Мои Конспекты
Главная | Обратная связь

...

Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Национализм и ксенофобия в современной Испании





Помощь в ✍️ написании работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой

Слово «национализм», как научное и как политическое понятие, употребляется большинством испанских политологов и социологов без априорно негативного смысла. В значительной мере это связано с тем, что такой смысл ему придавался при франкизме, которым как национализм характеризовались любые попытки протеста против жесткого контроля со стороны авторитарного и унитарного государства. Единство Испании сегодня принимается демократическими идеологами как «единство через многообразие». Само же понятие «национализм» выступает как дополнительная характеристика понятия «регионализм», а иногда как замена или разновидность его. «Национализм и регионализм в Испании неотделимы друг от друга», - подчеркивал видный испанский социолог В.Перес-Диас.11

Как отмечалось выше, великодержавная ксенофобия времен испанской империи и франкизма остались в прошлом. Подобно большинству цивилизованных сообществ, проблемы, возникающие у Испании в сфере международных отношений, лишены воинственно-националистической окраски.

Страна пока не знает такого наплыва эмигрантов из Южной и Юго-Восточной Азии, Турции, Северной Африки, исповедующих ислам, который характерен для европейских стран, особенно для Германии, Франции (отчасти Англии), что ведет к серьезным, массовым подчас, столкновениям на этно-религиозной основе. Не привела к возникновению ксенофобских настроений и испанская трудовая эмиграция 1950- 1970-х гг. в страны Западной Европы. В значительной мере это было связано с тем, что испанцы были христианами и вообще людьми европейской культуры, связанными с народами Европы и общностью исторического прошлого.

Словом, испанский национализм в его сдержанных и крайних проявлениях существует сегодня (если не лишь, то в основном) в сфере внутренней: в сфере отношений регионов с центром и друг с другом. В настоящее время, в предвидении наплыва в Испанию иммигрантов из исламских стран, испанские власти принимают ряд мер предотвращения возможных вспышек ксенофобии, в частности, законы, регулирующие приток легальных иммигрантов и препятствующих въезду нелегальных. А также создан ряд специальных институтов и принято несколько постановлений, прописывающих нормы поведения иммигрантов и призванных регулировать взаимоотношения иммигрантов со светскими и конфессиональными властями страны.

Процесс демократизации административно-территориальной структуры страны предполагал выбор посредством референдума одной из двух основных моделей регионального самоопределения. Одна из них предлагала широкий спектр компетенций и ответственности (которая конкретизируется каждым регионом), другая - сужала набор компетенций, но и уменьшала региональную ответственность.

В итоге процесса демократизации национально-региональной структуры страны всего три региона предпочли самоопределиться как национальные автономии: Галисия, Каталония и Баскония. Эти три региона отличались от остальных более резко выраженными национальными признаками (в частности, особым языком, культурой, социально-экономическим укладом, историческим путем и т.д.), а главное - укорененностью национального сознания, отношением к центральной власти. Их было бы четыре, если бы претензии политической элиты были бы поддержаны большинством жителей Андалузии. Но они посчитали, что претензии на получение автономии по высшему уровню являются проявлением амбиций узкого круга политиков, борющихся за власть.

Остальные 14 самоопределились в качестве так называемых исторических автономий. Хотя некоторым из них были присущи определенные элементы национального самосознания (наличие особого диалекта, локальных обычаев, элементов своеобразной культуры и искусства), они предпочли большему объему компетенций меньшее количество обязывающих самостоятельности и ответственности.12

Из трех национальных автономий одна - Галисия - является экономически отсталой сельскохозяйственной областью, которая в силу своей отсталости и бедности никаких сепаратистских устремлений не имеет, политические претензии части местной элиты и некоторых национальных организаций популярностью у населения не пользуются. Не имела Галисия и экстремистских националистических организаций. Постоянная нужда Галисии во внимании центральных властей, выделяющих серьезные средства на поддержку и развитие экономики и культуры региона, способствуют заинтересованности в статус-кво и умеренности национальных претензий. В Галисии политический консерватизм, в принципе, влиятельней национализма, который, не нося до последнего времени политического характера, фактически сводился к заботе о сохранении и развитии местного языка и культуры.

Иное дело Каталония и Баскония. Каталония и Баскония являются наиболее богатыми индустриальными регионами Испании. Располагая одновременно и высокоразвитыми финансово-банковскими структурами, они занимают господствующие позиции на внутреннем рынке страны и в ее международной торгово-финансовой деятельности. Борьба за упрочение и расширение этих позиций требовала свободы хозяйственного маневра и благоприятных взаимоотношений с властью. В сочетании с общей привлекательностью для граждан этих регионов той оптимальной формы национальной автономии, которая предполагала наиболее высокий уровень самоуправления, их выбор представляется вполне закономерным.13

Однако оба эти региона в иных отношениях заметно отличаются друг от друга, что накладывает серьезный отпечаток на характер присущих тому и другому национальных проблем. Существует ряд факторов природного, хозяйственного, социокультурного, политического характера, благодаря которым оба региона вырвались вперед в их экономическом развитии и в то же время сохранили свою самобытность и различия между собой.

Баскония - северная окраина Испании - является гористой областью, которая веками оставалась трудно доступной как для завоевателей с их нравами и обычаями, так и вообще для проникновения любых инородных культурных влияний. Баски – единственная региональная общность страны, сохранившая свой древний язык, принадлежащий к совсем другой (не романской) языковой группе. Баскония обладала скудными возможностями для ведения важнейшего для Средних веков сельского хозяйства и в течение длительного времени оставалась одним из беднейших регионов страны.

Однако она обладала богатейшими залежами железной руды, на основе широкой добычи и переработки которой в период индустриализации и развернулись металлургия, машиностроение, судостроение и другие отрасли промышленности, специализированной на производстве средств производства. Для этого потребовались экономическая и политическая поддержка со стороны Центра. Выходя со своей продукцией не только на внутренний, но и на внешний рынок, Баскония могла и наращивать капиталы, и обеспечивать развитие производства за счет иностранных инвестиций, для чего ей также была необходима помощь со стороны испанского правительства.

Потребности расширяющегося производства при нехватке рабочих рук вызвали массовый приток в Басконию мигрантов из других регионов страны, что в значительной степени усложнило национально-этническую структуру региона. Пришельцы хорошо адаптировались в промышленном секторе, но не в жизни Басконии как национального региона.

Этнические и не этнические баски смешивались, работали в одних и тех же отраслях экономики, преимущественно в городах, но, как правило, состояли в гражданских ассоциациях (спортивных, культурных и, что особенно важно профессиональных), различающихся по национальному признаку. Этим объясняется также и весьма существенное для понимания особенностей регионального национализма резкое различие между сельской и городской культурой, сочетание архаичных и современных начал в образе жизни населения Басконии (что характерно для отсталых стран и регионов, каковым Баскония уже не является14).

Каталония сформировалась как регион Испании с наиболее высоким уровнем своей национальной культуры и в то же время национальным самосознанием, проникнутым духом автономизма, сочетанием ощущения своей "испанскости" и, одновременно, особости. Расположенная на Юго-Востоке страны, на ее средиземноморском побережье, Каталония всегда была широко открыта влиянию средиземноморской культуры. Она и сегодня представляет наиболее образованную и культурную область Испании. Благодаря родственности каталонского языка с кастильским и с другими романскими наречиями, сходству культур, благожелательной атмосфере, пришлые люди легко адаптировались в Каталонии. Профсоюзы в Каталонии, в отличие от Басконии, не делятся по национальному признаку.

По площади Каталония намного превосходит Басконию. Ее земли и климат очень благоприятны для ведения сельского хозяйства. Благодаря зажиточности крестьян, в регионе накапливались собственные капиталы для развития торговли и промышленности, а каталонское предпринимательство меньше зависело и зависит сегодня от поддержки центральной власти. В результате каталонский путь предполагал преимущественное развитие легкой промышленности, менее трудные и драматичные, чем у Басконии, индустриализацию и переход к капитализму, отсутствие враждебности между городом и селом.15

И элиты, и основная масса населения обоих регионов не выступали за отделение от Испании и были заинтересованы в ее сохранении как единого государства. Они также были (до последнего времени - о чем см. ниже) в массе своей удовлетворены тем объемом полномочий, который они получили в процессе демократизации, и не стремились к принципиальному изменению положения дел. Кроме прямых аргументов общегосударственного характера (таких, как в разной степени выраженное испанистское самосознание, определенные общие исторические традиции, ощущение единства испанского народа при взаимоотношениях с другими нациями и государствами и т.д.), здесь играют роль и непосредственные экономические интересы.

Крупная баскская и каталонская буржуазия были равно заинтересованы в упрочении и расширении и своего ведущего положения в промышленности (и, в целом, в экономике страны), и в необходимой для этого политике центрального правительства. Поэтому, в частности, предпринимательство обоих регионов, далеко не свободное от местнического патриотизма, не включалось в националистические акции. В то же время уже в этом отношении между каталонским и баскским национализмами существует и отчетливая разница.

Экономические элиты обеих регионов были и остаются достаточно космополитичными. Однако если басконское предпринимательство зависит от материальной поддержки со стороны центрального правительства, то каталонское предпринимательство способно, в принципе, обойтись без этого. Оно нуждается не в прямой помощи, но в свободе рук, и на это использует обретаемое ей влияние.

Что же касается политических элит, то они фактически образовались в период демократизации и особенно окрепли за четверть века существования самоуправления. Национальные партии этих регионов настолько окрепли и имеют такое значительное представительство в общеиспанском парламенте, что правительство вынуждено с ними считаться. В то же время они по-разному трактуют проблему взаимоотношений регионов с центром.

Каталонский национализм вплетал свои требования в общую программу демократизации Испании, благодаря чему Каталония стала единственным регионом, в котором были объединены оппозиционные франкизму силы, опирающиеся на профсоюзы, объединения студенчества, интеллигенции и предпринимателей и даже на церковь. На сегодняшний день каталонское общество обладает более современными структурами, чем басконское, более развитой социальной системой, более доступной и развернутой сетью образования (более высокого качества) и т.д. Иммигранты из других регионов здесь легко адаптировались, чему способствовала и социально-культурная политика местных властей. Эти власти проявляли специальную заботу об интересах некоренного населения региона. Достаточно сказать, что в Каталонии имеется около 300 Андалузских домов и 400 домов других региональных общностей.

Каталонский национализм по самой его природе не агрессивен. Он не принимал идеологического, сепаратистского, а тем более ксенофобского характера и был плюралистичен. В "мягком" каталонском национализме можно различить правоцентристское, центристское и левое крылья, грани между которыми достаточно размыты, и время от времени происходят известные сдвиги, включающие и выплески сепаратистской энергии. Так, после последних автономных выборов, когда к власти пришла Левая Республиканская партия Каталонии, активизировались радикальные националисты, среди которых распространены сепаратистские настроения. Однако, как известно, исключения из правил только подтверждают справедливость этих правил.

Отличия басконского национализма от каталонского предопределяются во многом позициями и взаимотношениями баскского и не баскского населения региона. В еще большей степени это предрешается интересами и позициями разных социальных слоев и их взглядов на сепаратизм, которые разнообразны и изменчивы. И, наконец, еще более существенна многопартийность басконского национализма, который складывается из уникального для Испании множества и разнообразия национальных партий и группировок. Это важно еще и потому, что все партии или группировки в разной мере, но опираются на одни и те же круги и ведут между собой борьбу за влияние на них, что предполагает многообразные политические комбинации (длительные и временные союзы, разрывы, отношения явные и тайные).

Баскский национализм, в отличие от каталонского, кровно связан с сепаратизмом, хотя это и не значит, что все его течения сегодня исповедуют сепаратизм. Это означает, во-первых, что и в прошлом и сегодня в систему баскского национализма входили и входят движения, откровенно и воинственно проповедовавшие идеи сепаратизма. Это означает, во-вторых, достаточно широкую, иногда чисто инстинктивную, поддержку этой идеи со стороны политически неактивных масс. Это означает, в-третьих, непоследовательность разнообразных (в том числе и высокопоставленных) представителей умеренного национализма, которые, в душе симпатизируя тем или иным аспектам сепаратистской идеи, по тактическим соображениям выступают против нее, меняют свое отношение к националистическому ригоризму и максималистскому экстремизму в зависимости от политической ситуации и своих прагматических соображений. Это означает, в-четвертых, отчетливо выраженное многообразие самой сепаратистской идеи от архаического утопического романтизма с его мечтами о возрождении Великой Басконии - Эускади до современного (утопического в нынешних условиях) стремления к созданию нового независимого (а подчас даже и этнически чистого) государства Эускади. Идея всех сделать басками не только не реальна, но опасна еще и тем, что благодаря ей совершается сознательное или несознательное соскальзывание баскского национализма в сферу ксенофобии. Она фактически предлагает представителям не баскской части населения региона выбор между высылкой (если не уничтожением) и насильственной ассимиляцией. Возможно, что некоторые и даже многие участники максималистских националистических организаций этой альтернативы не видят и даже не желали бы ее, но тут уж будет действовать логика политической борьбы. Итоги сопоставления каталонского и баскского национализмов хорошо отражены в принятой многими испанскими политологами формуле: "Каталонский национализм объединяет, баскский - разъединяет".

 

ЛИТЕРАТУРА

1 Ландобасо. Страна Басков. Путь в Европу. М., 1995, стр. 11.

2.Juan Pablo Fusi. Espana. Evolucion de la identidad nacional. Madrid, 2000, р 256.

3.Заслуживающая внимания попытка историко-теоретического обзора взглядов на понятие толерантности и его политический смысл содержится в статье С.Г. Ильинской "Терпимость и политическое насилие" // ПОЛИС, № 3, 2004.

4.Vialencia politica en Espana. Ed. Santos Julio, Madrid, 2000, p.13.

5.Irene Falcon. Asalto a los Cielos! Mi vida al lado de Dolores. Madrid, 1996, p. 313.

6. Хозе Луис де Вильялонга. Король. Беседы с королем Испании доном Хан Каролосом I. М., 2003, с. 138.

7.Cuenca Torbio J.M. Relaciones iglecia - estado en rejimen contemporaneo. (1838-1985). Madrid, 1985, p. 134

8.Zona Abierta, 1997, N.76-77, p.235.

9.Reflxiones sobre la democracia Espanola. Madrid, 1996, p. XIV.

10.Castells M. y Zaldivar C.A. Espana, fin de siglo. Madrid, 1992, p.146

11. Perez- Diaz V. Retorno al sociedad civil. Madrid, 1987, p. 56.

12.:Данилевич И.В. Испанский опыт федерализма //Проблемы федерализма: российский и мировой опыт. ИСП РАН, М.,2003.

13.Подробное сопоставление каталонского и баскского национализма см.: Современная Испания. Сборник рефератов. Составитель и автор д.и. н. Хенкин С.М, ИНИОН РАН М., 2003, стр.82-94.

14. В Каталонии идентифицируются только как испанцы от 11 до 13%; больше испанцы, чем каталонцы - 5-6%, как испанцы так и каталонцы - от 36 до 47%, больше каталонцы, чем испанцы -от 20 до 31%, только как каталонцы - от 14 до 16%. (Javier Tusell. Espana, una Angustia Nacional. Madrid, Espasa, 1999, р.161).

15. В Басконии идентифицируются только как испанцы - от 9 до 16%; больше испанцы, чем баски - 3%; как испанцы, так и баски - 35-36%; больше баски, чем испанцы - 20-21%, только как баски - 20-27% (Javier Tusell. Espana, una Angustia Nacional. Madrid, 1999, p.161).

 

Доверь свою работу ✍️ кандидату наук!
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой



Поиск по сайту:







©2015-2020 mykonspekts.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.