Мои Конспекты
Главная | Обратная связь

...

Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

В ней рассказывается про ссору Сегри с Абенсеррахами и про то, как Гранада оказалась на краю гибели 6 страница





Помощь в ✍️ написании работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой

Теперь оставим Мулаасена в его Альгамбре, а его сына в Алькасаве продолжать междоусобную войну и распрю и обратимся к Альморади, Альмоадам и Маринам, могущественным и богатым родам, родственникам прекрасной королевы, безвинно заточенной в темницу. Вы уже слышали о том, как рыцари Альморади и Альмоады ушли из дворца, угрожая Молодому королю за его отношение к своей супруге-королеве и советуя ему открыть глаза на собственные поступки. Так вот, покинув королевский дворец, они все составили заговор против Молодого короля: решили или убить его, или по меньшей мере лишить престола, раз он так беспричинно оскорбил свою жену-королеву, их родственницу. Для выполнения своей цели они решили заключить дружбу с Абенсеррахами и их сторонниками, хорошо зная силу их влияния на всю Гранаду. Однажды ночью они отправились в дом брата короля Мулаасена, имя которого Аудильи совпадало с именем Молодого короля. Они застали брата Мулаасена задумчивым и печальным. Он скорбел о событиях, происшедших в Гранаде: о плачевной гибели Абенсеррахов, смерти Сегри и Гомелов. Аудильи был угнетен смертью своей племянницы, прекрасной Мораймы, и ее маленьких сыновей и не знал, к чему приведут все эти дела. Когда вошли рыцари Альморади – их было двенадцать, уполномоченных вести переговоры с Аудильи, – он очень удивился их приходу в поздний, ночной час. Не зная цели их прихода, он спросил, чего они хотят. Рыцари Альморади просили его не пугаться, сказали, что пугаться нечего и что они явились скорее ему на пользу, нежели во вред, что они хотят с ним серьезно поговорить. Аудильи просил их сесть, и когда они расселись, один из них сказал следующее:

– Ты хорошо знаешь, высокородный принц – так должно величать тебя, ибо ты королевский сын, – ты хорошо знаешь, какие ужасные дела совершаются в Гранаде и что за кровопролитная междоусобица там происходит, похожая на памятные междоусобные войны между Суллой и Марией. В Гранаде не осталось улицы, не орошенной кровью благородных рыцарей. Во всем виноват король, твой племянник, внявший клевете и приказавший безвинно обезглавить многих благородных Абенсеррахов, из-за чего погибли также многочисленные рыцари Сегри, Гомелы и Масы. Зсем этим еще недовольный, он собственноручно умертвил свою сестру Морайму и ее двух маленьких детей. Такие поступки может совершать не законный король, но лишь свирепый тиран, проливающий человеческую кровь. Теперь у него опять произошла кровавая битва с отцом, и в ней пало много рыцарей. Но Магомет принял сторону твоего брата, так что твой племянник оказался выгнанным из королевской Альгамбры и, поддерживаемый Сегри, Гомелами и Масами – родами, сохраняющими ему постоянную верность, – отправился в старинный дворец Алькасаву. Мы – Альморади и Альмоады – покинули его, ибо он без всякой вины заточил султаншу – свою жену и нашу близкую родственницу – в суровую темницу и судьбе предоставил решить вопрос о ее чести. А нам ведь он обязан своим королевским саном, потому что мы принудили его отца в свое время согласиться на это. Но раз он так плохо пользуется королевской властью и творит такие жестокости, мы не только отказываем ему в верности, но хотим его погубить и уничтожить. Таково намерение Альморади, Альмоадов и Маринов, Абенсеррахов и Гасулов, Алабесов, Альдорадинов и Венегов, а вместе с тем и большинства горожан Гранады, готовых умереть за жизнь и благоденствие Абенсеррахов. Приняв во внимание, что твой брат, старый и утомленный войнами против христиан, не в состоянии уже должным образом управлять государством и скоро будет призван смертью, а после его смерти единовластным королем останется его сын Боабдил, способный лишь на тиранию и жестокость, мы решили избрать королем Гранады тебя, ибо только твоя доблесть заслуживает короны; царствуй в мире и спокойствии и будь милостив к своим подданным, чего они вправе ожидать от твоей доброты! Вот зачем явились мы сюда – двенадцать Альморади: выполнить поручение всех остальных нами перечисленных рыцарей. Дай же нам ответ немедля, потому что, если ты не примешь скипетр и корону, мы их отдадим твоему племяннику Мусе, хотя и сыну христианки, но, с другой стороны, сыну твоего брата, заслуживающего их своей великой доблестью.

Этим Альморади заключил свою речь и стал ожидать ответа Аудильи. Последний, немного подумав, ответил:

– Благодарю вас, рыцари, за ваши ко мне благосклонность и милость! Вы предлагаете очень тяжелый выбор, ибо кто бы ни принял на себя управление государством, он примет на себя очень тяжелую задачу. И мне кажется, избрать меня королем Гранады теперь, когда еще жив мой брат, было бы неблагоразумно: это значило бы возбудить новые гражданские войны и новые бедствия, так как мне известно, что моему брату верны очень многие могущественные рыцари. Посему лучше поступить иначе. Известно, что король враждует с сыном и до конца своих дней не уступит ему корону; пусть же он завещает ее не мне, но одному из моих сыновей. Завтра мы пойдем к нему и, сославшись на его преклонный возраст, предложим передать мне управление государством, чтобы я мог ему помогать и облегчить заботы, связанные с управлением королевством. Если брат на это согласится, позже будет очень легко исполнить ваше предложение, и все подумают, что это сделано с согласия моего брата.

Рыцари остались очень довольны ответом Аудильи и сочли его за человека ясного ума. И было решено на следующий же день переговорить с королем Мулаасеном. Назавтра много рыцарей Абенсеррахов, Алабесов, Венегов и Гасулов явились в королевский дворец, и когда они все предстали перед королем, один из Венегов – рыцарь богатый и могущественный – обратился к нему с такой речью:

– Король Мулаасен! Нам хорошо известно из истории королевства, что спокон веков короли Гранады неизменно выказывали своим подданным благоволение и милость и сильно любили их. Теперь же случилось наоборот, ибо твой сын вместо того, чтобы благоволить своим подданным, без всякой с их стороны вины предает их смерти. Ты ведь очень хорошо знаешь про события последних дней, про возмущение и бунт в Гранаде, про убийство Абенсеррахов, возбудившее распри между твоими подданными, гражданскую войну, про события, ставшие причиной тысячи убийств с обеих враждующих сторон. Если в будущем эти распри не кончатся, говорю тебе – Гранада обезлюдеет: жители ее пойдут на поиски земель, где можно жить мирно. И скажу еще, король Мулаасен, что твоей жизнью и твоим правлением все довольны и все рады тебе служить как законному господину. Но мы страшимся твоего сына, столь дурно управляющего своим государством. И если тебя, уже старца, призовет к себе смерть и нашим единственным королем останется твой сын, большое то будет несчастье для нас всех. Потому, государь, мы просим тебя по собственному выбору назначить правителя королевства, который бы управлял вместе с тобою и снял бы с тебя бремя государственных забот. И когда силы тебе окончательно изменят, ты сможешь ему передать всю свою власть, коль скоро он оказался бы достойным. Мы все считаем, что для такой должности лучше всего подходит твой брат Аудильи, благородный рыцарь. И если он станет правителем королевства, то, может быть, твой сын исправится от своей жестокости и тирании и заслужит с нашей стороны подобающее повиновение. Вот только с этой просьбой мы явились сюда и умоляем тебя ее исполнить. И даем тебе клятву рыцарей, отпрысков благородной крови, пока ты жив, служить тебе исправно и верно, как надлежит твоим покорным вассалам, – только исполни нашу просьбу.

Король Мулаасен внимательно выслушал слова рыцаря Венега и погрузился в раздумье, не зная, как поступить в подобном случае. Он вспомнил о законах, требующих, чтобы сын наследовал отцу. Но он также вспомнил о великом непослушании сына по отношению к нему и о несчастьях, происшедших по его вине. Наконец, опасаясь, как бы не случилось новых бед, он решился исполнить просьбу стольких рыцарей, признав, что их просьба направлена ко благу королевства. Он ответил, что очень рад назначить своего брата себе в соправители и что после его смерти королевство перейдет в руки его сына Боабдила только в том случае, если тот окажется его достойным. Все рыцари чрезвычайно обрадовались и немедленно отправились объявить о согласии короля его брату. Под торжественные звуки множества труб они облекли его саном правителя, взяв с него предварительно клятву выполнять свой долг в управлении королевством и сохранять верность своему брату Мулаасену. После чего все эти рыцари расстались с королем Мулаасеном и с большим почетом проводили Аудильи-правителя до его дома. Еще в тот же самый день правитель приказал повсеместно объявить под звуки труб и барабанов, чтобы все обиженные явились к нему: он окажет им правосудие и восстановит их попранные права. Вся Гранада очень удивилась и обрадовалась назначению правителя, потому что все были недовольны Молодым королем.

Узнайте же теперь, что, желая уменьшить распри в Гранаде, их лишь Увеличили и что гражданская война вспыхнула с новой силой. Молодой король, узнав о поступке своего отца, хотя и был им испуган, но, положившись на Сегри, Гомелов и Масов и их сторонников, стал свирепствовать сильнее, чем до сих пор. Сегри со своими приспешниками, тоже встревоженные назначением правителя, совещались, что им делать, и решили продолжать преследовать Абенсеррахов и их сторонников, как наиболее могущественных и заклятых врагов, и поддерживать Молодого короля до смерти или до победы. Они сказали Молодому королю, чтобы он не страшился, что ему одному и никому другому быть королем Гранады и что они все готовы умереть за его дело. Выслушав их, Молодой король отдал приказ: если им попадется навстречу какой-либо рыцарь или богатый горожанин, купец или ремесленник, или простой землепашец, принадлежащий к противной стороне, тотчас же хватать его, вести во дворец и рубить ему голову. Если же тот попытается сопротивляться, убивать его на месте [76].

Так было убито и обезглавлено очень много людей, не пожелавших принять сторону Молодого короля. Когда про это узнали король Мулаасен и правитель Аудильи, они приказали своим сторонникам поступать точно так же с приверженцами Молодого короля. Так погибло с обеих сторон множество народу, и жестокость междоусобицы превзошла жестокость римских гражданских войн [77].

Наконец несчастие Гранады достигло такой степени, что все ее население разделилось на три части. Одни шли за Мулаасеном: то были Абенсеррахи, Гасулы, Алабесы, Альдорадины, Венеги, Асарки, Аларифы и с ними вместе большинство простолюдинов, ибо последние очень любили Абенсеррахов. За Молодого короля стояли Сегри, Гомелы, Масы, Лаухеты, Бенарахи, Алахесы и еще многие рыцари и горожане. Сторону правителя – можно сказать нового короля – приняли Альморади, Альмоады, Марины и еще многие рыцарские семейства. Так терзала междоусобица несчастный город, разделившийся на враждующие партии, и ежедневно происходили тысячи столкновений и убийств, и больно было смотреть на творимые зверства. Горожане, купцы, ремесленники, крестьяне не осмеливались выходить из дому. Рыцари и знать не показывались на улице меньше чем по двадцать, по тридцать человек вместе, чтобы в случае нападения врагов быть в состоянии оказать им сопротивление. Если выходили втроем, вчетвером или даже по десять, сейчас же на них нападали, брали в плен и затем обезглавливали, если же они оказывали сопротивление, то убивали без всякой пощады на месте. И потому ежедневно раздавались в Гранаде стенания, не останавливаясь, проливались горестные слезы. В Гранаде было три мечети, и каждую из них посещали представители лишь одной из трех враждующих партий. В самой середине города – там, где теперь находится собор, – стояла мечеть, которую посещали Молодой король и его сторонники. Во второй мечети, расположенной в Альбайсине и ныне называемой церковью святого Сальвадора, бывали люди правителя. Третья мечеть, теперь превращенная в очень красивую христианскую церковь, была в Альгамбре, и сюда ходил Мулаасен со своими сторонниками. Каждая партия хорошо знала свой храм и не заходила в чужие.

О Гранада, Гранада!… [78]Что за бедствия на тебя обрушились! Где твое благородство?… Где твое богатство?… Куда девались твои празднества, турниры и игры?… Где твой радостный праздник святого Хуана?… А твоя гармоничная музыка и веселье самбры?… Куда исчезли твои смелые и радующие взор игры в копье и твои нежные напевы, раздававшиеся на утренней заре в Хенералифских садах?… Что стало с великолепными и пышными нарядами отважных Абенсеррахов?… Где веселые затеи Гасулов? Где подвиги и ловкость Алабесов? Драгоценные одеяния Сегри, Гомелов и Масов?… Что стало, наконец, со всем твоим рыцарством?… Я хорошо вижу, что все превратилось в печальные слезы, горестные вздыхания, жестокую гражданскую войну, в потоки крови, проливаемой на твоих улицах и площадях, в свирепую тиранию!…

И, правда, Гранада была в таком положении, что многие покидали ее и направлялись в чужие земли. Многие рыцари разъехались по своим поместьям, чтобы не принимать участия в междоусобице и резне, но их захватывали даже и там и обезглавливали. Такого, кроме Рима, никогда и нигде не было видано.

Благородный Муса, полный гнева, тем временем пробовал все средства, какие только могли бы смягчить зло, терзавшее Гранаду. Он вместе с одним рыцарским родом по имени Алькифаи, вместе с добрым Саррасином и Редуаном ходил от одного короля к другому и заклинал их кончить междоусобную войну. Рыцари Алькифаи были многочисленны, богаты, знатны и не склонялись чрезмерно ни к одной из враждующих сторон. До сих пор они служили Мулаасену, но две других партии тоже желали иметь их в числе своих друзей. И, желая сделать Алькифаям угодное, они согласились прекратить войну, видя к тому же, что с каждым днем таяло число рыцарей двора, погибавших в борьбе или же уходивших на чужбину. Кроме того, их испугала угроза Мусы, поклявшегося собственноручно умертвить всякого, кто не оставит раздоров, даже если им окажется родной отец. И настолько преуспел благородный Муса с помощью рыцарей Алькифаев, доброго Саррасина, Редуана и Абенамара, что примирил всех враждовавших рыцарей. Они пообещали больше не совершать жестокостей и убийств, до смерти Мулаасена одинаково чтить Мулаасена и его правителя, не добиваться никаких больше изменений, не составлять партий и предоставить всем, кто пожелает, свободно держать сторону Молодого короля. Молодой король потребовал, чтобы Абенсеррахи отправились в изгнание, так как данные им два месяца отсрочки к тому времени уже истекли. Но Мулаасен настаивал, чтобы Абенсеррахи не покидали Гранады, покуда он не умрет. Об этом проспорили несколько дней. Сегри добивались от Молодого короля изгнания Абенсеррахов, а рыцари противной стороны защищали их. В конце концов пришли к решению, что Абенсеррахи оставят пределы Гранады, ибо они сами того захотели и просили своих сторонников отпустить их: они собирались принять христианство и перейти на службу к королю дону Фернандо. В ином случае никогда бы не покинули они Гранаду, где весь цвет рыцарства и весь простой люд стоял за них.

Так в Гранаде воцарился мир, но ненадолго, а лишь на несколько дней как будет видно из дальнейшего повествования.

А про все ужасы междоусобной войны был сложен следующий романс:

 

Как войной междоусобной

Вся Гранада закипела,

Меч и пламя беспощадно

Разрушали королевство.

Три соперника могучих

Королями быть хотели

И борьбу вели упорно

За корону и правленье.

Прав других права законней

Короля Мулаасена.

На престол взошел до срока

Боабдил, его наследник.

Третий спорщик из-за трона

Брат родной Мулаасена;

В Альморади, Альмоадах

Он нашел себе поддержку.

Молодой король опору

Получал от рода Сегри.

Против них Абенсеррахи

И могучие Венеги.

Эти рыцари считали,

Что в Гранаде безраздельно

Должен властвовать законный

Повелитель вплоть до смерти.

Вот причины войн гражданских,

Вот причины стольких бедствий

Пока Муса благородный

Ищет средство для спасенья.

 

Так, наконец, при содействии благородного Мусы, рыцарей Алькифаев, Редуана, Саррасина и доброго Абенамара были умиротворены раздоры, мир водворен в гранадской земле, и все смогли без опасности ходить по городу.

 

Теперь мы расскажем про отъезд из Гранады рыцарей Абенсеррахов, вместе с которыми покинули город также Альдорадины и Алабесы, желавшие обратиться в христианскую веру и служить королю Фернандо в его войнах против Гранады. Посоветовавшись между собою, названные рыцари решили написать королю дону Фернандо письмо, и написали так:

 

 

Тебе, Фернандо, королю Кастилии [79], обладателю всяких благ и добродетелей, ревнителю святой веры Христовой, привет! Ради увеличения твоих владений и распространения твоей веры мы, рыцари Абенсеррахи, Алабесы и Альдорадины, целуем твои королевские руки и говорим: узнав о твоей великой милости, мы пожелали тебе служить, ибо твоя добродетель стоит того, чтобы каждый тебе служил. Точно так же мы желаем стать христианами, жить и умереть в святой вере, которую исповедуете ты и твои подданные. И потому мы хотим узнать, согласен ли ты принять нас под свое покровительство и к себе на слз'жбу. И в случае твоего согласия клянемся служить тебе исправно и верно, как надлежит истинным вассалам, в той войне, которую ты ведешь против Гранады. И обещаем завоевать для тебя город Гранаду с большей частью королевства. Этим мы достигнем двух целей: во-первых, сослужим службу тебе как нашему повелителю, а во-вторых, отомстим за смерть наших сородичей, обезглавленных без причины Молодым королем Гранады, которого мы объявляем нашим заклятым, смертельным врагом. На этом кончаем наше письмо и еще раз целуем твои королевские руки.

Абенсеррахи.

 

 

Написав письмо, они вручили его одному христианскому пленнику, возвратили тому свободу и, научив, что ему надо делать, ночью тайно вывели из Гранады и довели до места, где ему уже ничто не угрожало. Пленник поспешно пустился в путь и не останавливался, пока не достиг Талаверы, где в ту пору находились король дон Фернандо и его двор. Представ перед королем, вестник склонил перед ним колени и так заговорил с ним в присутствии всех грандов:

– Высокий и могущественный властелин! Припадаю к стопам твоим! Я шесть лет провел в плену в Гранаде, где не снимались у меня с ног цепи и где я выполнял изнурительные работы. И если бы не один рыцарь Абенсеррах, подававший мне каждодневно милостыню, я уже давно бы умер. Недавно этот рыцарь ночью привел меня к себе в дом, велел снять с меня цепи, и он и другие рыцари мне дали хорошую мавританскую одежду, вывели за городские стены Гранады и провожали целых две лиги. поучая, как мне пройти безопаснее; они снабдили меня на дорогу деньгами и вот этим письмом, приказав передать его в твои королевские руки. Бог дал мне достичь твоего королевского местопребывания. Вот письмо. Отдавая тебе его, выполняю мой долг благодарности по отношению к рыцарям, оказавшим мне столько милости и возвратившим свободу.

С этими словами он поцеловал письмо и отдал его в руки королю дону Фернандо. Король взял его, распечатал и, увидев, что оно действительно обращено к нему, передал Эрнандо дель Пульгар, своему секретарю [80], чтобы тот его прочел во всеуслышание. Письмо было прочитано, и все гранды чрезвычайно обрадовались, узнав, что те рыцари желают перейти в христианство и поддерживать короля дона Фернандо в его войне против Гранады. Они утверждали, что если король получит себе в союзники рыцарей Абенсеррахов, он овладеет затем Гранадой и Гранадским королевством. Обрадованный король велел Эрнандо дель Пульгар написать ответ на письмо. Ответ был тотчас же написан, отправлен в Гранаду с тайным и надежным гонцом и вручен в собственные руки рыцарю Абенсерраху, выпустившему на свободу христианского пленника. Этого рыцаря звали Али Магомин ад Баррах. Он принял письмо и тайно созвал всех Абенсеррахов, Альдорадинов и Алабесов.

Письмо было распечатано и прочтено. Гласило оно следующее:

 

 

Благородным Абенсеррахам, славным Альдорадинам, могучим Алабесам!

Мы получили ваше письмо, и весь наш двор испытал при его чтении великую радость. Мы не ждали от вашего благородства иного, как поступков, свойственных благородным сердцам. Особенно радует нас ваше решение принять истинную святую католическую веру, которая придаст вам новые совершенства. Вы обещаете помогать нам в нашей борьбе против неверных. За это предлагаем вам двойное жалование, и отныне наше королевское жилище считайте за свое: ваши добрые поступки того заслуживают.

Король дон Фернанлл.

Талавера, где находится ныне наш двор.

 

 

Великая радость охватила мавританских рыцарей, когда они услыхали ответ короля дона Фернандо. Тотчас же было решено оставить Гранаду, но чтобы лучше выполнить задуманное дело, постановили, что пока лишь Абенсеррахи отправятся к королю дону Фернандо, а Алабесы, Альдорадины, Гасулы и Венеги останутся в Гранаде, чтобы в нужную минуту распорядиться о сдаче города и королевства христианскому королю. Для исполнения дела Алабесы написали шестидесяти алькайдам – своим родственникам, находившимся на страже королевства в важных пограничных крепостях на реках Альмерии, Альмансоре и Сьерре-Филабрес: они из«вещали алькайдов обо всем происшедшем, о своем письме королю дону Фернандо и его ответе. Все без исключения алькайды остались этим очень довольны, и среди них не нашлось ни одного, кто бы стал возражать: они не забывали про междоусобную распрю в Гранаде, про наличие в ней трех королей, из которых каждый хотел повелевать, что не могло привести ни к чему хорошему.

Точно так же Альморади. Венеги и Гасулы написали своим родственникам, алькайдам крепостей, и те тотчас же с охотой примкнули к заговору. Так все приготовились к той минуте, когда нужно будет начать действовать, а рыцари Абенсеррахи тем временем забрали свое имущество, какое могли с собой захватить, – золото, серебро, драгоценные камни – и, попрощавшись со всеми своими друзьями и приверженцами, в один прекрасный день, в полдень, выехали из Гранады. «Мы идем из Гранады в изгнание, потому что дали слово это исполнить и чтобы избегнуть новых распрей и кровопролитий», – говорили они.

Кто сможет вам описать слезы, пролитые Гранадой при прощании с благородными рыцарями Абенсеррахами, более сотни которых отправлялись в изгнание? Оплакивая ныне уезжающих, еще раз поплакали о некогда казненных. Плакали все остальные рыцари, друзья Абенсеррахов, кляня междоусобицу и вражду, и Сегри – их виновников. Единственно, кто радовался, так это Сегри, Гомелы и Масы, а также Молодой король, ибо в лице Абенсеррахов устранялась серьезная помеха их замыслам. Нашелся, кто сказал Молодому королю:

– Что это значит, инфант Боабдил? Как ты можешь отпустить из Гранады цвет рыцарства? Разве тебе не известно, что воля этих благородных рыцарей объединяла весь простой народ и все граждане ее выполняли? Подумай, теряя их, ты вместе с тем теряешь еще целый ряд славных рыцарских родов – защиту и оплот Гранады и королевства! Наступит день, когда ты вспомнишь мои слова: не достанет тебе твоих доблестных рыцарей, и пожалеешь, что изгнал их без всякой с их стороны вины.

Король хорошо понимал, что поступает дурно, изгоняя столь благородных рыцарей, но, не желая уступить в своем произволе и прервать начатое дело, он притворялся глухим, хотя и очень ясно слышал плач, поднявшийся в городе по причине изгнания славных рыцарей.

Так покинули Гранаду Абенсеррахи, а вместе с ними ушли и многие граждане, говорившие, что они пойдут туда, куда и Абенсеррахи. Безутешною осталась Гранада, печальными дамы двора, печальными и христианские пленники, лишившиеся щедрой милостыни и милосердия, которые давали и выказывали им Абенсеррахи.

Немедленно по отъезде Абенсеррахов Молодой король хотел взяться sa все оставшееся после них имущество, приказав предварительно всенародно объявить их предателями. Но Муса и остальные воспротивились»тому: проведение такой меры снова возбудило бы гражданскую войну. Король уступил, и сторонники Абенсеррахов успокоились.

Между тем Старому королю, Мулаасену, было сообщено, что изгнанные Абенсеррахи покинули Гранаду. Он очень огорчился, не мог примириться с тем, что подобным рыцарям пришлось уйти из его королевства, и обещал вернуть их обратно в Гранаду, невзирая на своего сына. А Абенсеррахи тем временем совершали свой путь туда, где находился король дон Фернандо. Их сопровождали могучий Саррасин со своей супругой Галианой, Редуан со своей прекрасной Ахой и Абенамар со своей любимой Фатимой, и с прелестной Дарахой Сулема, ибо король отнял у него данное ему алькайдство. Они все хотели принять христианство, что скоро и исполнили. Явившись к королю дону Фернандо, они были очень хорошо приняты им и его двором. Здесь они все, к великой радости короля и его грандов, приняли христианство, получили почетные должности и большое жалование. Мавританских дам, принявших христианство, королева донья Исабель [81]сделала своими придворными дамами. Рыцари были зачислены в войско и, получив вперед хорошую плату, встали под знамена дон Хуана Чакона, наместника Картахены, имевшего под своим начальством многочисленный конный отряд. Дон Хуан назначил своим заместителем очень знатного рыцаря Абенсерраха, в бытность свою мавром звавшегося Али Магома Баррах, а по переходе в христианство принявшего имя Педро Баррах. Могучие Саррасин, Редуан и Абенамар также стали помощниками других начальников и полководцев христианской конницы: Саррасин – дона Мануэля Понсе де Леон, Абенамар – дона Алонсо де Агилара, а Редуан – знаменитого Портокарреро. В каждом отряде новообращенные христиане при всех обстоятельствах выказывали свою великую храбрость и большое искусство в бранном деле.

На этом мы с ними пока расстанемся и вернемся в Гранаду, к прекрасной султанше-королеве, ибо пора поговорить о ней и ее деле.

Тридцать дней, предоставленные королеве для отыскания себе рыцарей-защитников, миновали, королева не назначила их, и тогда Молодой король приказал ее сжечь, как того требовали законы. На это возразил благородный Муса, говоря, что приговор не может быть приведен в исполнение, потому что королева была лишена возможности найти и назначить своих рыцарей из-за свирепствовавшей в Гранаде гражданской войны, почему приказ короля не должен быть выполнен. В этом Мусу поддержали все рыцари Гранады, за исключением Сегри, Гомелов и Масов, принадлежавших к одной партии, вожаки которой – Сегри – являлись обвинителями королевы. Много спорили об этом и, наконец, постановили предоставить королеве добавочные пятнадцать дней, чтобы она смогла назначить или найти рыцарей, которые бы выступили на ее защиту. Это решение было сообщено королеве, и сообщил его благородный Муса: только лишь он один имел доступ в башню Комарес, где томилась королева. Он застал прекрасную султаншу погруженной в глубокую печаль: могучий Саррасин увез с собою свою супругу Галиану, и королева без нее оказалась почти в полном одиночестве, хотя при ней и осталась прекрасная Селима, сестра Галианы. Севши рядом с королевой, доблестный Муса сообщил о предоставлении ей добавочно пятнадцатидневного срока для отыскания себе защитников. Он спросил ее, как она собирается поступить и на каких рыцарях остановит свой выбор. Королева так ответила ему, в то время как ее прекрасное лицо оросилось обильными слезами:

– Благородный и могучий Муса! До сих пор я не могу понять упорства неблагодарного короля, с каким он преследует мою невинность. Я ничего не предпринимала по двум причинам: во-первых, потому что чувствую себя чистой и ни в чем не виновной, а во-вторых, из-за сражений и гражданской войны в самом сердце нашего города. Но раз злодейство настолько далеко заходит в своих происках против моего целомудрия, я найду того, кто бы меня от него защитил. Найдутся христианские рыцари, мужественные и милосердные, которые согласятся оказать мне помощь и милость, если я у них о том попрошу; маврам же я не решаюсь поручить дела столь большой важности, и не в моей жизни его суть, но лишь в запятнанной моей чести: не должна она остаться неоправданной!

И, произнеся такие слова, несчастная королева, объятая мучительной тревогой, орошала свои прекрасные щеки потоками слез. При этом горестном зрелище сердце благородного и сильного Мусы не выдержало, и он, растроганный, тоже не смог удержаться от слез и не сумел скрыть, что плачет. Сдерживаясь, как только мог, и стараясь скрыть свою слабость, он ответил прекрасной королеве следующее:

– Со слезами на глазах, госпожа моя, и со скорбью в сердце даю вам клятву вернуть вам свободу, хотя бы для этого мне понадобилось убить короля, моего брата. Я предлагаю себя в качестве одного из ваших защитников. Не предавайтесь, сеньора, чрезмерному горю, ибо бог вам поможет. Муса много еще говорил и в конце концов утешил королеву. После долгих обсуждений они порешили, что королева напишет в христианскую землю, ища рыцаря, готового вступиться за ее честь. Селима тоже долго беседовала с Мусой; она очень печалилась отъезду своей сестры Галианы. Наконец добрый Муса простился с королевой и прекрасной Селимой, оставив королеву оплакивающей свое несчастное заточение. Уединившись в своей опочивальне, она так жаловалась на переменчивую судьбу:

 

Ты вознесла меня к вершинам

И милостью своей ласкала.

Судьба! зачем врагом мне стала,

Меня повергнув в миг единый

В пучины зол, в несчастий бездны,

Где сил надзвездных

Кляну решенье,

Что на мученье

Меня предали,

Наслав печали.

Наслав их враждебным влиянием,

Коварным и злобным Сиянием.

 

 

Абенсеррахи, вы в три раза

Меня счастливей умирали,

Мучений горших избежали.

Доверь свою работу ✍️ кандидату наук!
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой



Поиск по сайту:







©2015-2020 mykonspekts.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.