Мои Конспекты
Главная | Обратная связь

...

Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

О наркотиках и алкоголе 4 страница





Помощь в ✍️ написании работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой

Потом нас двоих пригласили на пресс-конференцию, мы отвечали на вопросы, после завязался разговор, мы пили чай. Я ему рассказал про Улюсабу, про Некер, кровать, книжки, матрёшку – он сидел и улыбался. Вечером мы пришли на ужин в Ararat Park Hyatt Moscow, где собралось человек 15: Григорий Берёзкин (ЕСН), Сергей Полонский (Mirax Group), Артур Кириленко («Строймонтаж»), Елизавета Осетинская («Ведомости»), Рубен Варданян, Павел Теплухин, Жак-Дер Мегредичян («Тройка Диалог») и другие. Был интересный открытый разговор про предпринимательство, Россию, её проблемы. Поели, напились хорошего вина. После ужина я подошёл к Брэнсону:

– Ричард, когда ты улетаешь?

– Завтра утром, в Женеву, меня ждёт самолёт в аэропорту.

– Ты хочешь улететь, не посмотрев ночную Москву и знаменитых русских девушек?

– О, это было бы круто!

И мы пешком пошли из гостиницы в клуб «Мост», принадлежащий Александру Мамуту. Стоял февраль, но была слякоть – и мы заговорили про глобальное потепление, очень волнующее Ричарда. Так, неузнанными, мы добрались до «Моста», где появление Ричарда, конечно, вызвало оживление. «Ричард, круто!» – кричали ему. Никто ведь не ожидал, что он придёт на вечеринку. Наша компания постепенно разрасталась, народ к нам присоединялся, мы выпили несколько бутылок шампанского. Я-то сибирский парень, крепкий, но и он оказался не промах – так и хлестал шампанское. Мы с ним закорешились окончательно, поняли, что «одной крови». Он дал мне свой мобильный телефон и e-mail, и с февраля по август постоянно переписывались.

Я был почти во всех отелях Ричарда (Virgin Limited), кроме того, что расположен в Марокко. И написал ему письмо: мол, хочу поехать в Марокко с семьёй, чтобы там отметить день рождения Рины (29 августа). Я спросил: хорошее ли там место для отдыха, как лучше организовать праздничный ужин, попросил телефон менеджера. Неожиданно от него пришёл ответ: «День рождения – отличный повод. Мы с семьёй последнюю неделю августа всегда проводим на острове Некер. Будут только свои: родственники и человек 15 оксфордских друзей дочери Холли. Приезжайте». Я ошалел, как-то было неловко, но он настаивал. Ричард нам выделил отдельную виллу на целую неделю. Более того, когда мы прилетели, то два дня жили совершенно одни, не считая 30 человек обслуживающего персонала. Делали, что хотели! Наверное, лучшие дни нашей жизни! Не знаю, удавалось ли это кому-то до нас. Даже менеджер гостиницы сказал: «Вы просто счастливчики. Не припомню, чтобы одна семья в одиночестве жила на этом огромном частном острове». Потом прилетел Ричард, и мы пять дней провели вместе. Завтракали, ужинали, много беседовали в компании Ричарда, его жены Джоан, сестры Ванессы и её мужа Джима. Молодёжь – 22-летняя Холли и её друзья – сидели на другом конце стола.

Кстати, Ричард при мне дописывал книгу «Обнажённый бизнес» (Business Stripped Bare), а в последний день нашего пребывания во время завтрака принёс газету: «Вот смотри, пишут, что моя книга выходит». Гордился. Естественно, я согласился написать предисловие к изданию на русском языке, вышедшему в 2009 году, и даже выступил на книжной ярмарке, презентуя книгу. И спасибо Ричарду за то, что он согласился на алаверды, написав предисловие к этой книге.

Ричард безумно непоседлив. Всё время играл в теннис, потом устроил заплыв вокруг острова и выиграл его. А ему тогда было 58 лет – далеко не мальчик. Мы плыли два часа, я оказался предпоследним, а дочка Даша второй. Даша вообще себя хорошо проявила во всех видах спорта, в том числе в теннисе. Плюс языковые способности… Ричард просто влюбился в мою дочку. И когда мы вернулись домой, он предложил: «Почему она учится в России, давай её устроим в колледж, где училась Холли?» И написал рекомендацию, за что я очень ему благодарен.

Книги Ричарда Брэнсона всегда интересны для меня. На фото я с Алексом Корецким

 

Прийти в колледж с рекомендательным письмом от Ричарда Брэнсона – это круто. При этом Даша всё равно сдавала экзамен в течение пяти часов. Но её приняли, и уже второй год она учится в Оксфорде.

Рина, пообщавшись с Ричардом, сказала: «Боже, как вы похожи! Два моторчика!» Мы и визуально похожи, учитывая мои седые волосы (спасибо папе за гены, он тоже в 40 лет стал седым). Но меня раздражают российские СМИ, сравнивающие меня с Брэнсоном. И поэтому меня «ломает», как какого-нибудь героя Достоевского. С одной стороны, это сравнение мне приятно, а с другой – нет. Я не хочу быть Ричардом Брэнсоном, я хочу быть Олегом Тиньковым. Я разделяю многие его ценности, мы близки по духу, но не уверен, что он разделяет мои. Я такой, какой я есть.

Но на безрыбье и рак – рыба. Если в России больше никого нет, можете сравнивать и называть меня русским Ричардом Брэнсоном. Но мне это не очень нравится, а иногда и возмущает. Я не хочу быть ничьей копией, я сам по себе. И никогда, видит Бог, не пытался Ричарда копировать. Просто так получилось, что я тоже, например, музыкой занимался. У меня звукозаписывающая компания была, я покупаю и продаю бизнесы. Но, в общем, у нас разные подходы: он эксплуатирует бренд, а я – идеи. Я его уважаю, но у нас много разного.

Ричард ещё раз приезжал в Москву в декабре 2008 года для выступления на конференции. Он позвонил, мы встретились и пообедали в кафе «Пушкинъ». Потом к нам присоединились Сергей Недорослев из «Каскола» и Лукас Лундин из Vostok Nafta. Я лично взял интервью у Ричарда – оно потом вышло в журнале «Финанс.».

Ричарду очень нравятся мои сыновья. Паша постарше и отлично говорит по-английски, у них с Ричардом сложились хорошие отношения. И когда Ричард приехал в Москву, хотел непременно их увидеть. Стоял декабрь, вы знаете, что творится в городе в это время. Он ехал ко мне на Волоколамское шоссе, но из-за пробок так и не смог добраться, потратив на дорогу от центра до «Динамо» два часа. Я поставил старинный русский самовар, мы очень ждали гостя. Но в этот день случились аномальные пробки. Ещё через час он ненамного приблизился к нам, и в итоге я позвонил ему и сказал, чтобы он ехал в аэропорт, где его ждал самолёт.

Наши отношения – это не какая-то великая дружба. Мы не друзья, но у меня есть все его контакты, он, надо отдать ему должное, меня всё время куда-нибудь приглашает: «Олег, все курорты твои. Будешь в Лондоне – у меня дом всегда пустой. Имей в виду, в Оксфорде у меня тоже маленький домик – купил, когда дети там учились». Я ни разу не воспользовался этими приглашениями, хотя часто езжу в Оксфорд навещать дочку. Не хочу быть навязчивым, чего и вам советую. Люди предлагают по доброте душевной, но совсем не обязательно этим пользоваться. У Ричарда не так много русских друзей, я рад, что вхожу в их число. Горбачёв, пара космонавтов и я. Это очень льстит моему самолюбию, я в хорошей компании.

Ещё раз мы пересеклись с Ричардом в Монако, на гонках «Формулы 1» в мае 2009 года. Он увлёкся гонками, и Virgin стала спонсором команды. Мы переписываемся по электронной почте, я слежу, что он делает на Твиттере – жизнь у него, конечно, насыщенная, богатая. Я рад, что в ней нашлось место и для меня.

Мы с Ричардом, как я уже говорил, во многом похожи, но есть и существенные различия. Он, например, увлекается политикой, а я нет. Вероятно, это возрастное, ведь он старше меня. Может, лет через 20 я тоже буду также искренне интересоваться политикой, но сейчас я ею не занимаюсь. Я могу критиковать, но сам предлагать что-то не готов. Мне скажут: «Ты не лезешь, потому что это не в тренде». Да, но в 1994 году это было в тренде, но я точно так же не хотел этим заниматься. В первом интервью Володе Малышеву из «Делового Петербурга», я сказал, что никогда не буду заниматься нефтью и политикой. Прошло 16 лет, и я могу это подтвердить. Политика – это либо высшая математика, либо удел посредственностей – до сих пор не могу понять до конца. Чаще всего – второе.

Мне это не подходит. Я умею строить бизнесы и делать яркие вещи. Мне нравится жёлтый цвет, а политики ярких цветов не любят. Я человек амбициозный, люблю публичность, но к высоким должностям абсолютно равнодушен. Это не моё. Кто-то не хочет работать на огороде – даже под страхом расстрела – а я не хочу лезть в политику. Мне это не по нутру, противоречит моему мировосприятию.

Если мне завтра позвонят из Кремля и скажут: давай станешь губернатором своей родной Кемеровской области, я не пойду. Не пойду, даже если зарплату предложат в 10 миллионов долларов в месяц. Мне это НЕ-ИН-ТЕ-РЕС-НО. Я не чувствую политику, а то, чего я не чувствую, я не делаю.

Говорят, что политика – это концентрированное отображение экономики. Но мой бизнес, надеюсь, до такой степени никогда не сконцентрируется. Если твой бизнес стал слишком большой, если ты уже не узнаёшь всех своих сотрудников, продай его. К моему банку это пока не относится, но, тем не менее, именно так я живу. Сразу продам бизнес, когда он станет большим.

Алексей Прилепский, предприниматель:

В 1992 году я переехал из Ленинска-Кузнецкого в Санкт-Петербург и видел, как Олег стал заниматься серьёзным бизнесом. Сначала у него появился «Петросиб», а потом «Техношок». Я смотрел, как простой сибирский парень добивается серьёзных высот, и для меня это было стимулом. Я тоже начал понемногу заниматься коммерцией. В 1997-1998 годах мы общались очень плотно, и Олег меня многому научил, перезнакомил с интересными людьми. Именно от него я набрался коммерческой наглости. Иной раз смотрел на него и говорил «Ты перебарщиваешь», но потом по результату видел, что он прав. От Олега я перенял кредо: ни от кого не зависеть и «делать себя самому».

Политика меня совершенно не интересует ещё и по рациональным соображениям. Я просто не знаю ответов на вопросы, которые надо решать политикам. Я не знаю, как победить социальное неравенство. Если бы я знал, как сделать людей счастливыми, а жизнь – более достойной, я бы пришёл к Путину или Медведеву и предложил свои меры. А то у нас сейчас в стране супербогатые и нищие, а надо, чтобы были богатые и средний класс. Но я действительно не знаю, как этого добиться. Я не иду в политику не потому, что боюсь, не потому, что это невыгодно или не комильфо. Я делаю только то, во что верю. Я могу рассказать про бизнес, предпринимательство, про то, что капитализм – это круто, я в это верю и могу убиться за это. Я был уверен в качестве своих пельменей. Я знал, что продаю самую хорошую электронику по качеству и цене – Sony, Panasonic. Я знал, что продаю самое лучшее, самое вкусное пиво во всей России. Я в это верил, поэтому делал.

Ещё мы с Ричардом отличаемся в том, что я все силы привык тратить на один проект, а он может вести одновременно много бизнесов. У меня так не получается. Я считаю, что очень важное качество предпринимателя – определить стратегию, отделить зёрна от плевел, найти то, что хочешь, и двигаться вперёд. Долбить в одну точку. Лазер – это концентрированный свет, он прорежет всё, что угодно. Как алмаз, который даже стекло режет. Фокусируясь, ты становишься суперсильным. Добиваешься максимальной синергии. И раньше, когда я занимался «Техношоком», «Дарьей», пивом «Тинькофф», и сегодня, когда я занят «ТКС-Банком», мне поступали и поступают предложения, приняв которые я мог бы заработать очень много. И сейчас в мой блог приходит много, я убеждён, потенциально очень прибыльных предложений. Но я отвергаю их. Я всегда сконцентрирован на чём-то одном. На производстве лучших в России пельменей, лучшего в России пива, лучшего сервиса в продаже электроники, лучшего сервиса и лучшей дистрибуции в кредитных картах. Я уверен, что в каждом случае я достигаю цели.

Вы, ребята, не обижайтесь, если я не отвечаю на ваши предложения, просто я полностью сосредоточен на том, что в данный момент для меня является главным. Если что-то наметил, должен добить. Если решил принять участие в гонке, посвящаю себя этому целиком. Это трудно: наметить цель и идти к ней из точки А в точку Б. Например, не поддаться соблазну заработать 10 тысяч долларов на производстве печенья, как предложил мне один предприниматель из Петербурга. Хорошая идея. Зарабатывай сам, зачем я тебе нужен? Единственное, что я могу сделать – это попытаться франчайзировать бренд «Тинькофф». Я его зарегистрировал по всем классам, так что – пожалуйста, обращайтесь за лицензией на мой бренд! За технологической поддержкой. Вот в таком ракурсе я готов сотрудничать. Но предложения должны быть серьёзные и материально обоснованные, никакой халявы не будет. Мне нужно чёткое понимание того, какова будет МОЯ материальная выгода. Я не могу просто эксплуатировать свой бренд, хотя морально к этому уже готов. Возможно, мой следующий бизнес будет связан с продажей брендов, продажей технологий строительства брендов, разработкой стратегий для компаний. Если кого-то это заинтересует, пожалуйста, обращайтесь.

Но я буду помогать в создании бренда только тем, кто сфокусирован. Не тем, кто занимается маслом, мясом, селёдкой и стульями, а тем, кто делает стулья и только стулья. Выберите себе одну идею, упритесь в неё и бейте в одно место. Чтобы забить гвоздь, нужно колотить молотком в одно место.

В начале своей книги я сказал, что не хочу, чтобы она получилась менторской, поучительной. Но изредка я вставляю такие вещи, которые я называю tips, советы. Вот вам такой совет: не разменивайтесь по мелочам. Это важное и правильное замечание. К сожалению, люди размениваются, ведут три дела одновременно. Но чудес не бывает: нужно начинать с малого и долбить, долбить, долбить. Кто-то занимается десятью делами сразу, потом разочаровывается – вот, у меня не получается. Делай одно! Упрись! Работай два, три года! Я не верю, что не будет результата. Я убеждён – если заниматься чем-либо с полной самоотдачей и уверенностью, профессионально – это даст плоды.

Концентрируйся или умри!

Глава 27 Всё лучшее олигархам

Я искренне считаю, что нашей стране не хватает предпринимателей, и много думаю про наших олигархов. Наверное, поскольку сам являюсь их антиподом. Я НИЧЕГО никогда не приватизировал, а сам с нуля строил свои бизнесы. Они получили готовые предприятия, плод труда советских людей, не благодаря своему таланту, а потому что оказались в 1990-х годах знакомы с нужными людьми. Они умные, предприимчивые люди, и я, предложи мне кто-то задёшево купить прибыльный промышленный гигант, не отказался бы. Но у меня такой возможности не было.

Чудес не бывает: нужно начинать с малого и долбить, долбить, долбить

 

С самыми богатыми людьми страны я общался, но немного. В главе про продажу «Дарьи» вы прочитали о моей смешной встрече с Романом Абрамовичем на Садовнической набережной, когда он сидел на фоне странных фотографий Путина. В ходе встречи я понял, что его словарный запас мало чем отличался от лексикона Эллочки-людоедки. Второй раз я его встретил в Куршавеле. Я сидел и смотрел, как в игровые автоматы играет генеральный директор «Юнимилка» Андрей Бесхмельницкий, когда в комнату зашёл Роман Абрамович вместе с Андреем Городиловым, сыном экс-гендиректора «Ноябрьскнефтегаза» Виктора Городилова. Они подошли и прокомментировали игру Бесхмельницкого. Кроме нас, их никто не узнал, Абрамович был в куртке-аляске, и люди не обратили на него внимания. Абрамович вообще любит куртки-аляски и детей больших начальников. По-моему, совершенно очевидно, что на этой любви построен его бизнес.

Ещё как-то на Рождество мы были на знаменитой прохоровской дискотеке. И я, использовав свои знакомства, оказался в ложе Романа. Потом пару раз видел его мельком, мы просто здоровались, однажды он зашёл ко мне в самарский ресторан попить пива. Он нормальный человек с хорошей памятью и, наверное, помнит, как купил у меня завод «Дарья».

Эти встречи подтолкнули меня к некоторым выводам. Можно как угодно относиться к тому, КАК Абрамович стал богатым, но нельзя не признать, что он уникальный человек, с уникальной медиастратегией. Конечно, в мире эта стратегия уже использовалась, но в России он первым применил её с таким успехом.

Стратегия заключается в том, что он не даёт интервью и комментариев, и именно поэтому всем интересен, о нём много пишут и говорят. Если кто-то думает, что Абрамович просто хочет, чтобы О НЁМ НЕ ГОВОРИЛИ, он ОЧЕНЬ заблуждается. Роман – тщеславный парень, мне это очевидно, просто у него такая стратегия. Он человек-тайна, mystery, ото всех скрывается. Но уже своей покупкой «Челси» в 2003 году он положил огромный булыжник в основание своего медиаобраза, своего имиджа.

Немногословностью Абрамович похож на Прохорова – ещё одного олигарха, разбогатевшего на залоговых аукционах, «залогового миллиардера», как я их называю. Пару раз мы встречались с Михаилом в ночных клубах, и могу подтвердить, что танцевать он может три часа подряд.

Правда, наши беседы с ним больше напоминали мои монологи. Зная, что Прохоров спортсмен, я ему рассказывал про велосипедный спорт и фри-райд, а он отвечал, что, мол, круто. Мы танцевали в толпе, возвышаясь над остальными – у Михаила рост 204 сантиметра, а у меня – 190.

Думаю, Михаил постоянно сублимирует – он спортсмен, не женат. Такие люди всегда вызывают, с одной стороны, интерес, с другой – жалость. Повезло ли ему, что он продал пакет акций «Норникеля» «Русалу» на пике рынка? Конечно, повезло, но всё равно – везёт умным. У Прохорова есть двадцатилетний послужной список в бизнесе, он делом доказал, что является умным и рациональным бизнесменом. Поэтому я бы не стал говорить, что его состояние базируется исключительно на удаче.

О другом Михаиле – Фридмане – я уже неоднократно упоминал и ещё упомяну в этой книге. Так случилось, что наши дети дружат – мой Паша и его Саша много общаются, вместе занимаются теннисом.

Миша – уникальный, талантливый бизнесмен, очень грамотный стратег, вот кому нужно писать книги. Я знаю, он много читает, может быть, поэтому знает и понимает больше других. Михаил, хватит читать – пора поделиться, напиши уж! Конечно, не столь откровенную и открытую книгу, как у меня, но что-нибудь напиши, открой секреты, нельзя в себе всё держать – разорвёт. Посмотри, все великие предприниматели – а ты, безусловно, великий – написали книги. Время-то уходит.

В то же время отмечу, что Миша – адекватный, но чересчур агрессивный парень. Волк – санитар леса, а Фридман – санитар российского бизнеса. Расслабился – оп, попал. Даже чуть ослабшего Дерипаску Фридман покусал, не говоря уже о Полонском.

Фридман – самый диверсифицированный олигарх, и это снижает его риски. У него активы и в нефтянке (ТНК-BP), в финансах («Альфа-банк» и др.), в телекоммуникациях (Altimo), в медиа (СТС) и т.д. Это защищает его от провалов в конкретной отрасли. Я считаю, что в среднесрочной перспективе он будет самым богатым. Объедет и Лисина, и Прохорова, и Абрамовича. Но, чтобы это случилось, ему надо следить за своей «ахиллесовой пятой». Но об этом я скажу ему лично, а в книге не буду.

Другой интересный олигарх – Андрей Мельниченко, совладелец Сибирской угольной энергетической компании (СУЭК) и «Еврохима». Мы встретились в «Метрополе» – газета «Ведомости» отмечала там своё пятилетие. Меня представил генеральный директор СУЭК Владимир Рашевский. Я уже знал, что СУЭК купил шахту, на которой работали мой дед, отец и я – шахту имени Кирова. Все перед ним заискивали – олигарх, может, что перепадёт. Я, как всегда, на контрасте – и не потому, что хотел показаться эпатажным, – сказал:

– Андрей, кстати, ты купил шахту имени Кирова, а я там работал в 18 лет!

– Да, это одна из наших больших шахт по коксующемуся углю.

– Ты там своих шахтёров-то не обижай. Ты же олигарх, подними зарплату рабочим! Шахтёр – очень опасная и тяжёлая работа.

У меня знакомые ребята работают на его шахтах. И они рассказывали, как идут дела. В принципе Андрей и его партнёр Сергей Попов – молодцы: поменяли оборудование, закупили новые проходческие комплексы. Но в социальном плане они делают немного. Не будем дискутировать о том, должен ли бизнес быть социально ответственным – это попахивает целой главой.

Если построил бизнес сам и с нуля – скорее всего нет. Но думаю, что в случае, когда было приватизировано государственное предприятие, созданное усилиями граждан огромной страны СССР, – должен.

Андрей впал в ступор, ничего внятного не ответил и потихоньку ретировался. А все вокруг на меня наехали: «Ты что, офигел?»

Но я до сих пор горжусь, что я ему это сказал. И уверен, мои слова он запомнил. И быть может, на очередном совещании, когда ему предлагали повысить зарплаты рабочим, он согласился на это повышение. Я набрался наглости и не побоялся сказать: плати больше, ты платишь мало. И что тут такого? Если он поднял хотя бы на три доллара зарплату каждому шахтёру Кузбасса, считайте, я выполнил свою шахтёрскую миссию. От имени моих братанов, подземных червей, я ему это сказал.

Наверное, можно было тогда не говорить Мельниченко неприятные вещи и подружиться с ним. Но я к этому не стремился. С точки зрения бизнеса это минус, но я всегда и всем говорю то, что думаю. Зато совесть моя чиста, и сплю я спокойно, как младенец.

Повторюсь, я нормально отношусь к олигархам. Если б мне выпала возможность дёшево купить кузбасские шахты, я б тоже это сделал. Я ни в коем случае не призываю отнимать и делить, если бизнесмены управляют своей собственностью эффективно. Но у нас-то все наоборот.

Пример – Олег Дерипаска, перед кризисом залезший в огромные долги. О таких ситуациях я писал в своей колонке для журнала «Финанс.» осенью 2009 года:

«В последние несколько месяцев особенно проявилась неспособность частного бизнеса управлять огромными бывшими государственными компаниями, от которых зависят моногорода.

Мегапроизводства, будь то «Норильский никель» или «Русал», были построены нашими отцами и дедами. В них вложены огромные государственные средства. Предприятия возводили не в рыночных условиях, а зачастую исходя из патриотических или пропагандистских целей.

Но потом почему-то эти предприятия попали во владение узкой группы частных лиц – не буду называть фамилии. Собственники и менеджеры этих компаний оказались неэффективными: набрали огромные долги. Миллиарды долларов. С другой стороны, не меньшие суммы – если не вдвое большие – они вывели в качестве дивидендов сразу после залоговых аукционов или приватизации. Получается огромная несправедливость. Они откачали деньги, сидят с долгами и пытаются апеллировать к государству – чтобы оно им помогло.

И я думаю, государство должно им помочь, но не просто так, а в обмен на акции. В результате эмиссий акций (первичное или вторичное размещение – неважно) компании должны стать акционерными обществами с участием государства. Я не против, чтобы олигархи превратились в крупных акционеров. Пускай у них будет не 90 или 57 процентов акций (как в случае с «Русалом» и Олегом Дерипаской), а 5-15 процентов. Возможно, их пакет будет самым большим частным пакетом, пускай они сохранят капитал и останутся долларовыми миллиардерами, но предприятие будет контролировать государство, как контролирует оно «Сбербанк» или ВТБ. Сейчас прекраснейший момент для таких изменений, на мой взгляд, очень умных и правильных.

Посмотрите на Францию, Германию, другие цивилизованные страны. Большие концерны там не контролируются одним человеком. Как правило, в этих акционерных обществах капитал сильно распылен, и риск ошибок, таким образом, сильно снижается. Проблема огромных российских предприятий в том, что у них есть один конкретный собственник. Этот паренёк 35-42 лет принимает решения, которые выгодны ему, но не всегда выгодны предприятию».

 

Ситуация развивалась не по моему сценарию. «Русал», например, провёл IPO, но акции стоили так дорого, что доля Дерипаски уменьшилась незначительно, он сохранил контроль над компанией.

Естественно, мне больше симпатичны предприниматели, создавшие свой бизнес с нуля. У меня даже есть собственный рейтинг таких людей.

1. Андрей Рогачёв («Пятёрочка», «Карусель», «Макромир»)

2. Рустам Тарико (водка и банк «Русский стандарт»)

3. Сергей Галицкий («Магнит»)

4. Рубен Варданян («Тройка Диалог»)

5. Дмитрий Троицкий («О'Кей»)

6. Игорь Кесаев («Мегаполис»)

7. Евгений Чичваркин («Евросеть»)

8. Михаил Слипенчук («Метрополь»)

9. Олег Леонов («Юнилэнд», «Дикси»)

10. Олег Жеребцов («Лента», «Норма»)

Эти люди отличаются от бизнесменов из списка журнала Forbes тем, что каждый из них ещё в студенчестве начал торговать, мечтать и затем СТРОИТЬ новые предприятия, создавать рабочие места и развивать своё дело. Они не участвовали в переделе или не покупали существующие предприятия. Это настоящие герои и, что самое главное, – неиссякаемый источник вдохновения для всех, так как каждый из них – один из нас.

Андрей Рогачёв меня научил многому. Я буду рад, если моя книга заставит вас посмотреть на жизнь по-другому, как говорят американцы, выйти из коробки и посмотреть на неё сбоку.

У нас в начале 1990-х был совместный бизнес, угасший сам собой, но мы сохранили приятельские отношения. Иногда мы вместе обедаем (последний раз это было в любимом мною московском ресторане «Ноа», принадлежащем предпринимателю Андрею Зайцеву), вспоминаем о былом и смеёмся. А как не смеяться? Помню: читаю наш устав компании (кстати, это был подвиг – я первый и последний раз читал устав) и вижу непонятное слово:

– Андрей, а что такое ноу-хау?

– Знаю как.

Каждая встреча с Рогачёвым для меня – ментальный удар. Это совершенно особенное ощущение – ты смотришь на вещи под новым углом и учишься.

Андрей – один из самых умных и великих бизнесменов. Он, пожалуй, единственный человек, корпоративно переигравший Фридмана, получивший с него деньги за «Пятёрочку», а потом и «Карусель». Кстати, в истории слияния «Пятёрочки» и «Перекрёстка» в компанию X5 Retail Group я тоже замешан. Именно я познакомил Рогачёва с генеральным директором «Перекрёстка» Александром Косьяненко за столом у себя в квартире на Адмиралтейском проспекте в Петербурге. В итоге получилась самая громкая сделка в российской розничной торговле: в мае 2006 года компании слились, контроль остался за «Альфа Group», а Андрей Рогачёв, Александр Гирда и их миноритарные партнёры по «Пятёрочке» – Игорь Видяев и Татьяна Франус – получили не только акции в объединённой компании, но и много наличных денег.

Правда, даже такой гениальный бизнесмен, как Рогачёв, сделал большую ошибку. Он начал вести бизнес в начале 1990-х с Павлом Андреевым, организовав строительную компанию «ЛЭК» в соотношении 50 : 50. Я ему тогда говорил, что он слишком доверяет своему партнёру, нужно иметь больше контроля в компании. Но Андрей, наверное, думал, что я претендую на место Павла, так как тоже обсуждал с ним девелоперские проекты и предлагал партнёрство. Он не верил мне, а теперь они с Пашей мучаются. Тем не менее 18 лет они всё же вместе проработали, «ЛЭК» стала крупнейшим застройщиком Питера, но потом между ними началась война и грянул кризис…

Андрей Рогачёв, предприниматель:

Олег, без сомнения, – один из самых ярких предпринимателей современной России. С него берут пример целые поколения молодых и азартных. Олег Тиньков – это наш Ричард Брэнсон. У него очень много успешных проектов – Олег умеет выбрать из тысяч идей верную, и затем довести проект до серьёзной капитализации. У него редкое сочетание: он харизматичный лидер и при этом способен собрать технологически грамотную команду. Я уверен, что мы ещё увидим новые интересные проекты в его исполнении.

Году эдак в 1994-м я зашёл к Олегу в гости, в его офис на Садовой улице, и случайно застал сцену – Олег воспитывал какого-то иностранца. Олег объяснял иностранцу, кажется американцу, что он совершенно не умеет руководить бизнесом в России. Слово «дурак» было одним из самых мягких. На мой вопрос, а не обидится ли американец, Олег с оптимизмом ответил, что американец всё равно ничего не понял, так как по-русски говорить не умеет. Из чего я сделал вывод, что американца Олег держал для снятия стресса. Почему мы с Олегом не запустим в партнёрстве проект? Партнёры должны дополнять друг друга, тогда команда будет устойчивой. Может быть, когда я постарею ещё больше, а Олег останется вечно молодым, мы совместно что-нибудь запустим, он в нашем тандеме будет играть роль мотора, а я соответственно тормоза.

С огромным уважением отношусь к Сергею Галицкому. Во-первых, он создал сеть более чем из трёх тысяч магазинов по всей России. Это дорогого стоит. Во-вторых, он продолжает жить в родном Краснодаре.

Мы познакомились в сочинском аэропорту, поговорили, и я сразу понял, что это настоящий предприниматель. В феврале 2010 года он приходил ко мне на программу «Бизнес-секреты с Олегом Тиньковым» на Russia. ru, и мы поговорили по душам. Не буду пересказывать, сходите в Интернет и посмотрите – это одна из лучших наших программ.

Сергей Галицкий заслуживает всеобщего уважения не потому, что он самый богатый россиянин, сделавший себя с нуля, а потому что обладает колоссальной трудоспособностью и незаурядным умом– недаром он в детстве занимался шахматами. Казалось бы, человек с состоянием в три миллиарда долларов может расслабиться, уехать далеко и отдыхать, но Галицкий до сих пор – генеральный директор «Магнита», а это с точки зрения рутинной работы вещь серьёзная.

Олег Жеребцов. С ним я познакомился сразу после того, как приехал в Питер и поселился в общежитии Горного института на Шкиперском протоке. Я стирал носки, повернул голову направо – стоит другой парень и тоже стирает. Я говорю:

– Привет! Тебя как зовут?

– Олег.

Доверь свою работу ✍️ кандидату наук!
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой



Поиск по сайту:







©2015-2020 mykonspekts.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.