Мои Конспекты
Главная | Обратная связь

...

Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Немецкое просвещение.





Помощь в ✍️ написании работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой

Эстетика немецкого Просвещения – начальный этап в развитии немецкой классической эстетики, которая представляет собой исключительно сложное и противоречивое явление. Ее развитие начинается с середины XVIII в. и заканчивается в 40-х годах XIX в. во время кризиса немецкой классической философии.

Принято считать, что основателем немецкой эстетики является Александр Баумгартен (1714–1762). Гносеология Баумгартена содержит два раздела: эстетику и логику. Эстетика содержит в себе теорию “низшего”, чувственного познания, логика – высшего, интеллектуального. Для обозначения низшего знания он избирает термин “эстетика” (aisthetikos), что одновременно трактуется автором как чувство, ощущение и познание. Если логика является наукой о законах интеллектуального познания, то эстетика – наука о законах чувственного познания. Соответственно существуют два вида суждений: логические и чувственные, “сенситивные”. Логические формируются из отчетливых представлений, а чувственные – из смутных. Логические суждения Баумгартен называет суждениями разума, чувственные – вкуса. И если объектом логических суждений является истина, то объект эстетических – прекрасное (совершенство, познаваемое через чувства). Прекрасному противостоит безобразное.

Эстетику Баумгартен делит на “теоретическую” и “практическую”: теорию прекрасного и теорию искусства. В рамках теоретической эстетики философ определяет объективную основу прекрасного – это совершенство как объективное свойство мира в целом и каждой его части. Совершенство постигается как в чистом познании (разум) инеясных представлениях (чувственное восприятие), так и в способности желания (воля). Благодаря наличию этих трех способностей у познающего субъекта совершенство раскрывается в трех аспектах: истине, красоте и добре. Одна и та же сущность, следовательно, постигается в различных формах. Примерно так, как поющая птица: для слуха она звук, а для зрения – форма и цвет. Пытаясь конкретизировать понятие об объективных основах прекрасного, Баумгартен указывает на гармонию частей целого. Как продукт совершенной деятельности Божества, наш мир является прообразом для всего, что может оцениваться как прекрасное. Поэтому высшей задачей художника можно считать подражание природе. И чем больше удаляется он от природы, тем его произведения становятся менее правдивыми и одновременно более уродливыми. В практической эстетике Баумгартена много места отводится всякого рода техническим советам, которые он дает поэтам.

Огромный вклад в формирование немецкой эстетики внес Иоганн Иоахим Винкельман (1717–1768) – немецкий просветитель, историк и теоретик искусства.

В своем эстетическом трактате “Мысли по поводу подражания греческим произведениям в живописи и скульптуре” он предлагает современникам единственный путь к величию и оригинальности – следовать древним мастерам. Он утверждает, что именно этим путем шли Микеланджело, Рафаэль, Пуссен. Знаток и истинный подражатель может найти в древнегреческих произведениях искусства не только прекрасную натуру, но и нечто большее – идеальную красоту, которая складывается из образов, созданных разумом.

Сущность искусства Винкельман усматривал в подражании природе. Но подражание прекрасному в природе может быть или направлено на какой-либо единичный предмет, или собирает воедино наблюдения над целым их рядом. Если это подражание единичному объекту, получается портрет, похожая копия объекта. Если подражание охватывает ряд предметов, мы можем получить идеальное изображение. Первый путь приводит к голландской живописи, второй – к обобщающей красоте древнегреческого искусства. Естественно, именно второй путь Винкельман называет наиболее плодотворным. Здесь художник выступает не в роли копииста, а становится настоящим творцом, поскольку, прежде чем создавать изображение, он составляет общее понятие о красоте и руководствуется затем ее прообразом. Следуя этому пути, художнику придется, по словам Винкельмана, “пропитать” кисть разумом.

В основе всех эстетических построений у просветителя находится “обобщающая красота” – духовная природа, творимая разумом. Идеальная красота превосходит обычные формы материи, преодолевает ее ограниченность. Винкельман стремитсяконкретизировать понимание красоты, определив идеал человека. Таковой он, естественно, находит в Древней Греции, в частности, в “Филоктете” Софокла и скульптурной группе “Лаокоон”. Идеал для этого эстетика – стойкий человек, великий в своей невозмутимости и терпении, способный героическими усилиями духа преодолеть те страдания, которые обрушиваются на него извне. Поэтому главной отличительной чертой древнегреческих шедевров Винкельман считает благородную простоту и спокойное величие, которые он противопоставляет вычурности и ложности в искусстве.

В соответствии с этим пониманием красоты он решает отдельные, частные вопросы эстетики. Отдает предпочтение пластическим искусствам, поскольку они по своей специфике решают, скорее, художественные задачи красоты, чем выражения. На первый план он ставит контур, рисунок, объявляя краски, колорит второстепенными. Вообще пластичность и художественность автором идентифицируются.

Расцвет пластических искусств в Древней Греции, по мнению Винкельмана, определялся исключительно политической свободой. Именно поэтому автор предпочитает древнегреческие образцы римским. Он критиковал классицизм XVII в., ориентировавшийся преимущественно на идеалы императорского Рима. Винкельман же, как и большинство просветителей, предпочитал демократические Афины. С этой позиции мыслитель осуждает феодальные порядки германского государства, подавляющие и разрушающие человеческую личность. Он убежден, что идеал красоты процветает на демократической почве, а красота всегда сопутствует свободе.

Эстетические позиции Винкельмана характеризуются внутренней противоречивостью. С одной стороны, он выражает яростный протест, стремление уничтожить условия, разрушающие личность и препятствующие развитию искусства. С другой – эти позиции отличаются созерцательностью, пассивностью. Человек должен быть не борцом, а стоиком, мужественно преодолевающим все страдания. Идеальный человек, герой, по Винкельману, только внутренне превозмогает насилие и достигает полной свободы лишь в духе. Этот образ утопичен и абстрактен.

Одним из его первых критиков был Готхольд Эфраим Лессинг (1729–1781) – немецкий мыслитель-просветитель, писатель, драматург, теоретик искусства и эстетик. Фактически Лессинг стал основоположником немецкой эстетики, литературной критики и теории литературы. Он был первым немецким писателем и теоретиком искусства, требовавшим от искусства народности.

Разработке принципов реализма посвящено его теоретическое исследование “Лаокоон, или о границах живописи и поэзии”, ставшее целой эпохой в развитии немецкой классической эстетики.

Прежде всего он выражает свое несогласие с концепцией красоты Винкельмана, который считал спокойствие свойством красоты и утверждал, что свободу можно обрести путем возвышения над чувственным миром, путем полного отрешения от всех страстей и чувственных стремлений. Лессинг противопоставляет его теории свою трактовку сущности Лаокоона: видит в нем выражение стоической невозмутимости и атараксии. Торжество духа над телесными страданиями – вот что усматривал он в греческом герое. Лессинг выступает против стоической концепции морали, считая ее рабской. Греки же, по его мнению, были чувствительны и не стыдились человеческих слабостей, страхов, что, впрочем, не мешало им быть людьми чести и исполнять свой долг.

Лессинг видит красоту не в созерцательном покое, а в борьбе, в деятельности и страстном возмущении против несправедливости и зла. Пластические искусства не в состоянии это выразить. Чувственно воспринимаемая действительность посредством пластики представляется неким косным началом, лишенным движения и жизненности, свободным от внутренних противоречий и борьбы. Поэзия же сосредоточивается не на телесном мире, а на духовном, где царят движение, борьба, страсть, жизнь.

Таким образом, Лессинг полагает, что всякое искусство способно изобразить правду, однако объем и способ ее воспроизведения в разных видах искусства различен. Он считает, что истина и правда не в истории, не в индивидуализации, а в типичной, “родовой” основе характеров и ситуаций. Следовательно, реализм базируется не на буквальной верности фактам, а на типовой логике характеров. В этом ярко проявляется специфика реализма эпохи Просвещения. Лессинг попытался преодолеть его метафизичность, но теоретики того периода не оценили его попытки. Мыслитель поставил вопрос о том, как может быть характер одновременно и типическим, и индивидуальным. По сути, речь идет о диалектике единичного, особенного и общего в художественном образе. Лессинг догадывается о диалектическом характере данного противоречия и хочет преодолеть традиционную метафизичность мышления эпохи Просвещения. Однако его единомышленники проблемы тут не видят. Поэтому он, поставив вопрос, не идет до конца в его решении, а предпринимает поиски некоего равновесия между идеалом и действительностью, между обобщением и эмпирическим многообразием, между индивидуальным и типичным.

Немецкое Просвещение стало важным этапом в развитии мировой эстетической мысли. В этот период были выдвинуты новые методологические принципы анализа художественных произведений, принципы историзма и диалектики, разработаны основные эстетические категории. Немецкие просветители оказали решающее влияние на последующее развитие эстетики в Германии, в частности, на Гете, Шеллинга, Гегеля.

Огромную роль в развитии немецкой эстетики сыграл немецкий поэт и драматург Фридрих Шиллер (1759–1805). Эстетические воззрения молодого Шиллера полностью совпадают с концепцией Просвещения. Своеобразие его взглядов состоит в том, что он с самого начала выступает против материализма, усматривая в этом мировоззрении выражение аристократического эгоизма и аморализма. В “Разбойниках” злодей Франц Моор – противник благородного Карла. При этом Моор – материалист, а Карл – сторонник этического идеализма. Материализм и идеализм для Шиллера, по сути, выражение эпикурейских и стоических принципов морали. Свое идеалистическое мировоззрение писатель формулирует в “Философских письмах”. Здесь же он критикует этику “разумного эгоизма” просветителей-материалистов.

Вселенная, по Шиллеру, есть мысль Бога. Законы природы – только знаки, которые конструирует одно мыслящее существу, чтобы сделать себя понятным другому. Совершенство в природе есть совершенство не материи, а духа. Телесные формы природы произошли через притяжение элементов, а такое притяжение есть любовь, следовательно, любовь есть лестница, по которой люди восходят к богоподобию. У Шиллера проявляется и диалектическая тенденция: рассматривает разум как исторически развивающееся явление. Он стремится преодолеть метафизический взгляд большинства просветителей на отношение между истиной и заблуждением, которые рассматривали эти понятия как твердо фиксированные противоположности.

Шиллер рассматривает образы сознания, “духов лики” как зеркала, отражающие объективное начало. Каждый из этих образов не тождествен абсолютному, но в каждом из них, в их совокупности отображается бесконечность. Тут у Шиллера смешиваются мистически истолкованные идеи Спинозы и Лейбница, но за мистицизмом просматривается диалектическая догадка. Он утверждает, что в различных формах сознания проявляются разные стороны объективной действительности, пусть даже и в кривом зеркале.

Поэт рассматривает познание как процесс. Он подчеркивает, что в каждом “лике” сознания “бесконечность смотрится”; правда, не смог диалектически решить проблему абсолютного и относительного, но он поставил ее.

Великую Французскую революцию Шиллер встретил сочувственно. Но когда она приняла радикальные формы, он в ужасе отшатнулся отнее, назвав якобинцев “живодерами”. Он писал, что революция аморальна и антиэстетична, поскольку нарушает гармонию природы человека, разрывает святость и красоту естественного хода вещей и опрокидывает веками сложившиеся моральные принципы.

Шиллер придавал огромное значение искусству, которое подготавливает человека к более высоким формам общественной жизни. Он мечтает о преобразовании общества, но не ценой крови. Не революция нужна людям, а медленное, спокойное превращение искалеченного современного поэту человека в идеального гражданина. Изменить человека можно путем гармонического развития личности, образец которой видится ему в античности.

Из этой программы и возникла идеалистическая эстетическая концепция Шиллера второго периода его творчества – классического. Для него прекрасное – это свобода в явлении. И свобода и явление выступают здесь как объективные начала. Идеал гармонической личности Шиллер выражает в понятиях “грации” и “прекрасной души”, которые противопоставляются и физической красоте, и аскетическому “достоинству”. Суровость аскета отпугивает грацию, чувство красоты не может смириться с суровостью нравственного закона. Прекрасное чувственно, но предметом искусства является вовсе не чувственный мир. Искусство, по Шиллеру, должно изображать сверхчувственное. Трагическое искусство достигает этого в особенности тем, что в чувственных образах представляет моральную независимость от законов природы в состоянии аффекта.

Шиллер сознательно связывает проблемы эстетики с социальными проблемами своей страны. Он считает несвоевременным заботиться о своде законов для эстетического мира, в то время как необходимо подумать о самом совершенном из произведений искусства – “построении истинной политической свободы”.Он полагает, что современная ему эпоха утвердила дух меркантилизма и предпринимательства. Капитализм, говорит Шиллер, развивает технику, производство, науку, но оборотной стороной этого процесса является духовное оскудение человечества. И поэт ищет пути преодоления этого противоречия. Он сожалеет, что человек вечно прикован к отдельному малому обрывку целого и оттого сам становится обрывком. Будучи не способен развить гармонию своего существа, вместо того, чтобы выразить человечность своей природы, он становится лишь отпечатком своего занятия, своей науки.

Для того чтобы изменить ситуацию, Шиллер выдвигает концепцию “эстетического воспитания”, противопоставляя ее революции. По его мнению, только “через красоту ведет путь к свободе”. Есть два опасных пути, которыми человек может удалиться от своего назначения: он может стать жертвой “грубости” или “изнеженности и извращенности”. Только красота может вывести людей на истинный путь из этого двойного хаоса. В человеке существуют два противоположных начала: чувственное иразумное. Первое соответствует законам необходимости, второе – законам свободы. Первое Шиллер называет “чувственным” побуждением, а второе – “побуждением к форме”. Оба эти побуждения нуждаются в ограничении. Здесь он открывает новое побуждение – “побуждение к игре”.

Предмет чувственного побуждения мыслитель называет жизнью в самом обширном значении этого слова. Сюда входит все материальное бытие. Предмет формального побуждения называется образом. Это понятие охватывает все формальные свойства предметов и все их отношение к мышлению. Предмет, побуждающий нас к игре, Шиллер называет живым образом. Данное понятие служит для обозначения всех эстетических свойств предметов – всего того, что в обширнейшем смысле слова называется красотой. Реальность и форма, пассивность и свобода – все должно находиться в равновесии. Образ искусства, по Шиллеру, не простое воспроизведение жизни, а некая ее идеализация. Красота как объект побуждения к игре – это область, в которой проявляется свобода человека. Человек может играть только тогда, когда он является в полном значении слова человеком, и он бывает “вполне человеком”, только тогда, когда играет.

Красота, по Шиллеру, возникает из равновесия реальности и формы. Но это равновесие всегда останется только идеей, которая неосуществима в действительности, потому что всегда бывает перевес то на стороне реальности, то на стороне формы. Задача подлинного художника состоит в преодолении препятствий, мешающих торжеству красоты. У Шиллера отношение содержания и формы означает “освобождение” от чувственного, возведение реального в “идеальное”.

Рассматривая проблему содержания и формы, Шиллер пытается доказать, что чувственная красота ведет к духовному, а духовное – к материальному. Красота в напряженном человеке восстанавливает гармонию, а в расслабленном – активность. Переход от страдательного состояния ощущения к деятельному состоянию мышления и воли совершается посредством среднего состояния “эстетической свободы”, и хотя это состояние само по себе нисколько не влияет ни на наше разумение, ни на наши убеждения, не затрагивает наше интеллектуальное и моральное достоинство, тем не менее это состояние есть необходимое условие, без которого мы не можем достичь разумений и убеждений. По мнению Шиллера, легче перейти от эстетического состояния к моральному и логическому, от красоты – к добру и истине, чем от физического к эстетическому. Форма действует на человека в целом, а содержание – только на какую-то его часть. Красота – необходимое условие, чтобы сделать человека разумным. Все остальные виды деятельности развивают лишь отдельные силы человека; только красота формирует его как целое. Поэтому одна из важнейших задач культуры – сделать человека эстетическим, ведь только из эстетического, а не из физического может развиться моральное состояние. Значит, чтобы установить государство свободы, надо сначала путем эстетического воспитания восстановить “цельность характера” человека. Эстетическое творческое побуждение постепенно строит среди страшного царства сил и священного царства законов третье царство “игры и видимости”, где человек освобождается от всякого принуждения как в физическом, так и в моральном смысле. “Игра” и “эстетическая видимость”, по Шиллеру, являются отличительными приметами искусства. Искусство как игровая деятельность радостно. Противопоставляя игру утилитарной деятельности, Шиллер утверждает, что современное ему общество оставляет небольшой островок для свободной и радостной деятельности человека – эстетическую деятельность. Всякая другая деятельность “серьезна”.

Концепция Шиллера представляет собой соединительное звено между дуализмом Канта и объективным идеализмом Шеллинга – Гегеля. Она оказала влияние на романтиков и Гегеля.

Выдающуюся роль в развитии немецкого просвещения сыграл гениальный немецкий поэт и мыслитель Иоганн Вольфганг Гёте (1749—1832). Решительному противнику клерикализма и схоластики Гёте чужд спекулятивный идеализм и агностицизм. Он высоко ценит философию Спинозы, хотя и не видит вытекающих из нее атеистических выводов. В своих философских воззрениях Гёте в основном материалист. Он указывает на всеобщность движения, изменения, развития в природе, которая, по его мнению, представляет собой не скопление мертвых тел, а органическую, многообразную взаимосвязь явлений, образующих единое, живое целое. Однако точка зрения материализма и диалектики не проводится Гёте последовательно.

Доверь свою работу ✍️ кандидату наук!
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой



Поиск по сайту:







©2015-2020 mykonspekts.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.