Мои Конспекты
Главная | Обратная связь

...

Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

ВЕТЕР И КАМЕНЬ, ВОДА И ПЛАМЕНЬ





Помощь в ✍️ написании работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой

 

Екатерина продолжила бой, а Матвей тем временем думал, как можно уничтожить часы. Он понимал, что просто обязан это сделать, у Рины нет на это времени, а шансов победить так быстро на самом деле маловато. Вызвать луч солнца, чтобы магия, наложенная ночью, развеялась? Но ведь в Междумирье нет ни дня, ни ночи. Да и солнечный луч вызвать он вряд ли сможет.

Другой вариант — противопоставить мраку его противоположность, то есть свет. То есть сотворить светлые часы? Нет. Нужно рассуждать от способа убийства.

Если выйдёт чёрный луч, как сказал Дормидонт, то его нужно отразить, чтобы он попал в часы и их уничтожил. Зеркало — вот единственный выход. Матвей знал, что Дормидонт не беспокоится на его счёт лишь потому, что думает: у него не хватит сил разрушить чёрную магию. И тёмный, к сожалению, прав: где же взять силы, чтобы осуществить задуманное?

Так, если самой по себе энергии здесь нет, может… её излучают предметы? Ведь, допустим, цепей здесь не было. Матвей крепко зажмурился и попытался определить магическую природу металла. В данный момент это было проще всего, так как существовал контакт с его кожей. Пусть на совсем небольшой площади, но всё же.

Да! Матвею удалось почувствовать слабую энергию, исходящую от цепи. Пусть её мало, но, кажется, хватит, если собирать до самого последнего момента, оставив пару десятков секунд на сотворение зеркала. Запасать силы Матвей начал уже сейчас и взглянул на часы. Время ещё было, целых семь минут. Вполне достаточно.

Все эти семь минут он копил энергию до последнего и всё боялся пропустить подходящий момент. Наконец, когда до исхода времени осталось меньше минуты, парень взмахнул рукой. Напротив часов появился плоский сгусток золотой пыли. Создавалось впечатление, будто эта пыль обволакивала небольшой щит. Матвей сделал пальцами короткое движение, и большая часть пыли опала, остался лишь тонкий слой, из-за чего образовавшееся зеркало ярко блестело.

Время истекло. Дормидонт с торжеством взглянул на часы, никак не думая увидеть зеркало. Он-то был уверен, что Матвей не сможет сотворить какую бы то ни было магию. Охр хотел разрушить зеркало, но было уже поздно. Чёрный луч собрался из ничего в центре часов, материализовался и ударил точно в центр зеркала. Зеркало издало звук, похожий на гудение, когда ударяют в гонг. Луч отразился и ударил обратно в часы, взорвав их. В воздухе осталось одинокое зеркало.

Дормидонт потрясённо посмотрел на Матвея, но… ничего делать не стал. Он повернулся обратно и увидел, как Екатерина, приблизившаяся к нему, выставила вперёд меч. Остриё касалось груди Дормидонта напротив сердца. Мужчина вздохнул.

— Пожалуйста… сделай это быстро.

Дормидонт закрыл глаза. В следующую секунду его насквозь пронзил меч Екатерины.

— Знаешь, а мне его даже жалко, — поделился Матвей, когда Екатерина снимала цепи с его руки. — У него вид человека, который так давно падает, что уже не верит, что когда-либо достигнет дна…

… Дверь последнего зала открылась. Дан подскочил.

— Всё закончилось, — объявил Матвей радостно.

 

***

Дан, не помня себя от счастья, что Алекс наконец будет исцелена, подхватил её на руки и вошёл в дверь, открытую Матвеем. Он поднял голову и внимательно осмотрел зал, который видел впервые.

— Эй, ты чего там застрял? — позвал его Матвей.

А сам осёкся, вспомнив про Асю. Он с неловкостью понял, что, в общем-то, вспомнил о ней только сейчас, когда бой закончился. Раньше он слишком сильно переживал, наблюдая за сражением Екатерины и Дормидонта, забыл о том, что душа Аси может так и остаться в Междумирье под влиянием наложенного Дормидонтом заклятия.

Екатерина поднялась с корточек. Она забирала меч и браслет Дормидонта — обычные военные трофеи для охров. Тогда, когда она дралась с Дормидонтом на первой, такой уже давней дуэли, она не забрала у него ни его клинок с волнистым лезвием, ни его чёрный браслет, который он обычно прятал под перчаткой. Но сейчас охр был мёртв, а клинок, как считала мечница, не должен оставаться без хозяина, это может послужить причиной всяких аномалий.

Екатерина, увидев, как подошёл Дан, произнесла:

— Иди сюда, положи её здесь. Матвей, принеси, пожалуйста, чашу, но смотри не обожгись о пламя! Это будет очень больно.

Матвей осторожно прокрался к центру спирали и взял в руки золотую чашу, оказавшуюся неожиданно тяжёлой. Он отдал чашу Екатерине, понимая, что она знает, как нужно соединить браслет и кристалл Воздуха. Получив артефакт, девушка вытянула из пасти обвивающей чашу змеи браслет Алекс и осторожно вытащила из специального углубления кристалл Воздуха. Потом бережно положила браслетный камень на кристалл, чуть придавив его пальцем. Кристалл ослепительно сверкнул, а в следующую секунду браслетный камень был уже плотно прикреплён к нему в знак того, что артефакт признал нового хозяина.

Екатерина положила браслет на шею Алекс.

— И всё? — удивился Дан.

— Всё, — подтвердила мечница. — Должен быть лишь контакт с участком кожи. Сейчас кристалл исцелит её.

Словно дожидаясь этих самых слов, неведомая сила подняла тело Алекс в воздух. Фигура раненой окуталась ярким свечением. Яркая вспышка едва не ослепила всех присутствующих; вокруг девочки образовалось что-то похожее на воздушную воронку фиолетово-голубого оттенка. В ней будто растворилась кровь Алекс, покрывавшая броню, разрубленная броня на глазах восстанавливала свою целостность.

Дан стоял и смотрел, не помня себя от радости. Алекс медленно отпустило обратно на землю, сияние, окутывавшее её, погасло. Парень бросился к ней. Дыхание было ровным и размеренным: она спала.

— Она проснётся минут через пятнадцать, не больше, — донёсся до него тихий голос Рины. — Организму требуются силы, и пока они не восстановятся, она не проснётся. На это нужно совсем немного времени. Кстати, дай сюда руку, пора тебе тоже свой кристалл получить.

Дан протянул правую руку. Екатерина подложила каплевидный кристалл воды под браслетный камень Дана. Спустя пару секунд его подняло в воздух — точно так же, как Алекс. Своего нового повелителя обнимали струи воды, вокруг него плясали маленькие и потрясающе большие капельки. Дан с удивлением смотрел на это зрелище. Он ожидал, что в конце волшебного ритуала он просто мешком упадёт на землю, и приготовился к удару, но его неожиданно мягко опустило туда же, где он и стоял.

Повинуясь внезапному желанию, он сел на корточки рядом с Алекс. Внимательно всмотрелся в её лицо, наклонился и мягко поцеловал в лоб, а потом в губы. Потом обернулся.

— Не говорите ей, — попросил он удивлённых Рину и Матвея. — Я сам скажу. Если будет нужно.

Вслед за Даном кристалл получил Матвей. Последний камень, содержащий в себе силу Огня, остался без хозяйки. Вынимать его из ячейки Екатерина не стала.

— Я видела, что у Аси неестественно изогнуто крыло. Она сломала его, да?

— Да, когда метнула силовую сферу… — выдавил Матвей. На него нахлынуло давящее чувство вины. — Я расскажу всё с самого начала.

Екатерина, а вместе с ней и Дан внимательно слушали рассказ Матвея о событиях, происходивших в Пещере недавно, когда в последнем зале были только Ася, Матвей и Дормидонт.

— Вот… получается, её душа сейчас переносится в Междумирье… Кстати, а не является ли это смертью? — с ужасом поднял голову Матвей. — Ведь смерть — это, насколько я помню, когда душа отделяется от тела…

— В данном случае — нет, это не смерть. Это лишь расщеп. Ну, обычно мы пользуемся этим словом для обозначения происходящего, например, когда какая-то часть тела в результате действия тёмной магии отрывается от тела. Но в данном случае это можно назвать именно так. Тело и душа по-прежнему связаны, но отделены друг от друга; при смерти они разрываются насовсем. И я боюсь, что душа Аси уже оторвалась и осталась в Междумирье, — добавила в конце Екатерина, подумав. — Пойдём, посмотрим. Возьми пока чашу.

Девушка прошагала к своей племяннице, лежащей на полу там, где Матвей её оставил. Она дышала, но лицо было бледным и без признаков жизни. Странно, но браслетный камень её тоже погас.

— Что значит то, что погас камень? — спросил Матвей.

— А то и значит, что душа покинула тело. Всегда, когда умирает охр — любой, светлый ли, тёмный — браслетный камень гаснет.

— Это значит…

— Да ничего это не значит! — рассердилась Екатерина. — Смерть — когда душа отделяется, правильно, сейчас она отделилась, вот камень и погас! Но ты что, не слышишь, как она дышит? Её тело живо, но как бы отдельно!

Помедлив, она мрачно пробормотала:

— Что только подтверждает мои догадки.

— Какие? — с подозрением спросил Дан.

— О том, что нам придётся отправиться за душой и телом Аси в Междумирье. Тело притянется к душе, и они воссоединятся здесь... то есть не совсем здесь. Никто не знает, куда попала её душа и куда забредёт она после, но тело попадёт туда тоже. И тогда Ася вновь станет полностью живым человеком. Только, увы, затерянным в Междумирье. Беда в том, что здесь есть разные секторы, и в большинстве из них обитают ужаснее монстры, с которыми не каждый охр справится даже при наличии кристалла стихии. По сравнению с некоторыми монстрами адский змей, которого вам довелось увидеть на озере Вальтерро, — ещё милашка.

Дан вспомнил чудовище, которое «подожгла» своей глазомагией Ася. Да, если уж змей — милашка, то какими же должны быть эти самые монстры…

— Когда мы отправимся?

— Я же говорю: когда тело перенесётся, — получил Дан слегка сердитый ответ. — Сейчас вы душу всё равно не найдёте, живые неспособны видеть чистые души — если, конечно, это не дух. Вам будет проще найти Асю, вы сможете почувствовать её с помощью связи между стихиями. Я сейчас отдам ей огненный кристалл.

Екатерина вытащила из чаши последний элемент единого целого — камень Огня и так же положила под браслетный камень девочки. Такой же вихрь, как у остальных, только огненный, окружил Асю, но было одно различие: даже магия стихий не смогла вернуть душу девочки. Её тело опустилось на землю, а браслетный камень как был погасшим, так и остался.

— Всё. Больше мы не сможем ей ничем помочь. Тогда, когда тело начнёт окутываться серебряным сиянием, я дам вам знать.

Матвей стоял и просто смотрел. Мыслей в его голове почти не было, кроме одной: я виноват. Вдруг какой-то слабый звук привлёк его внимание. Он повернул голову. Оказывается, это вздохнула очнувшаяся Алекс, на данный момент державшаяся рукой за голову.

Она выглядела заспавшейся и сонной. Как только она поднялась на ноги, держась на них со сна не очень твёрдо, Дан подскочил к ней и обнял. С трудом сфокусировав взгляд и определив, кто же, собственно, сейчас сжимает её в своих объятиях, Алекс пробормотала:

— А-а, это ты… Пусти. У меня жутко болит голова.

Дан отстранился и счастливо улыбнулся.

— Я хотел извиниться.

— За что?

— За всё. И за то, что не успел, и за то, что тебя обидел.

Алекс наморщила лоб, вспоминая.

— А-а, ты об этом… Ну ты же того чувака вроде убил. А я была сама виновата, что отвлеклась… А что касается тех твоих слов — извинения приняты.

Алекс обернулась и осмотрелась. Нахмурилась.

— Кто-нибудь мне объяснит, что здесь происходит с того момента, как меня ударили мечом?

— Давай, Матвей, ты больше видел, — попросил Дан.

Матвей поднял голову. До этого он лишь раз оглянулся на Алекс, чтобы убедиться, что с ней всё в порядке.

Меньше всего он хотел опять пересказывать всё увиденное им, но он успел уже выучить в резиденции мрака, что есть «хочу», а есть «надо». Иногда ему казалось, что ни одно его желание он не сможет материализовать — потому что слишком хорошо понимает, что такое «нельзя». Его учили подавлять свою волю — и он научился это делать лучше кого бы то ни было. Какое-то довольно долгое время он вообще боялся чего-либо хотеть, чтобы не пришлось отказываться потом. И лишь в Центре он начал позволять себе чувствовать хоть что-то. Сейчас он уже понимал, что Радий, его первый наставник, был прав.

И сейчас Матвей привычно подавил свои чувства.

Алекс внимательно слушала его рассказ, не перебивая его, но не пропуская ни одной детали. Даже в самом начале, когда Матвей рассказал о том, что меч был отравлен, она не издала ни звука, лишь чуть плотнее сжала зубы. Когда Матвей закончил, она, всё так же молча, подошла к Асе и взглянула ей в лицо.

— И я чувствую себя виноватым в её расщепе, — вырвалось у Матвея. — Ведь я даже не попытался сделать хоть что-то!

— Всё будет хорошо, — ответила Алекс. — Ведь у тебя будет шанс всё исправить. Мы отправимся в Междумирье и вернём Асю. Все вместе отправимся и все вместе вернём.

Матвей усмехнулся. Кажется, ему не очень-то стало легче, что в какой-то степени рассердило Алекс.

— Ты понимаешь, что ты вымотаешься к моменту, когда мы отправимся? Загрызёшь себя! Так нельзя! — Алекс глубоко вздохнула и заговорила уже спокойно. — Ну и что, что ты сейчас замучаешься от собственной сложности? Что ты сможешь изменить? Нельзя жить мыслями в прошлом! Ты просто в один прекрасный день сойдёшь с ума — а мы без тебя как?.. — Алекс подошла к другу, стоявшему с очень несчастным видом. — Успокойся, Матвей! Успокойся. Я знаю, что ты сразу простить себя не сможешь, но утешься хотя бы тем, мы не позволим ей умереть. Лично я сделаю всё, чтобы вытянуть её оттуда, только потому что она отправилась сюда ради меня. Сохрани хотя бы силы. Ты слишком хороший боец для того, чтобы страдать.

Матвей поднял голову. Всё же какое-то впечатление речь Алекс на него произвела. Но он по поводу этого ничего не сказал, как не признался и в том, что легче ему всё-таки стало. Он вновь подавил все свои переживания и сдержанно произнёс:

— Давайте уже выбираться отсюда.

 

***

Путь обратно оказался нежданно лёгким. Никаких стен на пути не возникало. Матвей нёс бесчувственную Асю на руках. Все вместе они вернулись к первому залу — тому, где встретились Ася, Дан, Алекс и Матвей после того, как победили двойников. Теперь ответвлений в отдельные комнаты уже не было, зато в центре комнаты появился рунный круг. Он оказался достаточно большим, чтобы все пятеро (если считать Асю) смогли в нём поместиться. Спустя пару секунд руны ярко зажглись алым.

— Наберите побольше воздуха в грудь, скорее всего, мы материализуемся под водой. Матвей, ты удержишь её? — Екатерина кивнула на тело Аси.

— Да, конечно. — Перерождённый на всякий случай материализовал крылья, на которых должно было ещё держаться водоотталкивающее заклинание. Все заметили, что они у него изменились — увеличились в размерах, стали зеленовато-голубыми, и светились зелёным электрическим светом. Какие-то золотые пластины охватывали основание каждого крыла; на сгибе появилось по чудом крепящемуся яркому изумруду. Сам Матвей, заметив эту перемену, кажется, не очень удивился. А может, за этот вечер он уже разучился удивляться.

— Это из-за кристалла, наверно, — пояснил он всем остальным.

Спустя секунду они материализовались под водой, на пятиметровой глубине. К счастью, они были к этому готовы, и поэтому выплыли быстро. А потом встал вопрос: как добираться до острова? Ведь всем вместе лететь непросто, Матвей вообще Асю на руках держит, да и не все могут материализовать крылья в воде.

— Думаю, в этом нам поможет Дан, — улыбнулась Екатерина. Тот недоумённо посмотрел на неё.

— Каким образом?

— Твой дар — магия воды, а значит, твои крылья могут её не бояться. Взлети, а потом сотвори линзу, чтобы мы все смогли на ней полететь.

— А, ну да, — пробормотал Дан и тут же под водой материализовал крылья, вызвав сильные брызги, которые попали в лицо остальным.

Когда они протёрли глаза от воды, то увидели, что крылья Дана изменились, также став больше и как будто прозрачнее. Ещё они светились голубоватым светом. И на них, как и у Матвея, появились золотые пластинки и голубые камни.

Дан взмахнул рукой, и под его ногами появилась большая, около пяти метров в диаметре, линза. Он усилием воли опустил её ближе к воде, чтобы другим было проще забраться на неё. Сперва он взял тело Аси с рук Матвея и положил на линзу, чтобы его другу было легче забраться. Потом он помог остальным.

Управляемая волей Дана, магическая линза понесла всех к суше. Ещё издали вдруг стало видно, что по острову прошла довольно глубокая трещина. Когда они подлетели ближе, то заметили на берегу фигуру человека в длинной мантии.

Это оказался Камнентон. Дан вопросительно попросил на Екатерину.

— Снижайся, — приказала она, с тревогой глядя на трещину, прошедшую по острову.

— А из-за чего…

— Я не знаю точно, — отрезала Екатерина. — Апрол должен сказать.

По повелению Дана линза опустилась к самой земле, и после того, как все спрыгнули с неё, полухранитель заставил её исчезнуть. Матвей по-прежнему держал Асю на руках.

— Здравствуйте, — поздоровался он с директором, заметив, как тот внимательно смотрит на него.

— Объясни, что случилось, — попросил Камнентон.

— Я… — замялся Матвей. Директор продолжал внимательно смотреть ему в глаза, чуть наклонив голову. — В общем… — Матвей выдохнул и выдал всё, что произошло. Иногда ему помогал рассказывать кто-то из друзей или Екатерина, вспоминая новые факты.

Камнентон выслушал всю историю. Матвей ждал упрёка, вопросов, зачем они вообще туда полезли. Даже Екатерина напряглась. Но охр поначалу ничего не сказал, а потом, подумав, всё-таки произнёс задумчиво:

— Сейчас мы Асе ничем помочь не можем. Потом, я так понимаю, вы захотите отправиться за ней? Я не буду запрещать. Пусть это будет вашим испытанием. А сейчас я могу только положить её тело в специальную капсулу.

— А можно сделать так, чтобы эта капсула хранилась у меня в личном кабинете? — быстро спросила Екатерина. Камнентон поднял на неё глаза.

— Посмотрим, — пожал плечами он.

Матвей думал: спросить про трещину самому или Камнентон сам скажет? Очевидно, эта мысль отразилась на его лице. Директор Тренировочного Центра произнёс:

— Видимо, из-за всех выбросов энергии в Междумирье, особенно тех, что произвели сферы огня и воздуха, эта трещина и прошла по острову. Пещера оказалась совсем рядом с нами в пространстве. Я так думаю: сфера Аси начала дело, а сфера Алекс довершила начатое. Из-за этой трещины я буду вынужден отправить всех учеников домой, на Землю. А мы с преподавателями будем думать, как её залатать.

— И когда нам придётся отправиться? — разочарованно спросила Алекс, которой, как все знали, полюбилась жизнь на острове.

— Скорее всего, завтра, — отрезал Камнентон. — Сейчас лететь смысла нет, потому что нет возможности сделать объявление об отправке по домам. Конечно, взрывы разбудили много народу, но не всех.

 

***

Этот рассвет Матвей мог бы встретить с друзьями, а мог не встречать. Он думал в честь победы пригласить их всех, чтобы увидеть поднимающееся солнце — по слухам, это зрелище было прекрасно. Но он решил встречать его один, так как не считал то, чем всё закончилось, полной победой. Тело Аси забрал Камнентон, пообещав установить капсулу в комнате Рины, заявившей, что так ей будет спокойнее.

Матвей положил скайфон прямо под подушку, зная, что Дана сигнал не разбудит, а вот его самого очень даже. Он поставил будильник на самое утро. Он хотел встреть этот рассвет, потому что думал воспользоваться энергией восходящего солнца, вернее, огромного сгустка энергии, заменяющего его здесь.

В нужное время Матвей с успехом проснулся, и, стараясь двигаться потише, открыл окно и выпрыгнул из него, материализуя на ходу крылья. Чуть прикрыв за собой окно, он полетел на восток, минуя все достопримечательности Бермудского острова. Он чувствовал только волнение. То, что он собирался сделать, должно было остаться на острове навсегда.

А вот и край острова, Солнечная река. Матвей спустился. Он прилетел как раз вовремя: первые лучи восходящего солнца едва начинали касаться воды и берега. Матвей хотел бы, чтобы они были обжигающими, чтобы они выжгли из его души все переживания и мучения, выжгли из головы все мысли, оставив лишь пустоту. Но на рассвете лучи никогда не бывают горячими. Но даже самый горячий свет не смог бы сделать того, в чём нуждался Матвей.

В лицо Перерождённому подул ветер, и он закрыл глаза, раскинув руки в стороны, вспоминая «Титаник». Вот только где гарантия, что всё не погибнет, как тот корабль? Что он не потеряется своих друзей в грядущем путешествии?..

Этот рассвет он мог бы встретить с Асей, а мог бы не встречать вообще. Меньше всего он ожидал такого исхода событий. Оставленный один на один со своей болью, с чувством вины на сердце, давящим подобно густому мраку, в котором он задыхался…

Ветер продолжал дуть, но Матвей вопреки ему раскрыл свои ярко-зелёные глаза. Сразу же выступили слёзы.

У светлых охров есть одна особенность: они могут смотреть на любой свет, даже на солнце, не щурясь. И вот чудо: Матвею показалось, что в первом свете, который дарит раскалённый шар новому дню, он видит фигуру Аси. Видение длилось не больше секунды, но этого хватило, чтобы Матвей наконец решился сделать то, за чем пришёл. Он закрыл глаза, повёл руками, призвав на помощь все силы, что ему даны, и перевёл энергию солнца в нужную ему. На песке вокруг него стала появляться надпись, повинуясь мысли.

Закончив своё дело, Матвей открыл глаза. На песке красовались ярко-зелёные светящиеся буквы. «Я всегда буду охранять тебя». С течением секунд слова стали меркнуть. Скоро они станут невидимы, и проявятся вновь лишь на следующем рассвете.

Он покажет эту запись Асе, если будет суждено. Если нет — что ж, значит, её увидит кто-то другой. Но его магический почерк останется. Он ведь использовал силу Земли, а значит, она всегда будет хранить этот рисунок на своём теле.

Это рассвет он мог встретить с нею, а мог не встречать вообще. Но он встретил его один, с тяжёлым, как камень, чувством вины на сердце. И всё же сбылось его желание: ветер облегчил его долю, выветрив из его головы какую-то часть переживаний. Матвей лёг на песок и вскоре задремал, освобождаясь от мыслей хотя бы во сне.

 

КОНЕЦ ПЕРВОЙ КНИГИ

 

 

Доверь свою работу ✍️ кандидату наук!
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой



Поиск по сайту:







©2015-2020 mykonspekts.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.