологии, заключающегося, по выражению И. М. Сеченова, в «обособлении» психического и материального, в отрыве якобы замкнутого в себе мира сознания человека от его материального бытия, от реальных практических взаимоотношений с окружающей действительностью.

Отправляясь от идей Л. С. Выготского об единстве внешнего и внутреннего, о превращении «интрапсихологического в интерпсихологическое», А. Н. Леонтьев создал новое научное направление, приступив совместно с сотрудниками, начиная с 30-х годов, к изучению чувственно-предметной деятельности субъекта, которая ранее всегда рассматривалась как нечто внеположенное психологии, как та область действительности, которая не имеет прямого отношения к предмету психологического исследования.

В итоге проведенной работы были обнаружены общие и специфические особенности структуры различных видов деятельности, их основные компоненты и динамические составляющие, а также закономерности преобразования внешней деятельности во внутреннюю психическую деятельность субъекта.

Деятельностный подход к анализу закономерностей психического развития был осуществлен А. Н. Леонтьевым, в частности при изучении проблем происхождения ощущения и механизма чувственного отражения, считавшихся долгое время неразрешимыми, представляющими, по выражению Э. Геккеля, «центральную психологическую тайну».

В своих статьях, публикуемых в первом разделе данной книги, А Н. Леонтьев, критикуя и разоблачая научную несостоятельность предпринимавшихся (ранее попыток объяснить возникновение чувствительности, исходя из имманентно присущих якобы живому существу качеств, либо из воздействий на него экзогенной среды, рассматриваемой самой по себе, выдвинул гипотезу, согласно которой переход от материи живой, но еще лишенной психики, к живой материи, уже обладающей этим свойством, обусловлен в первую очередь изменением характера взаимодействия живого существа с окружающей средой. Такого рода изменения происходят при переходе организма от жизни в гомогенной вещно неоформленной среде к жизни в более сложной, вещно оформленной среде, состоящей из отдельных предметов, за счет которых животное удовлетворяет свои потребности. В этих условиях живое существо оказывается отделенным от предмета своей потребности и для овладения этим предметом ему необходимо действовать, ориентируясь на такие его свойства, которые сами по себе витально безразличны, но тесно связаны с другими, жизненно значимыми его свойствами, сигнализирующими о наличии (или об отсутствии) последних.

Именно благодаря тому, что деятельность животного приобретает предметный характер, происходит превращение раздражимости в чувствительность, возникают простейшие формы психического отражения, являющегося, в отличие от его допсихических аналогов, отражением предмета, обладающего совокупностью взаимосвязанных свойств (витально значимых и о них сигнализирующих).

В целях проверки выдвинутой гипотезы А. Н. Леонтьев разработал и использовал чрезвычайно интересную модель генетического эксперимента, позволяющего воспроизвести в совершенно искусственных условиях процесс возникновения нового ощущения. По ходу этого эксперимента неощущаемые обычно человеком раздражители (воздействия световых волн различной длины на кожу руки), когда им придавалось сигнальное значение в деятельности испытуемого, начинали им ощущаться и использоваться в качестве ориентиров при решении поставленных задач.

Таким образом, была предпринята первая в истории психологии плодотворная попытка подвергнуть объективному научному анализу условия происхождения элементарной психики и выделить объективные критерии ее возникновения.

Если упомянутое исследование посвящалось выяснению особенностей той формы жизнедеятельности, которая обусловливает появление чувствительности, то в последующем А. Н. Леонтьев предпринял изучение тех механизмов, при посредстве которых осуществляется чувственное отражение объекта.

Критический анализ сложившейся в классической физиологии органов чувств XIX века так называемой рецепторной концепции ощущения как пассивного, чисто созерцательного процесса, приводит А. Н. Леонтьева к выводу о том, что научная несостоятельность этой концепции и ее по существу субъективно-идеалистический характер определяются неправомерным ib методологическом отношении способом рассмотрения чувственных образов обособленно, в отрыве от деятельности, от практики субъекта.

Исходя из положений, выдвинутых И. М. Сеченовым и И. П. Павловым, указывавшим на то, что по своей физиологической природе сенсорные процессы носят рефлекторный характер, А. Н. Леонтьев положил начало разработке нового психологического учения о восприятии как об активном процессе, как о процессе своеобразного перцептивного действия, осуществляемого, например, ощупывающей предмет рукой, глазом, прослеживающим контуры видимого объекта, или, наконец, голосом, с помощью которого субъект, пропевая и воссоздавая слышимые звуки, обеспечивает их адекватное восприятие.

Эти своеобразные ориентировочно-исследовательские действия, согласно А. Н. Леонтьеву, служат обследованию воспринимаемых объектов и по ходу своего выполнения приводятся в соответствие, «уподобляются» особенностям этого объекта, создавая его копию, его чувственный образ.

Выдвинутая А. Н. Леонтьевым «гипотеза уподобления» явилась важным шагом на пути изучения закономерностей формирования чувственного отражения в процессе активного взаимодействия субъекта с окружающим миром.

Универсальное значение теории деятельности для объяснения движущих причин и закономерностей психического развития было раскрыто А. Н. Леонтьевым в -его обобщающем труде, посвященном проблемам эволюции психики животных и генезиса человеческого сознания. (Фрагменты этого труда вошли ibo второй раздел публикуемой книги.) Отвергая как идеалистически-виталистические и антропоморфические трактовки эволюции психики животных, так и механистические, бихевиористические попытки свести эту эволюцию к последовательному усложнению внешних форм врожденного и индивидуально приобретенного поведения, он ставит перед собой задачу разработки диалектико-материалистического понимания изучаемого процесса. В результате критического анализа и обобщения громадного фактического материала, накопленного в зоопсихологии, он приходит к выводу о том, что процесс филогенеза психики животных необходимо рассматривать как ряд качественно своеобразных и внутренне взаимосвязанных стадий психического отражения животными окружающей действительности. Выделяя в качестве такого рода стадий элементарную сенсорную, а затем перцептивную и, наконец, интеллектуальную психику, он приводит убедительные данные, свидетельствующие о том, что возникновение каждой из них, а также переходы от одной к другой были обусловлены существенными изменениями в жизни и деятельности живых существ, что и вызвало необходимость в возникновении новых, более сложных форм психической ориентации и регуляции поведения.

Таким образом, впервые была дана характеристика эволюции психики животных как процесса качественных изменений форм отражения действительности живыми существами и определены основные движущие причины этого диалектического процесса.

Отмечая внутреннюю взаимосвязь между эволюцией психики животных и генезисом человеческого сознания, А. Н. Леонтьев разоблачает попытки представителей биологизаторских концепций представить эти процессы как, по существу, тождественные, качественно не отличающиеся друг от друга.

Используя в ходе своего исследования различные исторические, антропологические и этнографические данные, А. Н. Леонтьев выясняет специфические особенности человеческого сознания как своеобразной формы психики, детерминанты ее возникновения и развития, обусловленного переходом от биологических форм жизнедеятельности наших обезьяноподобных предков к общественно-трудовой деятельности людей, в ходе которой они, изменяя природную среду, изменяют вместе с тем свою собственную природу.

В этом исследовании автор ставил перед собой задачу раскрыть конкретный психологический смысл известных положений марксизма о роли труда и речевого общения между людьми в «очеловечении обезьяны» и о зависимости развития человеческого сознания, психических способностей я личностных качеств человека от его общественного бытия, от социально-исторических условий его жизни и деятельности.

Разработка проблем социально-исторического развития сознания органически сочеталась в творчестве А. Н. Леонтьева с исследованиями онтогенеза человеческой психики. (Некоторые из этих исследований публикуются в третьем разделе настоящего издания.)

Продолжая линию исследований, начатых Л. С. Выготским, он подверг обстоятельному изучению ту роль, которую играет усвоение общественного опыта, овладение продуктами материальной и духовной культуры, созданной человечеством в психическом развитии ребенка. Вместе с тем А. Н. Леонтьев придал особое значение тому фундаментальной важности обстоятельству, что такое усвоение не может быть достигнуто путем пассивной ассимиляции чужого опыта и необходимо предполагает активное воссоздание ребенком усваиваемого опыта в процессе его самостоятельной деятельности, руководимой и направляемой взрослыми. Характер этой детской деятельности, ее структура, ее средства, цели и мотивы не остаются неизменными, и на протяжении детства происходят последовательные ее трансформации и переходы от одного вида деятельности к другому. Как показали исследования А. Н. Леонтьева и его сотрудников, на каждой возрастной ступени какой-либо один вид деятельности приобретает ведущее значение в развитии психических процессов и свойств детской личности.

Так, в младенческом возрасте ведущее значение имеет непосредственное эмоциональное общение с близкими взрослыми; в раннем детстве — предметные действия, в дошкольном возрасте — игра; в школьном — учебная деятельность и т. д. Именно в контексте этих ведущих деятельностей возникают специфические для данной возрастной стадии психологические новообразования, имеющие первостепенное значение для всего последующего развития ребенка.

Разработанный А. Н Леонтьевым принцип периодизации психического развития ребенка, основывающийся на концепции последовательной смены ведущих форм детской деятельности, имеет важное значение не только для построения общей теории онтогенеза человеческой психики, но и для разработки педагогических проблем организации и методики воспитательно-образовательного процесса на различных ступенях дошкольного и школьного детства.

Вместе с тем, эти исследования привели к очень важным общетеоретическим выводам, поскольку они позволили обнаружить некоторые общие закономерности психического развития человеческого индивида и зависимость этого развития от особенностей его чувственно-предметной деятельности.

Заканчивая беглый обзор содержания работ А. Н. Леонтьева, вошедших в четвертое издание этой книги, попытаемся оценить тот вклад, который внес этот замечательный мыслитель-теоретик и блестящий исследователь-экспериментатор в развитие советской и мировой психологической науки.

Он хорошо понимал, подобно другим советским ученым, что превращение психологии из чисто феноменологической дисциплины, лишь описывающей либо внутренние переживания субъекта, либо его внешнее поведение, в подлинную науку, способную дать каузально-генетическое объяснение психических явлений, достижимо лишь в результате перестройки системы психологического знания на основе диалектического и исторического материализма. Однако, как показали неудачные попытки такого рода перестройки, предпринятые в 20-х годах, ее невозможно произвести, идя по пути простого перенесения марксистских положений в их, пользуясь выражением Э. Г. Юдина, «первозданном виде» на область конкретной психологической действительности.

По другому, и единственно правильному в методологическом отношении, пути шел А. Н. Леонтьев, который продолжал дело, начатое Л. С. Выготским, осуществляя последовательно реинтерпретацию и переосмысление марксистского принципа деятельности соответственно специфическим особенностям изучаемой им психологической реальности.

Если ранее чувственно-предметная деятельность рассматривалась лишь как внешний фактор, «влияющий» на психическое отражение, либо только как внешняя форма его выражения, то, согласно разрабатываемой А. Н. Леонтьевым концепции, эта деятельность является основным объектом психологического исследования в тех взаимосвязях, в той мере, в какой она порождает психику, являющуюся вместе с тем необходимым моментом ее осуществления и развития.

При такой интерпретации деятельности она выступила не как «аддитивная» категория, механически присоединяемая ко всем другим психологическим категориям, а как основополагающее понятие, введение которого в систему понятий психологии неизбежно влечет за собой кардинальную перестройку всего ее концептуального аппарата и реинтерпретацию предмета ее изучения.

Вся эта громадная творческая работа, потребовавшая многолетних теоретических и экспериментальных исследований, позволила А. Н. Леонтьеву создать теорию деятельности, вошедшую в золотой фонд научной психологии и открывшую новые возможности объяснения происхождения и развития психического отражения действительности.

* Первое издание опубликовано в 1959 г. и удостоено Ленинской премии 1963 г. (Peд.)

Заключение

Примечания

Публикуемые в этом издании избранные работы А. Н. Леонтьева выражают главную линию теоретических и экспериментальных исследований автора. После своих первых работ, посвященных экспериментальному изучению аффективных реакций («Исследование объективных симптомов аффективных реакций», совместно с А. Р. Лурия. — В сб.: Современные проблемы психологии. М., 1926; «Опыт структурного анализа цепных ассоциативных рядов». — «Русско-немецкий медицинский журнал», 1928, № 1 и 2; «Экзамен и психика», совместно с А. Р. Лурия. М., 1929), автор начинает под руководством Л. С. Выготского и в рамках его концепции исследования по онтогенетическому развитию психики («Опосредованное запоминание у детей с недостаточным и болезненно измененным интеллектом». — «Вопросы дефектологии», 1928, № 4; «Развитие внутренней структуры высшего поведения». — В сб.: Психоневрологическая наука. Л., 1930; «Развитие произвольного внимания у детей». Л., 1930); в этот период он публикует и свою первую крупную монографию («Развитие памяти». М., 1931).

Начиная с 1932 г. исследовательская работа автора идет по новому пути. Возглавив в Харькове группу молодых психологов (В. И. Аснин, Л. И. Божович, П. Я. Гальперин, А. В. Запорожец, П. И. Зинченко, О. М. Концевая, Г. Д. Луков, В. В. Мистюк, К. Е. Хоменко и др.), он направляет исследования на изучение развития практической интеллектуальной деятельности ребенка и его сознания. На этой основе он и его сотрудники разрабатывают проблему связи строения деятельности с формами психического отражения. Ряд возникших при этом теоретических вопросов развития побуждает автора начать исследования в области некоторых психофизиологических и зоопсихических вопросов. Одновременно по предложению Харьковского полиграфического института он организует и руководит циклом работ по восприятию детьми иллюстраций, подчиненных прежде всего практическим целям. Значительное число работ, выполненных в этот период под его руководством, было опубликовано в «Научных записках Харьковского педагогического института» т. 1, X, 1939; т. II, X, 1941), в «Научных записках Харьковского института иностранных языков» (т. II, X, 1939), в «Трудах конференции по психологии» (т. 1. Киев, 1941) и в ряде последующих работ, часть которых вошла в настоящее издание.

После возобновления в 1935 г. своей работы в Москве автор уделяет главное внимание проблеме генезиса чувствительности и общей теории развития психики. В 1940 г. он завершает экспериментально-генетическое исследование возникновения ощущения.

В годы Великой Отечественной войны автор посвящает свои усилия актуальной проблеме восстановления двигательных функций, нарушенных в результате перенесенных огнестрельных ранений. Для разработки этой проблемы он организует восстановительный госпиталь, научным руководителем которого становится. Итоги этой работы изложены в книге А. Н. Леонтьева и А. В. Запорожца «Восстановление движения» (М., 1945) и в ряде специальных статей автора и его сотрудников («Ученые записки Московского университета», вып. III, 1947).

Экспериментальные исследования восстановления двигательных процессов помимо своего практического значения сыграли также важную роль в разработке теории функционального развития, позволив автору в дальнейшем выдвинуть гипотезу о системном строении психических функций (1954).

В послевоенные годы автор вновь возвращается к проблеме детской и педагогической психологии. Одновременно он разрабатывает ряд вопросов общей психологии. Научная сессия АН СССР и Академия педагогических наук РСФСР 1951 г., посвященная физиологическому учению И. П. Павлова, направляет внимание автора на изучение рефлекторных механизмов психики, что и нашло свое отражение в его работах последующего периода («О рефлекторном материалистическом и субъективно-идеалистическом понимании психики». — «Советская педагогика», 1951, № 10; «Зависимость образования ассоциативных связей от содержания действия», совместно с Т. В. Розановой, — «Советская педагогика», 1951, № 10; «О системной природе психических функций». — «Тезисы докладов на юбилейной сессии Московского университета», М., 1955, «Об одном эффекте формирования цепного двигательного навыка», совместно с М. И. Бобневой. — «Доклады Академии педагогических наук РСФСР», 1958, а 1 и цитируемые ниже работы по анализу системного строения слухового восприятия). Работы автора по педагогической психологии, как и работы по вопросам общей психологии, в настоящее издание не вошли.