Мои Конспекты
Главная | Обратная связь


Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Неудобство ясного мышления 1 страница



Если рассмотреть прагматические следствия пред­сказания директора, то можно сделать два удивитель­ных вывода. Первый заключается в том, что для того чтобы подтвердилось предсказание, содержащееся в объявлении директора, оно нуждается в противопо-

 

 

-230-


ГЛАВА В. ПАРАДОКСАЛЬНАЯ КОММУНИКАЦИИ

ложном заключении, к которому пришли его ученики (т. е. то, что экзамен логически невозможен), только для того, чтобы ситуация, существующая в его пред­сказании неожиданного экзамена, могла бы подтвер­диться. Но это все равно, что сказать, что дилемма могла возникнуть только благодаря искушенности уче­ников. Если их умы были бы не такими острыми, они возможно не заметили бы коварной сложности про­блемы; они возможно ожидали бы экзамен как нео­жиданное событие и, таким образом, представили бы директора в абсурдном свете. Но так как они — сами пришли к тому, что неожиданное должно быть ожида­емым, никакой экзамен в промежутке между понедель­ником и пятницей не был бы для них неожиданным. Но так ли это будет, если искаженная логика сделает их точку зрения более реалистичной? Нет причины для того, чтобы не провести экзамен неожиданно в любой день недели, и только софистика студентов не замети­ла этот несомненный факт.

В психотерапевтической работе с интеллигентны­ми больными шизофренией снова и снова возникает соблазн прийти к мысли, что им было бы намного лучше и они были бы более «нормальными», если бы они могли бы каким-то образом притупить остроту своего мышления и, таким образом, уменьшить пара­лизующий эффект, который оно оказывает на их по­ступки. Их образ мышления отличается от мышления героя Достоевского из повести «Записки из подполья», который объясняет:

Клянусь вам, господа, что слишком сознавать — это болезнь, настоящая, полная болезнь...'

И далее:

...инерция задавила. Ведь прямой, законный, не­посредственный плод сознания — это инерция, т. с.

'Достоевский Ф. М. Собрание сочинений: В 10 т. М, 1956. Т. 4. Стр. 136.

 

-231-


ПРАГМАТИКА ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ КОММУНИКАЦИЙ

сознательное сложа-руко-сиденье. Я уже упоминал об этом выше.Повторяю, усиленно повторяю: все непо­средственныелюди и деятели потому и деятельны, что они тупы и ограничены, как это объяснить? А пот как: они вследствие своей ограниченности ближайшие и второстепенные причины за первоначальные прини­мают, таким образом скорее и легче других убеждают­ся, что непреложное основаниесвоему делу нашли, ну и успокаиваются; а ведь это главное. Ведь чтоб на­чать действовать, нужно быть совершенно успокоен­ным предварительно и чтоб сомнений уже никаких не оставалось. Ну а как я, например, себя успокою? где у меня первоначальные причины, на которые я упрусь, где основания? Откуда я их возьму? Я упражняюсь в мышлении, а следственно, у меня всякая первоначаль­ная причина тотчас же тащит за собою другую, еще первоначальнее, и так далее в бесконечность — такова именно сущность всякого сознания и мышления*.

Сравните с «Гамлетом»:

...То ли это

Забвенье скотское, иль жалкий навык Раздумывать чрезмерно об исходе, — Мысль, где на долю мудрости всегда Три доли трусости, — я сам не знаю, Зачем живу, твердя: «Так надо сделать», Раз есть причина, воля, мощь и средства, Чтоб это сделать".

Если, как мы видели в 6.435, двойная ловушка определяет внушенное поведение, сходное с паранои­дальной, гебефренической и кататонической подгруп­пами шизофрении, то возможно парадоксальные пред­сказания относятся к поведению, вызывающему типич­ную инерцию и абулию в случае простой шизофрении.

6.443.Неудобство доверия.Но второй вывод, сам по себе впечатляет и смущает гораздо больше, нежели эта

' Там же стр. 145—146.

" Шекспир У. Собрание сочинений: В 8 т. М., Искусство. Т. 8. 1960. Стр. ПО.

 

 

-232-


ГЛАВА G. ПАРАДОКСАЛЬНАЯ КОММУНИКАЦИЯ

очевидная апология* нечеткому мышлению. Дилемма равно также невозможна, если ученики не доверяют директору полностью. Их безупречная логика основа­на и терпит неудачу на предположении, что директору можно и нужно доверять. Любое сомнение в его чест­ности не позволяет разрешить парадокс логически, но определенно разрешает его прагматически. Если ему нельзя доверять, тогда нет оснований относиться к его объявлению серьезно, и лучшее, что могут сделать уче­ники в этой ситуации, это ожидатьэкзамена в любое время с понедельника по пятницу. (Это значит, что они приняли только часть объявления, т. е. на уровне -объекта языка — содержания, например, «На следую­щей недели будет экзамен», и игнорируют метакомму-никационный аспект, связанный с его предсказуемос­тью.) Поэтому мы приходим к заключению, что не только логическое мышление, но также и доверие де­лает подобного рода парадоксы уязвимыми.

6.444. Неспособность принимать решения.Может по­казаться, что в реальной жизни такиепарадоксы ред­ки. Однако этот аргумент не подтверждается фактами из области шизофренической коммуникации. Челове­ка с диагнозом «шизофрения» можно представить как играющего роль учеников и директора одновременно. Как ученики, он оказывается перед дилеммой логики и доверия, но в большой степени он играет роль ди­ректора, и подобно последнему вовлечен в нерешае-мые коммуникационные сообщения. Нерлич (Neriich), не осознавая насколько заключительные замечания его работы соответствуют предмету нашего исследования, прекрасно суммировал положение дел следующим об­разом: «Один из способов ничего не говорить — это противоречить себе. И если вы ухитряетесь противо­речить себе, говоря что вы ничего не говорите, тогда

* Греч, «apologia» — защита кого-либо или чего-либо, часто предвзятаяоценка, заступничество, восхваление.Прим. ред.

-233-


ПРАГМАТИКА ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ КОММУНИКАЦИИ

вы себе вообще не противоречите и можете съесть одно пирожное дважды (111, р. 513).

Если, как постулировано в 2.23 и 3.2, больной шизофренией попытается не общаться, тогда «реше­нием» этой дилеммы является использование нереша-емых сообщений, которые сами по себе не сообщают ничего.

6.445. Примеры повседневной жизни. Нои вне области шизофренической коммуникации парадоксальные предсказания разрушают человеческие взаимоотноше­ния, Это происходит, например, в случае, когда некто Р, которому всецело доверяет О, угрожает что-то сде­лать О, если тот поведет себя по отношению к Р не­корректно.

Следующий пример проиллюстрирует эту инте­ракцию.

Супружеская пара нуждается в психотерапевти­ческой помощи, потому что жена патологически рев­нива, что делает жизнь каждого из них невыносимой. В свою очередь, муж — исключительный, жесткий мо­ралист, очень гордится своим аскетизмом и жизнен­ным кредо: «На протяжении всей своей жизни я ни­когда не давал повода сомневаться в моих словах». Жена, как правило, принимает комплиментарную ве­домую позицию, и только в одной области — само­стоятельна: она наотрез не желает отказываться от вы­пивки перед обедом, привычка, которая ему — трез­веннику отвратительна и которая была причиной бес­конечных раздоров фактически с начала их семейной жизни. Дна года тому назад, он в ярости сказал ей: «Если не справишься со своим пороком, то у меня по­явиться один из моих», добавив, что он встречается с другими женщинами. Это не принесло каких-либо из­менений о паттерне их взаимоотношений, и несколь­ко месяцев до посещения терапевта, муж решил по­зволять ей выпивать ради спокойствия в доме. В то же самое время вспыхнула ее ревность, разумное объяс­нение которой в следующем: он абсолютно заслужи­вает доверие, поэтому он должен выполнить свою уг­розу и быть неверным, т. е. не заслуживающим доверие.

 

 

-234-


ГЛАВА 6. ПАРАДОКСАЛЬНАЯ КОММУНИКАЦИЯ

С другой стороны, муж, очевидно, пойманный в сети скоего парадоксального предсказания, не смог пере­убедить се в том, что его угроза была импульсивной и не должна восприниматься всерьез. Оба понимают, что попались весть, сплетенную ими самими, но не ви­дят пути выхода из нее.

Структура угрозы мужа идентична объявлению директора. С его точки зрения он говорит:

(1) я абсолютно заслуживаю доверие;

(2)теперь я накажу тебя, будучи ненадежным (невер-

ным, лживым);

(3) следовательно, я собираюсь оставаться заслужива-

ющим у тебя доверия, будучи не заслуживающим доверия, поэтому если я сейчас не нарушу твоего доверия в моей верности, я больше никогда не буду заслуживать доверие.

С семантической точки зрения парадокс возника­ет из двух различных смыслов «заслуживающий дове­рие». В (1) понятие используется в метаязыке, чтобы обозначить свойство всех его действий, обещаний и ус­тановок. В (2) используется объект языка и угроза суп­ружеской неверности. Аналогично используется два раза слово «ожидаемый» вобъявлении директора. Все его предсказания вполне ожидаемы. Другими словами, ожи-даемость -- это общее свойство, определяющее класс предсказаний. Таким образом, если ожидасмость одно­го члена этого класса — т. е. одно особое предсказание — отрицается, то ожидаемость совсем другого — т. с. более низкого — логического типа, чем ожидаемость, кото-рос является свойством класса, обозначается одним и тем же понятием. С прагматической точки зрения, объяв­ления как мужа, так и директора создают несостоятель­ные контексты.

6.446. Доверие — дилемма узника.В человеческих вза­имоотношениях, все предсказания, тем или иным об­разом, связаны с доверием. Если человек Р вручает другому О личный чек, вопрос, является ли этот чек действительным, остается неясным для О вданный момент из-за отсутствия необходимой информации.

 

-235-


ПРАГМАТИКА ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ КОММУНИКАЦИЙ

В этом смысле позиции Р и О совершенно различны. Р знает о своем чеке все, О может либо доверять, либо не доверять ему, и он не узнает о нем ничего, пока не обратится с чеком в банк. С этого момента его доверие или недоверие превратится в уверенность, которой Р обладал с самого начала*.

В природе человеческой коммуникации нет спо­соба сделать другого обладателем информации или восприятия, доступных исключительно тебе. Другой может в лучшем случае доверять или не доверять, но он может никогда и не узнать. С другой стороны, че­ловеческая активность была бы фактически парализо­вана, если бы на людей влияла бы только информа­ция или восприятие из первых рук. Значительное боль­шинство всех решений основано на доверии одного или иного рода. Таким образом, доверие всегда связа­но с дальнейшими результатами, или более специфич­но связано с их предсказуемостью.

До сих пор рассматривались интеракции, в кото­рых некто имел информацию из первых рук, а другой мог только доверять или не доверять этой информа­ции. Директор знает, что он не собирается назначить экзамен на четверг утром; муж знает, что он не соби­рается изменять своей жене; человек, который выпи­сывает чек, обычно знает, действителен ли он или нет. Теперь в любой интеракции типа «Дилемма узника» никто не имеет никакой информации из первых рук. Они оба вынуждены полагаться на доверие к другому, на опытную оценку их собственной надежности в гла­зах другого, и на их способности в предсказании обра­за действия другого, которое, как они знают, зависит, в основном, от его предсказания о том, что имеется. Эти предсказания, как будет показано ниже, неизмен­но становятся парадоксами.

'Довериеили недоверие О будет конечно определяться его последними контактами, если они были с Р. Результат настоящей проблемы повлияет на доиерие к Р в будущей ситуации. Но к дан-пому случаю это не имеет никакого отношения.

 

 

-236-


ГЛАВА В. ПАРАДОКСАЛЬНАЯ КОММУНИКАЦИЯ

Дилемма узника может быть представлена сле­дующей матрицей*:


5, 5


-5, 8


 


5


-3 -3


в которой два игрока А и В имеют каждый по два альтернативных хода. Т. с. А может выбрать или ар или а2, и В может выбрать или b , или Ь2. Оба полнос­тью осознают, что выигрыш или проигрыш определя­ется матрицей. Таким образом, А знает, что если он выбирает а,, аВ-Ьр каждый из них выиграет по пять очков; но если вместо этого В выберет альтернативу Ь2, то А потеряет пять очков, а В- выиграет восемь очков. В находится в такой же ситуации с А. Их ди­лемма состоит в том, что каждый не знает какую аль­тернативу выберет другой, поскольку они должны де­лать выбор одновременно, но не могут говорить о сво­ем решении.

Обычно неважно сколько раз нужно сыграть в эту игру — один или сотню раз, чтобы добиться успе­ха, решение а2, Ь2 — самое безопасное, даже несмотря на то, что оно грозит потерей трех очков как для игро­ка А, так и для В. Наиболее разумным решением было бы, конечно, а]5 Ьр чтобы быть уверенным, что они оба выиграют пять очков, но это решение возможно только при условии взаимного доверия. Так, если ска­жем игрок А играет только для того, чтобы обеспечить максимальный выигрыш и минимальный проигрыш,

Напомним, что дилемма узника — это играс ненулевойсуммой. Так что цель каждого игрока — свой абсолютный пыиг-рыш, независимый опт проигрыша или выигрыша другого. Таким образом, кооперация нетолько не исключается правилами (как это есть is правилах игры с нулевой суммой), но и является опти­мальной стратегией. Произвольность ходов (в случае успешной игры) автоматически является нежелательной стратегией.

 

 

-237-


ПРАГМАТИКА ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ КОММУНИКАЦИИ

и если у игрока А достаточно причин верить, что иг­рок В — доверяет ему и поэтому выбирает Ь]5 тогда у игрока А есть причина выбрать а2, т. к. объединение a2b, дает игроку А максимальный выигрыш. Но если А до­статочно ясно мыслит, то он не может не предпола­гать, что В будет следовать аналогичной линии поведе­ния, и поэтому сыграет Ь2, а не Ь,, особенно если В думает также, что поскольку А доверяет ему и у него самого достаточно доверия к А, то А должен сыграть а,. Печально, что такое заключение обманывает себя в том, что объединение выбора a2b2 с проигрышем для обоих игроков является единственным приемлемым выбором.

Этот результат никоим образом не является толь­ко теорией. Элегантное представление проблемы воз­никает снова и снова в психотерапии брака. Супруги, ведущие совершенно безрассудный образ жизни, по­лучающие минимальное удовлетворение от своего со­юза, давно известны психотерапевтам, Однако тради­ционно считалось, что причина их невзгод заключает­ся в предполагаемой индивидуальной патологии одного из них, или обоих. Они могут быть диагностированы как депрессивные, пассивно-агрессивные, мазохисты, садомазохисты и так далее. Но эти диагнозы обычно сводятся к пониманию взаимозависимой природы их дилеммы, которая возможно существует отдельно от структуры их личностей и, по-видимому, заложена в природе их «игры» взаимоотношений. Вес это проис­ходит так, как если бы они говорили: «Доверие сдела­ет меня уязвимым, поэтому я должен выражать его ос­торожно», и, таким образом, следует следующее за­ключение: «Другие будут иметь преимущества передо мной».

Существует стадия, на которой большинство суп­ругов (или наций) перестают оценивать и определять свои взаимоотношения. Но те, кто мыслят конкретно, не могут остановиться там и именно в том месте, где становится более очевидным парадокс дилеммы узни-

 

 

-238-


ГЛАВА В. ПАРАДОКСАЛЬНАЯ КОММУНИКАЦИЯ

ка. Решение a2b2 становится неблагоразумным, как только А понимает, что это решение — меньшее зло, но зло еще и в том, и что В не может одновременно с ним понять это как зло. Тогда у В должно быть так же мало оснований желать такого же результата, как и у А - - вывод, определенно доступный объективному мышлению А. Как только А и В приходят к этому по­ниманию, то совместное решение a b , а не a2b2 стано­вится единственно приемлемым. Но с выбором ajb,весь цикл начинается сначала. Не имеет значение, как они приходят к решению, но как только «наиболее разум­ное решение» выбрано, всегда появляется еще более резонное. Таким образом, дилемма узников подобна дилемме учеников, для которых экзамен предсказуем только в том случае, когда он непредсказуем.

6.5. РЕЗЮМЕ

Парадокс-- это логически противоречивое по­следовательное заключение, возникающее из правиль­ных предпосылок. Из трех типов парадоксов — логико-математического, семантического и прагматического — последний интересен здесь из-за его поведенческого применения.Основное отличие прагматического пара­докса от простого противоречия в том, что выбор — это решение во втором случае, совершенно невозмож­ное в первом. Существует два типа прагматических па­радоксов -- парадоксальные предписания (двойные ло­вушки) и парадоксальные предписания.

-239-


J лава 7 ПАРАДОКС В ПСИХОТЕРАПИИ

7.1. ИЛЛЮЗИИ АЛЬТЕРНАТИВ

7.11. «Женл рыцаря из ордена Бани»

В сказке «Жена рыцаря из ордена Бани» Чосер (Chaucer) рассказывает историю одного из рыцаря Короля Артура, который «однажды возвращаясь вер­хом после соколиной охоты» по дороге домой напал на девушку и изнасиловал ее. Это злодеяние, «в кото­ром крик был столь пронзительным», едва не стоило ему жизни, если бы Артур не предоставил решать судьбу рыцаря королеве, а она и ее дамы не сжалились над ним. Королева гарантирует рыцарю жизнь, если он ответит на вопрос: «О чем больше всего мечтают боль­шинство женщин?» На это она дает ему год и еще один день, и рыцарь соглашается справиться с задачей, по­нимая, что это единственная альтернатива смерти. Как можно себе представить, год прошел, наступает пос­ледний день, и рыцарь возвращается в замок, так и не найдя ответа. На этот раз он случайно натыкается на старуху («безобразную, насколько может подсказать фантазия, ведьму»), сидящую на лугу, которая обра­щается к нему с пророческими словами: «Сэр рыцарь, здесь нет прохода». Выслушав рассказ о его затрудне­ниях, она говорит ему, что знает правильный ответ и что она откроет его ему, если он поклянется, что «о чем я затем вас не попросила, вы это выполните». Оказавшись опять перед двумя альтернативами (обез­главливанием или исполнением желания ведьмы, что­бы это ни было), он, конечно же, выбирает последнее, и она рассказывает ему секрет («Большинство женщин мечтают быть независимыми, помыкать мужьями и любить по своему усмотрению».) Этот ответ полнос­тью удовлетворил придворных дам, но теперь ведьма,

 

-240-


 


ГЛАВА 7. ПАРАДОКС В ПСИХОТЕРАПИИ

осуществив свою долю в сделке, требует, чтобы ры­царь на ней женился. Наступает брачная ночь, и ры­царь лежит в ужасе, не в силах преодолеть свое отвра­щение перед ее уродством. Наконец, ведьма опять пред­лагает ему две альтернативы, из которых он может выбирать: или он примет ее такой безобразной, и она будет для него верной и покорной женой всю свою жизнь, или же она превратится в молодую и прекрас­ную девушку, но никогда не будет ему верна. Долго рыцарь взвешивал эти альтернативы и в конце концов не выбрал ни одну из них, отказавшись от выбора как такового. Кульминация этой сказки в одной простой фразе: «Я не выбираю ни то, ни другое». В этот мо­мент ведьма превращается не только в прекрасную де­вушку, но и в самую верную и послушную жену на свете.

Для рыцаря женщина кажется невинной девуш­кой, королевой, ведьмой и блудницей, и се власть над ним остается под этими же масками до тех пор, пока он больше не чувствует, что, делая выбор вновь и вновь, оказывается в затруднительном положении, и в конце концов задается вопросом о необходимости самого выбора*.

Сказка «Жена рыцаря ордена Бани» — это пре­красный пример женской психологии, и самый инте­ресный ее анализ был сделан Штейном (Stein) (148). В рамках нашей концепции мы бы сказали, что до тех пор пока такой тип женщин способен захватывать муж­чин двойной петлей, предлагая бесконечные иллюзии альтернатив (и, конечно же, до тех пока мужчины не смогут выпутываться сами), она не сможет освободить­ся и будет оставаться в плену иллюзии альтернатив,

" Сравните это со знаменитым Дзен коаном (парадоксаль­ной медитацией), предложенным Тай-ху, с бамбуковой палочкой: «Если ты называешь это палочкой, ты утверждаешь, если ты на­зываешь это не палочкой, ты отрицаешь. Помимо утверждения или отрицания, как ты это мог бы назвать?».

 

-241-


ПРАГМАТИКА ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ КОММУНИКАЦИЙ

подразумевающей или: уродство, или неразборчивость в связях как единственный выбор.

7.12. Определение

Понятие иллюзия альтернатив был впервые ис­пользовано Виклендом и Джексоном (161) в докладе по межличностным условиям на примере больного шизофренией. Они наблюдали, как пациенты, боль­ные шизофренией, пытаясь сделать правильный вы­бор между двумя альтернативами, сталкиваются с ти­пичной дилеммой: из-за природы коммуникационной ситуации они не могут принять правильное решение, потому что обе альтернативы являются неотъемле­мой частью двойной ловушки, и поэтому пациента «критиковали, если он что-то делал, и критиковали, если он ничего не делал». Не существует таких альтер­натив, из которых «должна быть» выбрана «правиль­ная» — предположение заключается в том, что выбор -возможен, а то, что он должен быть сделан, -- иллю­зия".

Но осознание отсутствия выбора равноценно не только узнаванию очевидных «альтернатив», которые были предложены, но и природы двойной ловушки. Фактически, как было показано в 6.431, препятствие любому спасению от ситуации двойной ловушки и ре­зультат -- невозможность взглянуть на нее со сторо­ны — являются необходимыми составляющими двой­ной ловушки. Люди в таких ситуациях запутаны как подсудимый, которого спрашивают: «Вы перестали бить свою жену?». Ему грозит обвинение в неуважении к суду, если он попытается отвергнуть обе альтернативы как несоответствующие, потому что он никогда не бил свою жену. Но если следователь в этом примере знает, что они применяют гадкие шутки, в реальных жиз­ненных ситуациях это знание и намерение обычно от-

· Это, конечно же, основное различие между двойной ло­вушкой и простым противоречием (см. 6.434).

 

 

-242-


ГЛАВА 7. ПАРАДОКС В ПСИХОТЕРАПИИ

сутствуют. Парадоксальная коммуникация, как мы уже наблюдали, неизменно связывает все рассматриваемое: Ведьма настолько же в ловушке, как и Рыцарь, муж из примера, приведенного в 6.445, так же как и его жена, и т. д. В этих паттернах общее то, что никакое измене­ние не может возникнуть изнутри и что любое измене­ние может прийти только из паттерна, находящегося снаружи. Сейчас мы приступим к изучению этой про­блемы успешной интервенции и привнесения измене­ния в такую систему.

7.2. БЕСКОНЕЧНАЯ ИГРА

В качестве теоретического примера, представим

следующее.

Два человека решают сыграть в игру, состоящую в замене отрицания утверждением и наоборот во всем, по поводу чего они друг с другом общаются. Так «да» становится «нет», «Я не хочу» обозначает «Я хочу» и тому подобное. Заметим, что этот код их сообщений является семантическим договором, похожим на ми­риады других соглашений, применяемых двумя людь­ми, использующими общий язык. Однако не сразу ста­новится очевидно, что как только игра вступает в силу, игроки уже не могут легко вернуться к своей «обыч­ной» форме коммуникации. Если следовать правилу переворачивания смысла, сообщение «Давай прекра­тим играть» обозначает «Давай продолжим игру». Для того, чтобы прекратить игру, необходимо из нее вый­ти и поговорить о ней. Такое сообщение должно быть построено как метасообщенис, но что бы не пытался сделать для этой цели один из игроков, на его сообще­ние все равно будет влиять правило переворачивания смысла, и следовательно, оно — бесполезно. Сообще­ние: «Давай прекратим игру» — неопределенно: во-первых, оно многозначительно как на объективном уровне (как часть игры), так и на метауровне (как со­общение об игре); во-вторых, два смысла — противо­-

 

-243-


ПРАГМАТИКА ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ КОММУНИКАЦИЙ

речивы и, в-третьих, специфическая природа игры не предлагает процедуру, позволяющую игрокам прини­мать решение на основе одного или другого смысла. Эта неспособность принимать решение делает для них прекращение игры невозможным, как только она на­чалась. Такую ситуацию мы называем игрой без оконча­ния бесконечной игры.

Можно согласиться с тем, что нельзя избежать дилеммы и положить конец игре, просто используя противоположное сообщение: «Давай продолжим игру». Но тщательное изучение показывает, что оно не кор­ректно со строго логической точки зрения. Как мы неоднократно видели, никакое утверждение, сделан­ное в тех же рамках (здесь, игра в переворачивание и смысла) не может в то же время быть, с точки зрения правил, обоснованным утверждением. Даже если один игрок передал сообщение «Давай продолжим игру» и, по правилу, другой игрок его понял как «Давай завер­шим игру», то он, если придерживаться строгой логи­ки, все равно столкнется с сообщением, которое ни­чего не решает. Что касается правил игры, то они не предполагают метасообщения, а сообщение, предла­гающее окончание игры должно быть обязательно ме-тасообщением. По правилам игры каждое сообщение является частью игры, и никакое сообщение не явля­ется исключением.

Мы привели этот пример, потому что он являет­ся парадигмальным не только как драматические при­меры, описанные в 5.43, но и как бесчисленные ди­леммы взаимоотношений в реальной жизни. Он осве­щает важный аспект того типа системы, которую мы сейчас изучаем: как только будет достигнуто подлин­ное соглашение, относительно переворачивания смыс­ла, игроки больше никогда не будут его менять, пото­му что изменив его, им придется общаться, а комму­никации и являются сутью игры. Следовательно, в та­кой системе изнутри не может произойти никакого из­менения.