Мои Конспекты
Главная | Обратная связь

...

Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Ключевые доводы иска. 5 страница





Помощь в ✍️ написании работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой

 

(фрагмент)

 

"...Совет директоров ОАО "Московский Хладокомбинат N 9" правомерно отказал истцу в проведении собрания. Согласно материалам дела, а именно договору доверительного управления имуществом от 20.07.2009 N 73-ДУ, заключенному между истцом и ООО "Управляющая компания "Менеджмент. Инвестиции. Развитие", акту приемки-передачи имущества от 19.08.2009 истец передал в доверительное управление 13586 обыкновенных именных акций ОАО "Московский Хладокомбинат N 9". В соответствии с положениями ст. 1025 ГК РФ правомочия доверительного управляющего по распоряжению ценными бумагами определяются в договоре доверительного управления.

В соответствии с условиями договора доверительного управления имуществом от 20.07.2009 N 73-ДУ ООО "Управляющая компания "Менеджмент. Инвестиции. Развитие" вправе осуществлять права, удостоверенные находящимися в доверительном управлении ЦБ: участвовать в управлении, в том числе участвовать в общих собраниях акционеров с правом голоса по всем вопросам его компетенции по письменному указанию учредителя управления, получать дивиденды по акциям, а в случае ликвидации общества получить причитающуюся собственнику акций долю в имуществе или ее денежный эквивалент.

Следовательно, признается правомерным вывод суда первой инстанции о передаче истцом доверительному управляющему прав акционера, установленных ст. 31 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах".

 

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

от 20 июля 2010 г. N 15АП-6579/2010

 

Дело N А53-5910/2010

 

(фрагмент)

 

"Между тем на момент рассмотрения судом первой инстанции спора по настоящему делу советом директоров ОАО "РИКОС" было принято решение о созыве внеочередного общего собрания акционеров общества на основании требования истца от 16 марта 2010 г. с повесткой дня, указанной ОАО "РСК" в иске. Следовательно, право ОАО "РСК" требовать созыва внеочередного общего собрания акционеров ОАО "РИКОС", предоставленное истцу статьей 55 Федерального закона "Об акционерных обществах", фактически было реализовано на момент вынесения оспариваемого решения. Само по себе нарушение ОАО "РИКОС" пятидневного срока на принятие решения по требованию акционера о созыве внеочередного общего собрания по смыслу статьи 55 Федерального закона "Об акционерных обществах" не является достаточным основанием для удовлетворения требования истца о понуждении провести внеочередное общее собрание акционеров, если на момент рассмотрения спора в суде общество добровольно приняло решение по требованию акционера.

При таких обстоятельствах заявитель документально не подтвердил, каким образом, с учетом избранного способа защиты права, будут восстановлены его права в случае понуждения ОАО "РИКОС" провести внеочередное общее собрание акционеров по требованию ОАО "РСК", по которому решение о созыве общего собрания уже было принято ответчиком на момент вынесения решения суда, в связи с чем суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявленных требований".

Третья причина - учет судами конкретных корпоративных обстоятельств акционерного общества-ответчика. По этим мотивам суды чаще всего отказывают в удовлетворении соответствующей части требований. Так, в деле N А50-36549/2009 истцу было резонно отказано во включении в повестку дня собрания вопроса о прекращении полномочий совета директоров общества, так как они были прекращены по закону в связи с непроведением компанией годового собрания акционеров в установленные сроки. В деле N А65-9275/2010 суд первой инстанции без достаточных на то оснований не принял во внимание наличие нескольких версий уставов компании с указанными в них разными почтовыми адресами ответчика.

Четвертая причина - требования истца выходят за рамки конструкции иска о понуждении провести "альтернативное" собрание. К примеру, Девятый арбитражный апелляционный суд в свое Постановление от 5 августа 2010 г. N 09АП-17166/2010 счел необходимым включить следующий пассаж: "Требование истцов об обязании ответчика предоставить С.А. Пластинину список лиц, имеющих право на участие во внеочередном общем собрании акционеров ЗАО "Промышленно-Инновационно-Техническая компания "ПИТком", в течение трех дней с момента вынесения решения об удовлетворении требований является акцессорным (дополнительным) по отношению к требованию об обязании провести внеочередное общее собрание акционеров и в связи с отказом в удовлетворении основного требования также удовлетворению не подлежит".

Пятая причина - досадного свойства - явные процессуальные ошибки судов первой инстанции.

Пример можно найти, в частности, в Определении ВАС РФ от 7 декабря 2010 г. N ВАС-13248/10.

"...Заявители ссылаются на то, что суд первой инстанции в нарушение части 4 статьи 225.7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, предусматривающей десятидневный срок обжалования в суд апелляционной инстанции решения о понуждении юридического лица созвать общее собрание участников, указал в резолютивной части решения на возможность его обжалования в течение одного месяца с момента принятия, в результате чего истцами были пропущены сроки апелляционного и кассационного обжалования.

С учетом изложенного представляется необходимым передать дело в суд кассационной инстанции для проверки правильности применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права".

Компактные практические рекомендации потенциальным истцам в этом плане дать довольно сложно: как видно, причины отказа достаточно разнообразны. И все-таки, по нашему разумению, первая их группа представляет наибольший интерес. Что тут главное? Порой участники серьезных корпоративных баталий, пренебрегая ст. 51 АПК РФ, испытывают великий соблазн провести быстрый судебный "междусобойчик" с нужными неким силам результатами. Победа может оказаться пирровой...

 

Может ли быть "альтернативным" годовое собрание?

 

Как уже отмечалось, последним положением ст. 55 ФЗ "Об акционерных обществах" установлено следующее: "Правила, предусмотренные пунктами 7 - 9 настоящей статьи, применяются также к годовому общему собранию акционеров, если оно не было созвано и проведено в срок, установленный пунктом 1 статьи 47 настоящего Федерального закона". Справедливости ради стоит вспомнить, что в публикациях, посвященных принятию Закона N 205-ФЗ, автор настоящих строк сделал прогноз, согласно которому с применением данной статьи будут проблемы <1>. Похоже, прогноз сбывается...

--------------------------------

<1> См., в частности: Осипенко О.В. Антирейдерский закон как реальность. Некоторые комментарии // Слияния и поглощения. 2009. N 9(79).

 

В общем-то, трудно сказать, что это - досадный "прокол" Закона или некий высший замысел законодателя, понимание которого недоступно простому обывателю, однако вполне очевидно, что ключевой фрагмент п. 8 указанной статьи Закона, а именно "орган общества или лица, требующие его созыва" (т.е. акционер - 10-процентник, ревкомиссия или аудитор общества), к институту годового собрания попросту неприменим, поскольку по нашим законам только совет директоров или иное лицо (орган), в силу устава небольшой компании исполняющее его функции по обеспечению деятельности высшего форума управления АО, могут созвать годовое собрание, и, стало быть, статус надлежащего истца в указанном случае остается непроясненным <1>. По итогам практики 2010 г. складывается впечатление, что уважаемые арбитражные суды в такой регулятивной ситуации предпочитают импровизировать.

--------------------------------

<1> Есть, правда, одно исключение, крайне экзотическое. Это случай, когда в период проведения ГОСА сменился контрольный участник, с изумлением убедившийся, что прежний владелец бизнеса забыл провести ГОСА. Ясно, что в этом случае такой иск может вчинить новый совет директоров и проблем с доказательством своего статуса надлежащего истца по ст. 55 ФЗ "Об акционерных обществах" не будет (будут, однако, иные трудности: к совету директоров как участнику арбитражного процесса у нас по-прежнему относятся скептически). Спрашивается, впрочем, если у указанных инвесторов после закрытия сделки сохранились добрые отношения, не проще ли воспользоваться нормой п. 1 ст. 66 ФЗ "Об акционерных обществах", по которой "если годовое общее собрание акционеров не было проведено в сроки, установленные пунктом 1 статьи 47 настоящего Федерального закона, полномочия совета директоров (наблюдательного совета) общества прекращаются, за исключением полномочий по подготовке, созыву и проведению годового общего собрания акционеров"?

 

Скажем, Арбитражный суд Пермского края и Семнадцатый арбитражный апелляционный суд, рассматривавшие дело N А50-36549/2009, не смутило следующее оригинальное требование истца: обязать компанию "провести годовое (внеочередное) собрание акционеров общества". Иск был удовлетворен в части внеочередного собрания.

Еще один пример, как представляется, вынужденной судебной импровизации, в данном случае фактически обратившейся неявным образом к институту аналогии нормы закона. Согласно фабуле одного из корпконфликтов на Юге России, вытекающей из Постановления Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 5 июля 2010 г. по делу N А61-2250/09, акционеры обратились с иском к своей компании "об обязании провести общее собрание акционеров" (обратим внимание: некое собрание акционеров). Решением Арбитражного суда Республики Северная Осетия - Алания в удовлетворении исковых требований отказано, поскольку "истцами не представлены доказательства, подтверждающие факт направления обществу: требования о проведении общего собрания, требования о предоставлении документов с указанием точного наименования истребуемых документов и их реквизитов. Факт отказа в предоставлении документов истцами не доказан". Не согласившись с этим решением, один из истцов подал апелляционную жалобу, в которой просил решение суда первой инстанции отменить, указывая на то, что истцы в исковых требованиях просили суд обязать директора общества "провести очередное общее собрание акционеров и в данном случае необходимо было руководствоваться статьей 47 Федерального закона "Об акционерных обществах", обязывающей общество ежегодно проводить общее собрание акционеров, при этом в этой норме ничего не говорится о том, что акционеры должны требовать проведение годового общего собрания акционеров".

Арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению. Его доводы таковы.

"В апелляционной жалобе заявитель указывает, что истцы просили провести очередное общее собрание акционеров и суду следовало руководствоваться статьей 47 Федерального закона "Об акционерных обществах". Между тем ссылки суда на нормы, определяющие порядок созыва и проведения внеочередного общего собрания акционеров, не привели к принятию неправильного решения исходя из следующего. ...Обращению в суд с требованием о понуждении общества провести очередное общее собрание акционеров предшествует направление лицом, требующим проведения собрания, соответствующего требования и получение на него отказа или непринятие решения о созыве общего собрания <1>. Судом запрашивались... у истцов документы, подтверждающие факт направления обществу... требования о проведении общего собрания. Поскольку такие доказательства ни суду первой, ни суду апелляционной инстанции не представлены, то суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении исковых требований".

--------------------------------

<1> Нельзя не поддаться искушению спросить: а где же ссылка на нормы Закона?

 

Выделенный фрагмент, по-видимому, можно считать (за неимением иной практики) определенным уроком потенциальным соискателям права провести ГОСА вместо совета директоров <1>. А вот поддержат ли находки данного судебного акта коллеги из других регионов - вопрос непростой...

--------------------------------

<1> Многие специалисты считают, что не надо тут вообще извлекать какие-либо уроки. Ну не состоялось ГОСА, что страшного-то? Актуальна, считают они, только тема, связанная с выбором органов. Однако их ведь можно избрать и на ВОСА. Все правильно. В то же время на ВОСА нельзя утвердить годовые отчеты. Дивиденды никому не нужны? И нужны неприятности по линии ФСФР России?

 

Подведем некоторые итоги. Отрадно, что (да простится автору вынужденный каламбур) процесс пошел: новеллы ФЗ "Об акционерных обществах" 2009 г., посвященные конструкции "альтернативного" собрания, оказались для судебных тяжб довольно востребованными.

Показательно, что к судебной защите своих прав в соответствующих ситуациях акционеры прибегают чаще в случае уклонения совета директоров от рассмотрения их требований в установленный законом срок (примерно 70% известных автору прецедентов). Явный отказ совета (соответственно 30% судебных актов), как можно предположить, в большей мере убеждает "миноров", что их правовая позиция при инициировании ВОСА является недостаточно сильной.

Эффективен ли данный институт в целом? По мнению автора, пока не слишком. Наши расчеты показали, что временной лаг с даты получения компанией требования акционеров созвать ОСА, отвергнутого в той или иной форме советом директоров, до издания судебного акта, обращенного к немедленному исполнению, составляет в среднем полгода (имеются и сроки в 8 - 9 месяцев). Прибавим к этому 1,5 - 2 месяца на подготовку собрания. А ведь корпоративные обстоятельства меняются быстро: не окажется ли, что собрание через такой немалый отрезок времени, прошедшего с момента острой потребности акционера в нем, просто потеряет для него смысл?

Одновременно при изучении практики не покидает ощущение, что опыта у уважаемых судов в делах такой категории пока недостаточно. Заинтересованным акционерам имеет смысл учитывать это обстоятельство.

 

Б. Новые тренды судебных актов по косвенным искам

 

Косвенные иски в отечественной практике чаще всего используются для достижения трех корпоративно-правовых целей: 1) наказания значимыми миноритариями членов исполнительных органов (абсолютное большинство такого рода исков - против единоличных исполнительных органов) и членов советов директоров путем взыскания с них убытков компании, возникших вследствие их недобросовестных решений и иных действий; 2) проведения "карательной акции" против членов органов управления в ходе эскалации и разрешения глубоких корпоративных конфликтов, в том числе рейдерской и гринмейлерской окраски <1>; 3) возмещения контрольным участником компании, как правило, новым, ущерба, причиненного единоличным органом компании решениями и действиями (бездействием), о которых мажоритарию не было известно (не могло быть известно). Мотивы, как видим, разные, но технологии формирования правовой позиции и опорная аргументация истца, ответчика и компании, а также ожидаемая реакция суда парадоксальным образом примерно одинаковы. По этой причине в рамках интересующего нас вопроса о способах легального преодоления субъектом корпоративного контроля саботажа исполнительных органов представляет интерес практика по всем указанным сценарным разновидностям арбитражных дел.

--------------------------------

<1> Подробнее об этом см.: Осипенко О.В. Новейший корпоративный шантаж: истоки, технологии, методы подавления и профилактики. Статья вторая: Косвенные иски: заточка гринмейлера или крик отчаяния добросовестного миноритария? // Слияния и поглощения. 2007. N 1 - 2.

 

В начале текущего десятилетия практика по данной категории дел капитально изменилась. Как представляется, крутой вираж в судебной практике по косвенным искам в порядке ст. 71 ФЗ "Об акционерных обществах" и ст. 225.7 АПК РФ заложили два Постановления Президиума ВАС РФ: так называемые прецедент "Банк РОСТ" и прецедент "Медицинский центр "Симилия". Основные тренды нового подхода, начало которому было положено именно Постановлениями Президиума ВАС РФ от 8 февраля 2011 г. N 12771/10 и от 12 апреля 2011 г. N 15201/10, таковы. Во-первых, пристальное внимание к обстоятельствам, которые дают основание подозревать исполнительные органы в персональной нечистоплотности материальной природы. При этом основной вопрос для исследования судами согласно данному прецеденту состоит в том, уменьшилось ли имущество хозяйственного общества в результате совокупности фактически оспариваемых действий ответчика. Во-вторых, обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности единоличном исполнительном органе.

Приведем ключевые фрагменты указанных судьбоносных судебных актов.

 

ПРЕЗИДИУМ ВЫСШЕГО АРБИТРАЖНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

от 8 февраля 2011 г. N 12771/10

 

(фрагменты)

 

"Предъявляя требования к А.Н. Горькову о взыскании убытков, банк "РОСТ" указал как на его действия, свидетельствующие о недобросовестном поведении, так и на его бездействие, выразившееся в непринятии банком участия в торгах по продаже права требования неосновательно полученных денежных средств.

Отказывая в удовлетворении иска, суды исходили из того, что заявленная банком к взысканию денежная сумма составляет сумму неосновательно полученных и возвращенных им денежных средств на основании решения Арбитражного суда города Москвы по делу N А40-62176/06-47-425, которая не может рассматриваться в качестве убытков банка. Кроме того, суды указали, что истцом не приведены конкретные положения закона или иных правовых актов, нарушенных ответчиком.

В соответствии со статьей 71 Закона об акционерных обществах члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор), временный единоличный исполнительный орган, члены коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), равно как и управляющая организация или управляющий, при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества, осуществлять свои права и исполнять обязанности в отношении общества добросовестно и разумно. Указанные лица несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания ответственности не установлены федеральными законами.

Банк "РОСТ", обосновывая свое требование, указал, что А.Н. Горьков, осуществлявший функции единоличного исполнительного органа и члена совета директоров банка, должен был действовать в интересах банка и исполнять свои обязанности добросовестно и разумно. Однако ответчик не принял мер к предъявлению к банку "Диалог-Оптим" в процессе банкротства денежного требования, восстановленного в результате признания недействительным договора цессии, для включения его в реестр требований кредиторов, а также не использовал возможность приобретения задолженности банка перед цедентом на торгах.

Своими действиями ответчик способствовал участию в данных торгах и приобретению задолженности в отношении банка "РОСТ" обществом "СЭЙВАР", предоставив последнему в качестве займа как собственные денежные средства, так и средства банка. Общество "СЭЙВАР" ранее никакой коммерческой деятельности не осуществляло и собственных средств на приобретение имущества (дебиторской задолженности) не имело. Кроме того, ответчик не довел до сведения совета директоров банка информацию о совершаемых заемных сделках с обществом "СЭЙВАР". После заключения заемных сделок А.Н. Горьков приобрел 100 процентов долей в уставном капитале общества "СЭЙВАР" и впоследствии являлся единственным участником данного общества.

В результате совокупности упомянутых действий А.Н. Горьков приобрел возможность получить от банка "РОСТ" денежные средства, которые при добросовестном ведении дел были бы тем или иным образом возмещены банку.

Совершение названных действий свидетельствует о нарушении ответчиком предусмотренной пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса и пунктом 1 статьи 71 Закона об акционерных обществах обязанности действовать разумно и добросовестно в интересах общества. В связи с этим у судов отсутствовали основания для вывода о том, что истец не указал на нарушения конкретных положений закона или иных нормативных актов.

Между тем при рассмотрении спора не дана оценка действиям (бездействию) ответчика с точки зрения добросовестного и разумного осуществления прав и исполнения обязанностей в качестве председателя правления и члена совета директоров банка, а также не исследованы доказательства, подтверждающие указанные заявителем обстоятельства.

Суды, отклоняя требование истца, исходили из того, что предъявленная к взысканию сумма фактически является суммой неосновательного обогащения, поскольку именно таким образом в решении определено требование о взыскании этой суммы с банка, и это само по себе исключает возможность ее квалификации как убытков, причиненных действиями ответчика. Однако данный вывод сделан без учета характера спорных отношений. В настоящем случае подлежал исследованию вопрос о наличии факта уменьшения имущества банка в результате совокупности действий ответчика".

 

ПРЕЗИДИУМ ВЫСШЕГО АРБИТРАЖНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

от 12 апреля 2011 г. N 15201/10

 

(фрагменты)

 

"Как установлено судами и подтверждается материалами дела, медицинский центр зарегистрирован в качестве юридического лица 18.06.2007. Его учредителями являются М.А. Пулеха с долей в размере 70 процентов и Н.Г. Терентьева с долей в размере 30 процентов уставного капитала общества.

Решением общего собрания участников общества от 07.06.2007 директором медицинского центра избрана Н.Г. Терентьева. С момента создания центра и до 01.05.2008 ведение бухгалтерского учета осуществлялось лично ею.

Решением внеочередного общего собрания участников общества от 03.04.2009 Н.Г. Терентьева освобождена от должности директора центра, директором назначена М.А. Пулеха.

Приступив к исполнению обязанностей директора медицинского центра, М.А. Пулеха обратилась к независимым экспертам для проведения аудиторской проверки его деятельности за период с 07.06.2007 по 03.04.2009.

Согласно аудиторскому заключению от 24.07.2009, подготовленному обществом с ограниченной ответственностью "Эксперт-Аудит", на день проверки у центра имелась недостача в сумме 557875 рублей 21 копейки, возникшая в результате того, что в период осуществления полномочий директора медицинского центра Н.Г. Терентьевой были приняты, но не внесены в полном объеме в кассу денежные средства, полученные от М.А. Пулехи на основании договоров займа, заключенных с центром.

В ходе аудиторской проверки также была выявлена недостача, образовавшаяся в результате систематических расхождений между данными бухгалтерского учета и суммами, фактически имевшимися на расчетном счете и в кассе медицинского центра.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения в арбитражный суд с иском о взыскании с бывшего директора в пользу медицинского центра причиненных убытков.

Отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции исходил из того, что центром не доказана вина Н.Г. Терентьевой в причинении ему вреда, поскольку отсутствуют сведения об осуществлении ею в рассматриваемый период функций главного бухгалтера и материально-ответственного лица; не представлены первичные документы в отношении нарушений, выявленных аудиторской проверкой, по причине грубого несоблюдения центром правил заполнения регистров бухгалтерского учета; в силу положений устава общества и статей 238, 241, 243 Трудового кодекса Российской Федерации ответчик не может нести полной материальной ответственности за недостачу денежных средств в кассе.

Суды апелляционной и кассационной инстанций согласились с выводами суда первой инстанции.

Между тем суды трех инстанций не учли следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью члены совета директоров (наблюдательного совета) общества с ограниченной ответственностью, единоличный исполнительный орган такого общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на единоличный исполнительный орган общества с ограниченной ответственностью обязанностей заключаются не только в принятии им всех необходимых и достаточных мер для достижения максимального положительного результата от предпринимательской и иной экономической деятельности общества, но и в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на него действующим законодательством.

В силу пункта 1 статьи 6 Федерального закона от 21.11.1996 N 129-ФЗ "О бухгалтерском учете" ответственность за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций несут руководители организаций.

Доверь свою работу ✍️ кандидату наук!
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой



Поиск по сайту:







©2015-2020 mykonspekts.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.