Мои Конспекты
Главная | Обратная связь


Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Нарративные и описательные тексты



Классическое определение нарративности не только ограничивает ее словесным творчеством, но и включает в область нарратива лишь про­изведения, обладающие опосредующим нарратором, игнорируя лириче­ские и драматические тексты. Структуралистское определение вклю­чает в область нарратологии произведения всех видов (не только сло­весные), излагающие тем или иным образом историю, и исключает все описательные произведения. С этой точки зрения нарративными явля­ются не только роман, повесть и рассказ, но также и пьеса, кино­фильм, балет, пантомима, картина, скульптура и т. д., поскольку изо­бражаемое в них обладает временной структурой и содержит некое из­менение ситуации. Из области нарративности исключены, следователь­но, все произведения, в которых описывается преимущественно стати­ческое состояние, рисуется картина, дается портрет, подытоживаются повторяющиеся, циклические процессы15, изображается социальная среда или классифицируется естественное или социальное явление по

типам, классам и т. п.

Границы между нарративными и описательными произведениями, разумеется, не всегда четки. Каждый нарратив по необходимости со­держит описательные элементы, придающие произведению определен­ную статичность. Уже изображение ситуаций, исходной и конечной, действующих лиц и самих действий не обходится без введения описа­тельного материала. С другой стороны, в описательные произведения могут — в целях наглядной иллюстрации данной ситуации — входить динамические элементы, событийные структуры.

Среди нарративных, по классическому определению, жанров силь­ным тяготением к описательности отличается очерк. Примером не­нарративного, в структуралистском смысле, описания и классифициро­вания может служить очерк Д. В. Григоровича «Петербургские шар­манщики», включенный Н. А. Некрасовым в сборник «Физиология Пе­тербурга». Классифицирующий характер этого очерка явствует уже из названий глав: «Разряды шарманщиков», «Итальянские шарманщи­ки», «Русские и немецкие шарманщики», «Уличный гаер», «Публика шарманщиков». Не все напечатанное в этом сборнике является описа-

15 В итеративных действиях степень событийности излагаемых изменений сни­жается в силу их повторяемости.

тельным. В некоторых произведениях появляются нарративные струк­туры, по крайней мере в зачаточном виде, как только в текст вводится временное измерение и раннее состояние сравнивается с более позд­ним.

Решающим для описательного или нарративного характера произ­ведения является не количество содержащихся в нем статических или динамических элементов, а их итоговая функция. Но функциональ­ность произведения может быть смешанной. В большинстве случаев доминирует та или иная основная функция. Эта доминантность воспри­нимается читателями не всегда одинаковым образом.

Томашевский, у которого для «фабулы», как мы видели, необходи­ма не только временная, но и причинная связь элементов, к «бесфа­бульному повествованию» относит и путешествие, «если оно повест­вует только о виденном, а не о личных приключениях путешествую­щего» (1925, 136). Но и без прямой тематизации внутреннего состоя­ния путешествующего изменение ситуации может быть изображено, путешествие может приобрести нарративный характер и в самом отбо­ре увиденного может быть выражено внутреннее изменение видяще­го.

Образование нарративных структур на основе описания можно на­блюдать, например, в текстах Андрея Битова. Если в рассказах сборни­ка «Дни человека» жизнь запечатлевается в моментальных снимках, самих по себе малособытийных, то в чисто описательных на первый взгляд текстах, объединенных в сборнике «Семь путешествий», по­вествуется о воспитании чувств и понятий, о созревании души, очерчи­ваются пунктиром ментальные события (Шмид 1991а).

Вообще можно полагать, что описательные тексты имеют тенден­цию к нарративности по мере выявленности в них опосредующей ин­станции. Разумеется, это нарративность, характеризующая не описы­ваемое, а описующего и его акт описывания. Повествуемая здесь исто­рия является историей не диегетической (т. е. относящейся к повест­вуемому миру), а экзегетической (т. е. относящейся к акту повество­вания или описания), излагающей изменения в сознания опосредующей инстанции.

Как было упомянуто выше, предлагаемая в настоящей книге тео­рия основывается на концепции нарративности как событийности. Тем не менее эта теория приложима к различным текстам, соответствую-

щим как классическому, так и и структуралистскому понятию нарра­тивности, т. е. объектом исследования будут словесные тексты, изла­гающие историю и в той или иной мере обладающие опосредующей ин­станцией нарратора. В следующей схеме16 указаны предметы наррато­логии в структуралистском смысле (полужирная и двойная рамки) и множество текстов, на котором сосредоточена настоящая книга (двой­ная рамка):

16 Эта схема является модификацией известной модели Сеймора Чэтмана (1990, 115), где нарратив подразделяется на «диегетические» (telling) и «миметиче­ские» (showing) тексты соответственно теории Платона, различающего «диегесис» (собственно повествование поэта) и «мимесис» (подражание речам героев); о пла­тоновской дихотомии см. ниже, гл. V.

Фикциональность




Поиск по сайту:







©2015-2020 mykonspekts.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.