Мои Конспекты
Главная | Обратная связь

...

Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

УОШО И ПОЛЕТ НА ЛУНУ: ДИОНИС И АПОЛЛОН





Помощь в ✍️ написании работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой

Ранее я уже высказывал предположение, что среди различ-
ных поведенческих признаков, которыми принято характери-
зовать язык, наиболее полезным при рассмотрении различий в
поведении человека и животных является перемещаемость.
Сейчас я попробую описать возможную последовательность со-
бытий (сценарий), при которой необходимость изменений при-
вела к эволюционному развитию смещенного суррогатного мира
символов и логики, что позволило находившимся под угрозой
вымирания приматам перестроить свое поведение быстрее, чем
это допускалось ограничениями, накладываемыми природой
генетического кода. Требования, вызвавшие перестройку че-
ловеческого поведения в направлении, которое в конечном итоге
привело к появлению высокоразвитого в технологическом от-
ношении общества, определялись конкуренцией между «ста-
рым» и «новым» мозгом. Постепенно новый мозг овладевал все
большим разнообразием поведения, формировавшегося в рам-
ках суррогатного мира, и узурпировал при этом власть старого
мозга. Я расскажу также о том, как мера власти, которую зах-
ватил над нашим поведением этот суррогатный мир, может по-
мочь в понимании не только различий между поведением чело-
века и других животных, но и различий между отдельными че-
ловеческими цивилизациями. Это совсем не означает, что между
людьми, принадлежащими к различным культурам, существуют
какие бы то ни было различия в умственных способностях,
подобно тому как они существуют между человеком и чело-
векообразными обезьянами, но предполагает, что несходство
культур отражает различия в степени, в которой смещенный мир
довлеет над миром природы. Очевидно, ограничения, накла-
дываемые различными культурами на развитие умственных
способностей, определяются особенностями культуры как та-
ковой, а не свойствами самого мозга, подобно тому как осо-
бенностями культуры определяется представление человека
о его месте в природе. В этом смысле чем общество консерва-
тивнее, тем менее оно склонно оценивать поведение человека
с рациональной точки зрения.

В заключение я хотел бы обсудить, во-первых, каким обра-
зом конкуренция между природным миром и миром смещенным
нашла проявление в технологической традиции, которая сдела-
ла возможным полет на Луну, и, во-вторых, какие изменения


в характере такой конкуренции предвещает и знаменует собой
феномен Уошо.

Я использую здесь слово «традиции», поскольку мне хоте-
лось бы расширить представление о парадигмах, прежде чем
переходить к анализу связей между ними и культурным насле-
дием, отражением которого они являются. В постскриптуме к
своей книге «Структура научных революций» Кун замечает, что
термин «парадигма» используется им в двух смыслах: «с одной
стороны, он обозначает всю совокупность убеждений, ценностей,
технических средств и т. д.», и в этом качестве является достоя-
нием всех членов данного сообщества, а с другой — некоторое
характерное частное достижение, то есть всего лишь один эле-
мент из совокупности убеждений общества, который служит
основанием для решения конкретных научных проблем. Ранее
я пытался показать, что в науках о поведении доминирует пер-
вое, неоправданно расширенное представление о парадигме,
поскольку в этих науках граница, отделяющая научные пара-
дигмы от философских, значительно более расплывчата, чем в
точных науках. Теперь мне хотелось бы показать, как платонов-
ская парадигма и некоторые ее субпарадигмы отражают стрем-
ление людей жить при таком устройстве мира, который Ницше
назвал «аполлоновским», принося при этом в жертву идеалы и
мудрость «дионисийского» порядка.

Парадигму, в основе которой лежит представление о чело-
веке как о разумном животном, связывают с именем Платона.
Однако эта модель человеческой автономии встречается и в тех
учениях, которые существовали до Платона и из которых берет
начало западная цивилизация. Платона принято считать авто-
ром идеи разумного человека, поскольку именно сквозь призму
платоновского мировоззрения обычно рассматривают широко
распространенные в его время философские и научные представ-
ления. Древнегреческая мысль и самосознание развивались и
формировались в условиях постоянных контактов и конфликтов
со множеством иных культур: Персии, Египта, Финикии, се-
митских государств. Выгодное положение Древней Греции
предоставляло ее мыслителям возможность взвесить и оценить
достижения наук и мысли во всем Средиземноморье и на Ближ-
нем Востоке. Это богатое окружение и постоянное обогащение
новыми идеями сконцентрировало внимание древнегреческой
мысли на загадках человеческого разума, подобно тому как раз-
нообразная среда обитания, созданная Гарднерами для Уошо,
сконцентрировала ее внимание на использовании языка жестов.
Нет ничего удивительного в том, что мыслители Древней Гре-
ции попали под обаяние возможностей человеческого разума.
Однако религиозные проявления идеи разумного человека вос-
ходят к источникам, ничего общего с Платоном не имеющим.
С тех пор взаимодействие религиозных и интеллектуальных
проявлений этой парадигмы столь радикальным образом опре-
деляли представления о месте человека в природе, что прежде


чем возвращаться к научным аспектам этой западной парадиг-
мы, важно разобраться в ее религиозных корнях.

Научные достижения, производившие такое впечатление на
древних греков, были плодами труда и одаренности соседних
народов, вынужденных добывать себе средства к существованию
в крайне тяжелых условиях,— народов, вынужденных взять
власть над природой в свои руки и создать земледелие и живот-
новодство, поскольку жили они не в благодатных условиях тро-
пических джунглей. Ветхий Завет позволяет представить тяже-
лые условия жизни этих народов; кроме того, в нем провозгла-
шается моральное право человека разрабатывать технологии,
необходимые для того, чтобы выжить.

Подобно тому как неблагоприятные условия зон умеренного
и пустынного климатов вызвали к жизни нашу технологичес-
кую одаренность, негостеприимность этих районов изгнала из
них всех других приматов, чье присутствие могло бы стимули-
ровать склонность человека к общению с природой и ограничи-
вать вольность, с которой человек обращался со всем тем, что
его окружало. А будучи изолированным от человекоподобных
существ, человек забыл, что он сам — животное, и в результате
в тот момент, когда потребность выжить заставила человека
исключить себя по этическим соображениям из мира животных
(чтобы обеспечить себе моральное право обращаться с ними по
собственному усмотрению), поблизости не оказалось никаких
форм жизни, которые смогли бы опровергнуть это моральное
право и ограничить либо дерзость, с которой человек обращался
с природой, либо хотя бы его представление о собственном ве-
личии. Древние греки уже знали, что необходимость — мать
действия; но необходимость — это помимо всего прочего и мать
этики, и, как подчеркивает Тойнби, монотеизм развязал руки
древним иудеям и способствовал развитию земледелия, живот-
новодства и сельского хозяйства в целом. Представление о
мироздании формировалось у этих обитателей пустынь в соот-
ветствии с потребностями людей, которые не просто пользуются
дарами природы, но вынуждены тяжким трудом добывать себе
средства к существованию. Здесь истоки мифа о грехопадении и
изгнании из рая. Книга Бытие содержит краткий перечень прав
человека в природе: «И сказал бог: сотворим человека по об-
разу нашему и по подобию нашему, и да владычествуют они
над рыбами морскими, и над птицами небесными, и над зверя-
ми, и над скотом, и над всею землею, и над всеми гадами, прес-
мыкающимися по земле».

Но в Библии принято во внимание то тревожное чувство,
которое вызывает в человеке его отчуждение от природы, а
также меры к смягчению этого чувства, поскольку если человек
не является животным, то его взаимоотношения с животными и
сам факт отчуждения нуждаются в объяснении. Частичный ответ
па этот вопрос содержится в мифе о божественном творении:

мы являемся копией самого бога, и он создал и нас, и нашу


игрушку — Землю для украшения собственной жизни. Един-
ственное, чего мы были лишены, это чувства самосознания —.
знания добра и зла, которым сам бог обладал, ну и, конечно,—
права жить вечно. Мы могли мыслить, но богоподобная автоно-
мия (выразившаяся в соблазне запретного плода) даже в рам-
ках наших возможностей была ограничена религиозными моти-
вами. Условия существования человека до грехопадения и из-
гнания из рая могут быть сопоставлены с принятием власти над
природой. Однако единожды усвоенная привычка считать себя
богом, автономным и всеведущим, оказалась непреодолимой.
Мы совершили грехопадение, были прокляты, и обратного
пути в Эдем нет.

Одно из обстоятельств, фигурирующее в Библии при опи-
сании изгнания из рая и в дальнейшем видоизмененное, дает
указание па то, что до грехопадения человек мог разговаривать
с животными: «. . .все живые существа в то время говорили на
одном языке . . . (до грехопадения человека)». Пересказ ветхо-
заветного мифа Иосифом Флавием связывает отчуждение чело-
века от природы с эволюцией языка, в корне отличного от языка
всех других животных, и ставит новую моральную проблему —
обоснование власти человека над существами, с которыми он
раньше мог общаться. Это обстоятельство помогает объяснить
отсутствие в позднейших вариантах Библии фразы о едином
для всех существ языке (проблема остается: кроме всего про-
чего, змей сказал Еве, что она может съесть запретный плод).

Пересказ книги Бытие Иосифом Флавием с большей опреде-
ленностью говорит о судьбе человека до и после его изгнания
из рая, чем последующие издания Библии. Так, бог, узнав, что
Адам провинился, нарушив его запрет, предстал перед ним и
подробно рассказал, на какую жизнь он обрекает Адама и Еву:

«Я знал, что вы могли бы прожить жизнью блаженною и сво-
бодною от всякого страдания, что душу вашу не мучила бы ни-
какая забота, так как все, что полезно вам и могло бы доставить
вам наслаждение, было бы вам дано мною само собою без вся-
кого с вашей стороны усилия и труда, лишь благодаря моему к
вам расположению; при наличности всего этого и старость не
так скоро напала бы на вас и вам можно было бы дольше жить.
Теперь же ты нагло нарушил мое повеление, ослушавшись моих
приказаний; ведь ты молчишь не из скромности, но потому, что
сознаешь за собою совершенное злодеяние». И далее: «Тогда
господь бог определил ему наказание за то, что он подчинился
убеждению жены, и сказал, что земля отныне более не будет
сама от себя добавлять им ничего из своих произведений; лишь
в том случае, если они будут трудиться и всячески обрабаты-
вать ее, она иногда им будет давать кое-что, иногда же отказы-
вать и в этом». Таким образом бог предрекает переход от невин-
ной охоты и собирательства среди благословенного изобилия
лесов к земледелию и скотоводству, на которые были обречены
семитские племена и чью судьбу рисует нам Библия.


В более поздних вариантах Ветхого Завета подчеркивается
связь между грехопадением человека и тем образом жизни, на
который он был обречен после изгнания из рая — то есть на
ведение и развитие сельского хозяйства, чтобы выжить. В ка-
ноническом издании Библии бог говорит, что, поскольку человек
отведал запретного плода с дерева «...о котором Я заповедал
тебе, сказав: не ешь от него, проклята земля за тебя; со скорбью
будешь питаться от нее во все дни жизни твоей». Грехопадение
человека превратило землю из покровителя и благодетеля во
врага, с которым надо постоянно и тяжело бороться, коли хо-
чешь выжить. Если излишние познания привели к изгнанию
человека из Эдема, то отныне эти познания становились насущ-
ной необходимостью, обеспечивая выживание человека. Таким
образом, семитские племена наделили себя, а затем и всю запад-
ную цивилизацию этической системой, предоставляющей чело-
веку право обращаться с окружающим его миром, как он того
пожелает. Секрет власти человека над природой состоит в акте
узурпации, который и вызвал изгнание из рая,— акте высвобож-
дения из-под власти бога и присвоения себе богоподобной авто-
номии.

Древним грекам, как и древним иудеям, не приходилось
встречаться с какими-либо обезьянами — этим связующим
звеном между человеком и животными, и потому они тоже
не испытывали никаких сомнений, прославляя человеческий
разум, отличающий человека от всех животных и ставящий
его над ними. Для греков, как и для иудеев, представление о
человеке как о существе разумном обосновывало превосходство
человека, поскольку никаких других существ, которые могли
бы воспрепятствовать такому представлению, не было. Платон
был создателем идеи разумного человека не в большей степени,
чем ветхозаветные пророки, написавшие книгу Бытие. И созда-
тели Ветхого Завета, и Платон просто четко сформулировали
представление о человеке как существе могущественном и
биологически изолированном. Но если в глазах авторов книги
Бытие познание было причиной проклятия и изгнания че-
ловека из рая, то в глазах древних греков оно являлось
убежищем от власти времени и пагубных страстей природы.
В представлениях Платона человек хотел жить в мире мысли,
в суррогатном смещенном мире упорядоченности и стабиль-
ности.

Эти представления нашли отражение в древнегреческой тра-
гедии. В своем сочинении «Рождение трагедии из духа музыки»
Ницше описал, как греческая трагедия, начиная от Софокла и
кончая Еврипидом, изобразила борьбу между идеалами Апол-
лона и Диониса. В используемых в нашей книге терминах такая
борьба отражает конкуренцию между суррогатным смещенным
миром и миром природы, заложенным в наследственности чело-
века. Древнегреческая мысль под влиянием скептицизма Сокра-
та все более подавляла культ Диониса, то есть животную сторо-


ну жизни, в пользу создания идеальной жизни согласно пред-
ставлениям смещенного мира.

Еврипид, один из первых 'древнегреческих драматургов-
трагиков, наиболее убежденный среди них приверженец фи-
лософского учения скептиков, почувствовал опасность и тщет-
ность пренебрежения животной стороной жизни и отразил это в
своей великолепной трагедии «Вакханки». По его понятиям,
представление о том, что «человек — это не животное», само по
себе еще не искореняет животной части человеческой природы.
Более того, когда ее проявления подавляются, дионисийская
сторона существования становится агрессивной и таит в себе
опасность. В «Вакханках» рационалистическое мировоззрение
скептически настроенного царя Пентея, как в кривом зеркале,
искажается разрушительными животными страстями, и в ко-
нечном итоге царя обезглавливают его же подданные. Ни Сократ,
ни Пентей не могут жить только рассудком. Рассудок действует
в смещенной версии реального мира и нигде больше.

Если бы мнения людей формировались в результате понима-
ния предмета, а не под дулом необходимости, то представление о
рациональном человеке могло бы быть похоронено еще Еврипи-
дом, однако прошло много веков, прежде чем опасности, нашед-
шие выражение в сюжете «Вакханок», проявились достаточно
рельефно, чтобы заставить нас наконец извлечь некоторые
уроки. Только теперь мы начинаем отдавать себе отчет в том,
что удобное представление о рациональном человеке имеет и
оборотную сторону. А посему оставим Еврипида и альтернативу
Дионис — Аполлон и перенесемся в наши дни, во времена
космической программы полетов на Луну, названной «Аполлон»,
в которой нашел свое воплощение древнегреческий, «аполлонов-
ский» идеал жизни в смещенном мире и начали проявляться
таящиеся в нем «дионисийские» опасности.

В главе 17 я вкратце изложил историю парадигмы стимул —
реакция и подчеркнул ее связь с концепцией, согласно которой
Вселенная состоит из дискретных частиц. Происхождение пара-
дигмы восходит к механике Галилея и представлению о том, что
мышление может рассматриваться как движение некоторых
неизменных частиц. Учение об атомистичности Вселенной, как
и идея о рациональном человеке, красной нитью проходит через
всю историю западной мысли. Идею о том, что материя состоит
из атомов, которые в разных сочетаниях образуют различные
предметы, наблюдаемые нами в природе, впервые сформулиро-
вал древнегреческий мыслитель V века до нашей эры Левкипп
из Милета. В наши дни программа «Аполлон» предоставляет
удобную возможность оценить достоинства и границы области
применимости такого представления о Вселенной, а также вза-
имосвязи атомистического мировоззрения и платоновской пара-
дигмы о месте человека в природе. Полет на Луну считается
венцом современной цивилизации, окончательным покорением
природы. Человек наконец разорвал оковы сил тяготения,


перестал быть узником Земли. Истоки стремления покорять
природу и преодолевать силы тяготения коренятся в вере, что
человек — не просто часть природы, что он ответствен за нечто
большее, стоящее вне законов природы. Природа — это сырье,
лишенное какой бы то ни было неприкосновенности, совокуп-
ность частиц, движение которых определяется физическими
законами. Достоинства такого представления о природе отчет-
ливо видны из того, что именно это мировоззрение позволило
нам достичь Луны. А недостаток такого взгляда на Вселенную
состоит в том, что на этом пути мы не можем многого достичь.
Полеты на гораздо большие расстояния сталкиваются с колос-
сальными проблемами в связи с необходимостью огромных за-
трат энергии и времени. Современные концепции западной
технологии и ее потребительская направленность в отношении
природы накладывают ограничения на степень нашего удаления
от Земли.

В некотором смысле западная технология выполнила свой
долг, обеспечив полет человека на Луну, поскольку, вероятно,
именно наблюдения за движениями Луны, отличными от движе-
ний всех других небесных тел, впервые натолкнули человека на
мысль о том, что небеса совсем не обязательно сделаны из же-
сткого материала, а представляют собой вакуум, именуемый
космическим пространством, где плавают лишь отдельные тела.
Возможно, это побудило нас к мышлению в трехмерном прост-
ранстве, оставив представление о плоской двумерной Земле и
плоском небе. Возможно, трехмерность мышления — это ре-
зультат его перемещаемости, и, достигнув Луны, человек достиг
истоков западной технологии. Если наше первое греховное
ослепление смещенным миром коренится в необходимости вос-
принимать себя как нечто отдельное от остальной природы, то
Луна могла быть тем ободряющим нас телом на небесах, которое
укрепляло нас в представлении, что мы точно так же отличаемся
от всего царства животных, как Луна от других светил.

Если мы в состоянии преодолеть эту необходимость рассмат-
ривать самих себя как нечто отдельное от природы, то ясно, что
наиболее отличительная черта западного мышления не прозор-
ливость, а, скорее, избирательная слепота. Закрывая глаза на
существование преемственности между человеком и животными,
мы можем считать человека существом высшим по отношению к
животным. В то время как первобытные народы воспринимали
природу как единое целое, мы гордимся тем, что срываем с при-
роды маску и различаем дискретные частицы, из которых она
состоит. И в этом опять проявляется наша избирательная сле-
пота, поскольку, как обнаружил один из создателей квантовой
механики Вернер Гейзенберг, если приглядеться к этим части-
цам пристальнее, то их дискретность становится иллюзорной.
Электрон, элементарная частица, не может быть локализован во
времени и пространстве. Если зафиксировано местоположение
электрона, то нельзя точно определить направление и скорость


его перемещения; если же зафиксированы направление и ско-
рость его перемещения, то невозможно определить его положе-
ние в пространстве. Это исключает возможность векторного
описания движения.

Подобная дилемма в высшей степени характерна для запад-
ного мышления: коль скоро разум обладает свойством отчуж-
даться от реальности, то всегда должны возникать трудности
при сопоставлении с реальностью результатов рассуждений.
Мне кажется, что эти трудности являются особенностями
самого процесса символизации и логических рассуждений.
Для того чтобы анализировать абстрактные свойства мира,
необходимо исключить из рассмотрения самого себя. Сама
природа перемещаемости требует того, чтобы некоторые ас-
пекты этого явления были принесены в жертву,— реальность
должна быть привязана к чему-то постоянному. Дискретность
лежит в самой сути мышления, поскольку без дискретности
были бы невозможны ни перемещаемость, ни логические рас-
суждения. Неопределенность параметров гейзенберговского
электрона связана с неопределенностью самого процесса мыш-
ления. Гейзенберговский электрон отражает проблемы, которые
встают и перед системой мышления, и перед моделью Вселенной,
если они основаны на представлениях о дискретности и пытаются
количественно описать Вселенную, которая заведомо не дискрет-
на и существование которой не основано на рациональных
предпосылках.

Когда мы воспринимаем мир как целостное образование,
частью которого являемся сами, то опасаемся подвергнуть
испытаниям или разрушить какую-либо часть этой целостно-
сти — из страха причинить ущерб всему вместе взятому и
в том числе самим себе. Однако, когда Вселенная представля-
ется состоящей из перемещающихся частиц, в совокупности
образующих более крупные агрегаты, то такие первобытные
предрассудки преодолеваются. Но если мы убеждены в том, что
разрушение одних частиц не обязательно неблагоприятно ска-
зывается на других частицах и на нас самих, то появляется же-
лание раскрыть для себя причину движения этих частиц, чтобы
в результате научиться воздействовать на ход событий. Такой
взгляд на мир позволяет нам успешно влиять на кое-что из
происходящего в нем. Технология, отражающая подобное
представление о дискретной атомарной Вселенной, позволила
нам ступить на Луну, некогда почитавшуюся божественной.
Однако в своих попытках достичь Луны, выделить себя из при-
роды и перестроить природу в соответствии с системой ценностей
нашего смещенного мира мы постепенно потребляем и расхища-
ем ресурсы того мира, в котором должны жить. Втискивая
Вселенную в рамки корпускулярных представлений и упуская
из виду взаимосвязи между частицами, мы разрываем эти связи
и извращаем истинную целостную структуру, лежащую за
видимостью корпускулярности. Пытаясь создать смещенный


мир, свободный от оков времени и природы, мы коверкаем при-
роду и самих себя.

Для того чтобы проиллюстрировать это положение, давай-
те обратимся к метафорическому космическому кораблю. Усло-
вия в космическом корабле поддерживаются постоянными.
На поддержание такого постоянства перед лицом могуществен-
ных космических факторов, воздействующих на корабль извне,
расходуется огромное количество энергии. Сказать, что совре-
менная цивилизация пытается создать смещенный мир,— зна-
чит сказать, что она пытается создать такой мир, который
удовлетворяет понятиям упорядоченности и устойчивости,
сложившимся в нашем сознании. Стремление человека покорить
природу есть стремление создать островки устойчивости, изо-
лированные от воздействия окружающей их природы, подобно
тому как космический корабль изолирован от воздействий окру-
жающего пространства. Для того чтобы создать и поддерживать
такой устойчивый мирок в эволюционирующей Вселенной,
требуются огромные количества энергии. Мы можем видеть, что
расходование энергии в обществе потребления направлено на
удовлетворение потребностей смещенного стабильного мира,
будь то поддержание посредством кондиционирования воздуха
умеренной температуры в здании, выстроенном в тропиках, или
упрощение таких (присущих всем животным) функций, как ак-
тивное добывание пищи — путем простого посещения гастро-
нома. Мы расточительно расходуем богатства мира, в котором
живем, пытаясь создать условия, отражающие мир, в котором

мыслим.

Но, хотя традиционно мы представляем себе такой образ
жизни идеальным, мы приближаемся к пониманию того, что,
будучи идеальным, он в то же время неестествен. Мы начинаем
отдавать себе отчет в том, что не можем жить в выдуманном мире.
Мы постепенно различаем за жесткими шорами нашего мировоз-
зрения целостную ткань природы.

На борту космического корабля Аполлон-14 совершал по-
пет астронавт Эдгар Митчелл. В то время когда корабль нахо-
дился на окололунной орбите, он проводил эксперименты по
программе ESP *. С тех пор он посвятил свою жизнь исследо-
ваниям психики. Таким образом, астронавт счел ниже своего
достоинства оставаться в рамках тех конкретных представлений
о строении Вселенной, которым он был обязан своим пребыва-
нием в космосе. От расчленения всего сущего на произвольные
части он обратился к взаимосвязям, лежащим за этими подразде-
лениями. В космическом корабле, создание которого стало
возможным благодаря представлению о корпускулярной, чуж-
дой человеку Вселенной, астронавт нашел свидетельство того,

* ESP — экстра-сенсорное восприятие. Эта область исследований
ставит своей целью изучение форм восприятия, происходящего без уча-
стия известных органов чувств.— Прим. ред.


что, изъятый из природы, человек неизбежно чувствует себя
одиноко.

Пропасть, отделяющая космический корабль от жизни на
Земле, фактически возникает из нашего представления о про-
пасти, отделяющей человека от других животных. Митчелл
является примером человека, пытающегося преодолеть такую
сознательную изоляцию человека от всего остального мира, что
приводит нас, фигурально выражаясь, к аналогии с тем процес-
сом, который воплощает собой Уошо. Уошо, сдерживая психо-
логические проявления определенной парадигмы, приводит
науку к повторному открытию преемственности между челове-
ком и животными и в результате к повторному открытию той
непрерывности природы, которая маскируется нашими искусст-
венными представлениями. Уошо является одним из многих
указаний на то, что западная культура в своем развитии до-
стигла того этапа, когда она вступает в противоречие с собст-
венными исходными предпосылками.

Эта тенденция роднит между собой множество, казалось
бы, совершенно разнородных явлений. Эволюционные воз-
зрения, то есть представление о том, что организм и среда его
обитания эволюционируют совместно, как неразрывное единое
целое, постепенно проникают в науки о поведении. В этологии
мы видим возрождение идеи тесной преемственности между
человеком и животными и становление научного метода, гармо-
нирующего с этическими представлениями о мироздании, в ко-
тором человек имеет общих с другими млекопитающими пред-
ков. Это напоминает развивавшееся некогда представление об
«ауре», неком образовании, окружающем организм и связываю-
щем его со средой. На скептическом Западе начинают испыты-
вать некоторое уважение к исследованиям психики.

В то время как ученые только пытаются разговаривать
с шимпанзе, обычные люди уже многие годы разговаривают
со своими растениями. Идея при этом состоит в том, что глубин-
ные элементы коммуникации сохраняют смысл не только на
уровне общения в рамках вида, но и между существами, при-
надлежащими к различным, самым крупным таксономическим
категориям. Эта идея в корне противоречит взгляду на природу
как на «бездушное сырье». Люди все более избегают синтетиче-
ских видов пищи и медикаментов и стремятся пользоваться есте-
ственной пищей и естественными лекарствами. Среди западной
молодежи наблюдаются подспудные пантеистические стремле-
ния *, нашедшие отражение в росте движения за охрану при-
роды, переселении из городов в сельскую местность и в диони-
сийском прославлении природы и чувственности.

Суть дела состоит не в относительной значимости этих
различных явлений, а в том, что все они отражают расту-

* Пантеизм — философское учение, отождествляющее понятия «бог»
и «природа»: природа — это одна из форм проявления бога и потому
все в мире божественно.— Прим. перев.


шее ощущение неудовлетворенности рациональным миром, а
также потребности восстановить разрушенные связи с природой.
Платоновское недоверие к природе сменяется недоверием к
рационализму и технике.

В науках о поведении Харви Сарлз назвал это движение
возвратом к биологии. Ему представляется, что возврат к
биологии в поисках объяснений человеческого поведения отра-
жает вступление человека в пессимистический возраст разоча-
рования неудачным воплощением рассудочных идеалов. Од-
нако, хотя этот возврат к биологии и отражает осознание несо-
вершенства представлений о рациональном человеке, я думаю,
что он вызывается не столько желанием идти на попятный,
сколько свидетельствует о первых успехах новых представле-
ний о месте человека в природе. Нельзя осудить как греховную
неудачную попытку человека жить в соответствии с рассудоч-
ными идеалами. Многие годы рассудок натягивал на поведение
человека смирительную рубашку, в которой лишь робот мог бы
чувствовать себя уютно, тогда как у нормальных людей этп
ограничения вызывали чувство неудовлетворенности и приво-
дили к различным неврозам. Возвращение к природе — это
много больше, чем признание неправомерности представления о
человеке как о разумном животном. Более того, парадигма ра-
ционального человека не может быть отброшена до того, пока на
смену ей не придет новое мировоззрение. Научные проявления
грядущего мировоззрения я назвал дарвиновской парадигмой.
Корни этой парадигмы в природе, а не в смещенном мире разу-
ма, и поведение Уошо находится в гармонии с этой парадигмой,
ибо подтверждает преемственность поведения человека от
поведения животных. Остается ждать новой культуры, станов-
ление которой предсказывается этой дарвиновской парадигмой.


БЛАГОДАРНОСТИ

Без помощи и советов Роджера Футса я не смог бы написать
эту книгу. Кроме того, мне хочется поблагодарить Харви
Сарлза, который поддержал меня, одобрив мой нетрадиционный
подход к материалу книги, и помог правильному формирова-
нию моих представлений о предмете. Дэвид Детвилер несколько
раз внимательно перечитывал рукопись на различных этапах ее
создания, а редакторы Том Дейвис и Сусанна Шеффер сделали
немало ценных замечаний по совершенствованию ее стиля. И на-
конец, я очень благодарен своей жене Мадлен за ее превосход-
ные рисунки, не только украшающие книгу, но и поясняющие
ее содержание.


ЛИТЕРАТУРА

Barrett W. Irrational Man. New York: Doubleday, 1958.
Bronowski J. S., Bellugi U. «Language, Name, and Concept», Science (1970).
Brown R. A First Language: The Early Stages. Cambridge: Harvard Uni-
versity Press, 1974.
Brown R. «The First Sentences of Child and Chimpanzee», in Psycholinguis-

tica: Selected Papers. New York: Free Press, 1970.
Chomsky N. Language and Mind. New York: Harcourt, Brace, Jovanovich,

1968.
Дарвин Ч. Выражение эмоций у человека и животных.—М.: Изд-воАН

СССР.
English H. Historical Boots of Learning Theory. Garden City, N.Y.:

Doubleday and Co., 1954.
Gardner R. A., Gardner B. «Teaching Sign-language to a Chimpanzee»,

Science (1969).

Gardner R. A., Gardner B. «Two-Way Communication with an Infant
Chimpanzee», in Behavior of Nonhuman Primates, eds. A. Schrier, et
al., vol. 4. New York: Academic Press, 1971.

Geshwind N. «Intermodal Equivalence of Srimuli in Apes», Science (1970).

Geehwind N. «The Organization of Language and the Brain», Science (1970).

Goodall J. «A Preliminary Report on Expressive Movements and Commu-
naca-tion in the Gombe Stream Chimpanzees», in Prima.tes: Studiesin
Adaptation and Variability, Phyllis Jay, ed. New York: Holt, Rine-
hart and Winston, 1968.

Гудолл Дж. В тени человека.— М.: Мир, 1974.

Hewes G. W. «An Explicit Formulation of the Relationship between Tool-
using, Tool-making, and the Emergence of Language», in Abstracts,
American Anthropological Association, Annual Meeting. New York:

American Anthropological Association, 1971.

Hewcs G. W. Language Origins: A Bibliography. Boulder, Colo.: University
of Colorado Press, 1971.

Hewes G. W. «Primate Communication, and the Gestural Origin of Lan-
guage», Current Anthropology, vol. 14, no. 1—2 (1973).

Hockett Ch. F. A Course in Modern Linguistics. New York: Macmillan, 1958.

Кун Т. Структура научных революций.— М.: Прогресс, 1975.

Lennenberg E. H. «Of Language, Knowledge, Apes, and Brains», Journal
of Psycholinguistic Research,
vol. 1, no. 1 (1971).

Lieberinan Ph., Crelin D. S. «On the Speech of Neanderthal Man», Linguis-
tic Inquiry, vol. 11, no. 2 (1971).

Lorenz К. Studies in Animal Behavior. Vol. 2. Cambridge: Harvard Uni-
versity Press, 1971.

Nottebohm F. «Ontogeny of Bird Song», Science, 167 (1970).

Premack D. «Language in the Chimpanzee?», Science, 172 (1971).

Premack D. «The Education of Sarah: A Chimp Learns Language», Psy-
chology Today,
vol. 4, no. 4 (1970).

Sarles H. «The Study of Language and Communication across Species»,
Current Anthropology, vol. 10, no. 1—2 (1969).

Searle J. «Chomsky's Revolution in Linguistics», in The New York Review
of Books
(June 29, 1972).

Simpson G. G. «On Sarles's View of Language and Communication»,
Current Anthropology, vol. 11, no. 1 (1970).


Дополнительная
литература

Бенвенист Э. Общая лингвистика (Глава 7. Коммуникация в мире жи-
вотных и человеческий язык).— М.: Прогресс, 1974.

Вуд Ф. Г. Морские млекопитающие и человек (Глава 5. Говорящие дель-
фины).— Л. Гидрометеоиздат, 1979.

Горелов И. Н. Проблемы функционального базиса речи.— Докт. дисс.,
М., 1979.

Дембовский Я. Психология обезьян.— М.: ИЛ, 1963.

Жннкин Н. И. Семиотические проблемы коммуникации животных и че-
ловека, в кн. «Теоретические и экспериментальные исследования в
области структурной и прикладной лингвистики».— М.: Изд-во
МГУ, 1973.

Жннкин Н. И. Четыре коммуникативные системы и четыре языка,в кн.
«Теоретические проблемы прикладной лингвистики».— М.: Изд-во
МГУ, 1965.

Звегинцев В. А. Теоретическая и прикладная лингвистика,— М.: Про-
свещение, 1968.

Леонтьев А. А. Возникновение и первоначальное развитие языка,— М :

Изд-во АН СССР, 1963.

Леонтьев А. Н. Проблемы развития психики.— М.: Изд-во МГУ, 1972.

Лурия А. Р. Язык и сознание.— М.: Изд-во МГУ, 1979.

Налимов В. В. Вероятностная модель языка.— М.: Наука, 1974.

Панов Е. Н. Знаки, символы, языки.— М.: Знание, 1980.

Соссюр Ф., де. Курс общей лингвистики (Глава 4. Лингвистика языка
и лингвистика речи), в кн. «Труды по языкознанию».— М.: Прогресс
1977.

Фридман Э. П. Идеологические аспекты истории приматологии, в сб.
«Историко-биологическне исследования».— М.: Наука, 1978.

Якушин Б. В. Заметки о происхождении языка (Информационная тео-
рия), в сб. Тезисы VI Всесоюзного симпозиума по психолингвистике
и теории коммуникации.— М.: Ин-т языкознания АН СССР, 1978.

Доверь свою работу ✍️ кандидату наук!
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой



Поиск по сайту:







©2015-2020 mykonspekts.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.