Мои Конспекты
Главная | Обратная связь

...

Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

БРИЛЛИАНТЫ ИЛИ ЖИЗНЬ 12 страница





Помощь в ✍️ написании работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой

— Герман Иванович, — осклабился Чегодаев. — Когда же нас примут?

— Я уже вас принимаю, — невежливо сказал Герман Иванович, и тут Анастасия впервые увидела, как может побледнеть ее непрошибаемый и непотопляемый Степа. — Вы что же это творите, господин олигарх?! — железным голосом продолжал генерал. — Вы кого хотите подставить?! Кого скомпрометировать?! Вы чего ждете? Чтобы Кремль выкупил у вас эти камни? Советую вам немедленно сделать то, что от вас требуется. Вы поняли меня?

Чегодаев подавленна кивнул.

— И не только я это советую, — добавил генерал и, повернувшись на каблуках, вышел, не прощаясь. Аудиенция была окончена.

По дороге назад Анастасия спросила мужа, кто это был, и Чегодаев, безуспешно пытаясь закурить толстенную сигару, бросил сквозь зубы:

— Генерал Медведь из армейской контрразведки. Молодая талантливая сволочь. Последний фаворит, так сказать…

 

Разумеется, для родного племянника ничего не жалко. Грязнов-старший пробил номера автомобиля «опель-вектра» синего цвета по своим каналам, и оказалось, что машина зарегистрирована на имя некоего Астахова Виктора Ивановича, 1961 года рождения, проживающего на Каширском шоссе. Идентификационный номер прав и дата регистрации прилагалась. Больше о нем ничего известно не было. В базе данных МВД такой человек не значился, это означало, что, по всей вероятности, к уголовной ответственности он никогда не привлекался, не был под следствием и даже никогда не проходил ни в каком уголовном деле в качестве свидетеля. Вячеслав Иванович передал эту информацию Щербаку с Головановым и умыл руки. Ему сейчас было чем заниматься: задержанный с поличным Карповцев выражал горячее желание сотрудничать с правосудием и рвался давать показания. (Голованов педантично отогнал «мерседес» назад на автостоянку, где под надзором затаившегося ОМОНа состоялась его передача законному владельцу).

Голованов поехал отсыпаться, Филя уже давно спал прямо в своей машине, а Щербак вернулся в офис «Глории», где бессменно дежурил компьютерный гений Макс, Дежурил — это, конечно, сильно сказано, просто он там спал за своими любимыми железками, а когда просыпался, набивал себе брюхо, рыскал в Интернете и писал свои загадочные программы. Что конкретно Макс делал, чем и для чего занимался, Щербак понять был не состоянии, да он и не пытался, хотя, с его точки зрения, истинным гением был не Макс, а Денис, сумевший, во-первых, где-то отыскать компьютерного монстра, а во-вторых, раз за разом заставлявший употреблять его малоприменимые в обыденной жизни умения для их общей профессиональной деятельности. Теперь это предстояло сделать Щербаку.

Николай ввалился в офис с двумя полуторалитровыми бутылками «Очакова» и пакетом, набитым чипсами, жареным миндалем и вяленой рыбой. Он хорошо знал, что Макс живет по бессмертным заветам Карлоса Кастанеды: когда ему хочется спать — он спит, когда ему хочется есть — он ест, так что необходимо, чтобы в случае определенных физиологических запросов все было под рукой.

— Макс, у меня для тебя халтурка есть, — весело сообщил Щербак, видя, что гений не дремлет, а стучит по клавишам как пианист-виртуоз.

— Халтуркой пусть Филя занимается, — не оборачиваясь, бросил Макс, и Щербак понял, что взял неверный тон.

— Ладно, Макс, у меня для тебя работа имеется. — Щербак опустил свои пакеты на стул.

— Пусть негры ночью работают, — отозвался Макс, продолжая заниматься своими делами.

— Слушай, я не понял, мы Дениса из тюрьмы будем вытаскивать или нет?!

Макс мгновенно повернулся на своем вертящемся кресле:

— Что нужно?

— Все, что сможешь найти, вот на него. — Щербак передал компьютерщику бумажку с немногочисленными данными на Астахова и несколько фотографий, вычлененных из видеосъемки. — Этот тип крутился в доме после убийства Кондрашина.

Макс промочил горло и принялся трудиться, а для Щербака наступило томительное время. Сна не было ни в одном глазу, а снотворное он не жаловал, кроме того, никто никогда не знал, сколько могут продлиться поиски Макса. На памяти Щербака однажды Макс искал хозяйку потерявшегося бультерьера (у него на ошейнике были инициалы почтенной дамы) несколько суток, а в другой раз добыл уникальную информацию по делу «Бэнк оф Нью-Джерси» за считанные минуты. Макс был художник, и он был подвластен приступам вдохновения и хандры.

Позвонить, что ли, Анастасии, ни с того ни с сего подумал Щербак, но посмотрел на часы и ужаснулся этой мысли. Кто он ей такой, чтобы будить в полпятого утра? Да и звонить-то бы пришлось не ей, а матери…

Ну что там, интересно, у Макса, нашел ли он наконец что-нибудь стоящее? Щербак привстал было, чтобы двинуться к компьютерам, но гений (уловив движение воздуха?!) тут же бросил раздраженно:

— Не мешай!

Часа два прошло в напряженном ожидании. Первая бутылка пива была выпита, чипсы и орешки съедены. Задумчиво-раздраженный Макс постукивал пальцами по столу и лишь изредка — по клавишам.

Не клеится, расстроенно подумал Щербак. А в самом деле, как может клеиться, если совершенно непонятно, где и как этого Астахова искать… Ну что ж, есть, конечно, его домашний адрес, точнее, адрес прописки. Можно будет поутру сунуться туда, в ЖЭК, может быть, заглянуть… Щербак поймал себя на том, что настойчиво пытается вспомнить, как была одета Анастасия, когда они виделись в последний раз. Вот ведь фу-ты ну-ты, что за наваждение!

— Ну что-нибудь нашел, Максим? — не выдержал ожидания Щербак.

— Я говорю, не маячь за спиной, — зарычал Макс. — Пойди вон лучше порнуху посмотри на крайнем компьютере.

— Ну можно, — вяло согласился Щербак, подсаживаясь к другому столу.

Но не успел он загрузить компьютер, как Макс сказал:

— Беги к принтеру, сейчас распечатаю.

И уже несколько секунд спустя Щербак изучал краткую биографию Астахова.

Итак, этот тип родился в Калуге 1 февраля 1961 года, то есть сейчас ему сорок два года. Среднее образование получил с положительным аттестатом, еще окончил музыкальную школу по классу фортепиано, занимался легкой атлетикой (в семнадцать лет 1-й разряд в беге на длинные дистанции). Отец и мать работали на мебельной фабрике. Сына унылая гражданская жизнь не прельщала, и он стал военным.

В 1983 году Виктор Астахов закончил Рязанское десантное училище, соответственно — лейтенант. Командир взвода, роты. В 1985-м — старший лейтенант. С осени того же года в Афганистане, вплоть до вывода оттуда Ограниченного контингента Советских войск в 1989 году. К этому моменту он уже майор, два боевых ордена плюс медаль «За отвагу». С 1990 по 1992 год — на курсах при Академии Генерального штаба. С 1993-го по 1999-й — командир подразделений армейской разведки в различных частях, причем не только десантных. (Что это, интересно, были такие за курсы при академии?) Уволился из Вооруженных сил по состоянию здоровья в 1999-м в звании полковника. С 2001 года и поныне работает начальником охраны торгово-посреднической фирмы «Дина», юридический и фактический адрес прилагается.

Что касается семейного положения, сейчас холост. В 1990 году женился на Тузиковой Наталье Николаевне, от этого брака имеет сына Артема. В 1993 году развелся. По данным на 1999 год: рост 181 сантиметр, вес 79 килограммов. Глаза голубые, носит очки, точные диоптрии близорукости неизвестны. Давление в относительной норме: 130 на 85…

— Елки зеленые, — изумился Щербак. — Это-то ты откуда взял?! Рост, вес и все остальное?

— Обычное дело, — пожал плечами Макс. — Медицинская карта, он же состоял на учете в спецполиклинике, а они все свои карточки загнали в электронные базы. Дураки. — И Макс с чувством выполненного долга открыл вторую бутылку пива.

Щербак посмотрел на него, как на бога.

— Максимушка, — сказал сыщик, — хочешь, родной, я тебе тараночку почищу?

— Ну почисть, — милостиво позволил гений. — Я с икоркой предпочитаю…

Щербак действительно почистил ему рыбу и сказал:

— Ну а теперь с этой «Диной» разберись, пожалуйста.

— Так я и знал, — заворчал Макс, — пива попить спокойно не дадут.

— Если нужно, я еще принесу, только не затягивай, у нас времени в обрез.

— Ты хочешь, чтоб я спился?! — возмутился Макс. — Лучше минералки.

Расслабившийся после первой локальной удачи, Щербак поудобней устроился в кресле и неожиданно для себя заклевал носом. Ему казалось, что он лишь задремал, но, когда Макс крикнул, что пора забирать распечатку, шел восьмой час утра. Оказалось, что возни с поиском информации по фирме «Дина» вышло гораздо больше, чем с самим Астаховым. Как раненая птица, она в руки не особенно давалась. Удалось только выяснить, что никакой торгово-посреднической деятельностью «Дина» не занимается, вероятно, все это только вывеска.

— А чем же тогда занимается? — машинально спросил Щербак, тут же понимая нелепость вопроса.

— Непонятно. Честно говоря, не знаю, как к ней подобраться, — пожаловался Макс.

— И мне непонятно: как ты узнал, что торгово-посредническая деятельность — это липа?!

— Это-то как раз было несложно. У «Дины» есть электронный адрес. От лица различных несуществующих фирм я послал им пять вполне достойных предложений и на все пять получил отказ в очень вежливой форме: мол, извините, мы сейчас так перегружены работой в других областях, что, к превеликому нашему сожалению, сотрудничать с вами не сможем. Примите уверения в совершенном к вам почтении и прочее.

— Кто это мог тебе отвечать в такое время суток? — удивился Щербак.

— В том-то и дело, странновато… Хотя не исключено, что просто у них на почтовом сервере стоит программа, которая автоматом рассылает эти ответы. Но если они из-за своей перегруженности не могут заняться, скажем, покупкой армейского металлического лома, то, может быть, готовы продать немецкую молочную продукцию? Ан нет. Ничего не могут. «Дина» — это ширма для чего-то другого. Они не бизнесмены.

— А зачем им тогда вообще электронный адрес?

— Электронный адрес сейчас есть у любой мало-мальски приличной лавочки. Допустим, какой-нибудь крендель из Владивостока узнал про услуги «Дины» и захотел с ними связаться. Допустим, звонить по телефону ему накладно, да и в письменном виде можно гораздо более внятно изложить свое предложение.

Щербак почувствовал нарастающее раздражение. Что же, выходит все зря? Конечно, частным детективам не привыкать работать вхолостую, но сейчас, когда Денис за решеткой, а времени в обрез, это непозволительная роскошь.

— Ты сам себе противоречишь. Если ты их искал с таким трудом, то кто же сможет на них напороться просто так?!

— Кто знает, — философски заметил Макс, — не исключено, что мы просто нафантазировали Про их загадочность, но на самом деле они тихо и мирно занимаются своим бизнесом, сведения о чем имеются в каком-нибудь специализированном справочнике.

— Извини, но ты же только что сам сказал, что «Дина» — вывеска!

— Я так предположил. Я за базар отвечаю. Просто по моим ощущениям это — вероятней всего.

— Если, как ты предполагал, «Дина» — вывеска или ширма для чего-то, то ведь зачем-то же они делали эту страничку в Интернете и электронный адрес, — с надеждой предположил Щербак. — А?

Макс пожал плечами:

— Ты не грузись. Вообще-то в Интернете много иррациональных вещей. Иногда люди начинают что-то делать, потом вдруг бросают на полпути или превращают в нечто такое, о чем и сами первоначально не предполагали. У меня был приятель-хакер, который по ошибке взломал сервер общества слепых.

— Шутишь?

— Ничуть.

— Но… зачем слепым Интернет?

— А я знаю?

— Как же понять, чем они занимаются? — пробормотал Щербак. — Макс, а где у «Дины» офис находится? Адрес есть? Телефоны? Хоть что-нибудь?!

— Адреса нет, но телефон имеется. Дождешься начала рабочего дня — позвонишь и все узнаешь.

— Ладно. — Щербак глянул на часы и улегся на диван, действительно можно было еще подремать.

В следующий раз его разбудили Голованов с Демидычем, приехав на работу. Щербак сел, протер глаза и потянулся к телефону.

— Оставь, — сказал Сева. — Мне Макс оставил записку, и я уже позвонил в эту «Дину». Никого там нет.

— В смысле — не снимают трубку?

— Хуже. Телефон фальшивый. Мы его пробили, оказалось, во-первых, он — квартирный, во-вторых, отключен за неуплату полгода назад. Числится за каким-то алкашом-пенсионером. Туфта, короче.

Специально они такой номер подобрали. Макс, скорей всего, прав, это — ширма.

— Н-да… Ездить туда, как я понимаю, бесполезно. Вот черт! Так что же, все впустую?!

— Слушай, ты завтракал? — спросил, глядя на него, чисто выбритый и явно неплохо отдохнувший за ночь Голованов.

— Угадай с двух раз.

— Мне и одного достаточно. Сходи поешь куда-нибудь, заодно и мозги проветришь.

— От Дениса ничего нет? — хмуро спросил Щербак.

— Как будто я бы тебе не сказал.

— А как быть с бывшей семьей Астахова? Сева, может, я съезжу, пошпионю за ними?

— Нет, туда я Демидыча пошлю.

— Ладно, тогда пойду пожру.

Выходя из офиса, Щербак столкнулся с Агеевым.

— Ты куда? — жизнерадостно спросил тот. — Видок у тебя не очень.

— Пельмени есть.

Рядом с «Глорией» была отличная пельменная, которую сыщики давно облюбовали и были там постоянными клиентами.

Филя тут же развернулся и пошел со Щербаком, этой информации было достаточно, чтобы принять жизненно важное решение: поесть он всегда был не дурак.

Филя взял себе вареники с картошкой и грибами, а Щербак есть не стал, просто выпил две чашки кофе, наблюдая, как Филя заливает очередной вареник большой лужей сметаны. Филя между тем тарахтел без умолку. У него была теория, что общение за столом способствует правильному перевариванию пищи, и Филя ее, эту теорию, на практике с успехом применял. Сейчас он рассказывал Николаю, как встретил свою давнишнюю подружку, с которой они расстались больше года назад из-за того, что она тогда словно взбесилась, приревновала его непонятно к чему и к кому: Филе пришлось следить за неверной женой одного постоянного клиента «Глории» (этот мужик, владелец фотоателье, женился и разводился в среднем раз в год, так что клиент он действительно был постоянный и деньги на нем Денис со своими сотрудниками зарабатывали неплохие). Экс-подружка застала Филю за этим занятием (в кинотеатре «Кодак-Киномир» Филя следил за неверной женой владельца фотоателье, подружка — за Филей) и устроила грандиозный скандал, чем привлекла внимание неверной жены, которая сообразила, что к чему, и в результате сама ушла от владельца фотоателье. Во всех отношениях обманутый муж отказался от услуг агентства «Глория», Филя получил жесточайший нагоняй от Дениса и в расстроенных чувствах порвал с ревнивой дурой.

И вот сейчас эта бывшая подружка стала обвинять Филю в том, что он не отвечал на ее письма. Какие письма, возмутился Филя, не было никаких писем! Нет, были, настаивала девица, причем все как одно — длинные и покаянные. Она к нему, видите ли, с открытым сердцем, а он черствый бездушный эгоист, растоптал ее чувства. Ну и так далее, все в таком же духе.

— В общем, я плюнул и снова сбежал от нее, — говорил Филя, не забывая тщательно пережевывать пищу. — И представь, Коль, уже вечером ложусь спать, и тут меня пробивает. Ведь я же почту как получаю? Часть приходит на адрес «Глории», а другая половина — на почтовую ячейку, которую арендую в своем отделении связи, причем уже много лет. Потому что в моем подъезде тинейджеры вечно почтовые ящики уродуют. Но ведь эта дура, кажется, никогда мне раньше не писала, значит, она-то вполне могла написать просто на домашний адрес. Ну я набрасываю куртку и спускаюсь по лестнице. И что ты думаешь? Несмотря на то что замок сорван, в ящике действительно лежат четыре письма. Четыре, Коля! И все толстые. Я даже слов столько не знаю. В общем, мне стало нехорошо. А почему мне должно быть нехорошо? Я так считаю: надо жить сегодняшним днем, ну не сложилось у нас, что поделаешь, верно? В общем, я, не распечатывая, сложил все письма в один конверт побольше и отослал ей их назад с извинениями. Как считаешь, правильно поступил?.. —

Филя собирался было проглотить очередной вареник, но не донес его до рта, остановился, вернее, его остановило выражение лица Щербака. — Коля, ты чего?!

— Говоришь, Значит, письма так и лежали? — пробормотал Щербак, вскакивая со стула.

— Коля, да ты что?! Куда ты? — Филя хотел было последовать за приятелем, но посмотрел в тарелку и не стал. Не оставлять же, в самом деле, такие замечательные вареники. Надо жить сегодняшним днем.

А Щербак, ворвавшись в «Глорию», принялся будить Макса.

Голованов смотрел на эти его судорожные действия с недоумением.

— Не советую, — сказал Сева и был, разумеется, прав, потому что проснувшийся (хотя при этом так и не открывший глаза!) Макс разразился потоком ругательств.

— Макс, почта, черт побери, почта «Дины»! — пытался донести свою мысль Щербак. — Им же мог писать кто-то еще кроме тебя!

Компьютерный гений перестал орать и открыл один глаз.

— Ну и что с того? — сказал он.

— А то, что эти письма могут по-прежнему лежать в их почтовом ящике и в них может содержаться полезная для нас информация!

Макс, не открывая второй глаз, молча бросился к компьютеру.

— Ничего не понимаю, — признался Голованов. — Объясните же кто-нибудь!

— Мало ли какие электронные письма «Дина» получает, — сказал Щербак, глядя, как Макс молотит по клавишам. — Эти письма могли сохраниться: ведь далеко не все пользователи Интернета уничтожают свою почту. А Макс влезет к ним в почтовую программу и посмотрит.

— Они-то, может, и уничтожают, — сообщил Макс, не оборачиваясь, — но если они, как большинство пользователей, действительно работают с почтовой программой, которая банально выкачивает их почту из почтового ящика, то еще не факт, что в самом ящике ее больше не остается. Для этого нужно зарядить специальную функцию на автоматическое уничтожение. Но далеко не все это делают…

Через двадцать минут Макс подобрал пароль и вскрыл почтовый ящик. В папках «Outbox» («Отложенное») и «Send» («Отправленное») ничего не было. Зато в папке «Inbox» («Входящее») лежали письма — целых семь штук. Правда, пять из них были письмами Макса — собственноручно им изготовленные коммерческие предложения. Зато еще два были другими. Одно письмо содержало в себе строчку из двенадцати цифр и букв, а второе было немного похоже на письма Макса, оно тоже содержало коммерческое предложение — фирме «Дина» предлагалось арендовать землю. Письмо было послано от имени строительной фирмы «Ноев ковчег» два месяца назад.

— Ноев ковчег — это что-то знакомое, — пробормотал Голованов.

— Это из Библии, — высказался Макс.

— Не остри. Я где-то-недавно видел такое название. Ты вот что, пока пошли им письмо, официальное, от имени Дениса, что так, мол, и так, у нас есть эксклюзивная информация, касающаяся вашей безопасности, ну и будем ждать.

— Зачем это? — даже несколько обиделся Макс. — А «Яндекс» на что существует, а «Рэмблер»?! У нас четыре компьютера, и три из них простаивают. Дайте и мне и им поработать, наконец!

 

Оказалось, что «Ноев ковчег» — это московский холдинг, занимающийся по преимуществу ипотечными программами, строящий жилье в кредит и прочую недвижимость. Когда удалось это узнать, Голованов вспомнил, где он слышал название фирмы: читал пару недель назад в «Московской правде», что там, в «Ковчеге», разразился какой-то скандал. Голованов попросил Макса поискать выпуск газеты с тем материалом, и Макс нашел ее, разумеется, в электронной версии.

Выяснилось вот что.

Руководящий работник этой фирмы пытался дать сотруднику налоговой полиции крупную взятку, чтобы скрыть махинации с пенсионными фондами, которые по уставу компании должны были храниться в неприкосновенности, в то время как активно использовались в качестве взносов вымышленных клиентов. Таким образом, так сказать, на халяву был построен целый шестнадцатиэтажный дом, чистая прибыль от продажи которого составила примерно пятнадцать миллионов долларов. Разумеется, никаких налогов с этой аферы никто платить и не думал, а выплата пенсий при этом регулярно задерживалась, поскольку деньги были в обороте. Наконец один пенсионер, недавний служащий «Ноева ковчега», в прошлом юрист, а в настоящем — большой любитель кроссвордов, сумел заподозрить неладное. Пенсионер поступил нетрадиционно, он настучал на свое недавнее начальство не в ЖЭК, не в правоохранительные органы, не в редакцию любимой газеты, а в Министерство по налогам и сборам. Те заслали в «Ноев ковчег» шпиона под видом частного подрядчика-строителя, имеющего в своем распоряжении строительно-монтажную фирму и предлагающего услуги по стремительному возведению жилья повышенной комфортности. «Подрядчик» вел себя столь умело и профессионально, что ему, в конце концов, предложили провести некоторые работы в достраивающемся доме. Этот шпион и вытащил всю историю на белый свет.

Генерального директора компании звали Вадим Вячеславович Катульский, это тоже было в статье, и этой информации Голованову было вполне достаточно. Голованов довольно ухмыльнулся и, не дожидаясь больше ответа на электронное письмо, отправился в «Ноев ковчег» самостоятельно.

Офис компании находился на Покровке, в старинном особняке. Голованов вручил охраннику визитную карточку Дениса Грязнова и негромко сказал:

— Если Вадим Вячеславович не увидит ее в течение ближайших пяти минут, я уйду, а он будет этим расстроен. Очень сильно.

Охранник ничего на это ответил, но, посоветовавшись со своим начальством, куда-то ушел. Время

Голованов специально не засекал, но прошло явно не больше трех минут, когда охранник вернулся и просил следовать за ним. Несмотря на то что в доме было три этажа, имелся лифт — причудливое полукруглое модернистское творение. Они поднялись на нем на третий этаж. Охранник провел Голованова в приемную, где, стоя, их ждала секретарша. Из неплотно закрытой двери Начальства были слышны крики:

— Ну так найди мне другого адвоката, твою мать! Если сам не можешь! Я за что тебе такие бабки плачу?!

Секретарша умоляюще выставила вперед ладони, мол, ради бога, подождите, и заглянула в кабинет. Вопли тотчас же стихли. Голованова пригласили к генеральному директору «Ноева ковчега».

Дюжий молодой мужчина с круглым, как помидор, лицом, не вставая из-за стола, угрюмо сказал, глядя на визитку:

— Денис Андреевич Грязнов? Знакомая вроде фамилия. Так что вы хотите?

— Я думаю, вы и сами знаете, — свободно ответил Голованов, — г Оказать вам некоторую гуманитарную помощь. Не желаете предложить мне сесть?.

— Ну, — кивнул Катульский.

— Хотите вспомнить, где слышали фамилию Грязнов? Это начальник Московского уголовного розыска. А Денис Андреевич — его единственный и потому горячо любимый племянник. Соображаете, что к чему?

— Д-да… наверно… — сглотнул Катульский. — А почему вы о себе в третьем лице. Вы…

— О нет, что вы, я — не он, я не Грязнов. Он сам такой ерундой, как вы, не занимается. Я — его сотрудник, который приехал оказать вам услугу. У вас проблемы с правоохранительными органами, и даже, как я слышал, с собственным адвокатом. Но о ваших проблемах поговорим после. А сперва вы окажете мне услугу. Окажете ведь? — ласково уточнил Голованов, вставая из удобного кресла, садясь боком на стол и заглядывая в глаза Катульскому.

— Все, что в моих силах! — с энтузиазмом подтвердил тот.

— Вот и чудно. Ваша фирма состояла в деловой переписке с неким торгово-посредническим предприятием «Дина». Припоминаете?

Катульский кивнул:

— Да… но ведь так ничего и не вышло. Пока мы нашли то, что они искали, было уже поздно.

— Объясните подробней.

— Да вы же сами, наверно, все знаете… Месяца два-три назад мне позвонили из этой «Дины», поинтересовались, можем ли мы найти в аренду большой земельный участок.

— Для чего? Для жилищной застройки?

— Не знаю. Вряд ли. Они хотели не меньше пяти квадратных километров…

Неслабо, подумал Голованов. Там можно несколько кварталов построить. Нет, тут что-то другое. Завод разве что какой-нибудь, фабрика?

— … Я дал команду своим сотрудникам, но, пока мы искали, они, вероятно, уже что-то нашли в другом месте, потому что на наше предложение последовал вежливый отказ.

— У вас остались какие-то координаты этой «Дины»? Адрес офиса, телефоны?

— Так ведь и не было же ничего! — заверил Катульский. — Они сами звонили, и то только один раз.

— Ладно. — Голованов встал. — Всего хорошего.

— Подождите! — закричал Катульский. — Но какое отношение «Дина» имеет к нашим проблемам?

«Никакого», — чуть было не ответил Голованов, но удержался, лишь скромно улыбнулся и сказал:

— Советую вам проявить добрую волю и максимально быстро пойти на контакт с правосудием, пока вас не заставили это сделать силой… Насчет внедрившегося работника налоговой полиции. Вы уверены, господин Катульский, что среди ваших сотрудников больше нет засланных казачков?

— Подождите, — сказал Катульский осипшим голосом. — Вы так и не сказали, как вас зовут…

— В разных ситуациях по-разному, — сказал Голованов и, внутренне хохоча, покинул «Ноев ковчег».

Едва он сел в машину, позвонил Демидыч. Сказал, что водит бывшую жену Астахова по городу. Та шляется по магазинам, трещит по мобильному с подругами. Ни с какими мужчинами в контакт не вступает. И так уже два часа.

— А пацан? Как там его, Артем, кажется?

— На тренировке. Он ходит в футбольную школу ЦСКА. Мамаша отвезла его туда на машине, а сама отправилась в центр. Сейчас мы, представь, в «Дикой орхидее», на Кузнецком мосту.

Голованов представил увальня Демидыча в элитном магазине дамского белья и засмеялся.

— Говоришь, отвозила сына на тренировку? Какая, кстати, у дамочки машина?

— «Пятерка» «БМВ» в приличном состоянии. И одета, кстати, весьма и весьма. Короче, мужик где-то у нее есть, и вполне состоятельный, потому что сама она — врач-рентгенолог. Не замужем и фамилию не сменила.

— Это-то ты как узнал? — удивился Голованов.

— Это не я, это Макс по своим компьютерным лазейкам, отзвонил мне совсем недавно.

— Хорошо, продолжай работать, вечером Филипп тебя сменит.

— Як вечеру настолько не устану.

— Вечером Филипп тебя сменит, — с расстановкой повторил Голованов. — Если ты считаешь, что мужик где-то рядом, то нам остается только молиться, чтобы это был Астахов.

Голованов пожелал коллеге терпения и удачи (главное, что требуется сыщику, осуществляющему непрерывную слежку), а сам поехал в мэрию. Там у него в департаменте земельного имущества работал старинный знакомый, которому когда-то Голованов оказал серьезную услугу.

Сын этого человека дезертировал из армии, ранив в карауле двух своих сослуживцев — старшего сержанта и лейтенанта. Все это происходило еще в советские времена, когда подобные истории отнюдь не были достоянием общественности, когда не существовало Комитета солдатских матерей и когда солдату срочной службы, сбежавшему из своей части, да еще совершившему при этом нешуточное преступление, рассчитывать на милосердие было нечего. История эта случилась в подмосковной воинской части, и вышло так, что прибывший недавно в отпуск из Афганистана майор Всеволод Голованов, отправляясь рано утром на рыбалку на Истринское водохранилище, остановился, увидев на загородном шоссе голосующего парня. Это и был пресловутый дезертир. Голованов быстро заметил под рубашкой знакомые очертания пистолета ТТ, но не стал разоружать парня. Он взял его с собой на рыбалку, и они провели вместе двое суток, много говорили, парень рассказал Голованову все, что с ним случилось. Сева слышал и видел на своем армейском веку много подобных историй и прекрасно понимал, что мальчишка стал жертвой обстоятельств, имя которым, с одной стороны, дедовщина, с другой — уставщина, и если сейчас его посадить (а так, скорей всего, и случится), то лучше от этого никому не будет. И тогда у него в голове созрел совершенно авантюрный план: отправить парня добровольцем в Афган. В конце концов, везде ведь люди, и война войной, но жить можно и там. Парню было уже всё равно, единственно, чего он не хотел, — это оказаться за решеткой.

Дело было за малым — как миновать всесоюзный розыск и государственную границу? Теоретически нужны были поддельные документы. Голованов перевез парня в безопасное место — на пустующую дачу одного полковника ВДВ, с которым был на дружеской ноге, взял с парня слово, что он никуда не сбежит, а сам вернулся в Москву. Переговорил с приятелем, работавшим в МУРе, рассказал ему все как есть. Тот обещал подумать и поискать варианты и предложил самому Голованову, в свою очередь, подумать о работе в уголовном розыске.

— Ты, Всеволод, — сказал приятель, — умеешь с людьми разговаривать. — А это, знаешь ли, талант, который нечасто встречается. Мышцы легче нарастить, чем это.

Две недели спустя новые документы был готовы, и из Таджикистана за «новобранцем» прислали двух прапорщиков. Он пробыл полгода в учебной части, где не было никакого лицемерия, где честно готовили людей, чтобы воевать, и все называли своими именами. После «учебки», заматерев и превратившись в сержанта спецназа, он отправился в Афганистан, откуда вернулся спустя полтора года целым и невредимым, с орденом Красной Звезды и медалью за «Боевые заслуги». В новые времена он занялся общественной деятельностью, активно участвовал в организациях ветеранов войны в Афганистане. На фоне же этих заслуг его собственный отец, скромный инженер Мосгорводоканала, легко стал депутатом Моссовета, потом Мосгордумы, а потом — и не последним чиновником в мэрии. Вот к этому-то чиновнику и ехал теперь Голованов.

Доверь свою работу ✍️ кандидату наук!
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой



Поиск по сайту:







©2015-2020 mykonspekts.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.