Мои Конспекты
Главная | Обратная связь


Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Если любовь будет на первом месте, — всё остальное встанет на свои.



 

POV Тим

 

Небо. Моё огромное, бескрайнее небо. Нет, полёт вороны невозможно сравнить с этим неземным блаженством, полным мельтешащих внизу скал и рек, силы и свободы.

С каждым новым взмахом крыльев я преодолевала огромные расстояния, купаясь в попадающихся тут и там облаках. Сзади, не отставая, но и не приближаясь, скользили три тени.

Три. Три тени. А почему только три?

Крутанув хвостом, я замедлила полёт, посылая вопрос назад, к императорам.

«Не знаю, Снежа, - пришел ответ от алой драконицы, Нары.- Мрака позвать не пробовали?»

Снежный рассвет покачал головой, в то время как пространство разорвал дикий, отчаянный рёв, полный боли и гнева. И все мы его узнали.

Никогда еще я не летала так быстро. Даже тогда, когда мои крылья впервые поймали ветер. Снежная Мгла стала стрелой, безжалостно распарывающей тонкий серо-голубой муслин вечерних небес. Даже драконы императоров подотстали, не сумев влиться в мой ритм. Ну конечно же, ведь их не звало сердце. А моё же просто раскалывалось от предчувствия того, что что-то произошло, ведь недаром же так ярится Кианит.

POV Шон

 

Красив. Всё-таки, что не говори, но он безумно красив. Огромный и столь же синий, как вечерние небеса, вот только при каждом движении по этой синеве пробегает серебристая волна, от чего создаётся странное впечатление того, что дракон собирается сменить цвет. Да, он действительно похож на драгоценный камень, и столь же высоко себя ценит.

Невольно залюбовавшись своим новым собратом, я замешкался, и сгусток пламени просвистел в пальце от головы.

«Псих! – отчаянно каркнул ворон, воинственно топорща перья».

Я промолчал.

Говори не говори, а они не смогут понять, что это превращение далеко не такое, какое бывает у всех. Дракон появился не потому, что пришло его время. Он вырвался сам, ведомый тем или иным желанием, и он не успокоится, пока это желание не исполнит.

Еще один сгусток промчался мимо, оставив в траве выжженную борозду.

- Кианит, успокойся! – заорал я, зная, что толку с этого будет чуть. Лишь еще пуще разозлю ящера. И я не ошибся.

Молниеносный бросок – и мой взгляд встретился с огромными глазами, в которых не осталось ничего человеческого, кроме одного. Жажды моей крови.

«Чего застыл, драконоборец хренов! – истошно завопил Мрак-ворон, - ждёшь, когда нас попытаются скушать?»

«Я в щите. Не забыл? – попытался успокоить птичку».

«Так тебе интересна экскурсия с выходом через другую сторону? – встрепенулся пернатый собеседник. – Лично я в этом не участвую».

Шикнув на вторую сущность, я сделал несколько шагов назад, судорожно обдумывая, что именно могу сделать. Кианит неумолимо приближался с упорством каменного тролля, вдохновенно штурмующего щель в скале. Зверь полностью подавил волю человека, потеряв себя. Себя настоящего. Того, каким он был создан. Сейчас величественный и прекрасный дракон стал просто кровожадным монстром. Монстром, которого я буду должен убить, если не найду способ воззвать к тому человеческому, что теплится где-то в глубинах его мозга, постепенно умирая.

Это длилось еще несколько минут. Мы кружили по поляне: дракон и человек, охотник и жертва, которая в любой момент может сама стать палачом. И я молился лишь об одном. О том, чтобы, увлёкшись полётом, Мири как можно дольше не замечала нашего отсутствия. Боги, молю вас, смилуйтесь над её душой. Смилуйтесь, я вас заклинаю.

POV Кианит

 

Он чувствовал силу, и эта сила сводила его с ума. Всякий раз, когда пламя вырывалось из огромной пасти, зверь испытывал ни с чем несравнимое блаженство, но оно проходило столь же скоро, сколь огонь гас, не достигнув своей цели. Эта же цель, мелкая, ничтожная букашка, носилась по поляне, будто бы нарочно привлекая его внимание.

Дракон радовался охоте. Радовался тому, что жертва сопротивляется. Сходил с ума от предвкушения того, что кровь брызнет в стороны. Но прежде можно поиграть.

Вместе с его перевоплощением даже весь мир, казалось, изменился. Цвета стали чётче и ярче, запахи острее, и даже ветер дул как-то иначе, по-новому. Никогда. Никогда больше он не наденет крошечную маску. Нет, он будит упиваться собственной силой и жить так, как подобает настоящему дракону. Но сначала разделается с человеком, и догонит свою самку. Лишь свою. Только свою. Он не станет делить её! Ни за что!

Мысли о белой драконице подстегнули его рвение, но вместе с тем, сквозь алую дымку попыталось пробиться какое-то чуждое чувство.

«Слабость, - решил для себя он». Но настойчивое чувство попыталось пробиться вновь, и дракон злобно выплюнул струю тёмного пламени, пытаясь так избавиться от раздражителя.

«Да, вот так, умница, - зазвучал в сознании чуждый голос». Дракон не сразу понял, кто с ним говорит, а когда осознал, еще с большей яростью набросился на человека, посмевшего влезть в его разум.

«Борись, Ас, борись, - практически умолял чёрный оборванец, в то время как Кианит пытался пробить его защиту ударами мощных лап. – Это не ты, Ас. У тебя хватит сил справиться. Я верю. Только постарайся. Не ради меня, знаю. Ради Тими. Борись, Ас, борись».

В огромной, вздымающейся от дыхания груди дракона защемило.

Что, что он делает? Зачем ведёт себя, как монстр?

Вскинув голову в злобном рыке, Кианит снова попытался избавиться от слабости, но она настойчивой мухой вилась вокруг его сознания, подстёгиваемая отчаянными призывами извне: «борись, Ас, борись».

И тут он увидел это. Тёмная точка в вечернем небе, звёздочка, несущаяся в его протянутые ладони, она приближалась с невероятной скоростью, медленно но верно превращаясь в светлую драконицу.

«Снежная Мгла – приз победителя, - возликовала одна его часть».

«Тими, маленькая моя, только не лети сюда, не смотри на это, - застонала слабость, принявшись пробиваться с еще большим остервенением».

«Борись, Ас, борись, - снова зажужжал голос из вне. – Тебе есть, ради чего бороться».

И Аскани боролся. Боролся так, как никогда в своей жизни. Ибо, что может быть сложнее сражения с самим собой, со своими пороками и недостатками? В тот момент, когда они, словно безумный зверь, стремятся уничтожить саму твою суть, бывает так сложно выстоять, не потеряв того, во имя чего стоит жить. Не утратив самого себя.

Огромный дракон покачивался из стороны в сторону, беспомощно выдыхая одинокие тёмные сгустки, в то время как в его голове одна за одной мелькали картины всего минувшего. Видел он и поцелуи на тёплом сене, и сплетённые пальцы, и обряд, ту чистейшую эйфорию, что дарило каждое мгновение рядом с ней, маленьким чудом, его любовью, его сутью, его мечтой. Разве может он причинить ей боль своим минутным порывом? Разве имеет право разрушить всё то, что она любит, всё то, что ценит и чем дорожит?

«Борись, Аскани, - прозвучало в последний раз и, беспомощно застонав, зверь сдался».


Упав на колени, длинноволосый парень уткнулся лицом в выжженную его яростью землю. Он обрёл себя, выиграл схватку. Но какой ценой? Из горла вырвались сдавленные рыдания, но слёзы, катящиеся из глаз, не могли оживить мёртвой почвы. Не могли исцелить поруганных чувств.

В каком-то момент он ощутил, что чьи-то сильные руки обнимают его, заставляя подняться.

Шон.

Закрыв глаза, Ас принялся судорожно мотать головой, пытаясь сдержать сводящую с ума истерику.

Как же стыдно. Как больно.

- Успокойся, друг, - совсем тихо произнёс тер Дейл, опускаясь на землю рядом с парнем.

Ас лишь отчаянно застонал.

Внезапно его спутанных волос коснулись другие руки. Мягкие, нежные и такие родные. Подняв взгляд, он утонул в карих омутах, не находя сил для того, чтобы что-либо сказать.

Таким жалким, несчастным и разбитым юный Сайгирн не чувствовал себя никогда. Хотя, оно и понятно, ведь пройти такую битву дано не каждому.

Молча зарыв пальцы в его волосах, Тим прижала перепачканную землёй и копотью голову к своему животу, шепча слова, которых парень не мог разобрать.


Так они и сидели. Гнездо хранителей, дети, делающие несмелые шаги и те, в чьих руках лежала судьба всего мира. Они лишь учились понимать и принимать это, и сейчас, окончательно осознав то, насколько неотделимы, сумели воссоздать свой собственный оазис спокойствия. Им была дана любовь, и все трое в неё наконец-то поверили так же, как их покровители верили в них.

 

Глава шестнадцатая




Поиск по сайту:







©2015-2020 mykonspekts.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.