Мои Конспекты
Главная | Обратная связь

...

Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

ПРОГУЛКА» ПО ПЛАМЕННЫМ ГОРАМ 3 страница





Помощь в ✍️ написании работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой

 

Они вышли из комнаты, заперев за собой дверь; затем спустились вниз, вышли из здания и, перейдя двор, отправились к садам, окружавшим Центр со всех сторон. Их проводником был Дан. Он уверенно сворачивал то вправо, то влево, лавируя между полянок и фонтанчиков. Погода действительно была очень хорошая, хотя и довольно прохладная для Бермудского острова — зато идеально подходящая для тренировок, не придётся обливаться по́том при каждом движении.

В садах школы всегда было полно народу. В свободное от учёбы время дома редко кто сидел, и большинство учеников и практикантов группами выходили погулять. Все лавочки уже были заняты, в фонтанчики кое-где кое-кто залез и плескался, кто-то взгромоздился на деревья, используя их в качестве обзорной площадки — в общем, все занимались тем, на что у них фантазии хватит. По дороге Ася увидела, как кто-то из старшекурсников играет в бадминтон.

— Сколько ещё идти, Дан? — нетерпеливо спросила Алекс. Ася удивилась: обычно именно ей в голову приходили такие мысли, правда, она обычно сдерживала нетерпение — свой, как она считала, главный недостаток.

— Совсем чуть-чуть, — отозвался он.

Так и вышло. Они прошли ещё чуть—чуть, свернули, и оказались на небольшой, окружённой высокими деревьями полянке, залитой солнцем. Алекс, понявшая уже, что здесь нет стекла, разулась и поставила туфли около куста.

— Давай посидим, пока они будут сражаться, — предложила она Матвею.

Он не возразил, и они приземлились на ярко-зелёную траву. Алекс негромко спорила о чём-то с Даном, пока он отвязывал от пояса футляры с кинжалами, и парень также вполголоса отвечал ей. Алекс, однако, не удержалась и в ходе спора показала другу неприличный жест. Тот только фыркнул.

Ася сидела рядом с Матвеем, смотрящим куда-то вдаль. Она скользнула взглядом по его фигуре и случайно увидела то, что не замечала раньше — может, потому, что не приглядывалась, а может, потому, что взъерошенные и чуть отросшие волосы Матвея не давали разглядеть это.

Под левым ухом её друга, прямо около сонной артерии, находился след от ожога, имевший около двух сантиметров в диаметре, ярко-розовый и на вид не так давно появившийся. Интересно, откуда он? Ася не видела даже на тренировках с Риной, чтобы он чем-то обжигался. Может, в своей комнате чем-нибудь горячим облился?

— Матвей, — спросила она негромко, — что это за ожог у тебя на шее?

Парень дёрнулся, резко поднял голову. Резкие движения всегда говорили о нервозности Матвея. Он обхватил руками колени и поёжился, как будто ему стало зябко, хотя он обычно не мёрз даже в куда более холодных условиях. Ася удивлённо приподнялась. Матвей явно не ожидал этого вопроса и уж тем более не хотел на него отвечать.

Дан и Алекс, которые решили сперва покидать кинжалы в ближайшее дерево, даже не услышали их. Асе стало неловко. Она уже открыла рот, чтобы извиниться и попросить Матвея не отвечать, но он вдруг заговорил.

— Это… неважно, — выдавил он. — Это долгая и сложная история. Наверно, вы узнаете её, но сейчас я не хочу это вспоминать.

Она нерешительно коснулась его плеча, стараясь хоть как-то успокоить друга. Ася поняла, что её вопрос вызвал в нём плохие воспоминания. Почувствовав прикосновение, Матвей повернулся к ней.

— Я не хотела причинять тебе боль, — виновато сказала девочка. — Извини, если так получилось.

— Это не причиняет мне особой боли, — пожал плечами Матвей, — но эти воспоминания… я не хочу, чтобы они вообще у меня были. Та история, что произошла со мной около двух лет назад, на самом деле жуткая. Я — не совсем такой, каким вы меня знаете. Так как вы можете разочароваться во мне, я предпочитаю не рассказывать об этой части моей жизни.

Ася помолчала. Кто же Матвей на самом деле такой, что он даже не хочет об этом рассказывать? Не тёмный же… Но, наверное, только это могло его так страшить. Неужели?.. Впрочем, всему существует объяснение. А если даже Матвей и когда-то был тёмным охром, сейчас он явно им не является — его бы не пропускало охранное заклятье. Тогда какая разница, что было в прошлом?

Ей было интересно, да и как-то тяжко на душе стало от признания друга, но заставлять его продолжать эту тему было бы бестактно.

Тем временем к ним поближе подошла Алекс, заставив Асю отвлечься от своих мыслей.

— Забыла вам сказать. Послезавтра у Варвары день рождения, она приглашает нас всех. Пойдёте? — спросила Алекс.

— А когда и куда нам приходить? — спросила Ася, внутренне радуясь поводу не думать о прошлом Матвея. Он, похоже, тоже был рад поводу хотя бы временно забыть о своих мрачных воспоминаниях, о чём бы они ни были.

— После ужина в холл. Она пригласила всю группу. В холле как раз все и соберутся. Потом куда мы пойдём, я не помню. Как бы не на Парящие острова…

— Что? — поднял брови Дан, тоже подошедший ближе, чтобы послушать. — До них же сто лет тащиться! Ты можешь себе представить весь наш курс, дружно летящий друг за другом в одном направлении? Кто-нибудь обязательно улетит куда-нибудь не туда.

— Господи, откуда я знаю, как мы полетим? — с раздражением ответила Алекс. — Не мой же день рождения! Может быть, она с Селеной договорится о колеснице, она иногда её выдаёт.

— Что у Селены за колесница? — заинтересовалась Ася.

— Да её собственная. Ты же знаешь, она бывшая богиня Луны у древних греков. Вот у неё колесница и сохранилась, в которой по небу летать можно было. В неё запряжены самые быстрые небесные пегасы, а издали она светится серебряным светом. Может быть, Варька сможет если не колесницу Селены добыть, то хотя бы школьную.

— А что за парящие острова-то?

— Они на востоке острова, — ответил за Алекс Дан. — Они потому и парящие, что парят в воздухе над островом. На них очень красиво, правда. Но вниз лучше не смотреть.

 

***

Прошло два дня. Сегодня вечером должен был состояться праздник в честь дня рождения Вари, или, как ей больше нравилось, чтобы её называли, Варвары. Она уже сказала, что они точно полетят на Парящие острова, так как она всё же выпросила у Селены колесницу, куда все с удобством поместятся.

Ребята долго думали, что же подарить однокурснице. Больше всего ощущали кризис жанра Дан с Матвеем, но в конце концов Дан решил подарить сотворённый им с помощью магии ловец снов, а Матвей телепортировал серебряное ожерелье, прикрепил к нему сапфир, зачарованный таким образом, что камень может светиться в темноте. Ася придумала покрыть ручку для письма золотом (для этого она попросила Камнентона ей помочь), и с помощью подсказок Алекс и книги всеведения встроила в неё чары по проверке орфографии. Алекс же «купила» статуэтку балерины, переделала её лицо так, чтобы она была похожа на Варю, и наделила её чарами, которые заставляли балерину прокручиваться вокруг своей оси при приближении врагов.

Свободное время до ужина ребята провели в прогулках по острову и метании ножей в повешенную на дерево мишень. После ужина они вышли из столовой уже с припасёнными подарками, завёрнутыми в яркие подарочные обёртки, и пошли к холлу, где и была назначена встреча. Когда они дошли дотуда, обнаружили, что опаздывают только Дэн с Борькой. Варвара стояла тут же, чуть в стороне, болтая с Дашей. Как обычно, у неё в одном ухе обретался один наушник. Четверо друзей подошли к ней и с соответствующими поздравлениями вручили подарки.

— Ну дела! — восхитилась Варвара после распечатывания призов. — За ручку вообще отдельное спасибо, пунктуация и орфография — враг мой. —Алекс при этих словах с насмешкой приподняла бровь, и именинница поправилась: — Хотя не совсем катастрофично, конечно.

— Рада, что тебе понравилось, — улыбнулась Ася. — А мы на Парящие острова поедем, это уже точно?

— Да, — кивнула Варвара. — Уже ничего не изменится. На одном из самых больших островов, в беседке, я накрыла стол. Там и запируем.

Поболтав ещё немного, Ася, Алекс, Матвей и Дан отошли в сторону, оглядывая прибывших. Мальчишки были, как обычно, в джинсах и футболках, а вот почти все девчонки были одеты во что-то более подходящее к случаю, чем джинсы. Даже Яра, носившая обычно именно такой наряд, поменяла майку на чёрную свободную кофту с блёстками. Чтобы уговорить её снять джинсы —неважно какого фасона — потребовалась бы вся светлая рать.

Через пятнадцать минут вся группа первого курса, приглашённая на день рождения Вари и наконец собравшийся в полном составе, выбралась на улицу. Во дворе Центра стояла колесница, в которую были запряжены три пегаса. Кони были очень красивы, с белоснежно-белыми туловищами и серебряными копытами. Их как будто окутывал полупрозрачный дым. Их белоснежные гривы чуть светились, светлыми бликами оттеняя золото упряжки.

— Садитесь, скоро отправляемся! Побыстрее, пожалуйста! — крикнула Варвара, залезая в колесницу.

Ася, Матвей, Дан и Алекс забрались следом, а за ними и все остальные. Через пять минут кони тронулись. Возницы не было — очевидно, пегасы знали, куда нужно лететь.

Ася, не успевшая вовремя схватиться за что-то, вскрикнула: колесница начала подниматься в небо, всех хорошо тряхнуло, и девочка чуть не ударилась головой о дверь. Она вцепилась в ручку, прикреплённую к крепко закрытой двери, выпрямилась и взглянула на остальных. Почти никто не пошатнулся, зная, что нужно было держаться. Сокурсники с сочувствием взглянули на неё.

— Прости, что не предупредила, — сказала ей Алекс, схватившаяся за спинку обитой шёлком скамьи, прибитой к стенке колесницы, на которой они сидели. — Дальше полетим ровнее, просто взлёт был слишком резким.

Алекс сказала правду, и вскоре Ася смогла немного расслабить руку. Окон в колеснице не было, и смотреть было решительно не на что, поэтому всю дорогу Ася в упор смотрела на сидящего напротив Матвея.

Ехали они недолго, но, видимо, на бешеной скорости, потому что через двадцать минут кони начали снижаться. Ася выбралась из колесницы вслед за Даном. Она посмотрела вокруг и… поняла, что стоит на острове, а вокруг неё — небо. Она подошла ближе к краю и, опустившись на колени, осторожно заглянула вниз. У неё закружилась голова.

Теперь она окончательно поняла, почему острова зовут парящими. Они держались в небе на высоте метров семидесяти, никак не прикрепляясь к земле. Ниже их острова висели другие, но в этой стороне островов, находящихся на такой же высоте, как они, не было видно. Ася осторожно поднялась и постаралась отойти как можно дальше от обрыва.

Варвара нетерпеливо окликнула её, и Ася торопливо последовала вслед за сокурсниками к красивой деревянной беседке, обвитой диким виноградом и плющом. В ней стоял большой сервированный стол с белой скатертью, вокруг него были лавки. К беседке вела тропинка, а по обе стороны от неё росли неведомые кусты, на которых распустились ярко-красные большие цветы, такие прекрасные, что их не хотелось срывать — только бы любоваться ими вечно. Кроме невиданных кустов, на острове росли и обычные деревья, растущие не так густо, как в лесу, но тем не менее изобильно.

В беседке расселись все так, как захотели, а в течение следующего часа еда, стоящая на столе, дружно уничтожалась однокурсниками — все забыли о том, что наелись на ужине. К тому же, насколько Асе было известно, многие сделали как Алекс — она, зная, что на острове будет пирушка, специально постаралась есть поменьше.

После того, как есть стало нечего, все стали изобретать себе увлечения. Первым предложением было поиграть в «Бочку смеха». Тем, кто не знал правил, их напомнила Алекс.

— Выбирается ведущий. Пусть для начала буду я. А все участники тем временем загадывают любое слово. Давайте так договоримся: можно и словосочетание. А я задаю любой вопрос каждому по очереди, на который и нужно будет ответить то, что загадал. Всем понятно?

Изрядно повеселившись, ребята разошлись по острову кто куда. Варвара только попросила их никуда не уходить с острова, так как вернуться они должны будут тоже на колесницах. Ася, Матвей, Алекс, Дан вышли из беседки, пообещав не уходить далеко, и присели на траву, любуясь видом с острова.

Стемнело — когда они ещё только приехали, было светло. Выглянула луна. Матвей, рассеянно глядя на небосвод, случайно зацепил её взглядом. Ася, отвернувшаяся, вновь взглянула на Матвея, и поражённо замерла.

Глаза Матвея стали ярче и темнее. От его зрачков уходила в небо по направлению к свету луны примерно на метр тонкая серебристая нить. Глаза отвести он уже не мог, судя по его сдвинутым от напряжения бровям и бегающим зрачкам. Было совершенно ясно, что он впитывает силу луны, становясь сильнее. У Аси, пока она смотрела на это зрелище, закружилась голова, и она поневоле отвернулась.

Это продолжалось всего несколько секунд — потом луна изменила своё местоположение настолько, что невозможно было больше удерживать эту связь, и серебряные нити оборвались. Глаза Матвея вновь стали своего нормального цвета — светящегося светло-зелёного.

— Что это было? — спросила Ася, задерживая взгляд на Матвее чуть дольше, чем хотела.

Матвей опустил голову. Ответить никто не потрудился, и Ася продолжила:

— Мне кажется, ты даже не удивлён.

— Мне нечему удивляться, — тяжело вздохнул Матвей и поднял голову. — Меня предупреждали об этом. Что я могу иногда неосознанно вампирить энергию.

Он резко выпрямился, по-прежнему не глядя на потрясённых Алекс и Дана и на напряжённую Асю.

— Наверное, пришло время рассказать вам всё с самого начала. Хочу сказать, что это самая большая тайна моей жизни, и я не хочу, чтобы кто-то кроме вас об этом знал. За исключением учителей, они и так посвящены в это. Надеюсь, вы меня поняли.

— Мы никому не расскажем, — пообещала Алекс. Дан и Ася несинхронно кивнули.

— Тогда я начинаю.

Матвей глубоко вздохнул, вспоминая.

— Эта история началась пару тысяч лет назад. Тогда Онид в бою подло убил лучшего друга моего отца, и папа вызвал его на дуэль. Хочу сказать, что он победил, но не только. Он ранил Онида в позвоночник, да так, что нога у того стала слишком плохо его слушаться, и он долго не мог нормально сражаться. Восстановление шло слишком трудно. Конечно, для лучшего бойца мрака это была трагедия. Но, понимая, что он проиграл, он решил отложить свою месть надолго. На сотни лет.

Он мечтал отомстить, уж поверьте мне. Но наёмников подсылать не стал — мечтал сделать это своими силами, не вмешивать других. Всё же некоторые понятия о благородстве у него есть.

Осуществить его план стало возможным тогда, когда родился я. Долго он ждал, однако, думаю, он не пожалел. План его должен был причинить моему отцу самую большую боль в его жизни…

Матвей сжал кулаки.

— Что за план? Он хотел тебя убить? — спросила Ася, затаив дыхание.

Матвей дёрнул головой.

— Хуже. Но не торопи меня. Так вот, Онид дождался моего рождения… а затем прождал ещё тринадцать лет.

Тогда мои родители были в командировке. Было это по части охров света или по их земной работе — не знаю. Но Онид сказал мне, явившись сам в нашу квартиру в Сочи, что мои родители у него. Я поверил — уже знал, что я сын охров света, знал, что через некоторое время я должен был ехать в Центр — и пошёл за ним. Мы телепортировали, и я оказался во Дворце Темнейших. Там он, погрузив меня в состояние, близкое к наркозу, приглушил мои воспоминания о том, что я сын охров света, а вместе с тем и часть моего светлого дара. После этого он влил в мою кровь часть своих собственных сил — прямо через сонную артерию. Оттуда и ожог. — Матвей чуть отодвинул волосы и повернулся к Алекс и Дану, чтобы они увидели. Поморщившись, он пригладил рукой волосы и продолжил: — Далее он пробудил меня и отдал на обучение к Радию, начальнику русского отдела мрака. Я должен был стать охром тьмы… вернее, мне так казалось. О, Онид продумал всё до мелочей! Сам я в себе изменений не чувствовал, но, думаю, вместе со своими силами Онид влил в мою кровь часть своей сущности. Я не отдавал себе в этом отчёта, но через год я должен был умереть — мой организм не выдержал бы яда личности Онида. А если бы я и выдержал, то, как мне кажется, он бы дождался моего посвящения, и там уже подослал бы наёмников, которые убили бы меня — спокойно, тихо и без шума.

Но мне повезло. Когда мне было четырнадцать с копейками лет, я гулял по Москве, думая, где же мне добыть зуб дракона, нужный мне для эксперимента. До моей смерти оставалось несколько месяцев. — Ася не понимала: как он может так легко об этом говорить? — Обычно мне не разрешали выходить из резиденции (потом я понял, что это было для того, чтобы никто из светлых не мог меня найти и спасти), но мне удалось сбежать. Мне надоело сидеть на одном месте. Меня тошнило уже от резиденции, я нуждался в прогулке, как в воздухе.

Парень говорил всё быстрее, с бо́льшим и большим жаром.

— Тогда я встретил Екатерину. Она уже жила в Москве, и знала о моей истории. Встретив меня, она мгновенно поняла, кто перед ней, и рассказала мне всё. Я не верил. Но она сказала, что может это доказать, и пригласила меня последовать в её квартиру. Я видел, что она не врёт, и я пошёл за нею.

Мы остановились в её квартире. Наверное, тогда ты, Ася, училась — по-моему, было часов десять утра. Дальше я ничего не помню, но мне рассказали. Она погрузила меня в состояние наркоза, как это уже когда-то сделал Онид, и вызвала Камнентона и Селену. Камнентон сразу всё понял и жезлом Молний, вторым по старшинству жезлом после артефакта, принадлежавшего твоей маме, Ася, — вытянул из меня яд. Но сила Онида уже слишком долго была во мне. След остался, и он должен был меня всё равно погубить.

Матвей перевёл дух.

— Тогда решились на крайнюю меру. Единственное, что могло меня спасти, — перерождение. Сложнейший и опаснейший ритуал, в конце которого ко мне бы вернулись и светлые силы, и воспоминания, и я бы мог жить так, как раньше, и даже поступил бы в Центр. Единственный минус: у меня было очень мало шансов. Большинство тёмных, перерождаясь, умирали. Я мог быть не исключением. Однако это был единственный выход. Выбора не было…

Я выжил. Долго восстанавливался, но выжил. Прошло ещё несколько месяцев, и мне пришло письмо из Центра. Я поступил. Сейчас мне почти шестнадцать, и единственное напоминание о том, что произошло, — ожог на шее. Он остался там потому, что именно туда вливал свою силу Онид, и, очищая меня, энергия перерождения обожгла мне шею. Мне тогда сказали, что перерождение усилит мои способности светлого охра, но полностью заглушит мой добавочный дар. А теперь и невозможно понять, что это было, так как теперь эта способность никогда не проявится. Мне не на что жаловаться — я получил почти полную защиту от магии Онида, как вакцину, так как часть его сущности ещё осталась во мне, но её слишком мало, чтобы она могла меня разрушить. Я действительно получил способности перерожденца — я всех не знаю, но, по-моему, это почти уже неуязвимость, сильная магия и прочее. Мне не на что жаловаться, кроме плохих воспоминаний.

На несколько секунд над друзьями нависла тишина. До Аси доносился смех сокурсников, но это было как будто где-то очень далеко. Асе пришла на ум странная мысль: пока они ведут здесь такой разговор, там, недалеко, их сокурсники продолжают веселиться и даже не подозревают, что пережил Матвей…

— Так вот откуда ты столько знаешь, — сказала Алекс после молчания.

Матвей кивнул.

— Меня заставляли учиться. Я учил книги едва ли не наизусть, самым главным моим учебником была Книга Хаоса. Оттуда бо́льшая часть моих знаний.

— Но почему ты нам не говорил? — нахмурился Дан.

— Я боялся, что вы отвернётесь от меня, как от заразного, — виновато признался Матвей. — Ведь во мне осталась часть Онида. Да и вспоминать про это я не очень люблю.

— Ну ты и дурак всё-таки, — сказала Алекс категорично.

— Почему это я дурак?

— Потому что только дурак может так считать, что из-за тёмного прошлого от него могут отвернуться друзья. А если и отвернутся, то, значит, это были не друзья, а знакомые.

На лице Матвея медленно начала расцветать улыбка.

— Ты права. Но я всё равно боялся… — начал он, но Алекс не стала дослушивать.

— Не бойся больше. Мы-то уж точно тебя не оставим.

— Я думаю иногда, — сказал Матвей, подумав, — вот обычно люди сдруживаются годами, но уж точно не за три месяца. А мы с вами именно так. Не странно ли?

— Может быть, — ответил Дан, — а может быть и нет. Тем более мы не люди. Наши судьбы связываются вообще по-другому. Иногда бывает, что судьбы сплетаются — дружескими узами или любовными — и так остаётся на всю жизнь. Но обычно это происходит быстро, незадолго после начала дружбы или любви.

Алекс, закусив зубами костяшки пальцев, беззвучно расфыркалась.

— Что тут такого? — обиделся Дан.

— Смешно было смотреть, как ты с глубокомысленным видом рассуждаешь про любовь, — сдерживая смех, пояснила Алекс. — Бывают люди, внешность которых не предполагает того, что, например, этот человек будет хихикать или там философски рассуждать. Так и ты, Дан. Чтобы ты, да ещё и в свои пятнадцать лет рассуждал о любви — это… немного странно.

Дан недоверчиво взглянул на Матвея и Асю, сидящих с другой стороны. Матвей сидел с подозрительно серьёзным лицом (так он обычно скрывал смех в неподходящих ситуациях), а Ася спрятала лицо за копной упавших ей на плечи волос, явно скрывая улыбку. Дан поглядел на них несколько секунд — Ася уже подумала, что он вот-вот обидится, но он засмеялся.

Когда смех стих, Дан сказал Матвею:

— А переживать о том, что было, вообще бессмысленно. Как говорит Алекс, говорить не имеет смысла о трёх вещах: что было, чего не было, и что «было бы, если…». Переживать о прошлом бессмысленно потому, что оно уже прошло, и ничего не изменить; говорить о том, чего не было — тем более, потому что в то время и при тех обстоятельствах этого уже не будет. А если говорить о вещах, существующих лишь в сослагательном наклонении, то можно вообще с ума сойти.

— С каких это пор ты её цитируешь? — заинтересовался Матвей.

Глава 12

KEY EX VACUO*

Сегодня у первого курса первым уроком в теории должна была быть алхимия. Но теория и практика, как известно, вещи несовместимые. Вот и сейчас выяснилось, что Камнентона ещё утром вызвал в Поднебесье Старший хранитель Нео́нил. Так как заменить его было некем, Екатерина, как курсовой руководитель, договорилась с Гедеоном и отправила первокурсников на мистику, которая должна была идти последним уроком. Гедеон сам был рад освободиться на час раньше, и вот первому курсу сообщили, что им следует идти на мистику, зато потом её не будет.

Четверо друзей поначалу шли к кабинету Гедеона вместе, но потом Матвей и Дан специально приотстали от девчонок и начали что-то тихо обсуждать, бросая хитрые взгляды то на одну, то на другую. Как только Алекс попыталась приблизиться, чтобы послушать, мальчишки моментально замолкли и уставились на неё в две пары глаз. Тогда Алекс решила идти напролом.

— Что обсуждаете? — улыбнувшись настолько дружелюбно, насколько была способна, спросила она.

— Потом узнаете, — сказал Дан. — Это сюрприз.

Алекс вздохнула. Она успела уже понять, что выведать у мальчишек содержание «сюрприза» можно будет только под пытками.

Гедеон уже ждал их в аудитории, сидя, как и всегда, за роскошным учительским столом из тёмного дерева, отделанного золотом. Вскоре прозвенел звонок, и мужчина, подождав, пока все рассядутся, поздоровался со всем курсом жестом — поднятой вверх ладонью. Почти сразу он сплёл пальцы между собой и начал говорить, даже не потрудившись встать из-за своего стола.

__________

*Ключ от пустоты (лат.)

— Я планировал встретиться с вами сегодня на четвёртом уроке, однако в связи с вынужденной отлучкой Апрола мы с Риной решили перенести урок. Хотя я как собирался, так и изучу с вами новую тему.

Итак, мы с вами говорили, что ду́хи делятся на три основные группы: тёмные, светлые и нейтралы. Сегодня мы с вами познакомимся с новым видом светлых духов. Это ключники.

— Что-то знакомое, — прошептал Матвей. — Кажется, я мимоходом читал об этом.

— В Книге Хаоса? — спросила Ася.

— Скорее всего, — ответил Матвей и замолчал под укоризненным взглядом Гедеона.

— Ключники — это светлые духи, задача которых — хранить ключи от всех реальностей и искажений, что находятся в этом мире и на Эмфере. Наш мир во Вселенной не единственный, но у каждого есть свои ключники. Бермудский остров — тоже пространственное искажение, и ключи от него тоже есть у кого-то из ключников, хотя они по своему созданию вторичны. То есть они появились не вместе с этим миром. Остров создавался руками охров, он, если на то пошло, не естественен. Кто-нибудь, может, знает, как выглядят ключи от реальностей? — спросил он без особой надежды на ответ.

Никто не поднял руку. Даже Матвей молчал. Оглядев класс, Гедеон, не изменившись в лице, продолжил:

— Так вот, ключи от реальностей — это не просто заурядный предмет, который надо куда-то вставлять и как-то проворачивать. Они представляют собой сгусток энергии, заточённый в какой-либо внешней оболочке… что-то вроде силовой сферы. Эта энергия при нарушении целостности оболочки высвобождается, и если это произошло у входа в реальность, проход открывается. Обычно ключники обитают в Междумирье вместе с остальными духами, но они способны ненадолго выходить в наши Средние миры и отдавать дубли ключей тому, кому это необходимо. Тёмным охрам ключи они дают очень редко, только если на то воля судьбы. Они обладают ограниченным даром предвидения, и заранее чувствуют, если кому-то нужен тот или иной ключ.

— А как они определяют, кто из них пойдёт? — спросила Яра. — У них что, существует разделение территории?

— Примерно, — кивнул Гедеон. Пару секунд он рассеянно смотрел на карандашницу справа от него, после чего порывисто наклонился и начал что-то искать в ящиках стола. Одновременно он продолжал: — На чужой участок ключник не пойдёт — не почувствует, поэтому они не путаются.

Ключники внешне напоминают призраков, как и большинство духов, — их тело полупрозрачно, а фигура окутана лунным сиянием. Они бывают как девушками, так и мужчинами. Одно у них общее — одеты они в длинные белые одежды, а на лицо очень красивы. У большинства девушек длинные волосы, но, как и люди, они имеют разную внешность.

Вынырнув из-под стола вместе со стопкой тетрадей (его тёмные волосы после этого стали выглядеть ещё более взлохмаченными, чем обычно), Гедеон взглянул на часы и сказал:

— До звонка осталось ещё очень много времени, я всё вам быстро объяснил. Чем бы вас занять… А, помнится, я хотел провести устный опрос по предыдущей теме. Вот вам десять минут на повторение. Для тех, кто забыл, какой параграф мы проходили, напоминаю, что это «Классификация духов». Давайте, открывайте. Ровно через десять минут я начну спрашивать.

 

***

— Ну и что мы сегодня будем делать? — спросила Алекс, и не удержалась, чтобы не скосить взгляд вправо.

Они отдыхали после тренировок в комнате Дана и Матвея. Справа от полусидевшей Алекс на своей же собственной кровати лежал Дан, с независимым видом читавший учебник по алхимии. Он сердился на Алекс — она не послушалась его, когда он предупредил её на тренировках, что этот лук она может сломать, если будет натягивать тетиву с обычной силой, потому что натяжение у него почему-то сильнее, чем обычно. Она сказала, что всё в порядке, наложила стрелу и стремительно натянула тетиву. В результате деревянный лук треснул и больно ударил Алекс по руке. После этого они с Даном впервые за всё время всерьёз поругались. Дан обвинил её в легкомысленности и в самонадеянности, а она сказала ему, что ему лучше было не лезть в её дело — дескать, предостережение только подстёгивает её сделать всё наперекор. Это вправду было так, но теперь Алекс, остывая, понимала, что её слова прозвучали глупо, а вот Дан был прав. Уязвлённую гордость заменяло чувство вины в том, что она обидела своего друга. Но продолжать эту тему не хотелось.

На соседней кровати Ася читала одолженную у Матвея книгу, оперевшись спиной о подушку. Матвей сидел за столом и тоскливо взирал на тетради, понимая, что эта гора домашки никуда не денется, но пока что он отсрочивал принятие решения как мог. Ни один, ни вторая не предпринимали никаких попыток, чтобы помирить своих друзей. Оба уже зареклись даже не пытаться лезть в дебри отношений Алекс и Дана.

При вопросе, который озвучила Алекс, Дан открыл глаза и рывком сел. Он переглянулся с Матвеем и сказал:

— Я хотел погулять с тобой, Алекс, отдельно. Если, конечно, ты не против, — тон его был немного язвительным. — Матвей хотел идти на Бермудский водопад, а я — на Парящие острова. Компромисса найти как-то не смогли. Решили просто разделиться.

— Ах вот что вы задумали, — натянуто улыбнулась Алекс. — Дан, я не против, не переживай. Вот только не знаю, не откажешься ли ты. А ты что? — обратилась она к Асе.

— Ну… Матвей просил не говорить тебе о том, что он меня уже позвал, — косясь взглядом на друга, произнесла она. — Потому что если бы ты не согласилась, мы бы пошли все вместе. Я тоже думаю, что до Парящих островов лететь долговато, знаешь ли.

— Так вы пойдёте на свои острова? — осторожно спросил Матвей.

Алекс не хотела смотреть на обиженного друга. Впрочем, это был неплохой повод помириться. Да и чувствовать себя в его сильных объятиях было приятно, что уж тут скрывать.

Дан заставил её посмотреть на себя, приподняв её голову за подбородок. Алекс постаралась придать своему взгляду гордое выражение. Лишь один раз взглянув ей в глаза, парень отпустил её голову.

— Пойдём, — вздохнул он. — Я всё-таки отвезу её, хотя и не уверен, что ей это нужно. Она неисправима.

Доверь свою работу ✍️ кандидату наук!
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой



Поиск по сайту:







©2015-2020 mykonspekts.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.