Мои Конспекты
Главная | Обратная связь


Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Структура цивилизаций



Хантингтон предлагает различать страны-участницы, стержневые страны, страны-одиночки, расколотые и разорванные страны.

Страна-участница — это страна, которая в культурном плане полностью отождествляет себя с одной цивилизацией.

Стержневая страна – наиболее могущественная и наиболее авторитетная в области культуры; она рассматривается другими членами данной цивилизации в качестве культурного и политического ядра. Количество и роль стержневых стран в различных цивилизациях отличаются и могут меняться со временем. Синская, пра­вославная и индуистская цивилизации имеют абсолютно доминирующие стержневые страны (соответственно, Китай, Россия, Индия). Нынешний Запад имеет два стержня: США и франко-германский альянс в Европе.

Исламская цивилизация, Ла­тинская Америка и Африка не имеют стержневых стран. В исламском мире ни Турция, ни Египет, ни Пакистан, ни Индонезия, ни Иран не имеют достаточных сил и авторитета, чтобы стать признанным лидером цивилизации. Случай с Ираном осложняется религиозным фактором: иранцы – шииты, в то время как большинство мусульман – сунниты. В Латинской Америке такую роль могла бы взять на себя Бразилия, но она отличается от остальных лингвистически: бразильцы говорят на португальском языке, остальные латиноамериканцы – на испанском. В африканском мире выделение лидера затруднено его разделением на франко- и англоязычные страны[60], хотя наиболее вероятный лидер – ЮАР.

Страна-одиночка не имеет культурной общности с другими обществами. Культурное одиночество африканской Эфиопии связано с лингвистическим и религиозным своеобразием[61]. Другая страна-одиночка – Гаити – расположена на одном из островов Карибского моря. Эта франкоязычная страна со своеобразным религиозным фундаментом (смесь поверхностно воспринятого католицизма и африканского культа вуду) не воспринимается как «своя» ни латиноамериканцами, ни англоязычным населением Карибского бассейна.

Крупнейшей страной-одиночкой является Япония. Мы не найдём стран, разделявших бы её культуру. Японские мигранты нигде не составляют значи­тельной доли населения и не имеют большого политического и экономического веса.

Расколотой можно считать страну, в которой большие группы населения принадлежат к разным цивилизациям. Целостность таких стран находится под вопросом. Спор межу христианами и мусульманами расколол Эфиопию и Эритрею (1993). Такому же испытанию подвергаются Судан и Танзания. В Индии по разные стороны баррикад находятся мусульмане и индусы, на Шри-Ланке – индусы-тамилы и буддисты-сингальцы, в Китае – тюркоязычные мусульмане и ханьцы, на Филиппинах – христиане и мусульмане. По мнению Хантингтона, СССР и Югославия распались по цивилизационным линиям. Но и их осколки несут на себе печать культурного противостояния. Растёт напряжение между православными и мусульманскими этническими сообществами в России. Украина фактически расколота на православный пророссийский восток и на униатский запад, ориентированный на ЕС и США. Не разрешена конфликтная ситуация между армянами и азербайджанцами в Нагорном Карабахе. Накалена обстановка в Латвии и Эстонии, где противостоят друг другу настроенные откровенно антироссийски прибалтийские народы и многочисленные русские диаспоры. Косово, в котором большинство составляют албанцы-мусульмане, de facto отделилось от православной Сербии.

Выражение «разорванная страна» говорит само за себя. Обладая определённой культурной идентичностью, она в какой-то момент, обычно с подачи собственной элиты, начинает мерить себя мерками другой цивилизации, начинает метаться в поисках новой идентичности, как бы «разрывается» между своей и чужой культурой, ставшей вдруг привлекательной. Разорванными странами были Россия во времена Петра I и Турция после реформ Ататюрка. В конце XX в. в таком же положении оказалась Мексика: мексиканская элита, почти два столетия настаивавшая на своей латиноамериканской идентичности, в 1980-е гг. провозгласила курс на сближение с Западом. На этом фоне историческим курьёзом выглядит пример Австралии, правящие круги которой заявляют о своём желании дистанцироваться от Запада и связать будущее своей страны с близким географически и экономически (но не культурно!) Азиатско-Тихоокеанским регионом.

 




Поиск по сайту:







©2015-2020 mykonspekts.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.