Мои Конспекты
Главная | Обратная связь

...

Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Кодекс сумеречных охотников 4 страница





Помощь в ✍️ написании работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой

— Я… Он… Мистер Грей исчез? — Мортмэйн казался искренне растерянным.

— Да. К нам обратилась за помощью его сестра. Когда она начала поиски несколько недель назад, то две чародейки кое-что рассказали ей о судьбе брата. Она узнала, что Натаниэль в опасности, и поспешила к нам. И пока, сэр, вы тут забавляетесь, играя но всемогущего мага, может погибнуть человек. И еще я хочу, чтобы вы знали: Анклав не станет любезничать с теми, кто встанет у него на пути.

Мортмэйн провел дрожащей рукой по лбу.

— Я конечно же помогу вам, — пробормотал он — Скажите, что вы хотите знать.

— Превосходно. — Сердце Шарлотты забилось oт радости, но интонации остались прежними. — Мы хотим знать все, что знаете вы. Начинайте.

— Я был знаком еще с его отцом… Я конечно же имею в виду отца Натаниэля. Он начал работать у меня почти двадцать лет назад, когда моя компания занималась главным образом торговлей. Тогда у меня уже были офисы в Гонконге, Шанхае, Тяньцзине… — Мортмэйн прервался и испуганно посмотрел на Шарлотту, которая в нетерпении постукивала кончиками пальцев по столешнице. — Ричард Грей работал на меня здесь, в Лондоне. Он был человеком не только очень добрым, но и очень умным, и вскоре я сделал его своим управляющим. Мне жаль было терять такого замечательного работника, но он с семьей решил переехать в Америку. Когда Натаниэль прислал мне письмо, я немедленно предложил ему работу.

— Господин Мортмэйн, — в голосе Шарлотты звучали стальные нотки, — вы уверены, что это относится к делу?

— Да, да, прошу вас, дослушайте меня до конца, — решительно ответил Аксель. — Видите ли, определенного рода знания — как вы, должно быть, поняли, я имею в виду оккультизм — всегда помогали мне в деловых вопросах. Помните, несколько лет назад в банковской системе произошел кризис? Тогда разорилось множество компаний, среди которых было несколько очень крупных и, как казалось до последнего дня, надежных. Так вот, мои знания помогли мне избежать несчастья. Я забрал свои деньги из банка незадолго до того, как он лопнул, и спас свою компанию. Но это вызвало подозрения Ричарда. Он, должно быть, собирал сведения и в конечном счете сопоставил то, что знал обо мне, с тем, что знал о «К обе Преисподняя».

— Выходит, вы член этого клуба… — пробормотала Шарлотта. — Ну конечно, мне следовало догадаться раньше.

— Я предложил Ричарду членство в Клубе и даже брал его пару раз на встречи, но его в конечном итоге это не заинтересовало. Вскоре после этого он переехал в Америку. — Мортмэйн развел руками. — Что ж, я не сержусь, «Клуб Преисподняя» не для каждого. Но определенная категория людей жаждет знаний, и их не останавливают ни опасности, ни запреты. Посему я слышал, что заведения подобного рода открыты во многих городах. Члены таких клубов многое знают о Теневом мире. Они хотят делиться своими знаниями друг с другом, чтобы потом использовать их себе во благо, добиваясь процветания и благополучия. Но некоторые не могут потянуть даже первого… взноса, если хотите.

— И что вы имеете в виду?

— «Клуб Преисподняя» не злая организация, — сказал Мортмэйн, голос его звучал так тихо и так слабо, будто он был смертельно ранен. — Мы добились многих успехов, в стенах нашего Клуба было сделано много великих открытий. Я видел, как один чародей создал серебряное кольцо, которое могло переносить своего хозяина домой всякий раз, как он поворачивал его на пальце. Другой сотворил дверь, войдя в которую ты оказываешься именно в том месте, в котором хочешь оказаться. Я знавал людей, которых наши маги вернули буквально с порога смерти…

— Я знаю, что такое волшебство и на что оно способно, мистер Мортмэйн. — Шарлотта поглядела на Генри, который теперь внимательно рассматривал чертеж какого-то сложного устройства, висевший на стене. — И меня не интересуют подробности жизни Клуба. Все, что я хочу знать, так это связаны ли похитившие мистера Грея чародеи с «Клубом Преисподняя» или нет? Насколько я знаю, его члены — исключительно миряне. Так как же туда попали обитатели Теневого мира?

Мортмэйн поморщился:

— Обитатели Теневого мира? Вы говорите о народе, который мы зовем волшебным? О прирожденных колдунах, ликантропах[54] и прочих удивительных существах? Что ж, вы знаете многое, но, видно, далеко не все. Члены нашего Клуба не равны, госпожа Бранвелл. Мирянин вроде меня может стать лишь рядовым членом Клуба, но председательствуют в нем обитатели Нижнего мира: колдуны, ликантропы и вампиры. К сожалению, сейчас настали такие времена, что волшебный народ предпочитает держаться от мирян как можно дальше. Среди нас слишком много богатых промышленников, владеющих фабриками, железными дорогами… Волшебные существа ненавидят такие вещи. — Он покачал головой. — Они прекрасны, будто вышли из сказки, но боюсь, прогресс их скоро погубит.

Меньше всего на свете Шарлотту интересовали рассуждения Мортмэйна о волшебных существах. Ее мысли стремительно неслись вперед, и она хотела получить ответы на все свои вопросы как можно быстрее.

— Позвольте мне предположить, — перебила она Мортмэйна. — Вы представили Натаниэля Грея членам Клуба, точно так же, как когда-то представили его отца.

Мортмэйн, которому только-только удалось немного успокоиться и вернуть хотя бы отчасти былую самоуверенность, снова поник.

— Натаниэль проработал в моем лондонском офисе несколько дней до того, как мы поссорились. Тогда я сделал вывод, что он узнал о Клубе еще от отца и хотел к нам присоединиться еще с тех самых пор. Я не мог отказать ему и привел его на встречу. Тогда я полагал, что этим все и ограничится. Но вышло иначе. — Он вновь покачал головой. — Натаниэль тогда кинулся в Клуб, словно головой в омут. А через несколько недель после первого визита он съехал из меблированных комнат, которые снимал вce это время. Примерно в то же время я получил от него письмо. Натаниэль, в частности, сообщал, что собирается работать на другого члена Клуба, который обещал ему за работу хорошие деньги. Настолько хорошие, что Натаниэль теперь мог позволить себе дорогостоящие капризы, о которых мечтал с самого начала. — Аксель тяжело вздохнул. — Письмо было коротким — по его же словам, у него не было времени на лишние объяснения. Само собой разумеется, он не оставил нового адреса.

— И это все? — В голосе Шарлотты теперь слышалось недоверие. — Вы не пробовали его искать? Выяснить, куда он ушел? Кто его новый работодатель?

— Человек работает там, где ему нравится, — довольно резко ответил Мортмэйн. — Не было никакой причины полагать…

— И вы не видели его с тех пор?

— Нет. Я же сказал вам…

Но Шарлотта не дала ему договорить:

— Вы утверждаете, будто он заинтересовался «Клубом Преисподняя». «Кинулся в Клуб, словно в омут с головой» — это ваши слова. Но ведь вы не видели его с тех самых пор, когда представили членам Клуба. Как же вы можете знать, чем Натаниэль жил все это время?

В глазах Мортмэйна промелькнула паника.

— Меня… Я сам не был на встречах с тех самых пор. Видите ли, работа. Я был очень занят…

Шарлотта, уже даже не слушая сбивчивые объяснения миллионера, пристально рассматривала Акселя Мортмэйна. Она всегда считала, что хорошо разбирается в людях и может читать по их лицам, как по книге. Но с такими хитрецами, как Мортмэйн, ей приходилось сталкиваться не часто. Приветливые, уверенные в себе… обманщики. Им многое подвластно, многое по плечу, вот только им не хватает ума понять, что их успехи в бизнесе вовсе не означают, что они добьются таких же успехов в волшебстве. Она вновь впомнила об адвокате и о его доме в Найтсбридже[55], стены которого были с пола до потолка измазаны кровью. Она попыталась представить, какой ужас он пережил в последние мгновения жизни, и поежилась. И вот теперь она ясно видела, как и в душе Акселя Мортмэйна всходят ростки страха, еще пока маленькие и слабые, но скоро они превратятся в толстые лианы и окутают его с головы до ног.

— Мистер Мортмэйн, прекратите, ради бога, не считайте меня такой уж дурочкой, — прервала Она его наконец. — Я знаю, есть кое-что, что вы от меня скрываете. — Она вынула из сумочки один из винтиков, которые Уилл подобрал в доме Темных сестер, и положила его на стол. — Это очень похоже на тe изделия, что производит ваша фабрика, мистер Мортмэйн.

Мортмэйн покосился на маленький кусочек металла на краю стола:

— Да… Да, помимо всего прочего мы делаем и такие винтики. Но что из того?

— Что ж, если вы являетесь членом «Клуба Преисподняя», то должны знать о двух чародейках, наминавших себя Темными сестрами. Возможно, вы даже встречались с ними на собраниях. Так вот, они убивали людей. Преимущественно юношей и девушек. И мы нашли это в подвале их дома.

— Я не имею никакого отношения к убийствам! — воскликнул Мортмэйн. — Я никогда… Я думал… — На его лбу выступили крупные капли пота, взгляд отчаянно заметался по комнате.

— А что вы думали? — Голос Шарлотты звучал мягко.

Мортмэйн дрожащими пальцами взял винтик:

— Вы не можете даже себе вообразить… — Его голос на мгновение затих, а потом зазвучал с новой силой. — Несколько месяцев назад один из членов… один из обитателей Нижнего мира, очень старый и очень могущественный, состоящий, помимо всего прочего, в правлении Клуба, попросил меня собрать некий механизм. Винтики, кулачки[56]… и тому подобное. Я не спрашивал, зачем ему это нужно и почему эту работу он заказал именно мне. Более того, в тот момент я вовсе не увидел ничего подозрительного в подобном заказе.

— А случайно, это не тот же самый человек, к которому ушел работать Натаниэль?

Мортмэйн выронил винтик. Тот покатился через стол, и ему пришлось поймать его, чтобы тот не упал на пол. Хотя промышленник молчал, Шарлотте оказалось достаточно вспышки страха в его глазах, чтобы попять — ее предположение верно. Ее охватило нетернение, по телу прошла мелкая дрожь, совсем как у гончей, взявшей след.

— Его имя! — потребовала она. — Назовите его имя.

Мортмэйн уставился на стол:

— Это может стоить мне жизни.

— А как насчет жизни Натаниэля Грея? — мягко поинтересовалась Шарлотта.

Мортмэйн покачал головой, стараясь не смотреть ей в глаза:

— Вы понятия не имеете, насколько могуществен этот человек. И насколько опасен…

Шарлотта выпрямилась.

— Генри, — позвала она. — Генри, дай мне, пожалуйста, маячок.

Генри наконец оторвался от чертежа и, часто моргая, в замешательстве уставился на супругу:

— Но, любимая…

— Принеси мне маячок! — приказала Шарлотта. Ей не нравилось кричать на Генри — ей всегда казалось, что с тем же успехом она может ударить ногой щенка, — но иногда другого выхода попросту не было.

Все еще пребывающий в замешательстве, Генри присоединился к жене, стоявшей перед столом Мортмэйна, и вытащил что-то из кармана пиджака. Это был темный продолговатый металлический предмет, на одной стороне которого протянулся ряд необычно выглядящих дисков. Шарлотта взяла предмет и продемонстрировала его Мортмэйну.

— Это маячок, — пояснила она. — С его помощью можно созвать весь Анклав. Уже через три минуты здесь будут нефилимы. И уж поверьте, они сумеют вас разговорить. Вот только беседовать они станут с вами не здесь, а в подвалах Академии, где к их услугам будет несколько весьма занятных приспособлений, помогающих развязывать языки даже самым большим упрямцам. Вы, кстати, знаете, что случается с человеком, если закапать ему в глаз кровь демона?

Мортмэйн с ужасом уставился на гостью, но так ничего и не сказал.

— Пожалуйста, не заставляйте меня этого делать, мистер Мортмэйн. — Шарлотта почувствовала, как потеют руки, и крепче сжала маячок, чтобы не выронить его, но голос ее даже не дрогнул. — Мне бы крайне не хотелось становиться причиной вашей смерти, пускай даже и косвенной.

— Господи, да скажите же вы ей уже наконец! — не вытерпел Генри. — Поверьте, эти пытки ужасны, мистер Мортмэйн. Никто не выдерживает, никто. Не губите себя, мистер Мортмэйн, умоляю!

Мортмэйн закрыл лицо руками. «А ведь он всегда хотел встретиться с настоящими сумеречными охотниками, — с тоской подумала Шарлотта, разглядывая сидящего перед собой мужчину. — Что ж, вот и сбылась мечта».

— Де Куинси, — пробормотал Мортмэйн. — Я не знаю его имя. Только фамилию — де Куинси.

«Держи себя в руках», — Шарлотта медленно выдохнула, опустив устройство.

— Де Куинси? Не может быть…

— Вы слышали о нем? — Голос Мортмэйна был исполнен печали. — Я так и знал.

— Эта глава лондонского клана вампиров. Очень могущественного клана, — неохотно пояснила Шарлотта. — Он очень влиятелен в Нижнем мире, а еще он один из союзников Анклава. Не могу представить себе, чтобы он…

— Он глава Клуба, — пояснил Мортмэйн, который выглядел смертельно усталым. — Все ему подчиняются.

— Значит, глава Клуба. И как же вы его называете?

— Магистр, — тут же ответил Мортмэйн.

— Спасибо, мистер Мортмэйн. Вы очень помогли нам. — Шарлотта незаметным движением спрятала маячок в рукаве.

Мортмэйн смотрел на нее, уже не скрывая переполнявшей его злобы.

— Де Куинси узнает, что я все рассказал вам. Он убьет меня.

— Анклав позаботится о том, чтобы этого не случилось. Да и мы постараемся сохранить наш визит в тайне. Мы сами не заинтересованы в том, чтобы де Куинси узнал о нашей встрече.

— Вы даете слово? — тихо спросил Мортмэйн. — Ведь я всего лишь… глупый мирянин, так почему бы вам и не обмануть меня?

— Я надеюсь на ваше благоразумие, мистер Мортмэйн. Вы, кажется, начали осознавать собственное безумие. Анклав присмотрит за вами, это и в наших интересах: мы хотим быть уверены, что отныне вы будете держаться от «Клуба Преисподняя» и других подобных ему организаций как можно дальше. Поверьте, так надо для вашего же блага. Я также надеюсь, что вы расцените нашу встречу как последнее предупреждение.

Мортмэйн кивнул. Шарлотта направилась к выходу, Генри последовал за ней. Она уже открыла дверь и стояла на пороге, когда Мортмэйн снова заговорил:

— Это были только винтики, — промямлил он. — Только механизмы. Совершенно безопасные.

К удивлению Шарлотты, ему ответил Генри, причем даже не обернувшись:

— Неодушевленные предметы действительно безопасны, мистер Мортмэйн. Но можно ли сказать то же о людях, которые используют их?

Мортмэйн ничего на это не ответил, и сумеречные охотники покинули его кабинет. Через несколько мгновений они уже стояли на площади. После спертого воздуха кабинета с плотно закрытыми окнами воздух лондонской улицы, как это ни было бы смешно, показался им свежим. «И пусть он пропитан угольным дымом и пылью, — подумала Шарлотта, — но в нем, по крайней мере, нет кислого запаха страха, который пропитал весь кабинет Мортмэйна».

Вытащив маячок из рукава, Шарлотта вернула его мужу.

— И что же это за штуковина, Генри? — спросила она, когда мистер Бранвелл с серьезным выражением лица забрал прибор.

— Я пока что еще только работаю над этим механизмом… — Генри с нежностью посмотрел на прибор. — Это устройство чувствует энергию демонов. Я собирался назвать это датчиком. Пока он не работает, но я непременно доделаю его!

— Уверена, это будет здорово.

Генри очень редко рассказывал жене о своих изобретениях и еще реже показывал их.

— Ты гениальна, Шарлотта. Мне бы никогда не удалось придумать такую душераздирающую историю про пытки и Анклав и так хорошо держаться все это время! Но откуда ты узнала, что я захватил с собой механизм, который ты сможешь использовать в своих целях?

— Спасибо, дорогой, — только и ответила ему Шарлотта. — Как ты себя чувствуешь?

Генри выглядел немного испуганным.

— Знаешь, иногда ты бываешь просто ужасна, впрочем, как правило, ты великолепна, моя дорогая.

— Спасибо, Генри.

 

* * *

 

В Академию они возвращались в полном молчании. Джессамина смотрела в окно кеба, словно за всю свою жизнь не видела ничего интереснее разношерстной гомонящей толпы, и решительно отказывалась разговаривать. Она положила пестрый зонтик на колени, совершенно не заботясь о том, что кровь на его спицах может испачкать ее наряд. Когда они добрались до кладбища, она позволила Томасу помочь ей вылезти из экипажа, а потом сама протянула руку, чтобы помочь выйти Тесс.

Удивленная подобной вежливостью, Тесс могла только молча поражаться происходящему. Пальцы Джессамины были ледяными.

— Пойдем! — Джессамина нетерпеливо схватила ее за руку и потянула к дверям Академии, даже не взглянув на оставшегося за спиной Томаса.

Тесс позволила спутнице провести ее вверх по лестнице, а потом и по длинному коридору, точно такому же, какой вел к спальне Тесс. Джессамина остановилась возле одной из дверей, толкнула вперед Тесс, вошла следом и закрыла за собой дверь.

— Я хочу показать тебе кое-что, — объявила она.

Тесс огляделась. Это была одна из больших спален, которых в здании Академии было бесчисленное множество. Однако Тесс сразу же поняла, что здесь живет именно Джессамина. Стены комнаты до половины были обиты деревянными панелями, а вы по цвету с обоями. Затем взгляд Тесс упал на белыйт столик, на котором лежала кружевная и по виду очень дорогая салфетка. На ней уже разместились подставка для колец, флакон туалетной воды, многочисленные, отделанные серебром расчески и зеркало с резной ручкой.

— У вас прекрасная комната, — вежливо сказала Тесс, желая не столько выразить свое мнение, сколько успокоить Джессамину, находящуюся на грани истерики.

— Она слишком маленькая, — решительно заявила Джессамина, и на лице ее появилась недовольная гримаса. — Подойди сюда…

С этими словами она швырнула окровавленный зонтик на кровать, а затем пересекла комнату и встала у окна. Тесс последовала за ней в некотором замешательстве. В углу на высоком столе стоял большой кукольный домик. Как же он был прекрасен! В детстве у Тесс конечно же был домик для кукол: маленький, на две комнатки, сделанный из не очень хорошего картона. А этот домик… Он был совершенен. Прекрасная модель настоящего лондонского дома. Джессамина легко дотронулась до стены, и фасад его медленно разделился на две половинки и распахнулся.

Тесс затаила дыхание. В домике было много комнат, и во всех них стояла миниатюрная мебель, выполненная столь искусно, что отличалась от настоящей лишь размерами. Здесь восхищало все: от небольших деревянных стульев с расшитыми подушками на сиденьях и написанных маслом картин до чугунной печке на кухне. Были там и маленькие, одетые по последней моде куклы с фарфоровыми головками.

— Это мой дом. — Джессамина опустилась на колени, так что глаза ее оказались на одном уровне с комнатами кукольного домика, и жестом подозвала Тесс, чтобы та сделала то же самое.

Тесс неловко устроилась рядом, постаравшись не сесть на юбки Джессамины.

— Вы имеете в виду этот кукольный домик? Вы играли с ним, когда были маленькой?

— Нет! — В голосе Джессамины зазвучала злость. — Это мой дом. Отец построил его, когда мне было шесть. Точная копия дома, в котором мы жили на улице Керзон. Точно такие же обои были у нас в столовой… — С этими словами она указала пальцем на крошечную комнатку. — И точно такие же стулья в кабинете отца. Видишь?

Она пристально посмотрела на Тесс, словно та должна была увидеть в этом домике нечто большее, чем просто искусно выполненную игрушку, играть в которую Джессамине уже давно было не по возрасту. Тесс не знала, что она должна ответить на вопрос.

— Очень мило, — выдавила она наконец.

— Посмотри, здесь, в гостиной, мама, — продолжала Джессамина, коснувшись пальцем одной из крошечных куколок. Та качнулась в своем шикарном кресле. — А здесь, в кабинете, читает книгу папа. — Ее рука скользнула по маленькой фарфоровой фигурке. — А наверху в детской ребенок — это малютка Джесси. — В небольшой колыбельке действительно лежала еще одна кукла, только вот из-под крошечного кружевного покрывала виднелась лишь ее голова. — Позже они будут обедать здесь, в столовой. А затем мама и папа пойдут в гостиную и сядут у камина. Иногда вечером они отправляются в театр, на бал или на званый ужин… — Ее голос звучал спокойно, как будто она читала хорошо заученную литанию[57]. — А потом мама поцелует папу, пожелав спокойной ночи, и они отправятся в свои комнаты и проспят всю ночь напролет. И не будет никаких вызовов от Анклава, которые могут поднять их в середине ночи. Они не уйдут в ночь сражаться с демонами. И в этом доме никогда не останутся кровавые следы. Здесь никто никогда не потеряет лапу или глаз вервольфа, и никто не станет, давясь, пить святую воду, потому что на него напал вампир.

«Боже мой!» — пронеслось в голове у Тесс, и лицо ее искривила невольная гримаса ужаса. Это не могло укрыться от внимательно взгляда Джессамины.

— Когда наш дом сгорел, я не знала, куда пойти. не осталось никого, кто бы мог меня приютить. Мама и папа были сумеречными охотниками, но несколько лет назад они порвали с Анклавом, и теперь было бы глупо искать у него защиты… Этот зонтик — тот, с которым я сегодня отправилась на прогулку, — сделал Генри. Знаешь, вначале он показался мне таким симпатичным… А потом Генри сказал, что это самое настоящее оружие, ведь его спицы остры как бритвы.

— Ты спасла нас сегодня там, в парке, — возразила Тесс. — Я вообще не умею драться. И если бы не ты, то…

— Я не должна была делать этого. — Джессамина смотрела на кукольный домик остекленевшими глазами. — У меня никогда не будет той жизни, Тесс, о которой я мечтаю. У меня никогда не будет такого дома. Меня не заботит то, что я должна делать. Я никогда не буду жить вот так. Лучше мне умереть.

Такие разговоры встревожили Тесс не на шутку. Она уже было хотела возразить Джессамине, попытаться убедить ее в том, что все не так уж и плохо, как в комнату вошла Софи, как всегда безупречно аккуратная… Она с опаской покосилась на Джессамину, а потом сказала:

— Мисс Тесс, мистер Бранвелл хочет видеть вас в своем кабинете. Говорит, это очень важно.

Тесс повернулась к Джессамине, чтобы спросить, в порядке ли она, но девушка вновь казалась равнодушной и надменной. Двери ее души захлопнулись, а на лицо вернулась маска отчужденности.

— Иди, Генри нужно слушаться, — сказала она. — Тем более что я тебе, должно быть, уже страшно надоела. К тому же у меня разболелась голова. Софи, ты понадобишься мне, когда освободишься: нужно будет помассажировать мне виски с eau de cologne[58].

Софи бросила на Тесс взгляд, который показался последней неуместно веселым, и присела в реверансе:

— Как пожелаете, мисс Джессамина.

 

Глава седьмая

Доверь свою работу ✍️ кандидату наук!
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой



Поиск по сайту:







©2015-2020 mykonspekts.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.