Мои Конспекты
Главная | Обратная связь

...

Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Какие дополнительные условия договора между акционерной компанией и УК могут оказаться актуальными?





Помощь в ✍️ написании работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой

Практика показывает, что к их числу относится обязательство по страхованию рисков УК, сопряженных с исполнением миссии исполнительного органа. Положение о том, что в случае расширения компетенции исполнительного органа акционерного общества, переданной в соответствии с договором УК, по сравнению с тем, как она изложена в уставе компании, УК вправе рассчитывать на дополнительное вознаграждение (оплату услуг), размеры которого фиксируются в дополнительном соглашении сторон. Из той же области "полезных частностей" - формат и сроки отчетов УК перед советом директоров компании, а также указание на определенный уровень представительства со стороны УК (в идеале - руководитель УК).

Нелишним, наконец, является описание порядка и срока приема-передачи дел бывшим генеральным директором компании представителю УК Тот факт, что со вступлением в силу договора автоматически прекращаются полномочия единоличного исполнительного органа, смущать не должен. Ведь прекращение его полномочий не означает прекращения в полном объеме договора между генеральным директором и акционерным обществом. Первому предстоит надлежаще передать дела (и это вполне действительная обязанность стороны договора), второму - исполнять обязательства по ст. 279 ТК РФ ("в случае расторжения трудового договора с руководителем организации до истечения срока его действия по решению уполномоченного органа юридического лица либо собственника имущества организации, либо уполномоченного собственником лица (органа) при отсутствии виновных действий (бездействия) руководителя ему выплачивается компенсация за досрочное расторжение с ним трудового договора в размере, определяемом трудовым договором").

 

Новейшая история как повод для извлечения уроков

 

Нормативно-правовое регулирование управляющей компании как исполнительного органа хозяйственного органа - абсолютный чемпион в номинации "краткость" среди своих коллег - формальных институтов, на которых базируются ранее рассмотренные нами в проблемной плоскости конструкции формирования и функционирования общего собрания участников общества, совета директоров, единоличного исполнительного органа (в его "традиционном обличии" физического лица) и правления. В самом деле, хорошо известный специалистам свод опорных установлений, касающихся феномена управляющей компании, ограничивается всего лишь полдюжиной норм, с которыми можно познакомиться, изучив ст. 69 ФЗ "Об акционерных обществах", ст. 42 ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" и ФЗ "О защите конкуренции".

По мнению некоторых экспертов, как правило, представляющих департаменты корпоративного управления крупных отечественных холдингов, такая скромность законодателя абсолютно обоснована, посему достойна восхищения и, наконец, вследствие означенного ни в коем случае не взывает к нормотворческой ревизии в пользу значимых уточнений и дополнений указанных выше норм закона. Логика данных умозаключений в двух словах такова. Управляющая организация, обретающая полномочия единоличного исполнительного органа, - наиболее креативная (нешаблонная, вариативная) управленческая конструкция из всех предусмотренных законом легальных структур управления хозяйственным обществом. К тому же "по определению" она наследует многие нормы, касающиеся деятельности гендиректора как физлица, коль скоро его полномочия она получает. Стало быть, ее применение компаниями должно исходить из максимальной свободы творчества конструкторов внутрифирменных систем управления. Избыточная регламентация в этом институциональном поле откровенно вредоносна и потому лишит управляющую компанию ее нормативно-правового обаяния, основанного на "вызывающей скромности" и соответствующей корпоративно-нормативной привлекательности.

Данному подходу противостоит экспертная позиция, которую сторонники первой точки зрения третируют как "склонность к унылому бюрократизму". В тех же двух словах контрдоводы данной плеяды "бюрократов", к которым со всей возможной откровенностью относит себя и автор, таковы. Давайте присмотримся к судебной и корпоративной правоприменительной практике. К чему приводит пресловутый креатив? Увы, опять-таки к различным по тяжести и последствиям корпоративным конфликтам. Где они обретают наиболее драматичный характер? В крупных открытых акционерных обществах, совладельцы и топ-менеджеры которых не будут возражать против позиционирования первых в роли публичных компаний. По всей видимости, применительно к регулированию деятельности управляющих именно такими организациями особенно актуальна дополнительная регламентация.

Попробуем оценить эту гипотезу, обратившись к конкретным проблемам.

В течение нескольких лет после принятия части первой ГК РФ и ФЗ "Об акционерных обществах" институт управляющей компании представлял собой явный корпоративный раритет. На эксперименты по рокировке в формате "гендиректор как физлицо - коллективный топ-менеджер как юрлицо" решались немногие, что вполне объяснимо: банально не хватало опыта, да и решительности тоже. В "приснопамятных" Положении N 601 <1> и Типовом уставе АО - правопреемника приватизированного госпредприятия по Указу N 721 <2> данный институт не упоминался, и ступать первыми на минное поле по вполне извинительным причинам большинству просто не хотелось.

--------------------------------

<1> Имеется в виду Положение об акционерных обществах, утвержденное Постановлением Совета Министров РСФСР от 25 декабря 1990 г. N 601.

<2> Раздел IV Положения о коммерциализации государственных предприятий с одновременным преобразованием в акционерные общества открытого типа, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 1 июля 1992 г. N 721.

 

Примерно в таком состоянии откровенно ограниченной востребованности институт управляющей компании пребывал во второй половине 90-х годов прошлого века.

Однако на рубеже столетий отечественная практика управления к нему присмотрелась. А попробовав, увлеклась. В 2000 - 2004 гг., по нашим оценкам, воцарилась настоящая мода на отправление в отставку толковых директоров дружественно или не очень поглощенных компаний в пользу управляющих организаций новых мажоритариев. В эти годы едва ли не большинство крупных и при этом высококонцентрированных в части отношений собственности российских ФПГ посчитало нужным именно так реформировать управление своими горизонтально-интегрированными владениями.

Между тем последние два-три года обнаружили заметный скепсис серьезных игроков на рынке капитала к данной управленческой модели. В некоторых случаях скепсис даже трансформировался в разочарование и связанную с ним "обратную рокировку" в пользу генерального директора как физлица, чему, по нашему мнению, есть несколько объяснений.

Во-первых, до кризиса 2008 - 2010 гг. на отечественном фондовом рынке многие мажоритарные участники обоснованно делали ставку на его позитивную "перегретость" (всеядность инвесторов) и желание получить значительный предпринимательский доход через IPO посредством продажи профессионально настроенным миноритарным акционерам "лишних пакетов" (до недавних пор таковыми считались "стейки" свыше 75% голосующих акций, сейчас с учетом изменившегося законодательства - свыше 95%) или проведения новой эмиссии акций. И наличие в структуре руководства компании-эмитента управляющей компании не без оснований рассматривалось проектантами таких схем, как фактор, снижающий инвестиционную привлекательность. При таких обстоятельствах многие "владельцы бизнеса" предпочитали на время IPO покинуть теплое кресло председателя совета директоров и занять более жесткий стул генерального директора "взамен" управляющей компании, отталкивающей многих портфельных инвесторов своей непрозрачностью, "неизвестностью" и соответствующей непредсказуемостью.

Во-вторых, многим доминирующим участникам интегрированных корпоративных структур конгломератного типа стало понятно, что управляющая компания как универсальная "зондер-команда", проводящая спецоперацию по зачистке поглощенного предприятия, объективно, т.е. с экономической и управленческой точек зрения, оправдывает себя или строго временно - на время данной зачистки, или на долгосрочной основе - в отношении дивизионов холдингов, в которые входят компании одной отраслевой принадлежности. Поэтому и приходилось им отказываться от "универсальных управляющих компаний", которым доверяли директорские посты всех благоприобретенных бизнесов в начале текущего десятилетия - от пионерских научных исследований и СМИ до утилизации бытовых отходов.

В-третьих, многих мажоритарных участников компаний не на шутку испугали налоговики, которые, начиная, пожалуй, особенно пристально именно с 2004 г., всматриваются в фискальную подоплеку гонорарной политики управляющей компании.

Весьма впечатляет в этом отношении судебный прецедент (отнюдь не единичный), выдержки из которого приводятся ниже.

 

ФЕДЕРАЛЬНЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ СУД ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

от 19 января 2004 г. по делу N А11-4426/2003-К2-Е-1961

 

(фрагменты)

 

"По мнению налогового органа, затраты, связанные с оплатой услуг управляющей организации, экономически неоправданны. В частности, согласно представленным должностным инструкциям никаких изменений в обязанностях административно-управленческого персонала завода в связи с передачей управления предприятием управляющей организации не произошло. Между тем в связи с введением в состав затрат необоснованных расходов на управление у общества происходило снижение прибыли. Следовательно, затраты по управлению не принесли экономическую выгоду предприятию.

ФАС ВВО счел правомерными претензии налоговиков. В силу п. 1 ст. 252 НК РФ расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты, осуществленные налогоплательщиком. Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме. Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством РФ. В соответствии с п. 18 ст. 264 НК РФ к прочим расходам, связанным с производством и реализацией, относятся расходы на управление организацией или ее отдельными подразделениями. Таким образом, налогоплательщик вправе учесть затраты, связанные с привлечением управляющей компании, только при условии, что эти затраты будут экономически оправданны.

Доверь свою работу ✍️ кандидату наук!
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой



Поиск по сайту:







©2015-2020 mykonspekts.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.