Мои Конспекты
Главная | Обратная связь


Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Борись, вопреки всему. В этом всегда есть смысл.



 

Он выглядел ужасающе. Честно признаться, сначала, увидев гору тряпья, свалившуюся на землю, я не признала в ней того, из-за кого мы с Асом, бросив всё, переместились за сотни лиг от Китового Киля. Но не глаза, не разум, душа и сердце первыми поняли. Этот неузнаваемый со спины человек, покрытый свежей кровью, истерзанный до невозможного и уже не дышащий, не подающий признаков жизни, действительно Шон.

Из горла вырвался крик. В нём не было слов. Лишь отчаянье. Я хотела броситься к Шону, сделать что-то, вот только не успела.

Вслед за телом опекуна из телепорта вынырнуло нечто.

В этот раз я не ошиблась. Признала с первого взгляда.

Мой ночной кошмар, ледяная тварь без формы и души. Убийца, этой ночью превративший Шона в кровавое месиво.

Только теперь до меня дошло, почему тер Дейл так интересовался моими снами. Он никогда не ошибается. А простое сновидение не может повторяться раз за разом. Мои сны вещие. И тот, последний, увы, не исключение.

Боги, почему, почему я не пересказала его? Почему не уберегла Шона?! И, наконец, зачем он сунулся в эти пещеры? Да-да, в существовании их я уже не сомневаюсь. Ну, и вопрос, собственно говоря, риторический. Конечно, Шону стало интересно. Что же еще? А мне вот как теперь быть?


Все эти мысли заняли всего мгновение.

Ледяная тварь, появление которой сопровождалось жуткими завываниями и стонами истязаемых страшной болью существ, застыла на мгновение, будто бы осваиваясь в новой местности и выбирая между мной и уже не дышащей жертвой, а потом, рассыпавшись тысячами ледяных игл, бросилась к Шону.

Время остановилось.

Всего за секунду до того, как тварь вновь пронзила кости и плоть, я вспомнила о амулете Шона, который спас нас из сокровищницы. Вдруг это его действие? Значит, вполне возможно, что тер Дейл еще жив. Просто в стазисе.

Вот только, видимо, зверю он помехой не был.


Чем я руководствовалась, когда, забыв обо всём, срывалась с места? Здравым смыслом? Нет, увольте. Да и какой тут здравый смысл, когда, отмёв всё иное, в сознании бьется лишь одно желание. Спасти, укрыть своим телом, наплевав на собственную жизнь.

Ледяные иглы заинтересованно замерли, повернулись ко мне… Я лишь ускорила темп, надеясь успеть. Хватит. Второй раз смотреть на это я не стану.

Внутри согласно зарычала драконица.

И мы успели.

Оттолкнувшись от земли, я распласталась над окровавленным телом наставника.

Не желая видеть того, во что превратился любимый человек, в прыжке я развернулась, так что теперь смотрела прямо на надвигающуюся тварь.

Было жутко. Я хотела закрыть глаза, но вместо этого, подчинившись пинку, поступившему вместе с повторным рыком моей чешуйчатой красавицы, нырнула на свою снежную поляну.

***

 

Здесь было тихо и спокойно. Серебристый лунный свет прокладывал дорожку, отражаясь в сверкающем и переливающемся источнике, на далёком-далёком небе слабо мерцали звёзды…

Бросившись грудью в снег, я представила, как надо мной возникает прочный купол, который не пробить даже этой ледяной образине.

Лёд – моя стихия. Так почему он должен меня пугать? Я – лёд. Мой купол – холод. Мы сильнее. Мы справимся.

***

 

Распахнув глаза, я с удивлением уставилась на сверкающую полусферу, светящуюся серебристо-голубым и надёжно укрывшую нас с Шоном.

Тварь бесновалась с другой стороны, не находя сил на то, чтобы пройти мою защиту.
Секунда, еще одна… попытки оставались тщетными.

Я же, не смыкающая глаз, чувствовала, что на долго сил не хватит. Кто сдастся первым?

Время тянулось мучительно долго.

Сколько его утекло? Секунда? Час? Или вечность? – не знаю но, судя по тому, что телепорт оставался открытым, не более десяти минут. Но, тем не менее, они показались мне мучительно долгими.

Силы покидали. Тварь билась над куполом, меняя формы и оттенки, а я смотрела.

Кто сдастся первым?

Перед мысленным взором пробегали фрагменты моей жизни, лица любимых, лучшие воспоминания, мечты, надежды… Я же ждала и молилась богам. Молилась и ждала. Ждала и молилась.

Кто сдастся первым?

И я не сдалась.

Ударив в последний раз, ледяное создание взвыло и, рассыпавшись сотнями сверкающих снежинок, скрылось в тёмном зеркале. Телепорт тут же схлопнулся. Стало тихо.

Не веря своим глазам, я смотрела на то, как, теряя поддержку, тает мой ледяной кокон, как сюрреалистично блестит иней на ярко-зелёной листве. Из глаз катились слёзы, но сдержать их не выходило. Сил не было даже на то, чтобы продолжать держаться на застывшем теле мага.

Расслабившись, я скатилась вбок. Мир покачнулся, поплыл, в ушах противно зашумело, вдалеке раздались чьи-то голоса и, уронив голову, я провалилась в тёмное беспамятство.

Глава двадцать шестая

Мне ничего не надо: ни цветов, ни подарков, ни пылких фраз... Я просто хочу держать тебя за руку и чувствовать твое нежное дыхание у себя на щеке.

 

Ночь медленно спускалась на яркие дома Галарэна. Города, полного волшебных существ и магии. Места, где всегда что-то происходит. Именно здесь почти каждый день можно увидеть замышляющих что-то студентов, живых, точнее оживлённых, скелетов, не похожих ни на одну тварь, живущую ныне или почившую и канувшую в лету, а так же самого принца драконьей империи, устраивающего вечеринки и праздники по поводу и без.

Вот только сейчас ни ночь, ни все тайны лежащего вокруг города не волновали меня так, как тот, кто покоился на широкой постели. Именно у его изголовья я просидела уже несколько часов. Да-да. С того времени, как телепорт вынес практически разодранное тело Шона на плац, прошли целые сутки, за которые изменилось многое.


Очнулась я на руках сбитого с толку Аса. Сказать по чести, мало кто что понял. Получившие зов императоры, почувствовавшие, что сработал амулет экстренной эвакуации, бросив всё, примчались к нам для того, чтобы обнаружить практически обледеневшую и перегоревшую меня рядом с Шоном в стазисе.

Со мной дело обстояло более-менее. Помагичили, отморозили, опросили и тайрой напоили. А вот наставник…

От нас с Асом не скрывали ничего. Да и, увидев перенесённого в дом Шона здравым взглядом, я, долгие годы занимавшаяся именно целительством, поняла всё сама. С такими повреждениями не выживают. Стоит снять стазис – и связи рассыплются, а наставник погибнет.

Было безумно больно. Сначала нас с Астер успокаивали её мужья и Ас, потом присоединился владыка и, наконец, прослышавший о случившемся Шангарр. Сбылась мечта. Я познакомилась со всеми правителями. Более того, даже пила тайру вместе с ними. Вот только радости это не принесло.

Внушая себе, что должна быть сильной, что не могу падать лицом в грязь при высоких господах, я рыдала, тщетно пытаясь загнать мысли о страшном. Да и разве могу терпеть я, если даже сиятельная Астер, сильная и прекрасная, не может успокоиться?

В этих слезах не было ничего постыдного. Даже слабости. Все мы, каждый по-своему, оплакивали друга, соратника и…

Мужчины просто склоняли головы, и не осуждали нас. Лишь утешали, как могли.

Именно теперь я, и так вхожая в закрытый круг императорской семьи, действительно породнилась с Астер. Да и как можно не породниться с той, кто стирает твои слёзы, не пряча своих?


Когда я более-менее пришла в себя, присутствующие попросили пересказать случившееся.

Говорила я долго, постоянно сбиваясь и путаясь. Еще бы, ведь даже для меня случившее оставалось странным, не поддающимся осознанию. Вот, к примеру, как я смогла сдержать то, чему даже стазис помехой не был?

Но слушавшие терпели молча, лишь иногда задавая уточняющие вопросы и тем самым помогали мне собрать воедино разрозненные кусочки прошедшего дня.

Когда рассказ закончился, Нейли, он же владыка, позволивший мне более дружеское отношение, утащил всех, кроме нас с Асом, в другую комнату. Мы же остались вдвоём.

Жених ничего не спрашивал. Конечно, он ведь давно знал о моих чувствах. Более того, даже не возражал. Вот только сама судьба стала преградой. Подсев ближе, Ас обнял меня за плечи, взял за подбородок.

- Надежда всегда есть, Тим. Ты только верь.

Но веры не было. Точно так же, как и надежды. Она умерла еще в тот момент, когда я всмотрелась в перекошенное болью лицо.


Они отсутствовали долго. Больше часа, а когда вышли были похожи по меньшей мере на трупы полугодовой давности.

- Что стряслось? – наконец, не выдержав, спросила я у рухнувшей прямо на ковёр императрицы.

Бесцветные губы расплылись в улыбке.

- Мы, кажется, справились. Будет жить этот чокнутый. Должен.

Что переполнило моё сердце в тот момент, когда Астер заговорила? Наверное, больше всего это чувство можно охарактеризовать, как неверие, робкую надежду и еще что-то такое, от чего за спиной распахнулись крылья.

Синхронно поднявшись, мы с Асом помогли Бель (до сих пор не могу привыкнуть) перебраться на диван. Я хотела предложить тайры, но, уронив голову на руки, женщина отключилась.


За минувший день правители колдовали еще семь раз, выкладываясь по полной и вырубаясь кто где. Мы с кузеном, понимая всю важность их дела, старались активно не путаться под ногами, перетаскивая заснувших на более-менее удобные поверхности и потчуя травяными отварами.


Нет ничего страшнее, чем ждать и догонять. Это выражение я слышала сотни раз, но лишь сегодня убедилась в его правдивости. Ожидание моё было мучительным и долгим. Невероятно долгим, как и этот день.

Всякий раз, когда бледные, покачивающиеся императоры скрывались за дверью, в душе начинала гореть надежда, угасающая впрочем, так же быстро, как и появляющаяся.

Они выматываются до предела уже не первый раз. Так не тщетно ли всё? Может, ничего не выйдет, и я напрасно уповаю на результаты?

Нет, не напрасно. Это я поняла тогда, когда, в очередной раз отключаясь на маленьком диванчике, Астер беззвучно прошептала:

- Теперь только борись, Шон. Мы всё сделали. Только борись.


Уже поздним вечером, когда правители сопредельных держав, выжатые не меньше наших императоров, покинули Галарэн, мне позволили просочиться к нему. Точнее даже не так. Сначала я, наплевав на всё, просочилась, а потом лорд Тиану, покачав головой, принёс чашку тайры, позволив остаться.


Ночь отсчитывала минуты, складывая их в часы, а я всё сидела, глядя на родное лицо. Серое, с померкшими веснушками и бесцветными губами, но живое. Наставник крепко спал, погруженный в принудительный сон каким-то снадобьем, и я знала, что он проснётся, что я увижу блеск родных глаз, что смогу сказать…

Вздохнув, тер Дейл слегка пошевелился, тихонько застонал, от чего я напряглась, ожидая чего угодно, но ресницы задрожали – и я едва не разрыдалась, утонув в родных омутах тёплых глаз.

POV Шон

 

Я жив. Пока жив. И боли нет. Боги, как же странно. Почему я еще могу дышать? Ведь всё было кончено. Но нет. Я лежу на чём-то мягком, а тело лишь слегка ноет, напоминая о том, через что оно прошло.

Наверное, это будет очень странно звучать именно в моём исполнении, но, честно сказать, я был уверен в том, что совсем скоро, как выражается Ти, присоединюсь к созвездиям на небосводе, так что сейчас, придя в сознание, я чувствую себя родившимся заново. Тот, кто хоть когда-либо оказывался на пороге смерти, поймёт меня. Поймёт все те мысли, что проскользнули в голове в последние секунды и ту жажду жить, которая проснулась внутри вместе со мной.

Попытавшись пошевелиться, я тихо застонал. Опять вернулась боль, заглушенная чем-то. Может я всё-таки умер?

Отметя в сторону глупые мысли, принялся медленно открывать глаза, желая осмотреться. Но намерение моё сразу не осуществилось, потому, что я встретил её взгляд.

Тими, моя маленькая дракошка, мой боевой воробей. Она сидела в кресле рядом с широкой кроватью, на которой я и лежал, и неотрывно смотрела в моё лицо. Под огромными глазами цвета лесных озёр наметились синяки, а припухшие веки выдавали то, насколько много она плакала.

Мне хотелось поднять руку, прикоснуться к её бледной щеке, но сил не было, а пересохшие губы слиплись, от чего с них не слетало даже слова.

- Привет, - наконец совсем хрипло прошептала девушка и, словно бы поняв, что мне нужно, потянулась к чаше с водой, желая промочить губы краем светлого платка.

- Привет, - ответил я, почувствовав прикосновение прохладной ткани.

Больше мы не говорили. Лишь смотрели друг другу в глаза, стараясь передать всё то, что клокотало внутри.

Было очень странно смотреть и не слышать её мыслей. К своей магии я тянуться даже не пытался. Знал, что сил не хватит. Все они шли на самовосстановление, так что резерв радовал девственной чистотой и пустотой.

- А знаешь, - наконец вновь разрушила тишину Тим, - я ведь нашла ответ на твой вопрос.

- Вопрос? – переспросил я, и лишь потом вспомнил. Ведь, действительно, озадачил девочку. Давно озадачил, и даже сам успел позабыть, думая, что из её головы это вылетело. Но, выходит, Мири помнила.

Сам того не осознавая, я внутренне напрягся.

Что она скажет? Что разочарована во мне? Что я самонадеянный идиот? Вот только Мири в очередной раз шокировала меня.

- Да, вопрос. – По её губам скользнула лёгкая улыбка. - Я всегда буду мечтать стать такой же, как ты, но не одинокой. Я хочу быть рядом с тобой. Всегда, чего бы мне это не стоило, Шон. Я буду рядом.

Резко смежив веки, девушка всё равно не смогла сдержать слёз. Они катились вниз по щекам, прокладывая блестящие дорожки. Это были слёзы страха и волнения последних дней, слёзы сдерживаемых чувств и надежд, слёзы невысказанной нежности и всего того, что раньше девушка держала внутри себя.

Пересилив слабость, я поднял руку, принявшись нежно стирать прозрачные капли.

- Я тоже, малышка.

- Что тоже? – переспросила она слегка дрожащим голосом, сжав моё запястье.

- Я тоже всегда буду рядом. Жизнь слишком непредсказуема для того, чтобы тратить её. Я бы не хотел уйти, так и не сказав тебе, насколько… люблю. Да, я люблю тебя, Мири. Раньше бы никогда не сказал этого, но, знаешь, пора что-то менять. Пора.

И, не обращая внимания на её возражения и боль, я перебрался в сидячее положение для того, чтобы прижать к себе ту, ради кого готов пережить минувшую боль хоть сотни раз. Ту, для которой я буду шептать слова, которых никогда не произносил и не понимал. Ту, что стала моей душой. Моей новой вселенной, которую, оказалось, было так просто открыть.

И я целовал её губы, глаза, ладони, вдыхал аромат растрёпанных волос и, смотря в глаза, снова видел там океаны любви. Любви и нежности, ради которых стоит жить.

Глава двадцать седьмая




Поиск по сайту:







©2015-2020 mykonspekts.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.