Мои Конспекты
Главная | Обратная связь

...

Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Любовь-болезнь





Помощь в ✍️ написании работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой

Если кому-то от любви хорошо —

Пускай на здоровье и любит,

Пусть по волнам мчит на всех парусах.

А вот когда еле жив

Человек от нестоящей девки,

Тут-то ему и должна наша наука помочь.


Разве это годится, когда, захлестнув себе шею, Виснет влюбленный в тоске с подпотолочных

стропил?

Разве это годится — клинком пронзать себе сердце? Сколько смертей за тобой, миролюбивый Амур! Тот, кому гибель грозит, коль он от любви

не отстанет, Пусть отстает от любви; Ты его зря не губи.

Овидий, «Лекарство от любви»

Сколько о любви написано — собственно говоря, вся мировая литература об этом, все шедевры клас­сики, вся поэзия... Беда в том, что когда человек стал­кивается с любовью в своей собственной, единствен­ной и неповторимой жизни, ему не поможет весь опыт человечества. Если он счастлив, то ему советы и не нужны, но если он страдает, то страдает в одиночку, и кажется, что на всем белом свете никто ему помочь не сможет, и советы близких только раздражают... Кстати, Стендаль, автор «Трактата о любви», блестя­щего научно-художественного исследования, давший потрясающее по силе воздействия описание того, как мужчина заставляет влюбиться в себя охладевшую возлюбленную (я имею в виду Жюльена Сореля и Матильду де ля Моль из «Красного и черного»), сам был, насколько известно, несчастлив в любви.

Как грустно сказал один современный юморист, чем неразделеннее любовь, тем ее больше. Несчаст­ная любовь — это больная любовь, и она действует на нас как настоящая болезнь. Горе, тоска, гнету­щее настроение — это не бестелесный туман, засти­лающий душу. В минуты горя происходит настоя­щее, буквальное отравление организма, и душевная боль, которую испытывает человек, — это и настоя-


щая, физическая боль. Есть выражение — «адрена­линовая тоска»: в моменты горя в кровь человека выбрасываются резко возросшие потоки адренали­на. Они, видимо, и усиливают гнетущую и совер­шенно физическую тяжесть, от которой «ломит душу», «рвет сердце».

Умирающая любовь может агонизировать долго, и если ее не лечить — радостями, развлечениями, новы­ми увлечениями, — она может превратиться в хрони­ческую болезнь и мучить человека долгие годы. В нас словно умирает раздробленный кусок души, и подоб­но человеку, которому отрезали руку, душа, у кото­рой отрезали любовь, жестоко страдает от увечья.

Что происходит в это время в нашей психике, как рушится, распадаясь на осколки, главный из воз­душных замков нашей души? Мы видим только от­даленное эхо глубинных сдвигов, которые соверша­ются в душе, а их больную суть, их вывихнутые су­ставы мы не видим.

Как себя лучше вести себя в таких случаях? По-моему, лучше всего поскорее выбираться из капка­на, потому что чем дольше ты в нем остаешься, тем больнее и тяжелее будет сделать это. Двоение чув­ства и разума часто ведет к несчастьям, а несчаст­ная любовь может рождать драмы и настоящие тра­гедии. Безнадежная любовь вбирает в себя всю жизнь человека, захватывает все пространство его души, вытесняя оттуда все остальное. В любимом человеке сгущается весь смысл жизни, а вся жизнь вне его теряет свой смысл. Это любовь — болезнь, чувство, которое можно назвать «мономанией», единственной и всепоглощающей страстью. Вся жизнь такого че­ловека проходит только в надежде видеть любимо­го, и когда у него отнимают эту надежду, его лиша­ют единственной опоры в жизни.


По словам известного психолога Игоря Кона, если любовь означает страшную одержимость, у нее край­не мало шансов на успех. Очень немногие на самом деле способны на долгое и напряженное чувство. Боль­шинство испытывает страсть лишь какое-то время, а потом чувство остывает, становится обыденным. Из­вестно, что у мужчин слишком большая страстность со сторон женщин вызывает настороженность и не­которые опасения. Кокетство, которое создает ситуа­цию неопределенности, необходимости прикладыва­ния усилий, завоевания, совершенно оправдано.

Но одержимые люди редко руководствуются по­добной житейской мудростью. Поэтому их чувства редко бывают взаимными.

Жертвы любви часто не знают одной очевидной, но трудновыполнимой вещи. Взрыв боли можно ус­мирить таким же взрывом воли — или упрямым, марафонским терпением. Только первые муки гиб­нущей любви невыносимы; если перетерпеть, пере­страдать их, они пройдут обязательно, с неизбежно­стью физических законов.

Смерть любви — это смерть части души; но эта часть души возрождается, снова вырастает. У юных заживление идет куда быстрее, чем у взрослых. Раны у них зарастают быстрее и бесследнее.

Но, пожалуй, самое главное, чего не знают юные «смертники любви», состоит вот в чем. Вероятность встретить счастье в будущем у них выше, чем у тех, кто не пережил краха любви. И причина здесь именно в том, что у них уже есть опыт несчастья — великий опыт, который оставляет инстинктивное знание под­водных камней любви, подсознательное умение об­ходить их. Это один из лучших учителей души, и поэтому на тех, кто прошел сквозь любовную катас-


трофу, распространяется закон возмещения: шансы на будущее счастье у них возрастают.

Нельзя, конечно, давать советы, как любить, то есть как чувствовать. Любовь самовластна и усколь-зающе летуча, она не подчиняется никаким прямым влияниям на себя. Но есть любовь-чувство и любовь-отношение, и на любовь-чувство можно подейство­вать окольно — через любовь-отношение.

Хорошее отношение к близкому человеку, чуткое внимание к нему может повлиять на его любовь: или усилить ее, или притормозить ее угасание. Нельзя, конечно, всех стричь под одну гребенку: любовь слишком индивидуальна. Что касается «закономер­ностей» , которые движут любовью, то одни из них, наверно, правят большинством людей, другие — со­всем немногими, причем на одних больше действу­ют одни закономерности, на других — другие.

Люди делятся на типы, и люди одного типа при всем своем личном своеобразии относятся к одной группе — или психологической, или биологической, или социальной и т. п.

У людей, которые относятся к одному типу, есть много сходного и в самом чувстве любви. У холери­ков, например, любовь-гейзер, бурная и пульсирую­щая: она живет вспышками, как исландские гейзе­ры, которые бьют прерывистой струей. У флегмати­ков — любовь-озеро, ровная и спокойная, с умерен­ной теплотой чувств, но с подводными, спрятанны­ми в глубине, сильными течениями. У интровертов, людей, обращенных в себя, любовь психологически усложненная, полная запутанных переливов; у экс­травертов чувства гораздо проще, любовь больше уходит в действия, чем в переживания.

Нередко конфликты между влюбленными проис­ходят из-за того, что каждый пытается подстроить


под себя другого. Но нет одинаковых людей, и при этом надо учитывать различие темпераментов. Очень часто человек с одним темпераментом, общаясь с человеком другого темперамента, ожидает от него той же реакции, какая характерна для него самого. Но этого никогда не будет, и надо постараться это запомнить. Любовь — это такой вид отношений меж­ду людьми, который не допускает господства одного человека над другим или беспрекословного подчине­ния одного другому. В любви обе стороны равны — каждый жертвует собой ради другого, и каждый, ничего не теряя, только приобретает. Вместе оба со­ставляют нераздельное целое, каждая сторона или часть которого служит условием и важнейшей пред­посылкой для совершенствования другого.


Глава 12. Если одиночество...

Влюбленность и начало интимных отношений за­висят от массы причин, многие из которых на пер­вый взгляд никак не связаны с любовью. К числу таких причин мы относим и боязнь одиночества (иногда эту боязнь психологи называют еще «пани­кой безысходности»), оказывающую заметное влия­ние на поведение людей. Неудивительно, что трид­цатилетний мужчина более склонен к опрометчивым поступкам, чем восемнадцатилетний юноша. Боязнь одиночества, или «паника безысходности», охваты­вает многих девушек в период, когда большинство одноклассниц уже вышли замуж, а некоторые успе­ли даже обзавестись детьми. Поэтому мужчина, одер­жимый «паникой безысходности», будет на каждую женщину из своего окружения смотреть как на по­тенциальную жену, а женщина из боязни навсегда остаться одной будет видеть в каждом улыбнувшем­ся ей мужчине своего будущего мужа.

В браках, заключенных из боязни одиночества, возможно все: и яркая вспышка долго копившейся и нерастраченной любви, и трепетная нежность, ко­торая, кажется, и предназначалась-то ему одному, «единственному и неповторимому», и желание при­носить радость, и ощущение головокружения от на­хлынувшего счастья.

Никогда не старайтесь удержать партнера любой ценой — это плохо отразится прежде всего на вас. Не следует воспринимать расставание как обиду, нанесенную вам, унижение или потерю вашего пре-


стижа. Скажите себе, что ваше расставание есть не что иное, как согласованное решение двоих, поте­рявших друг к другу прежний интерес.

Одиночество, понимаемое как полная самоизоля­ция, не грозит тому, чья духовная жизнь разнооб­разна. Это время он использует для углубления и расширения своего образования, уточнения своих принципов и жизненных позиций. Люди поверхност­ные, наоборот, неустанно жаждут любого общения, порой с личностями малопривлекательными и ник­чемными, они боятся задохнуться в одиночестве, боятся, что одиночество обнаружит их собственную духовную пустоту. Это порода людей, всю жизнь играющих спектакли для себя и одержимых стра­хом разочароваться в себе.

А со многими одинокими женщинами постоянно приключается одна и та же история. А именно: за ними начинают ухаживать мужчины необыкновен­ной красоты, редкостные умницы, почти гении, без пяти минут миллионеры. Почти всегда можно пред­сказать, чем такая история закончится: очень скоро этот герой тихо испарится из их историй. Не только слушатели, но и сами рассказчицы рискуют так и не понять до конца, был ли он вообще, а если был, действительно ли пытался за ними ухаживать.

Долгое одиночество требует реванша. Чтобы ра­зом оправдать все свои обиды и неудачи, хочется обзавестись самим совершенством. Или хотя бы при­думать его, или идеализировать самого заурядного мужчину.

А тем временем тебе могут попадаться интерес­ные мужчины вполне достойные твоего внимания. Они не огорошат тебя предложением прогуляться с ними в загс, и даже могут не предложить немедлен­но свидание. Любой из них — всего лишь одна из


возможностей создать прочные отношения. Нужно немного усилий, чтобы понять, хочешь ли и можешь ли ты этой возможностью воспользоваться. Но не все такие усилия прикладывают.

От нового знакомства многие одинокие женщи­ны ждут необыкновенных ощущений и пережива­ний. Не испытав их с первых же минут, отворачива­ются от человека, и возможность оказывается упу­щенной. Самое обидное, что ты даже не успеваешь это осознать.

Вообще такое поведение свойственно многим оди­ноким женщинам, считающим себя старыми девами и стремящимися поскорее выскочить замуж. Пара­докс, но упуская десяток возможностей, одинокие женщины имеют обыкновение мертвой хваткой цеп­ляться за одну-единственную. Пусть это далеко не лучший мужчина, пусть становится нехорошо от одной мысли провести рядом с ним всю жизнь, а сам роман не доставляет никакого удовольствия. Но зато есть шанс стать такой же, как все женщины: ждать его телефонных звонков, не просиживать все выходные дома и на равных участвовать в любом женском разговоре. Редко кто, испытав одиночество, от такого компромисса отказывается, особенно если мужчина сам проявляет инициативу. Эта активность может оказаться единственным его достоинством в глазах одинокой женщины.

Одинокие женщины часто придают слишком боль­шое значение начальному этапу своих отношений с мужчинами. Они заранее знают: если роман закон­чится, едва успев начаться, сильнейшего чувства вины им не избежать. Им кажутся малоубедитель­ными правила «Не получилось с этим человеком — обязательно появится кто-то другой» или «Не могут все без исключения романы быть удачными». По-


этому, едва познакомившись с мужчиной, они уже выкладываются полностью, пытаясь поразить его воображение, доказать свое превосходство над все­ми его прежними подругами, ворваться в его жизнь как ураган. Они слишком стараются, завоевывая его, а это может мужчину отпугнуть. Но даже если быс­трый штурм удается, не остынет ли твой друг? Ведь ураган завораживает недолго. А когда много сил вложено в то, чтобы мужчину завоевать, сил на то, чтобы привязать его к себе, может не остаться.

Отсутствие по-настоящему близкого мужчины почти всегда приводит к дефициту общения. Огром­ное количество друзей, знакомых и родственников мало что меняет в этой ситуации. Существует тот уровень искренности, теплоты и доверия, которого можно достигнуть только рядом с любимым челове­ком. Многие женщины торопятся, стремясь к этому уровню отношений. С новым знакомым они ведут себя так, будто это и есть самый близкий и дорогой для них человек, тем самым лишая свои отношения перспективы. Любопытство партнера оказывается слишком быстро удовлетворено: ему уже не надо гадать, что его ждет с этой женщиной в будущем. Со своей доверчивостью она моментально оказывается у него вся как на ладони. Это напоминает мягкую посадку без взлета — ощущение, расхолаживающее большинство мужчин.

Дело в том, что одиноким сложно смириться с чужим невниманием, ведь они не могут сказать себе: «Зато мой друг выбрал и любит именно меня». В равнодушном взгляде незнакомого, в первый и по­следний раз встреченного мужчины они порой ви­дят полнейшее равнодушие к своей персоне всех муж­чин на свете.


Женское одиночество чаще всего бывает связано с неумением или нежеланием играть на мужском любопытстве. Во время поисков своего единственно­го и неповторимого можно отказаться от многих кап­ризов. Смириться с тем, что он не будет богат, атле­тически сложен, безумно обаятелен или на редкость образован. Отказ от утопических ожиданий — при­знак взросления. Но это не значит, что к партнеру не надо предъявлять никаких требований.

Нормальному мужчине, чтобы дорожить своей подругой, просто необходимо все время помнить: он провел своеобразный конкурсный отбор. И чем слож­нее был экзамен, тем большего он ждет от отноше­ний с женщиной.

За долю секунды между двумя людьми может пробежать искра. Любовь ли это с первого взгляда или просто влечение, будет ясно потом, а пока в дей­ствие вступает какая-то таинственная сила.

...Суббота, вечеринка в разгаре. Оглядывая ком­нату, встречаетесь глазами с привлекательным не­знакомцем и словно чувствуете неожиданный элект­рический удар. В растерянности отводите взгляд, но какая-то сила заставляет вас внимательнее посмот­реть на него — и тогда вы замечаете, что и он украд­кой наблюдает за вами. Вы не отводите глаз, и муж­чина подходит к вам ближе. Пульс учащается, вы ждете его приближения. И в этот момент вряд ли кто-либо задумается, почему именно этот мужчина привлек ваше внимание.

А в самом деле, почему одних женщин в мужчи­нах привлекают, например, темные глаза, а другие неравнодушны к голубым? Большинство женщин все же отдает предпочтение определенному типу.

Черты мужественности — это сигнал надежности и власти, свидетельство того, что мужчина может


подчинить других представителей своего пола. А юношеские черты обещают, что партнер ответит на чувства, и вызывают желание опекать, защитить его.

Тяжелая челюсть и густые брови свидетельству­ют, что этот мужчина физически силен. Большие, широко расставленные глаза говорят об уязвимос­ти, потребности в защите. Женщин может привлечь и крупное телосложение, и даже лысина, показа­тель зрелости. Совершенная же красота восприни­мается большинством женщин скорее не как соблазн, а как угроза. Сознательно или нет, женщины ощу­щают, что им не по силам привлечь внимание и удер­жать интерес блестящего мужчины. Поэтому такого возможного кавалера часто отклоняют только из-за его внешности, желая защитить себя от возможных страданий. Ведь неприятно «получить по носу», ко­гда женщина хочет найти себе мужа или в крайнем случае получить подтверждение неотразимости сво­их чар.

Мужчина с самой заурядной внешностью может показаться очень привлекательным, потому что ему удалось задеть какую-то из подсознательных зон. В первые моменты знакомства главную роль играет внешний вид, и внимание могут привлечь такие, казалось бы, маловажные детали, как длина мочки уха, объем запястий, полнота губ, расстояние меж­ду глазами.

Определенную роль в выборе возлюбленного иг­рает сходство конкретного мужчины с идеалом. Этот образ обычно составляется из черт мужчин, кото­рых девочка видит в детстве.

Вспоминает Юля: «Сколько лет мне тогда было — шесть или даже меньше? Но с той поры, как мне прочитали сказку о Золушке, я мечтала встретить своего принца. Я представляла, какой он будет, мой


принц — нежный, галантный, предупредительный. Но среди моих реальных знакомых не было никого, кто бы хоть чем-то напоминал мой идеал. Недостат­ки всех мальчиков в классе, а потом молодых людей в студенческой группе были настолько очевидны, что с ними вести себя как с принцами было смешно. Но наконец на одной из редких в нашем маленьком го­родке дискотек я познакомилась с Дмитрием. Он ворвался в мою жизнь, закружив меня волшебным вихрем цветов, музыки и надежд. Интимная сторо­на нашей жизни тоже была на должной высоте. Он осыпал меня поцелуями, перемежая их лепестками роз. Он пробудил во мне женщину, мне достаточно было его нежного прикосновения, и желание охва­тывало меня...

Но постепенно праздники уступили место будням, жизнь вошла в свою обычную колею. Краски любви поблекли. И я все чаще стала ловить себя на мысли о том, что снова грежу о встрече с принцем... Но только теперь не о Дмитрии. Я собралась с духом и высказала ему ряд претензий. Главным образом они сводились к тому, что он курит в туалете, разбрасы­вает свои грязные вещи, оставляет немытой посуду, нерегулярно бреется. Но больше всего меня разозлил его ответ.

Оказывается, он устал притворяться идеальным! Он сказал, что я не воспринимаю его как живого человека, со всеми его привычками и недостатками. Он оказался лживым притворщиком... Но я верю, что дождусь своего настоящего принца, как Ассоль дождалась Грея!»

Повзрослевшая, но сохранившая сказочное вос­приятие мира, Юля, как и многие женщины, пред­ставляющие себя в роли Золушки или Ассоли, меч­тает о встрече со своим принцем. Она в подробнос-


тях представляет себе знакомство и зарождение люб­ви. Но как должны развиваться отношения после этого, она никогда не задумывалась. К сожалению, в сказках ничего не говорится о том, как сделать счастливой свою дальнейшую жизнь. Брак же как таковой уже не интересовал авторов. Почему молчат о браке романы и сказки? В сказках все происходит по мановению волшебной палочки. А строительство своего счастья — это непрестанный, каждодневный труд по укладыванию маленьких кирпичиков в фун­дамент жизни.

Представить описание обыкновенных будней сча­стливыми настолько трудно, что писатели-романти­ки за это никогда и не брались. Реалисты же созда­вали столь мрачные или блеклые картины, что со­временные читатели предпочитают книги о скандаль­ной жизни звезд или мафиози, скользящих по лез­вию ножа. Жизнь же большинства обывателей оста­ется вне поля зрения литературы.

Что такое счастье — краткий миг, озаренный вспышкой чувств? А может, немеркнущий источник света, живущий внутри нас? Психологи склоняются ко второму. Именно о таком счастье, ощущаемом как гармония и спокойствие, говорится в формуле Козь­мы Пруткова: «Хочешь быть счастливым — будь им».

А ключом в мир счастья может послужить фор­мула, открытая гештальт-психологией: «Жить здесь и теперь». Да-да, именно здесь и теперь, стараясь наслаждаться каждым мигом дарованной нам жиз­ни. Ощутите полноту жизни, попытайтесь видеть и слышать мир во всех его проявлениях, отказавшись от «умственной жвачки» — воспоминаний, анализа ошибок и достижений, планов на будущее. Нет, ко­нечно, нужно и планировать будущее, и анализиро­вать прошлое, но для этого достаточно нескольких


часов в день. В остальное время давайте откроемся жизни — распахнем душу и все воспринимающие каналы тела и впустим жизнь внутрь себя. Особенно это важно в любви! Во многих философских тради­циях это называется достижением «пустого созна­ния» и является целью любой медитации. Такое со­стояние не только освобождает душу, но и делает оргазм сильнее.

Высшим пилотажем медитации является умение наслаждаться любым делом, даже мытьем посуды. А секс — это та сфера, в которой медитация награж­дается мгновенно. Стоит предаться ощущениям, иду­щим от тела, от кожи, от кончиков пальцев, прика­сающихся к возлюбленному, вглядеться в его черты и вслушаться в его голос, как наслаждение увели­чится многократно. Мечта о прекрасной и вечной любви — это бесспорно очень романтично. Но следу­ет помнить, что вы любите живого человека со все­ми достоинствами и недостатками. Он может не впи­сываться в вашу схему представлений об идеале, какой бы привлекательной она ни была. Почему бы вам не подкорректировать свою схему? Взгляните на недостатки вашего «принца» чуть более терпимо, даже с юмором. Возможно, его светлый образ от это­го только выиграет. Представьте себя на его месте. Очень трудно жить каждый день и соответствовать «уровню сказочных стандартов». Пройдите достой­но испытание бытом, как прошли испытание одино­чеством.


Глава 13. Любовь на вулкане

Есть союзы, которые очень напоминают Пизан-скую башню. Хотя бы тем, что постоянно собирают вокруг себя любопытных. Находится немало жела­ющих понаблюдать за отношениями двух людей, в которых бурные ссоры чередуются с бурными при­мирениями и от которых никогда не знаешь, чего ждать в ближайшем будущем — свадьбы или окон­чательного разрыва.

Со стороны, наверное, и правда интересно наблю­дать за чьим-то «падающим» романом. Оказаться же его героиней — удовольствие сомнительное. Вроде бы любимый человек и рядом, но неизвест­но, надолго ли. Хочется вместе с ним строить пла­ны на будущее, но то и дело возникает подозрение, что это общее будущее закончится не позднее завт­рашнего утра. И не только эти проблемы ожидают героев неустойчивых любовных отношений, но еще и десяток других, не менее неприятных. Им прихо­дится задумываться — не теряют ли они понапрасну время, не удерживают ли насильно любимых рядом с собой, не позволяют ли партнерам насильно удер­живать их, не плывут ли они по течению и, ко всем несчастьям, не отправились ли они в это плавание в дырявом корыте.

Сомнения рождают панику. В панике бьются от злости тарелки и звучат страстные объяснения в любви. Причем происходят эти события с пятими­нутным интервалом. Так не лучше ли собраться с


силами и досконально разобраться в своих отноше­ниях с этим «любимым чудовищем»?

Итак, что же представляют собой такие романы, которым идеально подошло бы название «Война и мир»?

Герои таких романов часто задают себе вопрос: «Почему с этим человеком мы до сих пор вместе, несмотря на ссоры, обиды и взаимное раздражение?» И пытаются сами на него ответить. А ответов может быть очень много.

Потому что он самый-самый. Самый умный, са­мый добрый, самый богатый. Но для начала нужно разобраться, зачем нужен этот «самый-самый» — что­бы удовлетворить свое тщеславие или без его досто­инств действительно немыслима жизнь? Например, только рядом с богатым и преуспевающим мужчи­ной можно без страха смотреть в будущее. Или толь­ко рядом с настоящим интеллектуалом не рискуешь по уши завязнуть в семейном быту. Осознать, зачем нужны те или иные выдающиеся качества избран­ника, намного легче, чем просто тешить такими чу­десными качествами свое самолюбие. У «осознав­ших» явно более радужные перспективы, чем у «тщеславных». Совсем как у охотников-профессио­налов по сравнению с любителями, которые сами не знают, за чем гоняются. Лишь бы добыча была по­крупнее и вызывала зависть у окружающих.

Потому что невозможно представить себя с кем-то другим. Этот человек тебе дорог. Невозможно представить, что ты будешь засыпать, просыпаться, смотреть телевизор, ходить в гости и даже отчаянно ругаться с кем-то другим. Вот только что вызывает подобные мысли: привычка и боязнь перемен или глубокое чувство? Для проверки психологи совету­ют спровоцировать временную разлуку или круто


изменить образ жизни. С милым, как известно, «рай и в шалаше». С ним хорошо вдвоем и в шумной тол­пе, и под открытым небом. С человеком же, с кото­рым связывает только привычка, окончательно мо­жет разлучить даже такой пустяк, как неделька, проведенная под одной крышей после нескольких лет регулярных встреч.

Потому что он не отпускает. Почти все из двух «зол» — любить и быть любимой — самоотверженно выбирают первое. Но в отсутствие достойного пред­мета любви глупо было бы отказаться от второго. Только надо иметь в виду, что твой партнер может удерживать тебя рядом с собой по тем же причинам, что и ты его: потому что никого нет на горизонте, потому что ты «самая-самая» в той или иной облас­ти, а также по привычке. Можно сказать и так: не всегда любят мужчины, которые не отпускают. Нуж­но обратить внимание и на то, как твой партнер тебя удерживает — вызывая жалость к себе, проявляя деспотизм, не давая прохода своей ревностью или окружая тебя нежностью и заботой. Нужно также убедиться, что приятен не только сам факт, что тебя не отпускают, но и те средства, с помощью которых это делают.

Потому что бурный роман — это самый лучший роман. Многим нравится жить на вулкане, а от ров­ных, спокойных отношений, считают они, можно умереть от скуки. Если так, то тебя не должны сму­щать причитания мамы, что «у вас с ним все не как у людей». А также сочувственные восклицания подруг, которые «на твоем месте давно сбежали бы куда-ни­будь подальше». И если тяга к бурным отношениям — это свойство твоей натуры, то ирония здесь неуместна, лишь бы это не было следствием скуки и пустоты в твоей жизни, которую ты не умеешь заполнить.


Но если разбираться, на чем же держатся романы под названием «Война и мир», то нужно понять, почему же они так ненадежны, хрупки и порой уто­мительны для обоих. Здесь уже герои таких рома­нов задают себе следующий вопрос: «Что нас оттал­кивает друг от друга и заставляет постоянно вое­вать?» И пробуют ответить. Ответов — море.

Его привычки: не вытирать ноги в прихожей, ос­тавлять свою чашку в комнате и не закрывать тюбик с пастой, а также еще десятки пустяков из этой же серии. Впрочем, для тебя это не пустяки, а головная боль и несчастье всей жизни. Довольно неблагоприя­тен прогноз для тех, кто воюет не просто с отдельны­ми недостатками своего партнера, а с той средой, в которой он вырос, с ее традициями и обычаями. Он не умеет (не научили!) обращаться с ножом, не про­пускает женщин вперед, закидывает грязные носки под кровать и активно пользуется ненормативной лек­сикой — конечно же, это не просто случайный набор досадных привычек, а совершенно определенный стиль поведения. И если не принимать этот стиль и образ в целом, бесполезно цепляться за частности. Все, захваченное из детства, забывается разве что при глубокой амнезии. Но, возможно, дела обстоят не так уж и плохо. Ты просто можешь страдать «перфекци-онизмом», или «манией идеального порядка» и при­надлежать к тем женщинам, которые с температурой под сорок встают с постели и пылесосят квартиру. При этом не исключено, что совершенства ты добива­ешься не столько от своего жилища, сколько от спут­ника жизни. Тебя возмущает не пыль на полу, а ле­нивое созерцание этой пыли твоим другом.

Твои привычки: курить в квартире, складывать газеты в самый дальний ящик и загораживать теле­визор в самые кульминационные моменты футбольно-


го матча, и еще вагон и маленькая тележка других досадных мелочей. Манией идеального порядка муж­чины страдают гораздо реже, чем женщины. А вот требуют совершенства и послушания от своих поло­вин — чаще. Но прежде чем обвинять своего люби­мого в деспотизме, нужно убедиться, что тот или иной раздражающий его пустяк — это всего лишь повод для придирок, а не реальная помеха. Напри­мер, его голова может действительно раскалываться от сигаретного дыма. И здесь ему можно уступить. Но тогда нужно требовать и от него уступок, если уверена, что добиваешься не ерунды, а чего-то дей­ствительно важного. Но если и после этого взрыво­опасных противоречий в совместной жизни останет­ся слишком много, то, возможно, за ними стоит серь­езный конфликт. Порой крупные противоречия не обсуждаются и старательно замалчиваются обеими сторонами, но выплескиваются наружу в виде быто­вых склок.

Нерешенные вопросы. Те, что важны для обоих, но на которые даются прямо противоположные от­веты. Например, ты хочешь зарегистрировать ваши отношения, а он — нет. Он хочет ребенка, а ты откладываешь его появление на неопределенное вре­мя. Ты хочешь сохранить доверительные отноше­ния с родителями, а он уверен, что их нельзя и на пушечный выстрел подпускать к вашему союзу. И бесконечные споры на эти темы, и замалчивание острых вопросов одинаково вредны для романа. Единственное, что может разрешить такой конф­ликт — переговоры, к которым стоит готовиться не как партизану к кровопролитному сражению, а как адвокату к сложному процессу: искать для себя все новые аргументы, разрабатывать тактику и страте-


гию, не бояться уступок. И обязательно быть гото­вой к передышкам.

Ревность. Твоя ревность к другой женщине, его ревность к твоему знакомому, а также к работе, ро­дителям, домашним животным, многому другому. Ее могут вызывать неуверенность в себе, эгоизм, страх потерять близкого человека, все тот же деспо­тичный склад характера, зависть, скука. Хотя, в принципе, все эти причины устранимы. Во всяком случае, любую из них можно смягчить — было бы желание. Смертельна для романа только ревность, которая связана с подсознательным желанием раз­рушить отношения, избежав ответственности и не почувствовав вины. И не важно, кто, демонстрируя ревность, такое скрытое желание испытывает.

Для уже упомянутых любителей бурных романов характерны ссоры ради ссор. Конфликты и споры для них вовсе не издержки любви, а ее смысл и цель. А то ведь и зачахнуть можно от тоски. Подобные люди ругаются искренне и вдохновенно. Но в глуби­не души у них остается ощущение игры и несерьез­ности происходящего, в чем изредка они все же при­знаются. Когда встречаются два любителя бурных романов, возникает союз, совершенно непонятный для окружающих, но на самом деле крепкий и даже гармоничный. Беда в том, что жизнь на вулкане обычно привлекает лишь одну из сторон. И тогда эти ссоры ради ссор становятся уже серьезным кам­нем преткновения. Если ты любишь мир и покой, то беспричинные раздоры очень скоро начнут вызывать у тебя сильнейшую аллергию.

И если ты не восторженный турист, оказавшийся у Пизанской башни, тебе не нужно смотреть на свой неустойчивый роман с единственной мыслью «упа-


дет — не упадет». Финал вполне можно предсказать и таким образом ускорить развязку. Какой бы она ни была, ты многое выиграешь: спокойствие, более определенные планы на будущее, свободу и избавле­ние от постоянного чувства вины.

С таким поводом для ссор, как нерешенные воп­росы, вполне можно справиться. Но если вы вместе только на время и нет общего будущего, то нет смысла и в серьезных конфликтах, лучше прожить этот пе­риод с удовольствием. Если же вы спасаетесь от оди­ночества, но при этом не можете не мучить друг друга мелкими придирками и ревностью, то вы все же бли­же к разрыву, чем к миру, пусть и недолговечному. В такой ситуации расставание с партнером — это скорее победа, чем поражение. Впрочем, разобрав­шись во всех «за» и «против», можно прийти и к другому выводу. Тем более что стоит обращать вни­мание не только на свои «за» и «против», но и на те, что руководят твоим партнером.

Можно с собой поиграть в такую игру. Ты — пре­успевающий бизнесмен, то, что удерживает тебя рядом с партнером, — это товар, то, что вас разъеди­няет, — цена. Прояви деловую хватку и честно от­веть, какую цену ты готова платить за этоттовар, а какая для него слишком велика, чтобы побороться за ваш счастливый и уже не «падающий роман».

6. Зак. 164.


Глава 14. Выбор супругов

Что делает девушка, приглядываясь к окружаю­щим ее юношам, кокетничая с новыми знакомыми, весело отплясывая на вечеринках, назначая свида­ния? О! Она занимается самым важным, самым от­ветственным делом всей своей жизни — выбирает свою судьбу. Именно от этого выбора зависит, будет ли она всю оставшуюся жизнь счастливой, благопо­лучной, жизнерадостной или несчастной, унижен­ной, одинокой. Юноша, который радуется жизни, беззаботно ищет веселья и удовольствий, занят тем же. Только ни та, ни другой не подозревают об этом. А отсюда — несерьезность, поверхностность крите­риев, применяя которые в оценке людей, молодые парни и девушки куют свою судьбу.

Психолог Винч — автор теории выбора супругов с точки зрения «дополняющих потребностей» (та самая комплементарность, о которой мы уже писа­ли). Он полагал, что, хотя область выбора партнера для брака ограничена договорными барьерами и обычно партнеры принадлежат к одной и той же культуре (миллионер женится на продавщице соси­сок только в кино), внутри этой области каждый человек стремится к тем, чьи личностные черты по­могают полностью проявиться свойствам, присущим ему как уникальной личности. Винч интересовался, конечно, только обществами, в которых молодые люди сами выбирают себе супругов. В предваритель­ном исследовании двадцати пяти супружеских пар он обнаружил значительное подтверждение своей


теории. Действительно, ему удалось выделить четы­ре часто повторяющиеся комбинации: а) семьи, име­ющие сходство с договорными взаимоотношениями матери и сына, где сильная и способная женщина заботится о муже, который нуждается в ком-то, на кого можно опереться; б) семьи, где сильный, спо­собный муж опекает пассивную и уступчивую жену, во многом похожую на маленькую куклу, которая нуждается в том, чтобы ее нянчили; в) семьи, имею­щие сходство с договорными взаимоотношениями хо­зяина и служанки, в которых снисходительный муж обслуживается способной женой; и г) семьи, в кото­рых деятельная женщина господствует над запуган­ным и разочарованным мужем. Возможно, что ре­зультаты были бы еще более удовлетворительными, если бы Винч сосредоточил внимание на браках, которые сохраняются, в отличие от тех, которые рас­падались.

Допустим, человек планирует: женюсь только пос­ле того как закончу институт и найду работу. Или: обзаведусь ребенком только когда получу квартиру. Что же тут зазорного, кому от этого плохо? Хуже, если юноша, не имея минимального заработка, спе­шит проиллюстрировать свои чувства штампом заг­са и в итоге срывает учебу себе и жене, ставит обоих в полную материальную зависимость от родствен­ников, увязает в долгах и в конце концов убивает ту самую любовь, именем которой оправдывалась не­когда элементарная невоздержанность.

Дилемма: жить с нелюбимой (это страшно!) или сделать своего ребенка сиротой (это не менее страш­но!). Какое бы решение человек ни принял, счастли­вым по-настоящему ему уже не быть. Браки по люб­ви — не самые стабильные, а семейные союзы, за­ключенные через службу знакомств, оказываются в

б* 163


несколько раз устойчивее, чем традиционные (а ведь вероятность ярких взаимных чувств у супругов, на­шедших друг друга по картотеке, заведомо и зако­номерно ниже).

Как известно, и любовь может быть без брака, и брак может существовать без любви. Брак и любовь — не синонимы, брак и любовь — не антонимы, и в течение длительного исторического периода они сосу­ществовали раздельно. Более того, в истории чело­вечества были времена, когда мысль о возможности любви в браке казалась дикой, чуть ли не кощун­ственной.

На протяжении столетий любовь не была в боль­шинстве случаев спонтанным, личным переживани­ем, которое должно было вести к браку. Напротив, брак основывался на соглашении — то ли между се­мьями, то ли между посредниками в делах брака, то ли без помощи таких посредников; брак заключался на основе учета социальных условий, а любовь, как полагали, начнет развиваться с момента заключения брака. В XX веке молодежь сделала культ из понятия свободной любви. Это новое понимание любви долж­но было в значительной мере повысить значение объек­та в ущерб значению функции.

Требование любви сейчас считается важнейшим условием для заключения брака. Этот принцип вы­бора партнера часто порождает кризис в отношени­ях, ибо любовь очень трудно сохранять на протяже­нии длительного времени, и прежде всего при зак­рытости брака, жизни в одной квартире. Исчезнове­ние любви переживается как сильнейшее потрясе­ние: под вопрос ставится правомерность брака, а желание найти и вновь обрести любовь стимулирует ее поиски вне брака.


Как же влияют эмоциональные отношения на ус­пешность брака? Некоторые исследователи семьи от­носятся к любви как к фактору, в лучшем случае не связанному с семейным счастьем, а иногда и мешаю­щему семейному счастью. По мнению С. И. Голода, «любовь — существенное основание для вступления в брак, но еще недостаточная гарантия стабильности современной формы семейных отношений». У зару­бежных исследователей этот мотив звучит еще силь­нее. Например, в учебнике Р. Адри «Социальный контекст брака» в главе, посвященной успешности брака, любовь даже не упоминается.

Симпатия и взаимная любовь в большинстве слу­чаев служат главной причиной возникновения и со­здания семьи. Чем сильнее взаимная любовь супру­гов, тем больше внимания, доверия и заботы они оказывают друг другу. Но иногда случается так, что именно любовь разрушает союз.

В большом числе случаев любовь оказывается фактором, препятствующим сохранению семейного союза.

Во-первых, в нетерпении любви мы ищем все-таки не супруга, а любимого, забывая о том, что одною любовью жив не будешь и жить-то нам не с одним этим прекрасным чувством, а с его предметом и но­сителем — конкретным человеком, обладающим уникальным психическим миром, образом своего «Я», темпераментом, характером и личностными особенностями, отчего слияние двух «Я» не всегда приводит к появлению одного «Мы».

Во-вторых, под романтическим покровом любви мы очень часто забываем тот элементарный факт, что, как бы супруги ни любили друг друга, как ни была бы велика их взаимная страсть, в своей семье


они просто обязаны будут выполнять обычные для каждой супружеской пары функции, и уже в медо­вый месяц у них неизбежно возникнут проблемы, ибо даже в этот прекрасный период супружества кто-то все-таки должен убирать, стирать и готовить. И любовь здесь может даже помешать. Пожалуй, точнее всего этот момент выразил немецкий уче­ный X. Шельский, указавший, что, когда ожида­ние любви становится первостепенным мотивом брака, основной смысл семейной жизни с ее повсед­невными заботами, уходом за маленькими детьми и т. д., сводится к гибели этих иллюзий, разруше­нию волшебства, что ведет к поискам любовного партнера вне брака и к супружеской неверности. И здесь позволительно задуматься, а не в увлечении ли любовью таятся корни такой, столь часто поми­нающейся в судах причины распада семей, как суп­ружеская измена?

Наконец, в-третьих, фетишизация любви, жела­ние любить и быть любимым заставляет нас нетер­пеливо искать это прекрасное чувство, и в этом стра­стном поиске мы сплошь и рядом принимаем за лю­бовь нечто, вовсе ей не соответствующее.

Любви как средству решения житейских проблем придается такое большое значение, что самоуваже­ние человека зависит от того, обрел он ее или нет. Люди, которым кажется, что они нашли ее, готовы лопнуть от самодовольства, уверенные в том, что располагают неопровержимым доказательством сво­ей личностной состоятельности. Те же, кому не уда­лось обрести любовь, не просто считают себя в боль­шей или меньшей степени обделенными, но утрачи­вают самоуважение, а это влечет за собой более глу­бокие и опасные последствия.


Любовь стала настолько внутренне противоречи­вым явлением, что некоторые исследователи семей­ной жизни пришли к заключению, что «любовь» — это просто название способа подчинения более силь­ными членами семьи более слабых. Рональд Лэнг попросту утверждает, что любовь является прикры­тием для насилия.

Кризис брачных отношений начинается, таким образом, задолго до их оформления из-за существу­ющей системы полового воспитания (а у нас — ее отсутствия), поскольку в результате распростране­ния половой жизни до брака мужчина и женщина имеют основу для сравнения, своего рода опыт и ожи­дания. Если брак складывается не в соответствии с ожиданиями, это быстро выявляется и острее вос­принимается. Чувства партнеров охладевают, что проявляется во внебрачных связях, разводе или раз­дельной жизни, внебрачные связи во многих семьях приобретают постоянный характер, и в этом случае они не нарушают брачных норм, напротив, стано­вятся для данной пары естественной нормой. Отказ от иллюзии пожизненной любви освобождает парт­неров от мифологических цепей, дает представле­ние о реальной продолжительности любви и ее роли в жизни семьи. На этой основе складывается разно­образие форм брака, позволяющих в своем обилии удовлетворить многообразные потребности индиви­дов. Не индивид начнет приспосабливаться к браку и прочим объективизированным социальным инсти­тутам, а напротив, брак будет все более приспосаб­ливаться к требованиям личности, перспективе ее развития. Брак тем самым, как это ни парадоксаль­но звучит, снова освобождается от любви — от ее отсутствия или наличия.


Существуют следующее формы семьи:

1. Традиционная семья (гражданский или церковный брак). Эта форма более всего сохраняет права де­тей, но содержит максимальное число запретов для супругов. Все другие формы отличаются от традиционной большей свободой, меньшим коли­чеством запретов и тем, что дружно осуждаются общественным мнением.

2. Незарегистрированный брак — все более распрос­траненная форма семьи во всем мире. Граждан­ские супруги живут вместе, вместе ведут хозяйст­во, вместе воспитывают детей. По существующему законодательству гражданский брак влечет ту же ответственность, что и брак зарегистрированный.

3. «Пробный брак», или ограниченная временем се­мья: брак заключается на время, которое заранее оговаривается супругами. По истечении этого сро­ка брак считается автоматически расторгнутым, после чего бывшие супруги, взвесив итоги, реша­ют: или расстаться, или жить вместе. Сторонники такой формы исходят из того, что люди меняются.

4. Прерывающийся брак. Супруги живут вместе, но считают допустимым разъезжаться на любой срок: неделю, месяц, полгода. Здесь разъезд не траге­дия, а норма, такая же, как «утром на работу». Труднее принять разъезд в связи с любовными увлечениями кого-то из партнеров.

5. Встречающаяся семья. Зарегистрированы, но жи­вут отдельно, каждый у себя. Раз или несколько раз в неделю встречаются, она ему готовит, спит с ним, потом снова каждый возвращается к себе. По­являются дети — растит их, как правило, мать. Отец занимается детьми только когда есть время и желание.

6. Открытая семья — распространенный вариант семьи, в которой супруги в той или иной степени,


гласно или нет, допускают увлечения и связи вне семьи. Открытые семьи бывают очень разными. Одна может быть номинально закрытой: в ней супруги изменяют друг другу, считая это нормой, но так, чтобы другой «не застукал». В другой при­знается право каждого на любовь «на стороне», но один при этом закрывает глаза, а другой не афиширует своих связей.

Исследования психологов показали, что женщи­на, выйдя замуж без любви к мужу, вовсе не обрека­ет себя на несчастье в семейной жизни. Это интерес­ное явление заставило нас посмотреть, насколько широко оно может быть распространено, чем оно определяется. Студентам технического и педагоги­ческого институтов задали вопрос: «То, что каждо­му супругу лучше в семье быть любимым и любить, чем не любить своего партнера и не быть любимым им, — это ясно. Но в жизни эти явления не всегда одновременно находятся в одном и том же месте, и если они у вас совпадают, то надо считать, что вам повезло. А если нет? Что бы вы выбрали в таком случае, что бы вы предпочли при отсутствии взаим­ной любви: вступить в брак с человеком, которого вы страстно любите, не пользуясь полной взаимнос­тью ("скорее любить"), или наоборот, пусть лучше вас горячо любит ваш партнер, хотя вы и не можете ответить ему таким же сильным чувством ("скорее быть любимым")?»

Двадцать человек из семисот опрошенных оказа­лись людьми бескомпромиссными в этом вопросе: никаких уступок, согласны только на взаимную лю­бовь, иначе предпочитают оставаться холостяками, незамужними. Одна девушка ответила, что до заму­жества она хотела бы общаться только с любимым, а после согласна быть любимой супругой не очень лю-


бимого мужа. У остальных опрошенных ответы рас­пределились таким образом: примерно семьдесят про­центов девушек выразили желание быть «скорее лю­бимыми», не очень любя своего супруга, чем любить безответно, а тридцать процентов, наоборот, хотели бы «скорее любить», то есть иметь любимого мужа, даже если он и не вполне отвечает взаимностью. И именно эта категория женщин, очевидно, ставит иног­да в недоумение своих знакомых, расторгая, каза­лось бы, очень удачный брак. У юношей, наоборот, свыше шестидесяти процентов заявили, что они хо­тели бы «скорее любить» свою супругу без взаимнос­ти, чем быть любимыми не любя ее: остальные хоте­ли бы, чтобы их больше любили супруги (как заявил один: «хочу быть любимым, а себя я осилю!»).

Конечно, это еще не означает, что во всем челове­честве природа так и предусмотрела «перекрестную гармонию» — семьдесят на тридцать. Однако это означает, что и такая особенность людей — мужчин и женщин — существует и с ней надо считаться при подборе пар.

Выбор супруга, основанный только на эмоциональ­ной и особенно сексуальной притягательности, без учета близости духовной не может привести нормаль­ного человека к счастливой семейной жизни. Эроти­ческая общность без духовного родства распадается очень быстро. Особенно важна гармония полового общения и духовной общности для женщин. Хотя большинство из них придает известное значение по­ловой жизни в браке, но вместе с тем многие не счи­тают ее необходимым для счастья и прочности бра­ка фактором. Больший упор делают они на гармо­нию характеров и силу чувств и именно в зависи­мость от них ставят свое супружеское счастье. Жен­щине, в общем-то, легче, чем мужчине, справиться


со своим сексуальным влечением. Любовь, привя­занность, уважение, верность и другие высшие чув­ства у женщин достаточно часто превалируют над сексуальностью, хотя и не противопоставляются ей.

Поэтому брак нужен в первую очередь женщине. Она пытается это скрыть, об этом не принято гово­рить, но это так.

Мужчине тоже нужна семья, но, как правило, не в молодости, а в зрелом возрасте.

Зачем мужчине нужна жена, чем она привлека­ет его?

Большинство мужчин ответили бы, что жена при­влекает его как душевный друг, любовница, хозяй­ка дома, мать его детей. Но все это он может полу­чить и без семьи, а то, что он мог получить только от жены и только в семье (мать его детей), в молодо­сти не очень актуально. Следовательно, парню лет до тридцати нет смысла создавать семью.

Семья оказывается нужна тому молодому челове­ку, который не пользуется популярностью у жен­щин: без семьи женщин и секса он не имеет, а в обмен на брак он это получит. Любимец женщин для решения таких проблем в семье не нуждается. Те, кто ищет новизну, семьи избегают.

Зачем женщине нужен муж?

Муж обычно привлекает женщину как возмож­ный душевный друг, опора и защитник, любовник, спонсор, обустроитель дома и отец. Для сильной, свободной, развитой, подвижной женщины семья — не необходима. Семья может быть ей приятна, инте­ресна, но она великолепно может прожить и без нее. Но, с другой стороны, женщине семья нужна. Де­вушки переживали и переживают, когда не могут выйти замуж.


Семья оказывается важнее для девушки, чем для парня. Идут годы, он уже женился, она уже родила. Мужчина с возрастом все больше нуждается в се­мье, в семейном уюте, но, по крайней мере, лет до пятидесяти у него большие возможности выбора женщин. Он нуждается в семье, но не в конкретной женщине, потому что заинтересованных в нем жен­щин много. И он может выбирать, а у его жены вы­бор ограничен.

Опросы мужчин различных возрастных групп об­наруживают, что они придают большое значение прав­дивости, честности и искренности женщин, на кото­рых собираются жениться. Они не хотят быть свя­занными с женщинами, которым нельзя доверять, которые будут скрывать от них что-либо, обманывать. В разговорах на эти темы наиболее часто повторялся мотив: «Я хочу жениться на женщине, в которой я мог бы быть всегда уверен, где бы я ни находился: дома, в командировке, в доме отдыха...» Правдивость и искренность расценивались как доказательство любви. В том, что этим качествам придается такое значение, во-видимому, немаловажную роль играет опасение, что будущая жена через какое-то время потеряет прежний интерес к мужу и станет увлекаться другими мужчинами. Однако в целом здесь отража­лось вполне понятное стремление чувствовать себя уверенно в собственной семье, связать свою жизнь с человеком, на которого можно положиться не только в радостные, но и в тяжелые периоды жизни, в ситу­ациях неуспеха, поражения, болезни и др.

Даже благополучная семейная жизнь — это не лег­кая прогулка, а большая, часто монотонная работа. Пока свиданки, встречи-прощания, ухаживания, и, наконец, свадьба и медовый месяц — это одно. Но, увы, сие не более чем увертюра. Семейная жизнь —


это не только согласие душ, мыслей, чувств, деяний. Это еще и очень-очень большое терпение. «Быт за­едает» — непреложная истина. Когда потребуется изо дня в день мыть, убирать, готовить, стирать и так далее, и тому подобное — возникает «мертвая зыбь», неукоснительно пытающаяся расшатать семейную лодку. Грязные мужнины портки и носки иногда вызывают такое эмоциональное отторжение, такой резонанс, что хоть волком вой. А благоверному како­во каждый день видеть на ней один и тот же халат, где пуговиц не хватает и рукав продран? «Эффект приедания»: изо дня в день одно и то же «блюдо». Монотонность — страшная вещь. Многие, наверное, знают историю про мост. Стоял себе мост через реку, солидный такой, железобетонный, войну пережил, бомбежки перенес, колонны танков вынес, а рухнул, бедный, когда по нему рота солдат прошла в ногу. В ногу, заметьте! Не выдержал мост монотонных коле­баний с совпавшим резонансом.

В любви, как на кухне, требуется хотя бы мини­мальное разнообразие (извините уж за такую при­земленную прозу жизни). Очень-очень мало однолю­бов, как мало и людей, с удовольствием потребляю­щих изо дня в день одно и тоже блюдо. Поэтому нужно, чтобы «любви большой» сопутствовала «лю­бовь маленькая».


Глава 15. Можно ли сохранить любовь в браке?

По-настоящему люди узнают друг друга только после того, как начали жить вместе. До свадьбы — мечты, после свадьбы — разочарования. Верилось, что праздники встреч превратятся в непрерывный праздник. Верилось, что после свадьбы все станет лучше, а любовь — крепче. Поженились, а пробле­мы остались. И прибавились новые: на что жить, как уживаться...

До брака мужчина обеспечивал встречи, а теперь надо обеспечивать семью.

Девушка из принцессы превратилась в служан­ку. Поклонники, свидания, цветы, танцы и прочие атрибуты красивой свободной жизни сменяются се­мейными заботами, тяжелыми сумками, грязными кастрюлями, а там и мокрые пеленки на подходе... Кончился медовый месяц — любовью объелись, на-ласкались, наговорились, устали, глаза уже не го­рят. До свадьбы чувства подогревались расставани­ями, а теперь каждый день вместе.

Самым большим испытанием в браке является повседневность, обыденность, ослабляющая способ­ность с прежним волнением воспринимать друг дру­га. Может наступить эмоциональная пресыщенность, и последует глубокое безразличие. Никакие условия, никакие усилия при постоянном общении партне­ров не смогут удержать чувства на том же высоком уровне, который был характерен для начала отно­шений. После эмоционального подъема непременно последует спад.


Большую роль в сохранении брака играет психо­логический настрой партнеров. Пессимисты и опти­мисты по-разному воспринимают периоды преобла­дания тех или иных эмоций. Оптимисты обращают больше внимания на благоприятные для взаимоот­ношений периоды, отличающиеся комфортностью отношений, приподнятостью настроения, взаимодей­ствием. Заметив между собой и партнером некото­рое отчуждение, они спокойно ожидают благопри­ятного периода («После туч будет солнце»). Песси­мисты не могут забыть о прошлых конфликтах, что усиливает и без того повышенную внутреннюю на­пряженность, которая часто усиливается настолько, что само понятие счастья они начинают связывать прежде всего с отсутствием проблем, спокойствием, стабильностью, а не со страстью, радостью, востор­гом. Все это не может не накладывать своеобразный отпечаток на их любовь.

С возрастом отношение к любви меняется. На пер­вый план выходят уже другие ценности, оттесняю­щие любовь. Свою роль играют и стереотипы: счита­ется, что любовь — это для молодых.

С самого возникновения семьи в ее современном, моногамном варианте семейная жизнь не была чем-то безоблачным. Пушкин имел все основания зая­вить, что несчастье семейной жизни есть «отличи­тельная черта во нравах русского народа». Югослав­ский писатель Бранислав Нушич писал, что брак — это интересная повесть, иногда роман, с исключи­тельно хорошим началом, похожим на лирическую поэму, но часто с плохим содержанием и еще чаще с неожиданным концом.

Конечно, любовь — это одно из сложнейших яв­лений. Отношения между любящими включают в


себя великое множество индивидуальных, неповто­римых характеристик и черт. И это индивидуаль­ное, неповторимое нередко оказывается более суще­ственным, значимым, чем общее.

Психологическая совместимость — это совмести­мость темпераментов, характеров, эмоционально-во­левых особенностей людей. Один человек, например, может быть очень эмоционально-зависимым, посто­янно нуждающимся в поддержке, в одобрении, и потому трудно переносит одиночество. Другой скло­нен к уединению, в обществе других людей постоян­но испытывает напряжение. У одного гипертрофия «супер-Эго», он зажат, другой раскован и легко от­носится к жизни. Бывают люди жизнерадостные, легко настраивающиеся на чужую волну (синтонные), «легкие в общении», бывают зацикленные на себе и с трудом чувствующие настроение других.

Одни стремятся лидировать, подавлять и подчи­нять других, переделывая их на свой вкус, другие предпочитают приспосабливаться и быть ведомыми. Одни могут легко ссориться и так же легко забывать о ссоре, другие каждую мелочь переживают глубоко и долго, накапливают обиды и хранят их до конца жизни, вечно страдают.

Один человек постоянно ищет сильных впечатле­ний, импульсивен, легко сходится с другими людь­ми и так же легко расстается, весел и жизнерадос­тен, любит шум и компании, другой сдержан, нере­шителен, склонен к самокопанию и держит чувства под контролем, хотя и переживает их значительно сильнее. И от того, насколько гармонично сочетают­ся те или иные психологические особенности влюб­ленных или супругов, во многом зависит характер их общения, их взаимоотношений.


Как сказано в одной старинной новелле, «супру­жество есть не что иное, как могила романтической любви». Тысячи романов, пьес и фильмов, повеству­ющих о влюбленных, заканчиваются трогательным поцелуем под крики «Горько!», за которым следует (или только подразумевается) констатация: «Они жили долго и счастливо и умерли в один день». А вот как именно они «жили счастливо» — об этом сказки, романы и фильмы умалчивают.

Нет смысла доказывать, что супружество — дело двух взрослых людей, у каждого из которых свое представление о счастье. Однако многие браки ру­шатся потому, что один или сразу оба партнера, не­смотря на свой «взрослый» возраст, эмоционально все еще остаются детьми. С чего начинается любовь? Со счастливой волшебной встречи, за которой следу­ет не менее счастливый брак? Нет, любовь, как пра­вило, начинается намного раньше — с первых ро­мантических грез. Сколько девочек мечтает, что в один прекрасный день дверь распахнется, войдет Он, самой судьбой предназначенный, красивый и благо­родный, не мешкая припадет к ее ногам и срываю­щимся от волнения голосом скажет: «Ты ждала меня, любимая! Я пришел!»

Годы, однако, идут, девочка взрослеет, превра­щается в девушку, а принца что-то нет. Романти­ческие грезы не рассеиваются, они только уходят в глубину, затаившись там, и если девушка встретит того, кто хоть отдаленно напомнит ей давний роман­тический образ, она готова сказать себе: «Он при­шел! Я проснулась для настоящей жизни».

Это, так сказать, один из типов современной «спя­щей красавицы». Романтическое представление об идеальном муже не покидает и многих замужних


женщин. Они сравнивают своего партнера с мужья­ми своих подруг, и всегда оказывается, что мужья подруг хоть на капельку, а лучше их собственных. И тогда они начинают терзать себя вопросами: ну почему я такая невезучая? Почему у других мужья как мужья, а у меня не муж, а сплошное недоразу­мение?

Что же тогда заставляет девушку выходить за­муж не за «принца», а за простого мужчину, кото­рого она тем не менее любит? Чаще всего — тайное убеждение: погоди, милый, вот станешь моим му­жем, быстренько избавишься от всех своих дурац­ких привычек! И действительно, едва выйдя замуж, молодая жена, засучив рукава, начинает выбивать из мужа все его «дурацкие привычки»: отныне он должен забыть всех своих приятелей и сидеть дома, есть только то, что подадут на стол, а не нравит­ся — пусть готовит сам, выбросить свою нелепую куртку на помойку и так далее, и так далее, и тому подобное.

При этом женщина, поступающая так, считает себя «доброй феей», которая действует только мужу во благо!

Весь фокус семейной жизни состоит в том, что она способна только выявить заложенные в партне­рах качества, а не кардинально изменить их или породить новые. Научитесь прежде всего уважать в другом человеке личность и поскорее избавьтесь от розовых очков, с которыми вы не расставались до свадьбы.

Как писал один американский психолог: «Успех женщины в супружестве основывается в гораздо боль­шей степени на собственной способности быть под­ходящей партнершей, чем на поиске подходящего


партнера». Между тем многие ошибки проистекают из недооценки женщиной своего назначения в жиз­ни, почему она и спешит обвинить в своих неудачах партнера.

Успех семейной жизни решает не «переделка» партнера по собственному образу и подобию, а сте­пень нашей приспособляемости и снисходительнос-ти, способность «вжиться» в мысли и чувства парт­нера, умение общаться и прощать. Если с первых же дней супружеской жизни мы сознательно станем воспитывать в себе эти качества, они впоследствии надежно защитят нас от всех невзгод.

До брака каждый из партнеров жил своей жиз­нью. Они встречались, провели вместе немало вре­мени, их чувство развивалось и крепло, но каждый при этом старался выглядеть в глазах другого чу­точку лучше, чем был на самом деле. После свадьбы необходимость в этом «чуточку» отпала, и люди пред­стали друг перед другом без прикрас, со всеми свои­ми достоинствами и недостатками.

Тот, кто видит в супружестве возможность дикто­вать свою волю, как правило, всегда оказывается в проигрыше и расплачивается собственным душевным покоем.

Самолюбивые и эгоистические натуры заботятся прежде всего о своих правах, но так как именно на этом сосредоточено их внимание, им все время ка­жется, что кто-то на эти права посягает. Такие на­вязчивые идеи, ничего общего не имеющие с реаль­ным положением дел в семье, служат причиной за­тяжных конфликтов как с окружающими, так и с самим собой.

Еще недавно психотерапевты считали, что невро­зам больше подвержен тот супруг, который нахо-


дится в зависимости от партнера, будь то зависи­мость материальная или эмоциональная. Исследо­вания, однако, показали, что это не так.

Женщина, воспитывающая детей, и к тому же работающая, настолько втянута в орбиту самых раз­нообразных межличностных отношений, что в бук­вальном смысле слова забывает о себе. Живя для других, она как бы раскрывает створки раковины своего «Я» и благодаря этому обретает душевную уравновешенность и иммунитет против неврозов. И напротив, мужчина, считающий себя непререкаемым авторитетом, человеком, которому все должны угож­дать, утверждается в своем самомнении, а по сути дела наглухо запирается в своей раковине. Это дела­ет его легко ранимым.

Мужчина, опоздавший или задержавшийся в эмо­циональном развитии, надолго остается инфантиль­ным и несамостоятельным в отношениях с женщи­нами. Женщины привлекают его только до той поры, пока проявляют заботу о нем и охраняют его от не­благоприятных внешних воздействий. Стоит же этой заботе уменьшиться (в связи с рождением ребенка, например, который поглощает все внимание мате­ри), как такой мужчина начинает враждебно отно­ситься к жене и в конце концов уходит от нее. В новом знакомстве он опять ищет ту же заботу о себе, снова стремится к тому, чтобы его оберегали, — и история повторяется.

Американский специалист по психологии семей­ных отношений Карл Уитакер считает, что разво­диться вообще бессмысленно. Надо просто (хотя это совсем не просто) все время корректировать отно­шения, выводить их из тупиков, направлять энер­гию конфликтов на личностный рост обоих партне-


ров, а не на взаимные обвинения и развод. В про­тивном случае вся энергия отношений, вырабаты­ваемый в них опыт, вся мудрость идут на то, чтобы в конечном счете обвинить друг друга, переложить вину и ответственность на другого. И тогда люди выходят из брака абсолютно нищими в духовном смысле. Они — вечные и не очень счастливые зрите­ли, обреченные на то, что не поймут и следующего спектакля.

У Андерсена есть сказка: муж поехал на базар, чтобы обменять старую лошадь на что-то более по­лезное в хозяйстве. Но был этот муж страшный не­дотепа. И лошадь он сначала обменял на корову, корову — на козу, козу — на гуся, вспомнив, что жена давно мечтала жареного гуся к обеду пригото­вить. Но не удержался и гуся сменял на мешок гни­лых яблок. Вы думаете, жена набросилась на него с руганью? Нет, она его похвалила, порадовалась яб­локам и даже нашла им какое-то применение (мо­жет, яблочный уксус сделала).

Наверное, женщины обеспечивают устойчивость отношений, мужчины — их изменчивость, и только вместе они делают возможным закрепление нового и обновление старого — развитие отношений, их долголетие.

Для любого человека характерно стремление по­быть какое-то время наедине с собой — в спокойной обстановке о чем-то подумать, что-то вспомнить, проанализировать — так же, как врожденная по­требность иногда сменить обстановку. Помимо суп­руга и интересов семьи, у нас есть друзья, есть свои интересы. Это нормально и естественно. Брак не оз­начает конец вашего личного развития, а чтобы раз­виваться, нам нужны личное время и пространство.

Доверь свою работу ✍️ кандидату наук!
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой



Поиск по сайту:







©2015-2020 mykonspekts.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.