Мои Конспекты
Главная | Обратная связь

...

Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Ад — место холодное 5 страница





Помощь в ✍️ написании работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой

Тесс наклонилась вперед и коснулась рукава платья кончиками пальцев. Красиво… Темно-красный атлас, черная муаровая лента, аккуратно пришитая вокруг талии и подола. Еще никогда у нее не было столь красивого и столь элегантного наряда.

— Вы не против, если я помогу вам одеться к обеду, мисс Грей? — спросила Софи.

Тесс помнила, что тетя Генриетта всегда говорила: о человеке следует судить не по тому, что говорят о нем друзья, а по тому, как он обращается с прислугой. Если Софи считала, что у Шарлотты доброе сердце, то, возможно, так оно и было.

— Буду премного обязана, Софи, — немного подумав, ответила Тесс.

 

* * *

 

Еще никто и никогда не помогал Тесс одеваться, если не считать ее тети. Но теперь ей было не обойтись без посторонней помощи. Тесс всегда была стройной, но предложенное ей платье предназначалось для девушки худощавой, поэтому Софи пришлось изрядно повозиться, затягивая шнуровку. Все это время она ни на миг не закрывала рта.

— Миссис Бранвелл не нравится, когда корсет сильно затянут, — ворковала она. — Миссис Бранвелл говорит, что это вызывает головные боли и слабость, а сумеречный охотник не может позволить себе быть слабым. Но мисс Джессамина любит, когда талия очень узкая. Она прямо-таки с ума сходит, если я затягиваю ее недостаточно сильно.

— Хорошо, — кивнула Тесс и вздохнула поглубже, чтобы помочь Софи. — Но я-то не сумеречный охотник.

— Конечно, мисс Грей, вы совершенно правы, — согласилась горничная, застегивая маленький крючок на вороте платья. — Все. Ну и как вам?

Тесс посмотрела в зеркало и не узнала собственного отражения. Корсаж облегал тело как вторая кожа, и девушка вдруг почувствовала себя очень неловко, будто собиралась выставить себя напоказ. Узкая юбка собиралась сзади в причудливые складки, рукава с небольшими отворотами были украшены блестящей муаровой лентой. «В этом платье я выгляжу старше, — подумала она. — Да, именно так, я выгляжу старше, но не кажусь старой, как в том платье, которое мне дали Темные сестры. А что, если я и в самом деле немного изменилась? Вдруг в последний раз я ошиблась и не до конца вернула свой облик? Что, если это не мое настоящее лицо?» Это мысль напугала Тесс так сильно, что у нее закружилась голова и потемнело в глазах.

— Вы немного бледны, — заметила Софи, которая подошла к Тесс сзади и теперь тоже рассматривала ее отражение. Откровенное платье девушки ее, казалось, совершенно не смущало. — Втяните щеки, чтобы вернуть им цвет. Мисс Джессамина всегда так делает.

Тесс последовала совету горничной и, когда на ее щеках снова заиграл румянец, вышла из спальни. Она сразу же оказалась в широком и длинном коридоре, где ее уже ждала Шарлотта. Ни слова не говоря, миссис Бранвелл пошла вперед, и Тесс ничего не оставалось, как последовать за ней. Идти было неудобно — черные шелковые ботинки были слишком узкие и больно натирали ноги.

Пока Тесс шла по коридору, то окончательно утвердилась в мысли, что оказалась в замке, потому что ни в одном городском доме, пусть даже и очень старом, не могло быть таких стен, сложенных из огромных неровных камней и увешанных гобеленами, и такого высокого сводчатого потолка, уходящего прямо в темноту. Кстати, на гобеленах она заметила повторяющиеся мотивы — звезды, мечи и узоры, похожие на татуировки Уилла и Шарлотты. И еще всюду повторялось изображение ангела, поднимающегося из озера. В одной руке он держал меч, а в другой — кубок.

— На этом месте когда-то стояла церковь Всех Святых, — сказала Шарлотта, словно бы прочитавшая мысли Тесс. — Она сгорела дотла во время Большого пожара[27]. После этого мы заняли эту землю и на руинах церкви возвели Академию — освященная земля как нельзя лучше отвечает нашим интересам.

— Неужели вам никто не помешал? У людей непременно должны были возникнуть подозрения, — поспешно спросила Тесс.

— Они ни о чем не догадываются. Миряне — так мы называем обычных людей — не знают о том, чем мы тут на самом деле занимаемся, — объяснила Шарлотта. — Для тех, кто живет в мире людей, это место выглядит как пустырь. К тому же мирян не интересуют дела, которые не касаются их непосредственно. — С этими словами она распахнула перед Тесс тяжелые двери и провела ее в большую, ярко освещенную столовую. — Вот мы и пришли.

Свет ослепил Тесс, и она часто заморгала, пытаясь справиться с резью в глазах. Комната, в которой она очутилась, была поистине огромной, в середине стоял массивный прямоугольный стол, за которым свободно могли разместиться человек двадцать. В центре стола стояла стеклянная чаша с белыми цветами. Газовые рожки тяжелой, висевшей под самым потолком люстры мерцали призрачным желтоватым светом. Рядом с буфетом, заставленным изысканным фарфором, висело большое зеркало, которое визуально еще больше увеличивало помещение.

Столовая, безусловно обставленная со вкусом, была, однако, вполне обычной и никак не вязалась с хозяевами этого странного дома.

Стол был накрыт на пять человек, но сейчас за ним сидели лишь двое — Уилл и девушка возраста Тесс. И так как Уилла она успела уже хорошо рассмотреть, то теперь ее внимание целиком и полностью было сосредоточено на сидящей напротив него красавице, наряженной в синее платье с глубоким вырезом.

Когда Шарлотта и Тесс вошли в комнату, Уилл явно вздохнул с облегчением — они с девушкой демонстративно игнорировали друг друга.

— Уилл, вы помните мисс Грей? — первой заговорила Шарлотта.

— Ну как же ее можно забыть! — фыркнул Уилл. На этот раз на нем красовались обычные брюки и пиджак серого цвета — цвета, прекрасно подчеркивающего синеву его глаз, — с черным бархатным воротником. Он усмехнулся, глядя прямо на Тесс, и она, смутившись, тут же отвернулась.

— А это Джессамина… Джесси, посмотри на нас, прошу. Джесси, это мисс Тереза Грей. Мисс Грей, это — мисс Джессамина Ловлесс.

— Очень приятно познакомиться, — пробормотала Джессамина.

Тесс почувствовала легкий укол зависти — Джесси действительно была очень хорошенькой: светлые, почти что серебристые волосы, большие карие глаза, ровный, прямо-таки кровь с молоком, цвет лица. Тесс перевела взгляд на ее руки. Почти на каждом пальце у Джесси были кольца, а вот татуировок видно не было.

Уилл кинул на Джессамину взгляд, полный ненависти, и повернулся к Шарлотте:

— А где же ваш муж-грубиян?

Шарлотта, предложив Тесс садиться за стол напротив Уилла, не обратила ни малейшего внимания на бестактность собеседника.

— Генри у себя в кабинете. Я послала за ним Томаса. Он сейчас подойдет.

— И Джем?

Вопрос встревожил Шарлотту.

— Джем нездоров. К тому же он занят своими делами.

— Он всегда занят своими делами. — В голосе Джессамины явственно звучало пренебрежение.

Тесс только было собралась спросить, кто такой Джем, но тут появилась Софи в сопровождении пухленькой пожилой женщины, седые волосы которой были собраны в пучок на затылке. Они принялись подавать обед. Тут были и жареная свинина, и печеный картофель, и острый суп, и пышная сдоба со сливочным маслом. Тесс, которая уже и забыла, когда ела в последний раз, еле-еле удержалась, чтобы не наброситься на все это великолепие и не схватить еду руками. Вспомнив о хороших манерах, девушка аккуратно откусила от булочки и тут заметила, что Джессамина внимательно смотрит на нее.

— Ох, извините, но я никогда не видела, как волшебник ест, — произнесла она с легкой улыбкой. — Полагаю, вы многое себе можете позволить. Ведь вам, для того чтобы поддерживать хорошую фигуру, достаточно вашего волшебства.

— Джесси, мы не знаем наверняка, чародейка она или нет, — фыркнул Уилл.

Однако Джессамина словно и не слышала Уилла.

— А скажите, что чувствуют такие, как вы? Наверное, нелегко носить в себе такое зло? Я, во всяком случае, не представляю, как могла бы жить с этим. Или вас вовсе не волнует, что душа ваша отправится прямиком в ад? — Она подалась вперед, стараясь наклониться как можно ближе к Тесс. — А как вы думаете, на кого похож дьявол?

Тесс положила свою вилку:

— Вы хотите с ним встретиться? Так я могу его позвать прямо сейчас. Ведь я колдунья, гнусная, отвратительная ведьма.

Уилл прямо-таки взвыл от смеха, а Джессамина зло прищурилась.

— Мне кажется, вам не стоит быть настолько грубой… — начала она, но тут ее прервал удивленный возглас Шарлоты:

— Генри!

В дверях столовой стоял высокий мужчина с копной непослушных рыжих волос и глазами цвета молодого орешника. Своими перепачканными в угольной пыли брюками и кожаной жилеткой он напоминал заводского рабочего. И отвратительно безвкусный полосатый жилет, надетый на белую рубашку, выглядел от такого соседства еще более нелепым. Тесс показалось, что раньше она уже где-то видела этого человека.

И тут она вдруг поняла, почему Шарлотта отреагировала столь эмоционально. Левая рука Генри горела! Небольшие язычки пламени лизали его кожу, поднимаясь чуть выше локтя. Усики черного дыма танцевали в воздухе.

— Шарлотта, любимая… — обратился Генри к жене, которая не сводила с него полного ужаса взгляда. Красавица Джессамина, позабыв о впечатлении, которое производит, вытаращила глаза, отчего выглядела не такой уж и хорошенькой. — Как жаль, что я опаздываю. Но вы знаете, я думаю, что мог бы наладить работу Датчика..

— Генри, у тебя рука горит! — перебил его Уилл. — Ты что, ничего не чувствуешь?

— Конечно, — нетерпеливо отмахнулся от него Генри, а огонь между тем уже почти добрался до его плеча. — Весь день я работал словно одержимый. Шарлотта, ты слышала, что я сказал о Датчике?

Шарлотта прижала руки к груди.

— Генри! — закричала она. — Твоя рука!

И тут Генри наконец-то посмотрел на свою руку и широко открыл рот от удивления.

— Черт побери!.. — Это все, что он успел сказать, прежде чем Уилл, продемонстрировав потрясающую ловкость, схватил вазу с цветами и выплеснул на Генри воду. Язычки пламени исчезли с тихим шипением. Ошарашенный Генри даже не сдвинулся с места: он так и стоял в дверном проеме, с волос его капала вода, а у ног лежали белые цветы.

И тут вдруг Генри расплылся в улыбке и со вздохом удовлетворения ласково погладил почерневший рукав рубашки:

— Знаете, что это означает?

Уилл поставил вазу на место:

— Ты поджег себя и даже не заметил?

— Это означает, что огнестойкая жидкость, которую я приготовил на прошлой неделе, действует! — гордо объявил Генри. — Рука горела добрых десять минут, но даже ткань почти не пострадала! — С этими словами он внимательно осмотрел свою руку. — Возможно, стоит поджечь другой рукав и посмотреть, как долго…

— Генри, если ты еще раз преднамеренно подожжешь себя, я разведусь с тобой, — объявила Шарлотта, постепенно приходя в себя от пережитого ужаса. — А теперь садись и принимайся за ужин. И не забудь поздороваться с нашей гостьей.

Но стоило только Генри, севшему напротив Тесс, внимательно посмотреть на девушку, как на лице его появилось изумленное выражение.

— Я вас знаю! — наконец радостно, словно встретил старую добрую знакомую, воскликнул он. — Это вы меня укусили!.

Шарлотта с отчаяньем посмотрела на мужа.

— Вы спросили мисс Грей о «Клубе Преисподняя»? — поинтересовался Уилл.

— Мне знакомо это название. Я видела его на дверце экипажа Темных сестер, — ответила Тесс.

— В «Клуб Преисподняя» входят миряне, практикующие волшбу, — с тяжелым вздохом пояснила Шарлотта. — Это очень старая организация. И испокон века ее члены пытаются вызывать демонов и духов.

Джессамина презрительно фыркнула:

— Что до меня, так я до сих пор не могу понять, к чему им все эти хлопоты. Играют с чарами, наряжаются в странные балахоны… Но все, чего они добились, — это устроили несколько небольших пожаров. Смешно!

— На самом деле они очень влиятельны, особенно в Нижнем мире, — оборвал ее Уилл. — Среди членов Клуба много богатых людей, занимающих видные посты…

— Это только делает ситуацию еще более нелепой. — Джессамина поправила волосы. — У них есть деньги и власть. Зачем им вообще сдалось это волшебство?

— Хороший вопрос, — вздохнула Шарлотта. — Миряне порой хотят завладеть чем-то, сути чего не понимают. Как правило, это плохо заканчивается.

Уилл только пожал плечами:

— Помните тот нож, что мы нашли на теле убитой девочки? Так вот, на его лезвии мы обнаружили странный символ. Я сразу же решил: нам необходимо выяснить, откуда он там появился и что значит. Так я вышел на «Клуб Преисподняя». Я побеседовал с некоторыми его членами, и они указали мне на Темных сестер. Оказалось, что две змеи, кусающие друг друга за хвост, — их символ. Выяснилось, что сестры контролировали несколько притонов, в которых шла игра на деньги и которые часто посещали обитатели Нижнего мира. Вся хитрость в том, что там не просто играли в азартные игры. Несколько ловкачей в прямом смысле этого слова обирали мирян, чуть что прибегая к волшебству. Тем, кто хотел отыграться, Темные сестры давали деньги в долг под грабительские проценты. Думаю, не стоит даже говорить о том, что отыграться было невозможно. Люди попадали в сети Темных сестер, как мухи в паутину… — Тут Уилл взглянул на Шарлотту. — Они, кстати, занимались и другими вещами, тоже весьма сомнительными. Дом, в котором держали Тесс, на самом деле — бордель, в который приходят миряне с… так скажем, необычными вкусами.

— Уилл, я не уверена… — начала Шарлотта, и в ее голосе послышалось сомнение.

— Уф! — фыркнула Джессамина. — Теперь понятно, Уильям, почему тебе там было словно медом намазано.

Она, очевидно, надеялась рассердить Уилла, но выпад ее остался без внимания — с тем же успехом она могла и промолчать. Уилл внимательно смотрел на Тесс, слегка приподняв брови.

— Я оскорбил вас, мисс Грей? Тогда прошу прощения. Я было решил, что после всего произошедшего вас не так-то легко выбить из колеи.

— Нет, вы не оскорбили меня, господин Херондэйл. — Вопреки произнесенным словам, щеки Тесс предательски вспыхнули. Конечно, ей стало неловко, ведь хорошо воспитанные молодые леди не должны знать, что такое бордель, а уж тем более не должны позволять джентльменам говорить о подобном в их обществе. Убийство — это одно, а публичный дом… — Но я не уверена, что тот дом был… таким, как вы о нем говорите. Я много времени проводила у окна, и знаю, что никто туда не приходил, а соответственно, никто и не уходил. Ну, конечно, кроме Темных сестер, их горничной и кучера. Я совершенно уверена, что больше там не было никого.

— Действительно, дом кажется заброшенным, — согласился Уилл. — Видно, они решили на время прикрыть лавочку. Не хотели, чтобы хоть одна живая душа знала о том, что вы там живете. — Он вновь бросил быстрый взгляд на Шарлотту. — Вы думаете, брат мисс Грей обладает теми же способностями? Может, поэтому Темные сестры похитили его?

Тесс обрадовалась смене темы и заговорила быстро-быстро, чтобы никто уже не мог перебить ее и вернуться к прежнему разговору:

— Нет-нет, никогда я не замечала за своим брагой ничего подобного… Да и я сама не подозревала о своих способностях до того самого дня, когда меня схватили Темные сестры.

— И что же это у вас за таинственные способности?. — поинтересовалась Джессамина. — Простите, но Шарлотта нам о вас совсем ничего не рассказывала.

— Джессамина! — Шарлотта нахмурилась и строго посмотрела на девушку.

— Я ей не верю, — уверенно заявила Джессамина. — Полагаю, она просто маленькая лгунья. Думает, если она принадлежит Нижнему миру, то мы станем с ней возиться, думает, мы побоимся нарушить Соглашение!

Тесс вздрогнула — такого выпада она уж точно не ожидала. И тут она вспомнила, как тетя Генриетта говорила ей: «Тесс, главное в этой жизни — не потерять себя» и «Всегда веди себя, как подобает леди, даже если твой брат дразнит тебя, не отвечай ему тем же» Эти воспоминания неожиданно успокоили ее. Она подняла голову и с вызовом посмотрела на собравшихся за столом людей. Не нужно было быть великим физиономистом, чтобы понять: Генри любопытно, чем кончится дело, но любопытство его — это отстраненное любопытство ученого; Шарлотта пытается подметить любую мелочь, от чего взгляд ее стал острым, как осколки стекла; Джессамина почти не старается скрыть презрение, которое питает к Тесс, а Уилла просто забавляет происходящее. Но что, если все они на самом деле согласны с Джессаминой? Даже Шарлотта? Что, если все они считают ее притворщицей, которая пытается выманить милостыню, играя их лучшими чувствами? А ведь тетя Генриетта не любила благотворителей почти так же сильно, как и тех, кто пользовался чужим милосердием.

Затянувшуюся паузу наконец нарушил Уилл. Он наклонился вперед и внимательно посмотрел в лицо Тесс.

— Вы можете держать это в тайне, — мягко сказал он. — Но знайте, что любая тайна имеет свой собственный вес, и некоторые из них бывают просто неподъемными. Сможете ли вы и дальше нести столь тяжелую ношу и сколько продержитесь? Кто знает…

— Это не тайна, — выпалила Тесс. — Но мне было бы легче вам показать, чем рассказывать.

— Превосходно! — Генри казался довольным. — Люблю представления. Вам нужен какой-нибудь реквизит, ну там… спиртовка или блюдечко?..

— Это не спиритический сеанс, Генри, — устало сказала Шарлотта, а потом повернулась к Тесс: — Вы не должны делать того, чего не хотите.

Но Тесс словно ее не слышала.

— Да, мне кое-что понадобится. — Она повернулась к Джессамине: — Пожалуйста, не могли бы вы одолжить мне что-то из своих вещей? Кольцо или носовой платок…

Джессамина поморщилась:

— Такое ощущение, что вы сейчас покажете нам глупый ярмарочный фокус. Кстати, после подобных представлений многие не досчитываются своих вещей…

Уилл сердито посмотрел на девушку:

— Дай ей кольцо, Джесси. У тебя их так много, что одним ты вполне можешь пожертвовать.

— Лучше отдай ей что-нибудь из своих вещей.

— Нет, — твердо возразила Тесс. — Это должна быть ваша вещь. Из всех здесь присутствующих только вы одного со мной роста и примерно такого же сложения. Если я превращусь в Шарлотту, то окажусь… без одежды. Платье попросту свалится с меня.

— Хоть какое-то развлечение, — проворчала Джессамина, сняв с мизинца кольцо с красным камешком и бросив его Тесс через стол. — Пусть это станет подходящей ценой за представление. Не сомневаюсь. — Нахмурившись, Тесс сжала кольцо в ладони левой руки, а потом зажмурилась.

Всегда одно и то же. Сначала ничего не чувствуешь, а потом в голове что-то вспыхивает, словно кто-то зажег свечу в темной комнате. Она стала искать путь к источнику света, как учили ее Темные сестры. Было трудно забыть обо всех опасениях и победить застенчивость, но она проделывала это уже много раз — и знала, что нужно делать. Сначала она потянулась к свету и дотронулась до него. Потом Тесс стало тепло, словно она завернулась в одеяло, толстое и тяжелое. А потом вспыхнул яркий свет. Он был повсюду. Она тонула в нем… И оказалась внутри. В чужом теле. Соприкоснулась с чужим разумом.

Ее мысли скользили по поверхности разума Джессамины подобно пальцам, скользящим по поверхноти воды. Только теперь она позволила себе выдохнуть. Неожиданно перед Тесс возник образ леденца С чем-то темным внутри, вроде червячка в яблоке. И образ этот был очень ярким, очень живым. Она чувствовала негодование, ненависть, возмущение, ужасную тоску… Ее глаза широко открылись. Она все еще сидела за столом, сжимая в руке кольцо Джессамины. Кожу покалывало, как всегда бывало после превращения. Тесс чувствовала легкость — Джессамина была стройнее, а соответственно, и легче. А еще Тесс ощущала, как мягкие волосы Джессамины, слишком густые, чтобы их могли удержать в прическе заколки, гладят ее обнаженные плечи.

— Ангел, — вздохнула Шарлотта.

Тесс огляделась. Все смотрели на нее не отрываясь: Шарлотта и Генри — широко открыв рты, Уилл — безмолвно. Юноша словно окаменел и так и остался сидеть со стаканом в поднятой руке. Джессамина… Она смотрела на Тесс с откровенным ужасом, словно увидела призрака. На мгновение Тесс почувствовала себя виноватой.

Джессамина глубоко вздохнула, ее лицо было мертвенно-бледным.

— Боже мой! Неужели у меня такой огромный нос?! — воскликнула она. — Почему никто раньше мне об этом не говорил?

 

Глава четвертая

Мы — тени

 

Pulvis et umbra sumus[28].

Горации [29] «Оды»

 

Как только Тесс вернула себе прежний облик, на нее тут же посыпались вопросы. Могло показаться, что нефилимов, с рождения живших в мире волшебства, не должны были испугать ее способности. Однако по их реакции Тесс поняла, что ее талант действительно чрезвычайно необычен. Даже Шарлотта — единственная среди присутствующих знавшая, в чем он заключается, казалась ошеломленной.

— Выходит, вы обязательно должны держать в руке что-то принадлежащее человеку, в которого собираетесь превратиться? — спросила Шарлотта.

Софи и женщина постарше, которая, как предположила Тесс, была поварихой, уже забрали обеденные тарелки и сервировали стол к чаю. Однако никто не притронулся к угощению. Без внимания остался даже огромный пирог, казавшийся фантастически вкусным.

— Вы не можете просто смотреть на кого-то и… — продолжала тем временем Шарлотта.

— Я же уже объясняла! — Тесс почувствовала, как голову сдавливает раскаленный обруч — верный признак надвигающейся мигрени. — Я должна держать в руках что-то. И это может быть все что угодно, пусть это будет даже волосок или ресничка — не важно. И это что-то обязательно должно принадлежать тому человеку, в которого я собираюсь превратиться. Иначе ничего не получится.

— А если это будет пузырек с кровью? — спросил Уилл таким тоном, словно интерес его был чисто академическим.

— Возможно… Не знаю. Никогда не пробовала. — Тесс глотнула чая, который уже остыл.

— И вы говорите, что Темные сестры знали о вашем таланте? И узнали они о нем намного раньше, чем вы сами? — спросила Шарлотта.

Тесс сделала еще глоток, и горький привкус, который всегда появлялся во рту после превращения, наконец-то стал проходить.

— Да. Поэтому они похитили меня.

Генри покачал головой:

— Но как им удалось узнать? Не понимаю…

— Я сама не понимаю, — вновь вздохнула Тесс. — Они же ничего мне не объясняли. Я сказала вам все, что знаю: Темные сестры, безусловно, знали о моих способностях, потому что сразу принялись меня учить превращениям. Каждый день, по нескольку часов…

Чуть ли не после каждого слова Тесс делала маленький глоток чая, стараясь окончательно избавиться от горечи во рту. Воспоминания были слишком болезненны. Час за часом, день за днем она проводила в подвале Темного дома, претерпевая поистине адскую боль, — раньше она и подумать не могла, что человек способен выдержать такие муки. А сестры кричали на нее и грозили убить Ната, если она не сможет измениться сообразно их желаниям.

— Сначала было очень больно, — прошептала девушка. — Как будто мои кости ломались и плавились, будто их погрузили в кислоту. Сестры заставили меня изменяться два, три, а затем дюжину раз в день, пока я не теряла сознание. А на следующий день все начиналось сначала. Бежать мне было некуда, да я бы и не смогла этого сделать самостоятельно… — Тесс остановилась, чтобы перевести дыхание. Рассказ давался ей тяжело: у нее появилось ощущение, будто она пытается закатить на гору огромный валун. — В последний день они устроили мне очередное испытание — приказали превратиться в девочку, которая умерла… Нет, которую убили. Несчастная помнила, что кто-то ударил ее кинжалом. А потом какая-то тварь преследовала ее в переулке…

— Возможно, это была та самая девочка, чье тело мы нашли в том переулке. — Уилл был напряжен, как натянутая струна, глаза его яростно сверкали. — Мы с Джемом предположили, что она пыталась убежать от нападавшего. Я думаю, что настоящие убийцы послали за ней демона-шакса — хотели вернуть ее любым путем, — но я тогда так кстати наткнулся на тварь и уничтожил ее. Они, наверное, долго не могли понять, что же случилось.

— Девочку, в которую я тогда превратилась, звали Эммой Бейлис, — прошептала Тесс. — Она завязывала волосы тоненькими розовыми ленточками, и… и она была такой маленькой…

Уилл кивнул, словно подтверждая слова девушки.

— Темные сестры хотели знать, что с ней случилось, — все так же тихо продолжала Тесс. — Именно поэтому они заставили меня превращаться. Когда я сказала, что несчастная мертва, они, казалось, вздохнули с облегчением.

— Бедное дитя, — пробормотала Шарлотта. — Так что же, выходит, вы можете превращаться и в мертвых? Не только в живых?

Тесс кивнула.

— Их голоса звучат у меня в голове, когда я изменяюсь. И знаете, многие из них помнят мгновение своей смерти, причем очень отчетливо.

— Тьфу! — Джессамину аж передернуло. — Отвратительно!

Тесс взглянула на Уилла:

— Мистер Херондэйл… — Почему-то ей казалось, что юноша понимает ее лучше, чем все остальные, хотя она и знала, что глупо рассчитывать на участие со стороны совершенно незнакомого человека. — Вы нашли меня, потому что искали убийцу Эммы Бейлис. Но Эмма была маленькой бедной девочкой, вынужденной с детства зарабатывать себе на жизнь шитьем. До нее, похоже, никому не было дела ни когда она была жива, ни когда умерла. Всего лишь еще один мертвый — как вы их там зовете? — мирянин. Так почему же вы тратили свои время и силы на то, чтобы выяснить правду?

На мгновение Тесс встретилась взглядом с Уиллом и в очередной раз поразилась синеве его глаз. А потом ей показалось, что выражение его лица изменилось, вот только в чем выражались эти самые изменения, она не могла сказать.

— А я бы и не стал рыть носом землю, если бы Шарлотта не настаивала. Она почувствовала, что за этим преступлением скрывается нечто большее, чем убийство маленькой нищенки. Потом, когда мы с Джемом постарались узнать как можно больше о «Клубе Преисподняя», до нас дошли слухи и о других убийствах. И тут уже мы согласились с Шарлоттой. Тем более что мы любим мирян и не можем позволить разным негодяям резать их, словно скот. В этом, собственно, и заключается наше предназначение.

Шарлотта подалась вперед:

— Темные сестры никогда не говорили вам, как именно хотят использовать ваши способности?

— Я уверена, что вы хорошо знаете Магистра, — сказала Тесс. — Так вот, они уверяли, что готовят меня для него.

— Но для чего? — воскликнул Уилл. — Что вы должны были для него сделать? Или, может статься, они просто собирались подать вам ему на обед в качестве главного блюда?

Тесс покачала головой:

— Чтобы… Чтобы он женился на мне. Во всяком случае, так они говорили.

— Чтобы он женился на вас? — В голосе Джессамины прозвучало откровенное презрение. — И вы верите в эту чушь?! Да они наверняка собирались принести вас в жертву и просто не хотели пугать раньше времени.

— Не знаю… Не знаю… — протянул Уилл. — Я осмотрел несколько комнат, прежде чем нашел Тесс. И знаете, одна из них очень сильно напоминала спальню новобрачных: огромная кровать, белоснежный балдахин, в платяном шкафу — белое платье… Кстати, вашего размера, Тесс. — Он внимательно посмотрел на девушку, словно пытался проникнуть ей в душу.

— Узы брака, заключенного в соответствии с определенными традициями, могут быть очень крепкими, — заметила Шарлотта. — Если обряд провести должным образом, то супруг получает часть ваших способностей, Тесс, а может быть, и приобретает над вами власть, настолько большую, что вы не сможете ему противиться. — Она задумалась, барабаня пальцами по крышке стола. — Что касается самого Магистра, то я попыталась найти о нем информацию в архиве. Мне удалось выяснить, что так называют человека, управляющего ведьмами во время шабаша, или главу группы чародеев. А члены «Клуба Преисподняя» воображают себя именно чародеями. Чувствую, что все это как-то связано друг с другом.

— Мы и прежде пристально наблюдали за Темными сестрами, но ни разу нам не удавалось поймать их с поличным, — заметил Генри. — Что же касается членов Клуба, то Закон не воспрещает быть идиотами.

— Значит, для мисс Грей все сложилось как нельзя более удачно, — вздохнула Джессамина.

Генри выглядел обиженным, но ничего не сказал. Шарлотта наградила Джессамину ледяным взглядом.

— Генри прав, — встрял Уилл. — Мы с Джемом следили за ними днем и ночью — все надеялись, что когда-нибудь Темные сестры забудут об осторожности и серьезно нарушат Закон. Но единственное, чем они занимались, так это пили абсент с добавлением демонических порошков. Но таким образом они лишь вредили сами себя, и дело это, хотя и противозаконное, не казалось нам стоящим. Да и мы тут были ни при чем. Но как только они стали вредить другим…

— И кто же эти другие? — с любопытством поинтересовался Генри.

— Если вас интересует, вредили ли они мирянам, то нет, не вредили, — с пренебрежением ответил Уилл. — А остальное нас не интересовало. К тому же все эти существа носили маски и переодевались перед тем, как отправиться в Клуб. Правда, я волей-неволей узнал нескольких обитателей Нижнего мирз. Это Магнус Бейн, леди Белкурт, Рагнор Фелл, де Куинси…

— Де Куинси? Надеюсь, он не нарушал никаких законов. Знаете, с каким количеством неприятностей мы столкнулись, когда искали главного вампира, чтобы поговорить с ним с глазу на глаз? — раздраженно пробормотала Шарлотта.

Уилл опустил голову, пряча улыбку:

— Всякий раз, когда я видел его, он выглядел как совершенный ангел.

Шарлотта внимательно посмотрела на юношу, а потом обратилась к Тесс:

— Помните, что вы рассказывали о Миранде — горничной, прислуживавшей вам?

Доверь свою работу ✍️ кандидату наук!
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой



Поиск по сайту:







©2015-2020 mykonspekts.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.