Мои Конспекты
Главная | Обратная связь

...

Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Зачастую, даже не осознавая этого, самую большую боль нам причиняют именно те, кого мы любим больше жизни.





Помощь в ✍️ написании работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой

 

Тим лежала, откинув голову и улыбаясь чему-то во сне. Одна её рука легко касалась тыльной стороны моей ладони, а вторая, потянувшись куда-то за спину, нашла бок Аскани.

Смотря на неё, я тоже не мог согнать с губ улыбку. Мой маленький боевой воробей. Сегодня она очнулась в первый раз, пусть совсем ненадолго, но и это был уже прогресс, которому я радовался, потому что теперь мог быть уверен в том, что её… их с Аскани жизням больше ничего не грозит.

Пробормотав что-то невразумительное, девушка шевельнулась. Пальцы сдвинулись с моей руки. Вздохнув, я поднялся. Легко, чтобы не потревожить чуткий пока что сон, откинул со лба несколько прядей, что заставляли Тим смешно морщить нос, а потом, повинуясь странному порыву, склонился к её лицу. Мелькнула мысль: «Вот что я делаю?», но я отмёл её в сторону, а потом, глубоко вдохнув дурманящий аромат мелиссы лимонной, который уже стал её запахом, как дождь - моим, резко выпрямился, так и не осмелившись коснуться губами её лба.

Скрипнула, открываясь, дверь, и в образовавшийся проём сунулась голова Ти. Хмыкнув, эльф покосился на меня, на Тим, а потом бросил ментальное: «Поговорить нужно, выйди», - исчез.


- Завтра они окончательно проснутся. Понимаешь, что это значит? – осведомился Ар, когда наша четвёрка разместилась на кухне.

Я вздохнул.

- Понимаю, и буду гонять. Они у меня даже на то, чтобы подумать, время не выкроят.

- Гоняй, да не загоняй, - хихикнула Астер, задумчиво выписывая какие-то пассы в воздухе. – И, да, пока часть забот о герцогстве на себя возьмёт Тиану. Ведь так? – и невинный взгляд в сторону вышеуказанного, коего отчего-то перекосило. Это он, наверное, так радуется. Ну что же, приятно наблюдать счастье ближнего своего.

- Хорошо, значит с детьми пока возится Шон, Ти развлекается в герцогстве, а мы с Нейли будем продолжать лечить, наведываясь к вам по два-три раза в день, - подытожил Ар, поднимаясь. – А сейчас ты, - укоризненный взгляд в мою сторону, - поднимаешься и идёшь спать. А-то краше тебя только в гроб кладут. Когда спал в последний раз?

Пожав плечами, я поднялся. Как не хотелось вернуться в комнату, но я чувствовал, что действительно дошел до предела. Подумав сейчас над последним вопросом Ара, я понял, что сам не знаю ответа на него, так что послушно потопал в комнату, предварительно отобрав у чрезмерно разговорившихся эльфов миску с пирогами и кружку с тайрой.


Наверное, я действительно вымотался очень сильно, потому как провалился в сон, едва голова коснулась подушки.

Сновидений не было, и лишь перед самым пробуждением в голове промелькнула моя и не моя мысль: «Береги Тим, её дракон сейчас очень слаб. Они могут погибнуть».


Отчего-то, проснувшись, я ни на мгновение не усомнился в правдивости этого. Ага, как же, знаю я одну божественную сущность, которая вот так вот подсказки даёт, а иногда такие шуточки несусветные откалывает, что закачаешься. Но, всё же, поднявшись, я потянулся мыслями на юго-запад для того, чтобы со всей искренностью произнести: «Спасибо, Мать».

Издалека донёсся ехидный смешок.

Хмыкнув, я покинул комнату для того, чтобы разбудить, наконец, спящих детей. Дело к ужину, а выздоравливающие организмы растущих драконов требуют большого количества пищи.


- Воробей, просыпайся! – произнёс я, легко касаясь плеча спящей девушки. Вместо ответа Тим клацнула зубами и снова засопела в подушку.

Хмыкнув, я повторил попытку. На этот раз она увенчалась успехом. Вздохнув, девушка распахнула огромные карие глаза.

«Шо-он, вста-авать пора?»

«Воробей шустрый, куда вставать? Вставать завтра будете, а сейчас буди своего… О, придумал! Буди своего выхухоля, а я вам бульончик принесу. Че-его? Рано тебе еще. Сказано бульончик, значит, будет бульончик. Нельзя тебе мяса пока».

М-да, вот чем я занимаюсь? Кормлю с ложечки мелких недодраконов. Приехали, однако. А, хотя, я не против.


А потом понеслось.

Следующие два дня Тим и Ас учились ходить заново. Я видел, что после всего происшедшего обоим тяжело, и старался поддерживать, как мог. Поддержка эта заключалась в основном в том, что я выматывал обоих бесконечными тренировками до такой степени, что на какие-либо мысли у них не оставалось ни сил, ни времени.

К вечеру второго дня процесс хождения и шевеления более-менее наладился, хотя уставали мои подопечные довольно быстро.

Вообще, не смотря на все мои старания, с настроением в нашей странной компании было достаточно паршиво. При малейшей возможности Аскани замыкался в себе, сторонясь как меня, так и Тим. Я видел, что её это расстраивает куда больше, чем она старается показать, но ничего сделать не мог. Всё-таки сильно парню досталось, так что сейчас он упорно отгораживался от нас хлипким ментальным щитом, пряча глаза в те моменты, когда Тим пыталась заговорить с ним.

***

>

- Шон, вот ты скажи мне, - начала Тим, когда мы с удобством разместились на берегу озера, смотря на мерцающие в небе звёзды, - что я сделала Аскани?

Я пожал плечами.

- Знаешь, воробей, некоторые люди просто не сразу переживают потрясения. Ему нужно время на то, чтобы осмыслить всё происшедшее, принять тот факт, что вы выжили и всё позади.

- Я знаю, вот только...

Бросив взгляд куда-то за наши спины, девушка продолжила, опустив печальные сейчас глаза:

- Вот только порой мне кажется, что больше я ему не нужна.

Я вздохнул, не зная, что сказать. Девушке было плохо, и, заглядывая в её мысли, я видел, что она нуждается в защите, в тёплом и сильном плече друга рядом, и понимал, что так не может продолжаться вечно. Рано или поздно она сломается, потеряет вкус к жизни. Вот только как разъяснить это её упёртому выхухолю?

Не говоря ни слова, я обнял хрупкую, словно фарфоровая кукла, девушку за плечи, прикрыв спину черным рукавом своей привычной рясы. То ли вздохнув, то ли всхлипнув, она уткнулась носом в мой бок, сама обвила руками за талию, прижимаясь крепче.

***

 

А ночью меня разбудило лёгкое прикосновение к плечу.

- Воробей, что случилось? – едва разлепив глаза, ошеломленно осведомился я, пытаясь поймать глазами её взгляд, который она постоянно отводила.

- Шон, пожалуйста, можно я лягу с тобой, - тихонько произнесла она, всё еще продолжая стоять на расстоянии вытянутой руки.

Нежная, изящная, озаренная светом полной луны, она могла бы быть самой прекрасной девушкой на свете, если бы не поникшие, опущенные плечи и блестящие дорожки на щеках, скрытые пока неумелым мороком.

- Значит, так, Воробей, - начал я притворно бодро, садясь на постель и поднимая руку, жестом прилагая ей лезть подмышку, как она всегда любила, - падай рядом и рассказывай, что у тебя уже стряслось.

Помедлив несколько секунд, Тим юркнула ко мне.

- Посмотри сам.

Сначала я не понял ничего. В голове девушки, точно так же, как и в моей собственной, скакала уйма путающихся хвостами мыслей. К примеру, сейчас Воробей думала о том, что рядом со мной ей тепло и уютно, что я никогда не предам и не брошу, вот только, почувствовав, что я установил ментальный контакт, изменила ход мыслей.

«Не предам, маленькая, - подумал, немного сильнее сжимая изящные плечи, и стал просматривать воспоминания».

***

 

Зябко обнимая себя за плечи, Тим поднималась вверх по лестнице. В её душе, впрочем, как это было почти всегда, после всего случившегося на островах викингов, царили раздрай и сумятица. Девушка не знала, что делать дальше. С одной стороны, Аскани отталкивал её, а она слишком горда, чтобы раз за разом позволять вытирать об себя ноги, но, с другой, парню сейчас плохо, ой, как плохо, так что как можно оставить его одного? Ответ ясен: никак.

Тим остановилась, прижалась плечом к стене. Травмы всё еще давали о себе знать, так что временами на девушку накатывали тошнота и головокружение, сменяющиеся усталостью.

Пока восстанавливала равновесие, собралась с мыслями.

Что же, она попробует поговорить с ним в последний раз и будь, что будет.

Скользнув в чуть приоткрытую дверь комнаты, которую они с кузеном пока занимали, девушка застыла, смотря на сидящего Аскани. Тот был, как всегда, красив и изящен. Длинные тёмные волосы волной падали на плечи, закрывая половину лица, пальцы лежащих на коленях рук нервно комкали край туники.

Он не заметил появления девушки, а может, просто сделал вид, отреагировав лишь тогда, когда, опустившись рядом, Тим накрыла ладонью его руку, но не нашел ничего лучшего, нежели отшатнуться, выдернув её.

Девушка же вновь почувствовала, что в сердце ледяной иглой вонзается обида, но, стараясь не выказывать того, как больно он сделал ей, заговорила.

- Ас.

Ноль реакции.

- Ас, поговори со мной.

Резко повернув голову, так, что вороные пряди хлестнули девушку по лицу, парень уставился тёмными глазами прямо в глаза Тим.

- Оставь меня в покое.

Слова прозвучали грубо и холодно, но девушка решила попробовать еще, стараясь не замечать этого.

- Почему ты отталкиваешь меня, Ас? Ты расторгаешь помолвку? Ты больше не любишь меня?

- Нет! Я опасен для тебя, Мири! Именно из-за меня ты пострадала тогда, понимаешь, именно из-за меня!

- Да, а может, ты просто винишь меня в том, что случилось с тобой? Думаешь о том, что именно из-за меня попал на алтарь?

Парень тут же съежился, и Тим пожалела о своих словах, вот только они вылетели, и вернуть их назад девушка не могла никак.

- Я попал на него – лишь это имеет значение, поскольку именно из-за этого ты пострадала и теперь можешь потерять дракона!

- Потерять дракона? – захлопала глазами девушка. – Шон не говорил…

- Я слышал их разговор с леди Астер. Твой дракон слишком слаб, ты можешь лишиться крыльев, и всё это из-за меня!

Больше Тим не спрашивала ни о чем, просто встала и, взяв полотенце, закрылась в ванной, где, прижавшись лбом к холодной стене, горько плакала.

А ночью ей приснился кошмар.


Стоя над обрывом, она смотрела в небо, где, играя, кружили драконы. Девушка знала, что ей никогда не подняться в небо, и что она абсолютно одна. И Аскани, и опекун, все отвернулись от неё, бескрылой…

А ведь Тим так хотела летать.

И она полетела.

Молча, раскинув руки, сделала шаг с обрыва вниз, ведь в чем смысл жизни, в которой нет никого и ничего?


Проснулась от того, что по щекам катятся слёзы. Сон ушел, но одиночество и пустота в душе - они остались, разрывая изнутри и вырывая из горла тихие всхлипы.

Аскани спал, отвернувшись к стене и подтянув колени к груди. Он больше никогда не обнимал её. Она была ему не нужна. Часть сна сбылась. А, быть может, это был не сон? Быть может – правда, которую она не хотела замечать? Может и наставник оттолкнёт её, если однажды она придёт к нему, лишившись крыльев?

Аскани будить не стала, ведь знала, что вряд ли ему есть до неё дело. Вместо этого поднялась, чувствуя, что если не поговорит с кем-то, просто сойдёт с ума, и, зябко обняв себя за плечи, прошлёпала босыми ногами по полу, выйдя из комнаты.

***

 

Душу переполнял гнев. Как, как он мог так с ней поступить? За что, ведь Тим отдала ради него всё, даже жизнь, так за что он с ней так? Нет, не подумайте, вообще я злюсь достаточно редко, да и вывести из себя меня сложно, но сейчас я действительно был зол. Вот только, заглянув в глаза, полные грусти и какой-то странной, затаённой надежды, успокоился. И, ласково коснувшись влажной щеки, заговорил серьёзно и ласково, старательно подбирая слова.

- Посмотри на меня, Воробей. Вот так, хорошо, а теперь послушай внимательно, что я скажу.

Слегка ослабив объятия, которые неосознанно сжимала изо всех сил, девочка, нет, уже почти взрослая девушка, доверчиво посмотрела на меня, а я продолжил:

- Ты не одинока, и, что бы ни случилось, я всегда буду рядом.

«Да, а иначе я тебе харакири сделаю, - на полном серьёзе выдал в голове Мрак-ворон».

Вот интересно, и почему я в этом не сомневаюсь?

Шикнув на проснувшуюся вторую сущность, дабы не отвлекал, я стал говорить дальше.

- Теперь о драконе. Да, может быть, будет тяжело, но запомни, Воробей, я сделаю всё возможное, всё, - это слово выделил с нажимом, давая ей понять всю важность этих слов и ту суть, что пытался донести, - для того, чтобы однажды ты воспарила над землёй.

«А если не сделаешь… Короче, думаю, ты понял».

«Нет, вы сговорились? – шикнул теперь на дракона, так бесцеремонно влезшего со своими инициативами, возвращаясь к на мгновение прерванному разговору. Или это правильно назвать монологом?

- И ты обретёшь крылья, даже не сомневайся в этом, а теперь спи, малышка, а завтра я поговорю с твоим выхухолем.

Потому как, если не поговорю, это сделает пара черных поганцев, потирающих лапы и крылья на заднем плане сознания, и эта беседа Асу не понравится.

Мысль сию озвучивать не стал, вместо этого мягко опрокинул так и не проронившую ни одного слова Тим на спину и, всё-таки поддавшись на уговоры неких ехидин крылатых, нежно и совсем коротко прикоснулся губами к кончику носа.

Спи, Воробей, спи. Завтра будет новый день, новые заботы и мысли, и я постараюсь сделать всё, чтобы этот день сгладил ночную боль, что причинил тебе тот, кого ты любишь.

Примечание к части

События этой главы происходят сразу после последней сцены третьей книги.

Глава третья

Доверь свою работу ✍️ кандидату наук!
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой



Поиск по сайту:







©2015-2020 mykonspekts.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.