Мои Конспекты
Главная | Обратная связь


Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Боль, как физическая, так и душевная, лишает нас возможности трезво мыслить, и не редко случается так, что именно она толкает на необдуманные поступки.



 

POV Тим

 

Ласковый солнечный лучик мягко коснулся моей щеки, притронулся к кончику носа, а потом, расшалившись, начал перебирать ресницы закрытых глаз.

Сначала я упорно пыталась спрятаться от нахала, уткнувшись носом в подушку, но потом поняла, что это безнадёжно – и проснулась.

Мыслями всё еще владела дрёма, так что текли они вяло и неторопливо. События ночи помнились смутно. Оно и хорошо, потому как стыдно. Нет, в самом деле, что это я? Разрыдалась, еще и учителя разбудила. А я ведь вижу, как он выматывается с нами, пусть и пытается показать, что всё нормально. Но я уже слишком хорошо его знаю. От меня не скроешь.

Кстати, об учителе. Что меня так сжимает?

Оказалось, не что, а кто. Всё еще мирно спящий Шон перекатился на бок, закинув на меня вторую руку, ладонь которой покоилась на животе, и теперь довольно сопел куда-то в шею, не нарочно касаясь кожи приоткрытыми губами.

Я невольно улыбнулась. Даже притом, что сейчас парень очень крепко прижимал меня к себе, этот, пусть невольный, жест не был собственническим. Я просто чувствовала это. Когда вот так же меня прижимал к себе Ас, я чувствовала себя птицей, сжатой прутьями клетки, а сейчас этого чувства нет. Мне просто тепло и хорошо.

Ас… Боги, вот подскажите мне, что, что с ним делать? Почему он так со мной? И дракон… Мой дракон, что будет с ним? Конечно, Шон сказал, что всё будет хорошо, но ведь опасность есть, и наставник мне о ней не говорил. Так чего он теперь недоговаривает? Что скрывает? И чего мне ждать?

Неожиданно тёплые губы, всё еще касавшиеся шеи, легко шевельнулись, отвлекая меня от не радужных мыслей. На мгновение я застыла. Вниз по позвоночнику пробежало несколько мурашек.

Не поцелуй, нет, этого бы наставник не совершил даже во сне. Просто лёгкое прикосновение, беззвучный шепот. Так почему я чувствую это? Почему ладонь на животе кажется более весомой, жаркой? И, ох, почему я не хочу, чтобы он отстранялся?

«Воробей? Вот же брых!»

Ну вот, сглазила. Проснулся.

Дернувшись, Шон откатился в сторону, хмыкнул.

«Раз проснулась, давай поднимайся. Нечего рёбра отлёживать, а то кривобокой будешь, а кривобокая герцогиня с драконьим хвостом…»

Дальше он не договорил, потому как я захихикала.

«И с вороном на плече».

«Не-а, на кривобокую не сяду».

Мрак? Ах, ты ж… Зараза!

- Сама разбаловала, - уже вслух произнёс Шон, приподнявшись на локтях и смотря на меня тёплыми и от чего-то немного печальными карими глазами. – Ну ладно, действительно, поднимайся. Я голодный.

Я опять хихикнула. Ну да, голодный – это уже аргумент поважнее всех остальных.

Вдруг Шон дёрнулся. Взгляд стал серьёзным и острым. Оттолкнувшись, маг сел, уставившись куда-то в стену. Я поняла, что сейчас он разговаривает ментально и тоже застыла, не желая мешать.

Говорил Шон долго. Ну, это по его меркам. С минуту, наверное, а когда закончил, склонился надо мной, и начал очень серьёзно.

- Воробей, сейчас мне нужно уйти. Что-то стряслось. Астер говорит, я нужен. По пустякам они бы меня не звали, так что отказать я не мог, – и щелкнул по лбу, вскакивая с постели, одновременно с этим сменяя однажды виденной мной фигой полосатую пижаму на привычную черную рясу. – Что-то съедобное на кухне найдёшь. Стазис я сниму. Вернусь, надеюсь, скоро. Позавтракаешь – бери своего выхухоля, и плавайте. Всё, я пошел.

И, одарив меня белозубой улыбкой, скрылся в телепорте.

***

 

А на кухне, вместо ожидаемого и желанного завтрака обнаружился Ас.

Не желая с самого утра портить настроение ни себе, ни кузену, я тихо прошла к шкафу и, найдя тарелку с котлетами и свежий хлеб, примостилась с другой стороны стола. Вот только разговора, увы, избежать не удалось. Аскани нарушил тишину первым.

- Ты сегодня спала с ним?

Х-м-мм, что это? Опять ревнует? Но на каком, простите, основании?

Кивнула, не отрываясь от еды, и одним глазом кося на хмурого жениха.

- Правильно. Так правильно. Он лучше для тебя. С ним ты будешь в безопасности, - с абсолютно каменным выражением произнёс Ас, а я поперхнулась.

То есть как? Он, сейчас, сам говорит, что отпускает меня, более того, словно вещь, передаривает, отдаёт другому?

- Значит, ты... Ты просто сейчас говоришь, что я больше тебе не нужна? – подняла внезапно ставшие влажными глаза, чувствуя, что голос начинает дрожать.

В душе, помимо уже поселившейся там обиды, начала зарождаться боль. Ведь он сам, год за годом, привязывал меня к себе, твердил, что любит, ревновал, не отходил ни на шаг, а теперь отталкивает. Вот так просто, без причин. После всего, что прошли мы вместе. После всего, что сделали друг для друга.

- Я не говорю этого.

- Но, тем не менее, отдаёшь, отталкиваешь!..

Сейчас мы с Асом были полными противоположностями друг друга. Он – невозмутимая ледяная скала, я – пламя, беснующееся, опаляющее саму себя, захлёбывающееся от боли.

- Не отталкиваю, но отпускаю.

- Но… - захлебнулась сдерживаемыми слезами я. Он не дал договорить.

- Для твоего же блага.

- Но, Ас! – воскликнула, смотря на то, как он, поднявшись, медленно выходит.

- И, да, леди Тимиредис тер Ансаби, я разрываю помолвку.

Я даже не успела понять, как это произошло. Просто в какой-то момент мои пальцы сами собой разогнулись и жесткие драконьи нити легко, но быстро сдёрнули с одного из них кольцо.


Когда шаги за дверьми затихли, а я, наконец, осознала всё то, что произошло только что, из горла вырвался полувсхлип-полустон. Всё еще не веря, подняла руку - для того, чтобы уставиться на теперь пустой, словно осиротевший, палец.

«Я разрываю помолвку», - набатом билось в голове. «Разрываю... Разрываю... Я разрываю помолвку...»

Почему? За что? Что я сделала не так?

Из глаз двумя потоками хлынули слёзы. Больше не находя сил для того, чтобы сдерживаться, я упала лицом на стол, беспомощно рыдая.

Сначала он приручил меня, привязал к себе, влюбил, просто вынудив произнести те слова, что я поклялась не говорить никогда, а теперь… А теперь гонит от себя, явственно давая понять, что в его жизни мне не место, что я должна уйти из неё.

А я? А что я?

А я могу уйти… И сделаю это. Я уйду. Уйду туда, где меня не найдут. Никто. Вообще. Я больше не буду ни обузой, ни противным членистоногим, что мозолит глаза. Я уйду. Я не могу иначе. Не могу терпеть эту боль, что разрывает душу, стоит комом в горле и заставляет, задыхаясь, обхватывать себя, словно в страхе того, что вот-вот рассыплюсь на части, переполненная ею.

Слёзы плотной пеленой застилали глаза, мешая видеть. Медленно, всё еще продолжая обнимать себя, я поднялась, на этот раз не заметив боли в спине, уже было повернулась к выходу, но остановилась.

Дура. Собралась уходить с лунным камнем на шее. Ведь по нему Шон легко найдёт меня. Пусть будет уже поздно, но именно поэтому нельзя, чтобы он нашел. Возможно, он – единственный, кто будет жалеть. Потому, что он не может иначе. Он добрый и ответственный. Он – мой опекун, это – его долг. Не может же он, в самом деле, считать меня другом? Не может, потому как я – просто недолетка. Да, пусть ночью он говорил, что не бросит, но, быть может, лишь потому, что хотел, чтобы это противное членистоногое прекратило разводить сырость?

Всхлипнув, одёрнула себя.

Нет, Шон не такой, наверное. Боги, я запуталась! Хотя, по сути, это больше не имеет значение. Я уйду, и, в любом случае, он не должен найти меня. То, что останется…

Осторожно, не касаясь камня, я сняла амулет с шеи. В солнечном свете блеснуло мамино обручальное кольцо. В этот раз я не стала снимать его. Какая разница? Зачем оно мне?

Всего секунду я смотрела на амулет, борясь с желанием прикоснуться, а потом, крепко зажмурившись, положила на край стола.

Всё, теперь можно идти.

В дверях я обернулась, чтобы тихо прошептать, даже зная, что никто никогда этого не услышит: «Прощай, Аскани. Прощай… Шон».

 

Глава четвёртая




Поиск по сайту:







©2015-2020 mykonspekts.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.