Мои Конспекты
Главная | Обратная связь


Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Про что Ваше кино?



Как только это будет ясно, дальше все факты жизни, детали жизни, эпизоды жизни должны отбираться в связи с заявлен­ной драмой жизни героя, его историей, а не просто в биографи­ческом порядке. В любом случае из заявки должно быть абсолютно ясно:

На чем Вы будете строить драматургию.

Какой конфликт будет лежать в основе рассказа.

За счет какой пружины Вы будете держать внимание зрителя.

Заявка пишется в вольной форме, так как именно она прояв­ляет Вашу творческую индивидуальность. Объем ее - одна-две страницы.

Дополнительно к заявке просьба указать:

- источники (литературные, архивные и т.п.),

- эксклюзив (чем удивлять будете),

- банк изобразительного материала (реальный),

- консультанта (если того требует тема),

- людей, которые будут давать интервью,

- сведения о ведущем (если Вы его предполагаете), а также видеофрагменты его работы в кадре.

I


Заявка, литературный сценарий, режиссерский сценарий

Приведенные требования достаточно конкретны и точны. У этого канала есть свой формат, свои принципы, свой взгляд на то, какими должны быть документальные фильмы. Нужно признать: все вышеизложенные требования продиктованы большим опытом и здравым смыслом. С этим, однако, можно и не соглашаться. Кому-то эти требования могут показаться не­приемлемыми. И если ваш замысел гораздо сложнее, предпо­лагает, к примеру, свободное по композиции эссе, в котором не будет четкой истории, возможно, вам придется искать другую студию с иной творческой программой.

При написании заявки нет единого клише и стандарта. Ис­ходить следует прежде всего из своих идей и представлений о будущем фильме или программе.

В качестве иллюстрации привожу собственную заявку на до­кументальный телесериал. Делаю это не для того, чтобы пред­ставить некий образец для подражания, а для того, чтобы про­демонстрировать разные варианты этого своеобразного вида литературного творчества.

ЗАЯВКА НА ЦИКЛ ДОКУМЕНТАЛЬНЫХ ФИЛЬМОВ «НЕ ХОЧЕШЬ УМИРАТЬ - НЕ УМИРАЙ!»

(ЖИЗНЬ ПОСЛЕ СМЕРТИ)

Автор и режиссер - Роман ШИРМАН

Среди множества проблем, которые во все времена волновали человечество, есть одна, не оставляющая равнодушным никого.

Наша жизнь коротка.

Наш конец предопределен.

Но что будет потом?Существует ли жизнь после смерти?

Неужели наша жизнь - просто короткая, яркая вспышка, а после - ничего...

Загробный мир - это что, сказки, жалкое утешение для бед­ного человечества?

Все мировые религии пытаются ответить на эти вопросы. Лучшие умы штурмуют эту самую страшную и волнующую тайну человеческого существования.

Возможно ли перевоплощение? Может быть, мы еще не раз посетим наш мир? Об этом гадали, спорили на Востоке и наЗападе.


Роман ШИРМ АН. Алхимия режиссуры

Пифагор, к примеру, на перевоплощении основывал всю свою философию.

Смерть - это лишь переход из одной жизни в другую. Это, как сказано в Бхагават-гите, переоблачение из старой одежды в новую.

Героем одного из наших фильмов станет Эммануэль Сведен-борг. Шведский естествоиспытатель, теософ и спирит оставил описания своих путешествий в потустороннем мире. В мире, куда после смерти попадают души людей, по утверждению зна­менитого теософа, тоже есть горы, реки, деревья и животные, днем там светит солнце, а ночью звезды...

Геракл, Орфей, Сизиф у древних греков, Иван-царевич у славян - все они проникали на тот свет и путешествовали по нему.

Английский писатель и врач Артур Конан Дойл, создатель бессмертного Шерлока Холмса, в последние годы жизни решил посвятить себя приобщению людей к великой истине о том, что смерти нет. К этому убеждению он пришел после многочислен­ных исследований на тему жизни после смерти. Он писал: «С минуты, когда я понял необычайную важность этого вопроса и представил себе, как изменится мир, как воспримут это люди, я почувствовал: все, что сделал ранее и что смогу еще сделать, - ничто по сравнению с этой задачей»

Татьяна Толстая в одном из недавних выступлений говорила: «Смерти нет. Это я вам категорически заявляю. Я была там, я знаю. Смерть - это просто переход. Это как будто ты мчишься на машине на кирпичную стену и самое страшное - это Страх. Ты врезаешься в стену... а оказывается, это всего лишь очень гус­той туман. И ты выходишь из тумана в другой мир» Писатель­ница была в состоянии клинической смерти, и ее впечатления совпали со свидетельствами пациентов знаменитого доктора Рона Моуди, написавшего бестселлер «Жизнь после смерти».

Выдающийся советский ученый, один из отцов космонавти­ки - академик Борис Раушенбах свидетельствует: «Я был там и все видел... у меня был выбор... Передо мной были две дороги. Одна вела прямо, и там был виден яркий и цветной мир, много зелени, цвета... Это была дорога к Смерти. Вторая шла направо. Там виднелся заплеванный, замызганный мир в серых тонах,


Заявка, литературный сценарий, режиссерский сценарий

и там двигались какие-то люди... Это была дорога в Жизнь... Я выбрал жизнь. И теперь я не боюсь умирать»

Мы предлагаем создать цикл из пяти-шести тридцатиминут­ных телевизионных фильмов (или программ), интригующих, провокационных, загадочных, где мистика соседствовала бы с научными гипотезами, философия - с поэзией.

Мы не собираемся пугать наших зрителей. Наоборот, если в данном случае уместно говорить об оптимизме, наши програм­мы будут именно такими. Не хочешь умирать — не умирай!..

Наши серии будут посвящены и тому, как проблемы загроб­ного мира трактуют мировые религии.

Это будет сериал о Величайшей Загадке. Среди прочего на эк­ране предстанут:

Загробный мир в славянских легендах.

Египет и египетская книга мертвых.

Тибетская книга мертвых.

Индийская книга мертвых.

Свидетельства Рериха и философские пророчества Федорова, проблемы Ада и Рая, клонирование человека и человек как го­лограмма Вселенной, споры физиков, мистиков и богословов.

Наша география - от Киево-Печерской лавры до Голгофы, от Швециидо Индии.

Наши герои - все те, у кого есть интересная и необычная точка зрения на исследуемую проблему.

Мы не будем ничего доказывать.

Разумеется, мы не знаем окончательного ответа.

Мы не можем знать, как там?

Ното, что смерть - это не конец всему, в этом мы, авторы, не сомневаемся. Наверное, большинство людей на свете, даже самые большие скептики, тоже хотели бы в это верить. И им на­верняка будет интересно узнать, что думали и думают об этом лучшие умы человечества.

Существует красивая индийская притча о личинках стрекоз, живущих на дне пруда. Их постоянно мучает одна загадка: что происходит с ними, когда, взрослея, они поднимаются к поверх­ности пруда, пересекают ее и исчезают навсегда? Лягушка рас-


 




Роман ШИРМАН. Алхимия режиссуры

сказала личинкам о том, что они в ином мире превратятся в удивительные существа со сверкающими в потоке солнечного света крыльями. Но личинки не могут в это поверить и живут в страхе, который отравляет им жизнь в пруду и не дает подгото­виться к новой жизни под солнцем...

Сценарии всех фильмов сериала могут быть представлены к ... года.

Сериал может быть запущен в производство в ... года.

Привожу еще один пример моей заявки на телевизионную программу для телеканала «Интер». Она стала основой теле­программы, выходившей в эфир в 2003-2004 годах.

ТЕЛЕКАНАЛ «ИНТЕР»

ЗАЯВКА НА ЦИКЛ КУЛЬТУРОЛОГИЧЕСКИХ ПРОГРАММ

«ВСПЛЕСК КУЛЬТУРЫ?»(хронометраж - 35 минут)

Автор и режиссер - Роман ШИРМАН

Телевизионная программа «Всплеск культуры?», выходя­щая в эфир раз в неделю, расскажет зрителям о ярких событиях в культурной жизни страны и мира. Познакомит с выдающи­мися деятелями культуры и искусства как в Украине, так и за рубежом. Среди участников и героев программы будут культу­ролог Тарас Возняк и художник Тиберий Сильваши, художник Олег Целков и эссеист Игорь Померанцев, поэт Пауль Целлан и писатель Бруно Шульц, философ Жорж Нива и кинорежиссер Кира Муратова...

«Всплеск культуры?» будет отличаться от уже существую­щих программ на эту тему несколькими особенностями. Пре­жде всего она не будет программой культурных новостей. Мы не позволим себе ограничиться беглыми информационными репортажами об открытии выставок, сообщениями о премье­рах и презентациях новых культурных проектов. Нас интере­сует не столько информация, сколько интерпретация событий в мире искусства, культурологический, философский анализ затронутых тем.


Заявка, литературный сценарий, режиссерский сценарий

Мы попытаемся сделать программу максимально интересной для возможно большего количества зрителей. Отсюда принци­пиальное требование: никаких банальностей, никаких молеб­нов в честь реальных и мнимых классиков, никаких репорта­жей, «стоя на коленях перед шедеврами». Это будет программа без возвышенных разглагольствований и благородно-академи­ческой скуки.

Мы будем вести наш рассказ преимущественно о ныне здравс­твующих и активно работающих в искусстве людях.

Несмотря на то что мы прокламируем создание культурно-аналитической программы, разговоры в студии будут сведены к минимуму (мы ограничимся лишь студийной записью веду­щего), основной акцент будет сделан на живых, динамичных, иногда драматичных, иногда ироничных сюжетах, снятых на местах событий.

Каждая программа состоит из четырех-пяти сюжетов (хроно­метраж каждого - до пяти минут). Их объединяет своим ком­ментарием автор-ведущий, находящийся в студии.

Первый выпуск программы тематически будет выстроен сле­дующим образом:

1. Сюжет: «Частный театр «ДАХ» и его создатель Владислав Троицкий».

2. Сюжет: «Фотограф Виктор Марущенко и австрийские ки­нодокументалисты» .

3. Сюжет: «Партия умеренного прогресса в рамках закона» Ярослава Гашека».

4. Сюжет: «Из мира АДНАВО в мир другой» - творчество ду­шевнобольных ».

Среди тем, которые мы намерены обсудить в ближайших про­граммах, будут такие: «Искусство и насилие», «Сколько поэ­тов нужно стране?», «Кто заметил потерю украинского кино?», «Наши за границей», «Смерть по телевизору», «Поговорим о письмах: любовных, открытых, закрытых, ненаписанных, анонимных, подброшенных, конфискованных...».

Станислав Ежи Лец в свое время грустно заметил: «Культура для многих - это первая потребность, которую не нужно удов­летворять»


 




Роман ШИРМ АН. Алхимия режиссуры

Утверждать, что культурная жизнь в нашей стране бьет ключом, было бы некоторым преувеличением. Что ж, тем вни­мательнее мы будем относиться к каждому всплеску в жизни нашей и не нашей культуры.

Разумеется, настоящую и осмысленную заявку можно напи­сать только тогда, когда у автора появилась более-менее внят­ная идея будущего произведения. Это может произойти созна­тельно и бессознательно. На интересный замысел может на­толкнуть какая-то мелочь, деталь. Иногда замысел становится результатом долгих и мучительных поисков. Это присуще ра­боте любого автора и режиссера, в каком бы виде и жанре кино или телевидения он ни работал (за исключением, разумеется, режиссеров, переносящих на экраны отечественного телевиде­ния купленные по лицензии готовые иностранные программы: здесь уже все решено и испытано давно — и сюжет, и музыка, и декорации, и шутки персонажей).

Чтобы ощутить, насколько мы не одиноки в своих мучитель­ных поисках темы, материала, сюжета, обратимся к опыту ве­ликих мастеров экрана.

Выдающийся французский кинорежиссер Рене Клерписал: «Как рождается идея сценария? На этот вопрос можно ответить только вопросом. Есть растения, которые растут где попало, но которые нельзя вырастить когда заблагорассудится. Для вы­ращивания идей не существует ни методов, ни рецептов. Бы­вает, остановишься вечерком около группы уличных певцов, а спустя несколько лет напишешь сценарий «Под крышами Парижа». Заметишь повилику на пустыре, окруженном завод­скими корпусами, и сразу же возникают первые сцены фильма «Свободу - нам!». Стало быть, это образ или звук, которые?.. Да, возможно. Подчас так. Но тогда почему же сюжет «Ночных красавиц» пришел мне в голову сразу и целиком не где-нибудь, а в Нью-Йорке, во время прогулки по Пятой авеню?»3

Шведский киноклассик Ингмар Бергман:«Фильм для меня начинается чем-то очень неопределенным - случайным замеча­нием, обрывком разговора, неясным, но приятным событием, не связанным с определенной ситуацией. Это могут быть не­сколько тактов музыки, луч света, пересекший улицу. Таковы


Заявка, литературный сценарий, режиссерский сценарий

мгновенные впечатления, которые исчезают так же быстро, как появляются, но оставляют какое-то настроение... Это душевное состояние, не само повествование, а нечто, изобилующее бога­тыми ассоциациями и образами. Более того, это яркая цветная нить, протянувшаяся из темного мешка подсознания. Если я начну наматывать эту нить и сделаю это осторожно, получится целый фильм»4

Великий итальянский режиссер Федерико Феллинитак вспоминал о рождении замысла фильма «Мошенничество»: «Однажды вечером в Одиндоли, где мы снимали сцену со сне­гом, я увидел в траттории за соседним столом небольшого чело­вечка лет пятидесяти, который ел суп, не спуская с меня глаз. Я чувствовал, что он собирается заговорить со мной. Так как мне хотелось того же, я пригласил его за свой столик.

Он рассказал мне свою жизнь.

Этот человечек обманывал всех в течение тридцати лет, про­давая на рынках кипы тканей, которые он выдавал за шерсть... Понятно, что он не мог подолгу оставаться на одном месте. Эта жалкая бродячая жизнь стала первой клеточкой «Мошенничес­тва». В его рассказах я увидел мои пыльные дороги, мои дворы ферм, мои ярмарки и мои маленькие площади»5

Выдающийся советский кинодраматург Александр Володин:«Лет пять подряд, каждое лето, каждый вечер я ездил на трам­вае в Центральный парк культуры и отдыха. Там, в белой рако­вине, иллюминированной электролампочками, играл военный духовой оркестр под управлением лейтенанта Гурфинкеля. Все потрясения, какие содержит в себе музыка, я испытал здесь. Од­нако удовольствие это было тайным и стыдным, я знал, что во­енные оркестры пристало любить маленьким. Однажды я попал в парк с друзьями из класса. Они остановились возле оркестра послушать. Я трясся, вдруг они по моему виду догадаются, что это парковое мероприятие - и есть моя жизнь!.. Они ничего не заметили. До сих пор больше других музыкальных инструмен­тов я люблю трубу. Она ближе всех человеческому голосу. Поэ­тому фильм «Звонят, откройте дверь!» - про трубача»6

Французский режиссер Аньес Бардав одном из интервью во время Нью-Йоркского международного кинофестиваля гово­рила: «Фильм всегда начинается с какой-то эмоции... Я сняла


 




Роман ШИРМ АН. Алхимия режиссуры

не так много фильмов именно потому, что я ждала чего-то, что подтолкнет меня » 7 Режиссер однажды увидела, как на большой рынок запускают нищих. Им дают сорок пять минут, чтобы они смогли подобрать отходы. Кто-то находил себе гнилое яблоко, кто-то картофелину, кто-то полуразбитое яйцо. И происходило все это в наши дни, в богатой и благополучной Франции. Эта сцена стала для режиссера стартовой эмоцией. А еще - знаме­нитое полотно художника Жана-Франсуа Миллье «Сборщики колосков» (1867 г.), на котором живописец увековечил несчас­тных женщин, подбирающих случайно оставшиеся колоски на давно убранном поле. Фильм Аньес Варды «Подбирающие после жатвы и я» - документальный фильм-размышление.

Не могу удержаться от того, чтобы тут же не привести исклю­чение из строгих правил, о которых только что рассказывал.

По свидетельству сатирика и драматурга Виктора Шендеро­вича,знаменитая программа «Куклы» старого НТВ родилась в результате того, что некий достаточно легомысленный продю­сер по случаю заказал во Франции партию резиновых кукол для телешоу. Среди них были: парочка политиков, банкир, крем­левский пресс-секретарь и останкинский телеведущий. Что со всем этим делать, не знал никто. Пригласили на помощь Гри­гория Горина. Тот позвал на выручку Виктора Шендеровича, который в своей книге «Куклиада» описал дальнейшее: «Мы с Гориным выпили по три чашки чая и съели по порции моро­женого, но прояснению ситуации это не помогло. С имевшим­ся раскладом кукол делать было совершенно нечего. «Нужна концепция, - напутствовал меня у дверей классик. - У вас мо­лодые мозги, думайте!» Мы встретились через несколько дней. «Ну? - строго спросил меня Григорий Израилевич. - Придума­ли концепцию?» Я виновато развел руками. «А я придумал», -нравоучительно сказал Горин. Он неторопливо закурил труб­ку и с минуту задумчиво посасывал ее, бесстыже увеличивая драматургический эффект. Наконец значительно поднял палец и изрек: «Надо взять у них аванс и скрыться» Эту концепцию я знал и без него»5 Настоящая концепция этой некогда яркой и знаменитой программы родилась почти случайно. Режиссер Василий Пичул взял с книжной полки лермонтовского «Героя нашего времени», и оказалось, что реплики персонажей заме-


Заявка, литературный сценарий, режиссерский сценарий

чательно «ложатся» на современных политиков. Потом Виктор Шендерович таким же образом «переосмыслил» Сервантеса («Док Кихота»), Шекспира («Гамлета»), Гофмана («Крошку Цахеса»)ипр.

Но вернемся к разговору о заявке.

Итак, мы уже выяснили, что она должна дать представле­ние о контурах будущей работы, об основной мысли, сюжете, жанре, характерах действующих лиц. Заявка должна быть по возможности увлекательной. Она рассчитана на прочтение за один раз. И стоит учесть: наряду со всем прочим (а может быть, прежде всего!) продюсеры и руководители студий будут искать в ней проблески таланта автора, оригинальность склада его ума. Поэтому автор должен предстать перед строгими судьями во всем своем блеске. Особенно когда автор молод и мало извес­тен. Это впоследствии ваше громкое имя будет работать на вас и придавать вашим заявкам дополнительный шарм...

Опытнейший редактор и преподаватель ВГИКа Лариса Го­лубкина в своем исследовании «Работа над сценарной заявкой» писала о сложностях, возникающих на этом этапе перед авто­рами: «Это лишь первоначальный план, эскиз будущей вещи. Вероятно, никому из великих мастеров прошлого не пришло бы в голову выносить на обсуждение компетентных людей свой план-набросок. И дело тут не только в том, что на данном этапе создания произведения существуют еще слишком личные, ин­тимные взаимоотношения между творцом и его творением, -дело в том, что для любого художника план, наметки значат гораздо больше, чем для тех, кто с ним знакомится. Это хоро­шо задним числом, прочтя от корки до корки «Войну и мир», перелистывать, вчитываясь, в те подчас отрывочные и путаные ^записи, из которых возник великий роман. А если наоборот -сначала прочесть заметки, можно ли представить себе весь мас­штаб, всю значительность будущей вещи? Вряд ли»9

Режиссер-документалист Павел Коган, один из авторов зна­менитого фильма «Взгляните на лицо», начал работу над своей картиной, располагая лишь утвержденной заявкой. Она, как потом выяснилось, имела мало сходства с будущим фильмом. Режиссер позже сам рассказывал о том, какие серьезные изме-


 




Роман ШИРМ АН. Алхимия режиссуры

нения претерпел замысел этого знаменитого фильма. Речь в нем шла о том, как ленинградцы воспринимают выставленную в Эрмитаже «Мадонну Литту» Леонардо да Винчи. Кстати, филь­му этому сорок лет, что для документального кино срок просто убийственный. Тем не менее он и сегодня смотрится прекрас­но. Поначалу авторы намеревались сделать фильм о том, как в Эрмитаже к впервые выставленной «Мадонне Литте» рванул­ся легкомысленный поток зевак и туристов. Люди глазели на знаменитое полотно и ничего интересного для себя в нем не на­ходили. Многие были разочарованы: столько слышали об этом шедевре, а на самом деле картина как картина... Ситуацию усу­губляли и нелепые в большинстве своем тексты экскурсоводов, поясняющих это полотно: «Как видите, в этой картине ничего не происходит особенного. Это обыкновенная, очень жизненная сценка, и вместе с тем эта картина очень торжественна, очень опять-таки проникнута этим бережным, внимательным, любов­ным отношением к людям, к человеку, к матери и ребенку... А ребеночек себя чувствует очень хорошо. Он ножками болтает, он посматривает на нас с вами, он сосет грудь, и знаете, так хо­рошо ему, очень уютно сейчас...» Это текст экскурсовода, сня­того в фильме. Или вот еще один фрагмент из записанных ки­нематографистами откровений «искусствоведа» перед школь­никами: «Таким образом Леонардо да Винчи создает образ иде­ального человека своей эпохи. Это обобщенный образ. Ребята, это очень трудно понять, и вы постарайтесь понять то, что я вам говорю... Это то же самое, как если бы, скажем, современный скульптор захотел рассказать о герое Отечественной войны. Он ведь не стал бы, скажем, изображать Сергея Петровича или Павла Сергеевича. Верно? Он бы создал какой-то обобщенный образ советского солдата, образ героя нашего времени...» Эти разглагольствования сильно смахивают на известную пародию Ефима Шифрина, исполнявшего роль экскурсовода у полотна с изображением кающейся Марии Магдалины: «Она смотрит за­думчиво и как бы спрашивает себя: как же это я могла такое сделать?., как же это меня так угораздило?... И мы ей как бы верим!..» Однако вскоре желание авторов фильма «Взгляни­те на лицо» сделать его хлестким и безжалостным сменилось более сложными намерениями. Они рассмотрели в залах музея


Заявка, литературный сценарий, режиссерский сценарий

не только скучающих туристов и самозваных искусствоведов, но и замечательные одухотворенные лица. «Когда мы впервые пришли в Эрмитаж и увидели бесконечный поток экскурсий, мы сразу решили снять эпизод, где экскурсоводы с бесконечно монотонными голосами (а оно так и есть) сменяют друг друга, -рассказывал Павел Коган. - Мы заметили, как многих из по­сетителей прямо-таки обуревают туристские чувства - все пос­мотреть и ничего не увидеть. Так возникла идея «базара на пло­щади». Целомудренная мадонна утром в еще пустом Эрмитаже, затем появляются посетители, звучат монологи экскурсоводов, туристы торопливо фотографируют (мы их воспринимаем как «расстреливающих» картину) - атмосфера ярмарки, черт знает что творится... И мы даже сняли такой заключительный кадр: вестибюль Эрмитажа в финале дня, когда все уходят, оставляя мадонну одну, и в этом белом вестибюле, подсвеченном солн­цем, движется маленькая черная фигурка уборщицы и смывает накопившиеся за день шаги. Мы упивались этим кадром, но все же не включили его в картину, потому что боялись нажима и на­зидания. Если бы мы лишь решили осудить людей, мы бы не об­ратили внимания на лица, которые нам удивительно нравятся, хотя мы о них ничего не знаем. Седая женщина. Или девушка со скрещенными на груди руками... К чему мы стремились? Попы­таться постигнуть тайну сопричастности человека искусству. Показать, как лишь немногие из потока людей, бесконечно те­кущего перед мадонной, по-настоящему дают себе труд понять и почувствовать произведение »10

И получился фильм о том, как некоторым людям удается счастливая встреча с высоким искусством, а другие лишены этой радости. И нет во всем этом ни издевательства над просто­ватыми посетителями, ни высокомерия. Сожаление - да. И по­нимание того, что счастье (во всех своих видах) - штука редкая и, увы, мало кому доступная...

При создании заявки следует учитывать: никто в даль­нейшем не будет дословно сличать написанное вами с го­товым фильмом (особенно если он получится удачным!). Вы можете несколько уклоняться в ту или иную сто­рону, соблюдая старую истину: заявки и сценарии -это не догма, а руководство к действию.


 




Роман ШИРМ АН. Алхимия режиссуры

Лариса Голубкина в специальном исследовании о заявках рассказывает о том, как работал над заявками Александр Воло­дин (« Пять вечеров », « Осенний марафон », « Похождения зубно­го врача» и др.): «Кинодраматург А. Володин обычно приносил в сценарный отдел заявку на нескольких страницах, в которых намечается история, основная фабула будущей вещи. Замысел разрабатывается и видоизменяется в процессе работы над сце­нарием. Иногда видоизменяется до неузнаваемости. Так в свое время А. Володин представил на студию заявку в объеме полу­тора страниц под названием «Происшествие, которого никто не заметил». В заявке очень сжато была пересказана история, а вернее, даже начало истории о мальчике, который каждое утро начинал жить заново: он забывал все, что с ним было накануне, и вновь знакомился с девочкой, которой он вчера объяснялся в любви, и протягивал руку врагу, который недавно его тяжко оскорбил. Замысел этого сценария был связан с детьми, и Во­лодин начал посещать школы, ходить на занятия, встречаться с ребятами. Неожиданно все увиденное и услышанное там на­толкнуло его на совершенно иные проблемы и размышления. И через некоторое время объединение получило от А. Володи­на сценарий, который назывался «Звонят, откройте дверь!» и рассказывал о девочке-пионерке, о ее первых открытиях, на­деждах и разочарованиях. Нужно сказать, что это был один из самых совершенных и завершенных сценариев А. Володина, хотя родился он таким сложным образом»71

Те, кто видел этот замечательный фильм режиссера Алек­сандра Митты, в котором впервые снималась маленькая Елена Проклова и блеснул еще молодой Ролан Быков, могут оценить, какой далекий путь прошел автор от заявки до реализации за­мысла.

Польский документалист Войцех Старонь несколько лет назад приступил к работе над фильмом «Миссионер». На ста­дии заявки все складывалось удачно. Рассказ о жизни поль­ского монаха-миссионера, живущего и проповедующего среди индейцев в далеких и малодоступных горах Аргентины, вы­звал интерес и поддержку. Затея понравилась не только в Польше, но и аргентинскому правительству, которое выдели­ло небольшие деньги в помощь кинематографистам. Режис-


Заявка, литературный сценарий, режиссерский сценарий

сер-оператор Войцех Старонь со звукорежиссером отправи­лись в далекую командировку. Оснащенные двумя камерами (Во1ех и АггШех ВЬ) с четырьмя тысячами метров 16-милли­метровой пленки, они прибыли в Аргентину. К их изумлению, герой фильма, несмотря на предварительную договоренность, категорически отказывался идти на контакт. На все вопросы отвечал односложно и делал все, чтобы уклониться от съемок. Вскоре выяснилось, что он намерен закончить свою миссию в горах и досрочно вернуться на родину. Режиссер оказался в сложнейшем положении. Он предпринял энергичные попыт­ки найти другого героя. Спустя пару недель в поле его зрения попала польская монахиня. Но она оказалась недостаточно интересной и значительной для главной героини. К счастью, экспедиции хватило денег и терпения для того, чтобы продол­жить поиски. И наконец, Старонь нашел удивительно инте­ресного, общительного и обаятельного героя - отца Казимира. Правда, жил и работал он не в Аргентине, а в Боливии. Режис­серу пришлось перебраться в другую страну и подняться еще на пару тысяч метров вверх, в боливийские Анды. Польский монах отец Казимир, пятнадцать лет живущий высоко в горах среди индейцев, оказался не только удивительно интересным персонажем и собеседником, но и настоящим помощником режиссера. Без его содействия местные жители, оторванные от большой земли, ни за что не подпустили бы так близко к себе кинематографистов-чужеземцев. Войцех Старонь провел со своим героем несколько месяцев. Он снимал его поездки к пастве, уникальные местные обряды - смесь католичества с традиционными индейскими верованиями. Режиссер и мисси­онер замерзали вместе, провалившись под лед озера. Бродили по горным тропам. Наблюдали за жизнью бедных и наивных аборигенов. Когда-то Че Гевара мечтал по-своему осчастли­вить этих своих земляков. Отец Казимир пытается помочь им Другими способами. Прелесть фильма состоит еще и в том, что мы оказываемся будто бы на другой планете. Здесь, в высоко­горье, на другом конце Земли, все другое: и пейзаж, и скалы, и небо, и люди. Такое ощущение, будто мы оказались на вновь открытой планете Солнечной системы, отдаленно похожей на нашу, но живущей совершенно другой жизнью.


 




Роман ШИРМАН. Алхимия режиссуры

Как мог автор-документалист предвидеть все случившееся в своем сценарии? Да никак. Поменялся не только главный герой, изменилась страна пребывания (не Аргентина, а Боли­вия). И все же автор, еще в заявке обозначивший главную тему и идею фильма, по ходу съемок смог наполнить их новым со­держанием. И благополучно закончил свою киноэкспедицию.

Кроме всех производственных необходимостей, заявка полез­на автору еще и тем, что заставляет его сжато и точно сформули­ровать замысел. Обратите внимание: когда мысль или какая-то идея созрела, ее, как правило, можно сформулировать букваль­но в нескольких словах. А когда автор «плавает», когда концы с концами не сходятся, начинается туманное словоблудие.

Американский сценарист и автор популярного пособия для начинающих драматургов Скип Прес призывал в этом смысле учиться у Шекспира. Каждую его пьесу, даже самую сложную, американский сценарист брался изложить в двадцать пять слов:

■ «Ричард III». Мрачные и вечные вопросы жадности и жажды власти решаются на фоне реальных исторических со­бытий: кровавое восхождение на трон человека, погруженного в собственное безумие.

■ «Царь Иоанн». Пьеса о тщете войн и цене, которую страна и семья может заплатить в борьбе за трон. Самый интересный персонаж - коварный сын Ричарда Львиное Сердце, Филип Фальконбридж, которого не допускает на трон его незаконное рождение.

■ «Юлий Цезарь». Драматическое исследование убийства великого полководца, а также мотивов заговорщиков основано на реальных исторических фактах.

■ «Гамлет». Чтобы отомстить дяде за убийство отца, принц притворяется сумасшедшим и убивает советника дяди. Будучи уличенным и сосланным в Англию, Гамлет изменяет содержа­ние письма с приказом о его казни, в результате чего гибнут его стражники. Затем он возвращается и убивает дядю»22

Хочу привести еще один пример заявки. На этот раз это заяв­ка на сценарий игрового фильма, и принадлежит она перу вы­дающегося кинорежиссера Отара Иоселиани (что лишний раз


Заявка, литературный сценарий, режиссерский сценарий

доказывает: и всемирно признанным классикам, как и прочим смертным, приходится трудиться над заявками...).

Король и его подданные Заявка О. Иоселиани на фильм

В великий XVII век стремление к комфорту приводило к тому, что войны велись предпочтительно летом.

С осени и до весны, уединившись в своих замках и дворцах, противники плели нити заговоров и разрабатывали стратегию сражений.

Обычно Король-Солнце появлялся на поле брани лишь в тот момент, когда становилось ясно, что битва будет выиграна. Тогда он представлял некоторым избранным куртизанам воз­можность полюбоваться грандиозным зрелищем победы.

Остальное время он строго следовал правилам дворцовой жизни, превращая ее в аквариум, в котором, подобно золотым рыбкам, резвились его приближенные. В этом был определен­ный умысел верховного лица: отделенная стеной от реального мира знать не могла мешать королю править, как ему вздума­ется.

Мольер ежедневно посещает двор в последний период своей жизни - с 1660 по 1673 год. Там он черпает вдохновение, там «подсматривает» некоторые свои сюжеты...

Рассказывая о судьбе множества самых разных персона­жей, фильм воссоздает забавную атмосферу при дворе Коро­ля-Солнце...

В основу этой комедии будет положена история создания одной из мольеровских пьес, скажем, «Школы жен». Это будет вымышленная история, мы используем некоторые ходы и кол­лизии Мольера, чтобы показать падение нравов в высшем свете Франции в эпоху расцвета абсолютной монархии.

Вот только один пример, проливающий свет на основной прием будущего фильма. Сначала, наблюдая встречу двух вель­мож, даже самые невнимательные зрители узнают в их диалоге коллизию известной мольеровской пьесы, и язык персонажей фильма может быть тем же, что у героев Мольера.

Немного позднее на репетиции театрального спектакля мы увидим ту же ситуацию, но в литературном оформлении.


Роман ШИРМАН. Алхимия режиссуры

Еще позднее премьера пьесы представит окончательный ва­риант этого сюжета. Параллельно мы станем свидетелями эво­люции образов героев, послуживших прототипами для авто­ра, и возможно, в фильме их будет ожидать иная судьба, чем в пьесе великого драматурга...

Нет ничего печальнее, чем зрелище прежде гордого и смелого кавалера, вырядившегося в кружева и ленты, напомаженного и разряженного, танцующего менуэт, заискивающего перед ко­ролем, потеющего под тяжелым кудрявым париком, пренебре­гающего в вечной спешке умыванием и заменяющего гигиену тела пудрой и духами!

В погоне за этим эфемерным счастьем придворный вельможа не живет, он становится пешкой, слугой, слепо исполняющим требования этикета, которые совершенно лишают его собствен­ного лица. Так проходит жизнь. И таким куртизаном можете стать и вы, дорогой зритель.

Стремясь помочь вам избежать столь печальной участи, мы и стараемся высветить те скрытые в глубине вашего сознания тенденции, что грозят подтолкнуть вас к суете, в которой будут безвозвратно потеряны оставшиеся вам годы жизни» 13