Мои Конспекты
Главная | Обратная связь


Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Свободе слова» — точнее говоря, свободе искажения правды, свободе клеветы.



«Свободное слово» постепенно становится неприличным словом. Конечно,—

«в борьбе каждый имеет право бить чем попало и куда попало»; конечно,

«политика — дело бесстыдное» и «наилучший политик — наиболее бессовестный

человек»,— но, признавая гнусную правду этой зулусской морали, какую,

все-таки, чувствуешь тоску, как мучительна тревога за молодую Русь, только

что причастившуюся даров свободы!

Какая отрава течет и брызжет со страниц той скверной бумаги, на

которой печатают газеты!

Долго молился русский человек Богу своему: «Отверзи уста моя!»2

Отверзлись уста и безудержно изрыгают глаголы ненависти, лжи, лицемерия,

глаголы зависти и жадности. Хоть бы страсть кипела в этом — страсть и

любовь! Но — не чувствуется ни любви, ни страсти. Чувствуется только одно —

упорное и — надо сказать — успешное стремление цензовых классов изолировать

демократию, свалить на ее голову все ошибки прошлого, все грехи, поставить

ее в условия, которые неизбежно заставили бы демократию еще более увеличить

ошибки и грехи.

Это ловко задумано и не плохо выполняется. Уже вполне ясно, что когда

пишут «большевик», то подразумевают — «демократ», и не менее ясно то, если

сегодня травят большевиков за их теоретический максимализм, завтра будут

травить меньшевиков, потому что они социалисты, а послезавтра начнут грызть

«Единство»3 за то, что оно все-таки недостаточно «лойяльно» относится к

священным интересам «здравомыслящих людей». Демократия не является святыней

неприкосновенной,— право критики, право порицания должно быть

распространяемо и на нее, это — вне спора. Но, хотя критика и клевета

начинаются с одной буквы,— между этими двумя понятиями есть существенное

различие,— как странно, что это различие для многих грамотных людей

совершенно неуловимо! О, конечно, некоторые вожди демократии «бухают в

колокол, не посмотрев в святцы», но не забудем, что вожди цензовых классов

отвечают на эти ошибки пагубной для страны «итальянской» забастовкой

бездействия и запугиванием обывателя,— запугиванием, которое уже дает такие

результаты, как, например, следующее «Письмо к Временному Правительству»,

полученное мною:

«Революция погубила Россию, потому что всем волю дали; у нас везде

анархия. Радуются евреи, которые получили равноправие; они погубили и

погубят русский народ4. Надо для спасения страны самодержавие».

Не первое письмо такого тона получаю я, и надо ожидать, что количество

людей, обезумевших со страха, будет расти все быстрей,— пресса усердно

заботится об этом.

Но именно теперь, в эти трагически запутанные дни, ей следовало бы

помнить о том, как слабо развито в русском народе чувство личной

ответственности и как привыкли мы карать за свои грехи наших соседей.

Свободное слово! Казалось, что именно оно-то и послужит развитию у

нас, на Руси, чувства уважения к личности ближнего, к его человеческим

правам. Но, переживая эпидемию политического импрессионизма, подчиняясь

впечатлениям «злобы дня», мы употребляем «свободное слово» только в бешеном

споре на тему о том, кто виноват в разрухе России. А тут и спора нет, ибо —

все виноваты.

И все — более или менее лицемерно — обвиняют друг друга, и никто

ничего не делает, чтоб противопоставить буре эмоций силу разума, силу

доброй воли.

 

 

XXVII

 

«Довлеет дневи злоба его»1,— это естественно, это законно; однако, у

текущего дня две злобы: борьба партий за власть и культурное строительство.

Я знаю, что политическая борьба — необходимое дело, но принимаю это дело,

как неизбежное зло. Ибо не могу не видеть, что в условиях данного момента и

при наличии некоторых особенностей русской психики,— политическая борьба

делает строительство культуры почти совершенно невозможным.

Задача культуры — развитие и укрепление в человеке социальной совести,