Мои Конспекты
Главная | Обратная связь

...

Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Источники наказания и вины





Помощь в ✍️ написании работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой

Ключом к пониманию позиции Фрейда относительно источников наказания и вины служит тот факт, что он считал инстинкты эгоистическими по своей природе. Они не просто эгоцентричны, они неизбежно антагонистичны принципам упорядоченной, цивилизованной жизни. Единственная цель инстинктов – редукция напряжения, вызванного метаболическими нуждами, а эти нужды характеризуют отдельного человека, его организм. По мнению Фрейда, если каждый будет поступать в соответствии со своими естественными, ничем не тормозимыми инстинктивными потребностями, то есть вести себя, исключительно основываясь на принципе удовольствия, то мир станет невообразимо ужасающим местом. Стремясь получить то, что вы хотите, вы неизбежно столкнетесь с кем-то, кто хочет того же самого и в тот же самый момент или будет просто противиться тому, чего вы так хотите. Вам придется вступить с ним в противоборство, преодолеть его защиту, а все это не согласуется с представлениями о цивилизованном и стремящемся к порядку человеке. Вы будете буквально воевать с ним, стремясь достичь удовлетворения своего инстинкта; тот, кто победит, будет удовлетворен. Но для человека невыносима сама мысль о том, что в какой-то момент в каком-то месте и каким-то образом он может оказаться не в состоянии удовлетворить свое желание, поскольку невозможно предсказать, кто окажется победителем, а кто проигравшим. Однако принятие того факта, что ты можешь оказаться в проигрыше и оставить свое желание без удовлетворения, – это проклятие принципа удовольствия, столь эгоистического по своей природе. Таким образом, если человек поступает в соответствии с принципом удовольствия, он рискует не достичь той самой цели, которую этот принцип предполагает. В то же время мир, где каждый человек живет как отшельник, весьма маловероятен. На самом деле, Фрейд считал, что такого рода сепарация попросту невозможна, поскольку она привела бы к фрустрации по крайней мере одного из инстинктов, а именно сексуального, который предполагает существование между людьми определенных отношений.

Лучшее, что может сделать совокупность людей или, иными словами, общество – это реализовать стремление к кооперации и порядку, поскольку только таким путем может быть максимизирована возможность удовлетворения своих желаний каждым членом общества. Цель общества – общественное благо, которое, по мнению Фрейда, заключается в уравновешивании шансов на удовлетворение желаний каждого из его членов. Социальная жизнь неизбежно предполагает развитие цивилизации в форме правил и норм поведения. Очевидно, что эти правила и нормы идут вразрез с принципом удовольствия, учитывая декларируемое им, ничем не сдерживаемое и не ограничиваемое стремление к получению наслаждения от реализации инстинктов. Но поскольку люди должны жить вместе, правила и нормы являются наиболее эффективным средством для обеспечения максимальной степени удовлетворения для всех. И если мы принимаем тезис Фрейда о том, что цели человека эгоистичны, а цели общества связаны с обеспечением всеобщего блага, то совместная деятельность людей по природе своей парадоксальна, потому что людям, которым в принципе не свойственно проявлять альтруизм и интерес друг к другу, неизбежно приходится это делать. Тот факт, что человек и общество преследуют противоположные цели, что человек эгоистичен, а общество стремится к всеобщему благу, лежит в основе того, почему мы относим теорию Фрейда к психосоциальной модели конфликта.

Я попытался передать вам основную линию рассуждений Фрейда относительно важности цивилизации, учитывая, что за их отправную точку он берет положение об изначально эгоистической природе человека, принимая в то же время тот факт, что люди вынуждены жить в тесном соседстве друг с другом. Фрейд (Freud, 1952) выразил свое мнение на сей счет в яркой и ясной форме в своей книге, получившей название "Тотем и табу". Это история зарождения цивилизации. В начале были отец, мать и их сыновья. Следуя своим сексуальным инстинктам, проявившимся на фаллической стадии их психосексуального развития (которое будет описано чуть ниже), сыновья убили отца, чтобы вступить в сексуальные отношения с матерью. Будучи созданиями, руководствующимися принципом удовольствия, они реализовали свое инстинктивное желание, но когда отец сошел со сцены, они стали соперничать друг с другом, потворствуя своим эгоистичным побуждениям; в конце концов они осознали, что рискуют быть убитыми. Итак, наиболее прямой путь к удовлетворению инстинктов – следование принципу удовольствия – оказался весьма неэффективным, поскольку все сыновья стремились к обладанию одним и тем же объектом. Наконец сыновья собрались вместе и выработали свод правил, направленных на то, чтобы избежать дальнейших сложностей за счет ограничения выражения инстинктов теми их формами, которые не представляют особой угрозы для группы как целого. Так было заложено основание цивилизации, где делается акцент на послушании отцу, табу в отношении инцеста и узаконивании супружеских отношений. Совокупность этих табу и санкций позволяет каждому члену общества удовлетворять свой социальный инстинкт без чрезмерного риска быть побежденным и без сексуальной депривации.

Далее мы рассмотрим вопрос наказания и вины. Причиной наказания и вины являются требования общества. Когда человек нарушает правила и предписания цивилизованного мира, другие наказывают его, выступая как представители общества. Молодые люди являются типичными нарушителями, так как они ведут себя, руководствуясь принципом удовольствия, еще не познав правил и предписаний, управляющих взрослой жизнью. А родители, чаще других общаясь с подростками, становятся типичными наказывающими, выступая в роли представителей общества. Согласно фрейдистскому подходу, такие наказания, как физическое воздействие, психологическое унижение и отказ в любви, вполне эффективны, поскольку увеличивают напряжение организма. Даже несмотря на то, что увеличение напряжения вызвано внешней причиной – наказанием, его органический дискомфортный эффект аналогичен тому, что имеет место вследствие неудовлетворения инстинктивных потребностей. Напряжение есть напряжение, и когда бы оно ни появлялось, человек стремится так или иначе разрешить его. Так как общество больше и сильнее, чем отдельный человек, то для человека способом избежания наказания, особенно когда он молод и, следовательно, более слаб, становится обуздание инстинктивной экспрессии с целью избежать разрушения отношений.

Наказание имеет внешний по отношению к человеку источник и выражает общественные требования совместного существования. Хотя вина выражает сходные требования, ее источник находится внутри личности. Чтобы это стало понятным, нужно вспомнить о том, что ребенок растет в окружении своих родителей, которые, как представители общества, должны помочь ему принять те правила и требования, что будут руководить им как цивилизованным взрослым. Естественно, родители наказывают ребенка за необузданное выражение инстинктов. По мере накопления наказаний возникающий паттерн может научить ребенка некоторым правилам. Кроме того, родители дополняют формирование знания словесными инструкциями. Сочетание этих двух влияний спустя какое-то время приводит ребенка к интериоризации существующих правил. И как только они становятся содержанием его памяти, он может испытывать чувство вины. Приходит время, и он сам осознает, что некоторые его желания идут вразрез с общественным благом, и он начинает испытывать угрызения совести, даже если в действительности желание не было реализовано. Из части сознания, до целиком связанной с эго-процессами, выделяется часть, где содержатся абстрактные представления о правилах и требованиях общества, о том, что хорошо и что плохо, правильно и неправильно. Фрейд назвал эту совокупность идей суперэго. Поэтому наличие суперэго и в некоторой степени его содержание являются общим для людей одного социума и составляют ядерную характеристику личности в нашей терминологии. Будучи внутренним двойником прежних наказаний, вина ведет к такому же росту внутреннего напряжения, которое затем также должно быть снижено. Как общество достаточно сильно для того, чтобы заставить человека в попытке избежать наказания сдерживать свои инстинкты, так и вина, по-видимому, достаточно сильна, чтобы оказывать аналогичный сдерживающий эффект. Инстинкты могут выражаться лишь в той форме и с той интенсивностью, которые позволяют минимизировать чувство вины.

Теперь нам известны все элементы для точного понимания того, что Фрейд имел в виду в качестве тенденции ядра личности. Человек стремится к максимально возможному удовлетворению инстинктов и в то же время минимально возможным наказанию и вине, потому что это лучшее, что он может сделать для снижения напряжения, которое возникает как следствие основополагающего противоречия между природой индивида и общества. С накоплением наказаний и развитием суперэго эго получает свою вторую основную функцию. Как мы помним, первая функция заключалась в определении когнитивных и поведенческих средств, необходимых для эффективного удовлетворения инстинктов во внешнем мире. Второй функцией эго является перевод инстинктивных требований в форму, которая не противоречит требованиям суперэго. Эго, следовательно, является архитектором тенденции ядра, стремления, которое Фрейд назвал функционированием по принципу реальности. В основание принципа реальности положены не только инстинктивные потребности, но и такие же неумолимые и, к несчастью, находящиеся в противоречии с ними потребности общества. При функционировании в соответствии с принципом реальности имеют место только социально приемлемые формы и установленный порядок удовлетворения инстинктов. Молодой мужчина не будет спать со своей матерью. Он найдет другую женщину, не связанную с кем-либо, и женится на ней. Голодный человек не будет воровать хлеб: он будет искать работу и зарабатывать деньги, чтобы заплатить булочнику за время, которое тому пришлось потратить не на удовлетворение собственных инстинктов.

Фрейд, возможно, в силу своего медицинского образования всегда считал важным определить, откуда берется энергия для отдельных функций организма. Согласно Фрейду, инстинкты получают свою энергию из соматических источников, но где источник энергии эго и суперэго? Хотя это может выглядеть странным, он считал, что эти две характеристики ядра делят энергию инстинктов. Если на минуту прекратить думать об этом, оно в действительности не столь странно, как тот факт, что лишь вследствие существования эго и суперэго возможно максимальное удовлетворение инстинктов в обществе. У здоровой личности ид, эго и суперэго не вступают в противоречие друг с другом. Все живые существа пытаются достигнуть максимального удовлетворения инстинктов при минимальном наказании и вине, и именно это имел в виду Фрейд, говоря, что все поведение мотивированно.

Теперь, когда у нас есть достаточно информации, попробуем понять, почему Фрейд уделял гораздо больше внимания сексуальному инстинкту, нежели инстинктам жизни и смерти. Действительно, инстинкт смерти был его более поздней концепцией и он был настолько не уверен в этом инстинкте, что меньший акцент на этом понятии вполне объясним. Но различия во внимании к сексуальному инстинкту и инстинктам жизни требуют дальнейших комментариев, поскольку оба вида инстинктов фактически с самого начала лежали в основе его концепции. Очевидно, сексуальный инстинкт получил львиную долю внимания, потому что Фрейд считал, что этот инстинкт приводит к возникновению гораздо большего числа психологических конфликтов, чем инстинкты жизни. Последние играют непосредственную, очевидную роль в биологическом выживании, даже при относительно кратковременной депривации они достигают значительной интенсивности. Хотя необузданное выражение жизненных инстинктов приводит к конфликту с требованиями общества, эти инстинкты тем не менее столь очевидно важны, что все жизнеспособные цивилизации создают общественные институты для регулярного и быстрого их удовлетворения. Так, три приема пищи в день с одним или двумя легкими перекусами в промежутке являются привычными в нашем обществе, а вода и другие жидкости доступны, пожалуй, постоянно. Удовлетворение инстинктов жизни (по крайней мере, в западных обществах) столь доступно, что они не являются постоянной причиной сильных конфликтов. С сексуальными инстинктами дело обстоит иначе. Конечно, существует институт брака, который может предложить социально санкционированное основание для обычного сексуального удовлетворения. Но как быть неженатым и незамужним или детям с их зачаточными формами сексуальных инстинктов? В этом случае общество не предлагает какого-либо конкретного способа удовлетворения сексуальных потребностей. Сексуальное удовлетворение, естественно, может быть достигнуто, но, как правило, не вполне социально санкционированным и приемлемым способом. Когда неженатый мужчина идет в публичный дом, общество не одобряет это. Когда ребенок занимается мастурбацией, принято считать, что он вредит себе этими чудовищными действиями. И, несмотря на то, что в настоящее время эти представления уже не так распространены, необходимо сказать, что западное общество имеет гораздо менее эффективный институт для удовлетворения сексуального инстинкта по сравнению с инстинктами жизни. Именно это, согласно Фрейду, и создает вокруг сексуального инстинкта такое количество конфликтов. Фрейд придавал сексуальному инстинкту такое важное значение, что описывал в терминах инстинкта и само развитие личности. Хорошо известные оральная, анальная, фаллическая, латентная и генитальная стадии названы им стадиями психосексуального развития. В период пубертата биологическое созревание сексуального инстинкта заканчивается, личность "застывает" и с этого момента практически не изменяется. Интересно, что общество не столь эффективно планирует удовлетворение сексуального инстинкта, по-видимому, потому, что хотя он и основан на биологической потребности, но с выживанием непосредственно не связан, при краткосрочной депривации резкого скачка интенсивности не наблюдается.

Теоретические концепции, касающиеся ядра личности, включают в себя не только положение о природе инстинкта и причинах наказания и чувства вины, но также и положение о механизме, посредством которого удовлетворение инстинкта увеличивается, в то время как наказание и чувство вины уменьшаются. Этот механизм рассматривается в понятиях защиты. Если человек полностью удовлетворяет свои инстинкты в действии, то он подвергнется наказанию со стороны других людей. Если он полностью осознает свои инстинкты, даже без удовлетворения в действии, он будет испытывать чувство вины. Кроме того, инстинкты являются той неумолимой силой, которая заставляет человека действовать. Такое соотношение является основным конфликтом жизни, и этот конфликт облегчается при помощи защитных процессов.

Механизм возникновения защиты достаточно прост. Всякий раз, как только инстинкты усиливаются настолько, что их можно распознать, возникает сигнальная реакция в форме тревоги. Эта тревога диффузна и представляет собой скорее бессодержательное ощущение дискомфорта и приближающейся беды, антиципацию наказания и чувства вины, основанную на воспоминании о прошлом наказании и чувстве вины, и тогда запускаются защитные процессы. Защита облегчает конфликт между требованиями инстинктов и обществом, находя между ними компромисс. Защита позволяет выражение в действии и распознавание или осознание только той части или формы инстинкта, которая приемлема другими людьми и соответствует собственным внутренним стандартам. То, что действие допустимо, позволяет избежать наказания, а приемлемость желаний и чувств приносит ту же самую пользу по отношению к чувству вины. Например, если реальным инстинктивным желанием сына является сексуальное обладание своей матерью, защитные формы могут представлять собой осознание и готовность действовать согласно своему желанию оставаться с ней и оберегать ее, чтобы не случилось никакой беды. Защитные желания и действия не только принимаются другими людьми и собственным суперэго, но они также приносят частичное инстинктивное удовлетворение, которое обеспечивается близостью к матери и сохранением ее для себя.

Из моего описания способов возникновения защитных процессов может показаться, что они достаточно редки. На самом деле это не так. Пониманию в духе Фрейда более соответствует высказывание, что защита повсеместна, поскольку инстинкты никогда не имеют нулевой интенсивности и, следовательно, конфликты между инстинктивными и социальными целями, которые являются основой защиты, существуют всегда. Несмотря на то, что наблюдается частный случай определенной защитной реакции, это не означает, что не действовал никакой другой вид защитной реакции, связанный с другим инстинктом и особыми формами основного конфликта. Поскольку все поведение мотивируется или запускается инстинктом, по Фрейду, это также означает, что все поведение является защитным.

Действительно, это заключение имеет чрезвычайно важное значение. Если все поведение защитно, значит, личность не осознает истинных желаний, чувств и целей. Хотя эти истинные инстинктивные элементы представлены в психике, они представлены как образования, невозможные для осознания. Парадокс этой позиции был основой многих нападок на теорию Фрейда и будет рассмотрен в главе 5 данной книги. Если все поведение защитно, значит, все психическое содержание, которое мы осознаем, является не более чем эпифеноменом или, другими словами, бледной тенью правды. Таким образом, желание быть с матерью и заботиться о ней легко могло быть просто частью тех чувств, которые испытывают при реальном желании сексуально обладать матерью, но об этих желаниях даже не догадываются.

Совершенно ясно, что защита служит для того, чтобы сохранять все, что было вытеснено из сознания в более или менее неопределенном состоянии. Таким образом, правда о себе самом, скорее всего, постоянно не соответствует действительности. Так вот, обратите внимание: утверждение, что все поведение защитно, имеет более тревожащий скрытый смысл, чем утверждение о том, что только некоторые виды поведения считаются защитными. Если, как полагал Фрейд, правда о себе не более чем постоянное несоответствие действительности, тогда каким образом может происходить научение и какие реальные изменения личности могут иметь место? Забудем на некоторое время о возможности изменения в психоанализе – той форме психотерапии, которая связывается с позицией Фрейда, – и мы отбросим как бесполезные некоторые из наших наиболее взлелеянных идей о рациональности как основе жизни и воспитания. Если логическое размышление и обсуждение не могут реально соответствовать действительности, то как эти процессы могут приводить к значимому результату. Выдающийся персонолог и анти-фрейдист Гордон Олпорт рассматривает эту проблему следующим образом.

До сих пор "науки о поведении", включая психологию, не нарисовали нам образ человека, способного творить или жить в демократическом обществе. Эти науки большей частью скопировали модель бильярдного шара из физики, которая сейчас, конечно, устарела. Они вручили нам в руки психологию организма, которым управляют стимулы и который зависит от окружающей среды... Но теория демократии подразумевает также, что человек обладает определенной мерой рациональности, долей свободы, общим сознанием, собственными идеями и уникальной ценностью. Мы не можем отстаивать избирательные права или всеобщее образование так же, как и адвокатские свободные дебаты, и демократические институты, но тем не менее человек имеет потенциальную возможность получать от них пользу.

Поскольку все поведение, согласно Фрейду, не только мотивировано, но и защитно, мы вынуждены в этих рамках признать ту точку зрения, что человека контролируют силы изнутри и на него оказывают давление извне, что настолько же неразумно, как неразумно не признавать этот убийственный факт!

Вы можете подумать, особенно при чтении последней фразы, что я несправедлив по отношению к Фрейду. Все-таки на самом деле не подразумевал ли он, что, пока существует конфликт, который мы облегчаем посредством защитных процессов, нам необходимо быть особенно осторожными, чтобы признать, что то, что мы осознанно думаем о себе, вовсе не обязательно является всей правдой. Если это так, тогда сократовское предписание познать себя полностью соответствует фрейдовской точке зрения. Фрейд просто разъяснил, насколько важно попасть на самую глубину нашей психики, ведь то, что мы можем легко узнать, не является самым важным. Вы можете указать на то, что использование Фрейдом метода свободных ассоциаций доказывает его уверенность в том, что блокировку сознания, которая вызывается защитой, можно обойти. Хотя современные психоаналитические мыслители доработали позицию Фрейда так, чтобы эта точка зрения была более правдоподобной, она тем не менее искажает тот смысл, который вкладывал в нее Фрейд.

Многие находят аргумент, представленный в последнем параграфе, практически непреодолимым, поскольку он представляет, что образ человека обманчив; эта позиция глубоко укоренилась в западной научной мысли и религии. Но на самом деле, даже если вы думаете, что лучше познаете себя через интроспекцию и переживание, даже если вы думаете, что обнаружили свои фобии, защитные действия и основные инстинкты, Фрейд вам бы возразил, за исключением тех случаев, когда вы несколько лет подвергались психоаналитической процедуре. Фрейд истолковал бы ваши настойчивые попытки интересоваться природой собственных защитных операций и реальных желаний как защиту саму по себе. Вы не можете знать реальную правду о себе просто потому, что у вас есть благородная цель не обманывать себя и упорно над этим работать.

Ключ к пониманию того, почему вы не можете заглянуть в вашу собственную защиту, находится в утверждении, что защитные процессы расположены вне сознания. Если ваша защита действовала осознанно, тогда она вовсе не будет эффективной. Вы знаете, что вы просто лгали себе и всему миру. Сознательно осуществляемые процессы защиты не избавят вас от чувства вины, хотя могут успешно предотвратить наказание. На самом деле у нас у всех есть средства для сохранения от других того, что является нашим сознательным намерением в том случае, если мы знаем, что оно не будет принято остальными. Если бы вы так не делали, тогда бы у меня не было возможности предоставить вам интуитивную основу для понимания того, что имел в виду Фрейд, говоря о ядерной тенденции. Но, несмотря на то что эти средства для одурачивания других похожи на защиту в понимании Фрейда, они имеют большое и очень важное отличие. Защита – это способ лгать себе точно так же, как и другим людям.

Ложь себе только тогда эффективна, когда вы ее не осознаете. Следовательно, в том утверждении, что защита действует бессознательно, и скрыт смысл, что вы не способны проникнуть в глубь защитных процессов, чтобы найти правду, просто предпринимая усердные попытки сделать так. Несмотря на то, что у вас бывали необычные переживания кратковременного разрыва защиты, у вас нет опыта – интуиции – для полного понимания теории защиты. Вы вынуждены довольствоваться пониманием на основе рассуждений, элементы которого я пытался представить здесь. Если далее вы признаете, что, возможно, только сам человек может дать отчет в своих собственных защитных действиях и лежащих в их основе инстинктивных желаниях, вам все же придется от этой идеи отказаться.

Как было сказано в предыдущем абзаце, существуют промежутки времени, когда защита разрывается, и тогда происходит проблеск реальной правды. Это случается тогда, когда человек проходит процедуру психоанализа или очень сильно ослаблен в результате психологического или физического стресса. Симптомом нарушения защиты является острое чувство вины и тревоги – чувство, что жизнь скоро и ужасно закончится и на самом деле такому никчемному человеку просто незачем жить. Личность не может оставаться очень долго в таком состоянии и при этом поддерживать максимальную целостность и согласованность. Если защита не восстановилась ни после того, как был ослаблен источник разрыва, ни в результате психотерапии, результатом будет ощущение катастрофы или душевное расстройство. Я выбираю сильные слова, поскольку Фрейд подразумевал именно их, несмотря на то, что его смысл очень часто разбавлен, чтобы сделать его соответствующим цивилизованному личностному опыту. Фрейд чувствовал, что он говорит о причинах жизни и смерти, хотя то, что эти причины редко полностью переживаются, является наградой успешному действию защитных процессов.

Если защита, однажды разорванная, должна быть восстановлена, чтобы предотвратить катастрофическую дезинтеграцию личности, тогда это должно означать, что в психоанализе целью терапии не является устранение защиты. Точно так! Но что же тогда подразумевал Фрейд, когда символизировал цель терапии театральной аксиомой "там, где было ид, будет эго"? Чтобы подойти к пониманию утверждения, мы должны быть уверены, что мы ясно пониманием природу ид и эго. Ид является психическим образованием в форме желаний, чувств, эгоистичных инстинктов, истоки которых лежат в соматических и метаболических процессах. Как таковые инстинкты относительно неэффективны в мире; инстинкты не включают в себя знания о средствах, управляющих действиями, при помощи которых достигается удовольствие; инстинкты также не подразумевают знания о необходимости предотвратить открытый конфликт с другими людьми, для того чтобы заполучить объект, способствующий достижению удовольствия. Те знания о средствах достижения, которые способствуют удовлетворению инстинкта и соответствуют законным требованиям общества, и составляют большую часть того, что представляет из себя эго. Эго способствует достижению максимума удовлетворения инстинкта и минимума неприятностей посредством процессов восприятия, памяти, размышления и их отношение к нервной системе, повсеместно руководимых теми знаниями, которые упоминались выше. И наиболее важной частью эго является защита. Защитные процессы в широком смысле являются тем, что обеспечивает успешное функционирование основной тенденции жизни.

Высказывание Фрейда о психоанализе часто интерпретируют таким образом, что бессознательное должно стать осознанным и защита будет удалена в пользу более открытой основы для личного опыта. Это не совсем точная интерпретация. Несмотря на то, что ид большей частью бессознательно, что эго большей частью является сознательным, это не является правдой. Вспомним, что защита, которая сама по себе бессознательна, по Фрейду, представляет львиную долю эго. Таким образом, замена ид на эго вовсе не означает преобразование бессознательного в сознательное. Дальнейшее подтверждение этой интерпретации подразумевает понимание того, что значительная часть ид является бессознательной только благодаря действию защитных процессов эго. Каким образом можно вместо замены ид на эго подразумевать обращение бессознательного в сознательное? На самом деле Фрейд даже не мог подразумевать, что ид должно уйти, несмотря на то, что он это высказал, поскольку в его теории ид является естественной частью человека. Что он подразумевал, почему это высказывание сейчас стало фигуральным и поэтому неточным? Как вы уже догадались из моего описания ид и эго, которое было приведено чуть выше, я полагаю, что Фрейд подразумевал, что функционирование принципа удовольствия, которое успешно для ид в изоляции и так неэффективно в мире, должно уступить дорогу функционированию принципа реальности; тогда мы можем говорить, что психотерапия достигла успеха. Запомните, что функционирование принципа удовольствия является тем, что было названо Фрейдом всеобщей ядерной тенденцией жизни.

Пока я рассмотрел защиту как общий механизм нахождения компромисса между требованиями инстинкта и общества. На самом деле, фрейдовская теория личности рассматривает различные типы защиты более детально, чем другие теории, использующие общее понятие защиты. Его дочь, Анна Фрейд (1946), перечислила такие виды защиты, как вытеснение, регрессия, образование реакции, отрицание, проекция, идентификация, интеллектуализация, компенсация, изоляция, уничтожение содеянного и сублимация. До тех пор пока я не приступлю к обсуждению этих различных типов защиты в главе 6, которая посвящена периферическим характеристикам личности, важно осознать, что основным различием между видами защиты является степень, в которой они деформируют лежащие в основе инстинкты. Чем выше уровень психосексуального развития, тем больше личность обращается к таким видам защиты, которые минимально искажают инстинктивную реальность, например к такому виду защиты, как сублимация. Отклонения в развитии, вызываемые фиксацией (или остановкой в развитии), частично определяются существованием грубо искажающих видов защиты, таких, как проекция. Но даже самая высокая форма функционирования, свидетельствующая об идеальном развитии, характеризуется защитой. Наиболее точное описание цели психоанализа, если довести эту точку зрения до логического завершения, состоит в том, что нужно заменить ту защиту, которая грубо искажает истину, на ту, которая несет наименьшее искажение. Но поскольку не существует альтернативы защитному поведению, то не существует альтернативы по крайней мере некоторым искажениям того, что является реальной правдой, и, следовательно, не существует альтернатив некоторым знаниям, которые так и останутся бессознательными. Теория личности Фрейда, вероятно, является самой пессимистичной в истории.

И еще несколько слов относительно развития для того, чтобы содействовать более полному пониманию размеров пессимизма. Фрейд описывает развитие исключительно в русле сексуальных инстинктов и разграничивает пять хорошо известных стадий, которые названы оральная, анальная, фаллическая, латентная и генитальная. Считается, что фиксация на любой из стадий, исключая последнюю, во взрослом возрасте приведет к определенным типам личности или характерным типам, включающим виды защиты и черты, присущие этой стадии. Позднее это будет рассмотрено более подробно. Сейчас достаточно знать, что первые три, и наиболее решающие, стадии психосексуального развития охватывают первые пять лет жизни. Латентный период, Фрейдом досконально не разработанный и считавшийся долгое время периодом "спячки", длится до наступления пубертатного периода. Пубертат открывает генитальную стадию, которая длится до самой смерти. Исключительное несоответствие между тем вниманием, которое уделено самым ранним детским годам и остальной части жизни, указывает на то, что Фрейд считал, что ничего действительно важного для развития в период после пятилетнего возраста уже не происходит. К этому времени план жизни в основе своей сформирован, и после пятилетнего возраста происходит повторение ранее усвоенных паттернов. Конечно, с возрастом личность становится более сложной, но никаких кардинальных перемен уже не происходит.

Доверь свою работу ✍️ кандидату наук!
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой



Поиск по сайту:







©2015-2020 mykonspekts.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.