Мои Конспекты
Главная | Обратная связь

...

Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Несколько слов о «плохом» кино



Помощь в ✍️ написании работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой

Ругать режиссерский непрофессионализм – задача неблагодарная, ибо ремесленников – все больше, а мастеров – все меньше. Тем не менее, у всякой творческой неудачи есть свои слагаемые, и в независимости от условий работы постановщика, они всегда одни и те же. Раньше я досматривал до конца все картины, за которые брался, теперь жалею о зря потраченном времени, ведь для определения степени квалифицированности режиссера достаточно 15-20 минут экранного времени, полчаса – максимум. Зрительский опыт показывает, что фильм по мере развития действия редко становится «хорошим», ибо бездарность трудно спрятать, она режет глаз, однако, ошибки режиссуры могут раздражать, но отнюдь не всегда приводят зрителя к радикальному решению прервать просмотр.

Так сложилось, что фильмы, которые я не досмотрел в последнее время, сняты в разных уголках земного шара: «Патриотическая комедия» В.Хотиненко – в России, «Трое и одна» М.Калика – в Израиле, «Муж парикмахерши», «Танго» и «Тандем» П.Леконта – во Франции, «Неизведанные радости» Ц.Чжанке – в Китае. Все эти картины выдержаны в разных стилях, объединяет их лишь то, что все они – «плохие», в связи с чем стоит задуматься о критериях режиссерского непрофессионализма. Какое оно, «плохое» кино?

В первую очередь, его отличает рыхлая композиция, причина которой – в неспособности режиссера создать фильм как единое целое. Когда постановщик не понимает, зачем снимает кино, когда он неспособен создать портрет человеческой души в крупном плане, выразить фундаментальные характеристики персонажей посредством мелких деталей, он тонет в частностях, не видя главного. Режиссура – это всегда дедукция, умозаключение, спускающееся к фактам и ищущее среди них подтверждение той или иной гипотезы. Это не сухое умствование, а размышление, основанное на конкретном опыте.

Путь индукции (движение от фактов к умозаключению) в режиссуре практически невозможен. Неореализм в этом смысле – уникальное исключение, подтверждающее правило: надо быть настолько погруженным в гущу жизни, идя по грани документализма, но не впадая в бытоописательство, чтобы цепким, внимательным взглядом выделять экзистенциальные, пограничные ситуации в калейдоскопе повседневности. На это были способны за всю историю кинематографа лишь Росселлини и Де Сика. Даже подражание неореализму (в лице Бунюэля, Киаростами и многих других) выглядит неумелым не в силу бесталанности его эпигонов, а по причине самой чужеродности индукции режиссуре.

Игровое кино тем и отличается от документального, что оно не просто фиксирует жизнь, но делает выводы, выпаривая и удаляя из нее все второстепенное: заново монтируя жизнь, режиссер предлагает свой взгляд – плод личностных усилий по осмыслению мира. Когда постановщику нечего сказать, он начинает пускать пыль в глаза. Механизмы обмана зрителя могут быть различными. Первый и наиболее распространенный – псевдоглубокомысленность, которая часто рядится в одежды абстрактной притчи. Если вы видите двух-трех героев в неком условном пространстве, не знаете их предыстории, то, скорее всего, вас дурачат.

Так происходит в фильме М.Калика «Трое и одна»: поданные не только вне социального контекста, но и вне обстоятельств прошлой жизни, со статичными, не развивающимися характерами (если нет динамики, то и характера нет, ибо неустойчивостью внутренних состояний отмечена жизнь любого человека), герои превращаются в манекены, условно намекая на некое навязанное им извне содержание. Это вторая крайность режиссуры – неправильно осуществленная дедукция, когда режиссура не ищет фактологического материала для доказательства своих тезисов, а просто их провозглашает, и фильм превращается в тавтологическое пережевывание азбучных истин.

Это верный путь к банальности в кино, которым идут многие псевдотворцы. Философствование – это постоянный диалог с жизнью, это не вопрошание в вакууме, а непрерывное обращение к своему и чужому опыту. Умозаключение рождается из наблюдений, но вместе с тем, это отстранение от повседневности, созерцание в водовороте окружающей активности.

Такой умственной сосредоточенности, способности видеть суть явлений, когда они мощным потоком сменяют друг друга, учит молитва. Молитва не есть изоляция, но существование в глубине мира, умение видеть тайные пружины человеческих поступков, возникающее в результате предельно внимательного отношения к себе. Как говорил духовник преподобному Силуану Афонскому: «Познай в молитве состояние этого мира». Через углубление в мотивы своих поступков, через взывание к Богу как Твердыне неизменности в океане перемен, человек утверждает себя в истине, начинает ясно видеть себя, мир и Бога.

Режиссура, как и любое творчество, требует колоссальной сосредоточенности, не навязывания зрителю своей картины мира, но личного, аргументированного вывода, результата стараний по его постижению. Трезвость взгляда на мир немыслима без самокритики. Потому еще одна базовая характеристика «плохой» режиссуры – отсутствие саморефлексии. Если режиссер не понимает, что миропознание и самопознание связаны, если не воспринимает проблемы мира как свои собственные, то он – не художник.

Путь холодной отстраненности свойствен многим жрецам современного артхауса (Б.Тарру, Ц.Мин Ляну и пр.). «Неизведанные радости» Цзя Чжанке – будто взгляд сквозь микроскоп на копошащиеся микробы, люди режиссеру не интересны, отсюда проистекает манерно-вычурная операторская работа, статуарная скованность актерской игры, алогичность диалогов. Эта картина вызывает в памяти работы А.Германа-младшего – фигуры во многим архетипической для «плохого» кино. Его режиссура буквально излучает непрофессионализм: неспособность видеть реальный мир, творческая немота, загроможденность сознания фактологически неподкрепленными гипотезами, тщетно скрываемыми операторской эквилибристикой и затейливыми мизансценами. Пульсирующая в кадре пустота – еще одна важная характеристика «плохого» кино.

Разрываясь между сухим умствованием и погруженностью в частности, между абстрактной притчей и документальностью, «плохое» кино часто обнаруживает себя более легким способом – через пошлость. Отсутствие чувства меры, эстетического вкуса, элементарной порядочности в изображении человеческих слабостей – все эти составляющие китча, делающие его интернациональной чумой современного искусства, как правило, воспринимаются адекватными зрителями как взрывное устройство, которое нужно обойти, иначе «костей не соберешь».

То чувство гадливости, которое возникает при случайном слышании пошлой шутки, при просмотре некоторых фильмов моментально отрезвляет зрителя, побуждая немедленно прекратить просмотр. И если в коммерческом кино пошлость уступает место дебильности, то в «авторском» кино она превращает даже выигрышный с точки зрения психологической достоверности материал в настоящую заминированную территорию, по которой невозможно передвигаться, не запачкавшись.

Таковы картины П.Леконта «Муж парикмахерши», «Танго» и «Тандем». В них вульгарность шуток приводит к потере самоконтроля у актеров, режиссера и оператора. Если исполнители под влиянием гнусного содержания начинают напоминать припадочных больных, делая свою пластику и мимику конвульсивной, а интонации – истерическими (это свойственно и большинству итальянских комедий), то оператор и режиссер с маниакальным вуайристским упорством фиксируют зрительское внимание на физиологических реакциях.

Пошлость – всегда физиологична, стремится представить человека бездуховной скотиной, потому так важно от нее удаляться, не позволяя «шутке» тебя задеть, смутить, вывести из себя (не смущением ли питается эпатаж во все времена, боясь лишь равнодушия?!). Просто уйти, выключить, забыть. Зачем тратить свое время на гадость? Так «Патриотическая комедия» В.Хотиненко уже в течение первых трех минут настолько отторгает от себя, что становится понятно: лента, так омерзительно начавшаяся, просто не может впоследствии стать «хорошей».

Итак, базовые характеристики «плохого» кино: отсутствие фильма как целого, абстрактное мудрствование, не подкрепленное конкретными фактами и китч. Можете быть уверены, если в первые десять-пятнадцать минут просмотра вы столкнетесь хотя бы с одним из этих компонентов, перед вами – «плохое» кино, можете смело уходить из кинозала, выключать и удалять скачанные файлы. Берегите свое время. У вас одна жизнь, и она слишком коротка, чтобы тратить ее на перебирание зловонного мусора.

Доверь свою работу ✍️ кандидату наук!
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой



Поиск по сайту:







©2015-2020 mykonspekts.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.