Мои Конспекты
Главная | Обратная связь


Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

За пятьдесят один день



СТУКА Я НА СЛЕДУЮЩЕЕ УТРО не слышал, если он вообще был.

Я услышал лишь:

— ПОДЪЕМ! Ты знаешь, сколько времени?!

Посмотрев на часы, я проговорил заплетающимся языком:

— Семь тридцать шесть.

— Нет, Толстячок! Время отрываться! У нас есть всего семь дней, пока остальные не вернулись. Боже, у меня просто слов нет как я рада, что ты остался. Год назад я все время потратила на изготовление громадной свечи из кучи мелких. Бог мой, как это было скучно. Я посчитала плитку на потолке. Шестьдесят семь по вертикали, восемьдесят четыре по горизонтали. Страдания! Да это была настоящая пытка.

— Я очень устал. Я… — начал я, но Аляска меня перебила.

— Бедный Толстячок. О бедный Толстячок. Хочешь, я залезу к тебе в кроватку и поваляемся вместе?

— Ну, если ты сама предлагаешь…

— НЕТ! ПОДНИМАЙСЯ! НЕМЕДЛЕННО!

Она отвела меня за крыло выходников — где располагались комнаты с пятидесятой до пятьдесят девятой — затем остановилась напротив одного окна, прижала к нему ладони, и принялась толкать, пока оно не открылось наполовину, а потом забралась в комнату. Я последовал за ней.

— Толстячок, что ты видишь?

Я видел комнату общаги — такие же стены из шлакоблока, такие же габариты, даже планировка такая же, как и у нас. Диван у них оказался получше, и журнальный столик был настоящий, а не «ЖУРНАЛЬНЫЙ СТОЛИК». На стенах висели два постера. На одном изображалась огромная кипа стодолларовых банкнот с подписью: «Первый миллион — самый трудный». А на стене напротив висел красный «Феррари».

— Гм. Комнату общаги.

— Толстячок, ты плохо смотришь. Войдя к вам, например, я вижу парочку любителей поиграть в приставку. Войдя к себе, вижу девчонку, которая обожает книжки. — Аляска подошла к дивану и взяла пластиковую бутылку из-под газировки. Она наполовину была заполнена мерзкой коричневатой жидкостью. Жевательный табак. — Они жуют. И, очевидно, на гигиену плевать хотели. Они же, наверное, не расстроятся, если мы нассым им на зубные щетки? Им наверняка все равно будет. Скажи: что они любят?

— Они любят деньги, — ответил я, указывая на постер. Аляска возмущенно вскинула руки.

— Толстячок, все они любят деньги. Ладно, иди в ванную. Скажи, что там увидишь.

Эта игра меня слегка напрягала, но я все же пошел в ванную, а она села на диван, который только к этому и располагал. В душе я обнаружил с десяток банок шампуня и кондиционер. В шкафчике оказалась бутылочка какого-то «Ривайнда», я открыл — голубоватый гель пах цветами и спиртом, как в дорогой парикмахерской. (Под раковиной я нашел огромный тюбик вазелина, который мог использоваться только с единственной целью, но об этом я думать не хотел). Я вернулся в комнату и с возбуждением констатировал:

— Они любят свои прически.

Именно! — воскликнула Аляска. — Посмотри на верхнюю полку! — На деревянном изголовье опасно балансировал гель для волос «Ста-Вет». — У Кевина эти лохмы на голове не потому, что он не причесывается по утрам. Он специально так укладывается. Он просто обожает свои прически. Оставили они свои пузырьки тут, потому что у них дома есть еще. У всех! И знаешь, почему они так делают?

— Ради компенсации, потому что у них члены слишком крошечные?

— Ха-ха-ха. Нет. По этой причине они просто уроды и шовинисты. А за волосами они так ухаживают потому, что ума не хватает полюбить что-нибудь более достойное. Так что мы ударим по их самому больному месту — по голове.

— Оооокеееей, — сказал я, не совсем понимая, как именно мы сможем сделать что-то с их головами.

Аляска поднялась и направилась к окну, перегнулась через подоконник.

— На задницу не смотри, — велела она, так что я стал смотреть — она так круто расширялась от тонкой талии. Аляска без труда сделала кувырок и вывалилась из полураскрытого окна. Я же полез ногами вперед, и только поставив их на землю, перенес через подоконник и корпус.

— Да уж, — прокомментировала она, — выглядело это несколько неуклюже. Пойдем в Нору-курильню.

По пути к мосту она ковыряла ногами красноватую землю, подкидывая ее в воздух, так что казалось, что Аляска даже не столько идет, сколько едет на лыжах по бездорожью. Когда мы шагали по полутропинке от моста к Норе, Аляска вдруг повернулась:

— Интересно, пойдет ли им синий цвет? — спросила она, придерживая передо мной ветку.

 

 




Поиск по сайту:







©2015-2020 mykonspekts.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.