Мои Конспекты
Главная | Обратная связь

...

Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Вспомнить Всё Пролог



Помощь в ✍️ написании работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой
- Как ты стала такой? – спросил Демон. Ангел с досадой дернула плечами. - Не помню. - Почему? Казалось, Ангел не знает ответа, она молчала. - Вам что, стирают память? – догадался Демон. Ангел вздохнула. - Это называется «забвение». Демон нахмурился: - Ты что же, недовольна этим? - Нет. Демон вздрогнул, его глаза загорелись и во внезапном порыве он шагнул вперед, протягивая руку. - Я могу помочь! Помочь вспомнить…

Вспомнить Всё Глава 1 Рай

Я сидела на скамеечке, подтянув колени к груди, и смотрела на широкую гладь сияющего озера. Оглушительно пели счастливые птицы, рыбы весело плескались в воде, свет озарял все вокруг. Было хорошо и умиротворенно, но почему-то грустно. Вдали танцевали и пели несколько девушек в белых воздушных платьях, таких же, как у меня. Их крылья мягко покачивались в такт плавным движениям. Почему же я все сижу, не в силах веселиться со всеми? Что со мной не так? Одинокая слеза скатилась по щеке и упала на траву. Стебельки зашевелились, вытянулись, и скоро прямо передо мной распустился прекрасный белый цветок с желтой серединкой. Я залюбовалась им, удивленная, что даже мои слезы сотворили чудо. Все правильно – я же ангел. Даже когда ангелы плачут, они дарят миру что-то хорошее. Но почему я плачу? Разве я не должна себя чувствовать такой же беззаботной, как и все? Почему мне грустно? - Потому что пришло твое время, - произнес мягкий голос за моей спиной. Я обернулась. - Мама Лаурэлия? Женщина с огромными и прекрасными белыми крыльями подошла и села рядом со мной. Ее полупрозрачная кожа сияла внутренним светом, как будто рядом со мной опустилось маленькое солнце, но оно не слепило глаза, а наоборот – в этом теплом свечении хотелось утонуть, забыться. Мы называли ее мама Лаурелия, а чаще просто мама, потому что она помогала нам и направляла, любила нас, была рядом… чтобы нам было хорошо здесь всегда. Чтобы мы были покойны и счастливы. - Здравствуй, Белла, - неуловимым движением мама смахнула еще одну мою слезинку, и внезапно вся моя грусть исчезла. - Что ты хочешь сказать? - прошептала я, улыбаясь. - Я всего лишь говорю, что пришло твое время, Белла. Что-то шевельнулось в памяти. Точно так же она говорила Кайле на прошлой… неделе? Не помню. Но после этого Кайла исчезла. Почему я не могу вспомнить ее лица? - Ты и не должна, - ответила Лаурелия на мой мысленный вопрос. - Странно, что ты даже это помнишь, милая, - она нежно коснулась моего лба, принося ощущение счастья. - Ты здесь, потому что заслужила забвение. Незачем помнить всякую ерунду. - Но я помню, - удивилась я, пытаясь действительно вспомнить… Что? О чем мы только что говорили? Лаурелия вздохнула, как будто внезапно устала от чего-то. Внимательно посмотрела мне в глаза и еще раз вздохнула. - Милая Белла, я могу помочь тебе. - Я знаю, что можешь. Когда ты рядом, все становится таким… правильным, – я улыбнулась маме, чувствуя свою любовь к ней, благодарность, и ее любовь ко мне тоже, а затем пожала плечами: - Но когда ты уходишь… Я чувствую постоянную тревогу. Я не знаю, что это. Как будто мне чего-то не хватает. - Возможно, так и есть. Твоя душа такая чистая, что ей недостаточно рая. Тебе нужно больше. - Что ты имеешь в виду? - Я предлагаю тебе выбор, милая. Ты можешь пойти дальше – родиться заново. Человеком. И ты сможешь выбрать свою жизнь. Счастливую. Ты это заслужила. Конечно, ты не будешь помнить, что ты была здесь, но уверяю, так ты обретешь новый смысл, даруешь жизнь новому человеку. Ну, как тебе это? Странное чувство испытывала я. Родиться заново, прожить снова человеческую жизнь. Это хорошо. Это интересно. Но забыть… Мне было грустно от этого. Я уже забыла всю свою прошлую жизнь – я не знала, как попала сюда, в это место. Так было положено – ангелы заслуживали забвения. Так почему мне было так печально из-за этого? Мне хотелось помнить, знать, кем я была до того. Как умерла. Почему попала сюда. Лоурелия снова вздохнула, слыша все мои мысли. Тут у нас все, как на ладони, ничего ни от кого не скроешь. - Ты такая странная, Белла, - сказала она. - Необычная даже для ангела. Она помолчала, испытующе глядя на меня, а затем улыбнулась. - Ну, раз ты не хочешь снова родиться, но здесь, с нами, тебе тоже неуютно, предлагаю иной вариант. Можешь стать Хранителем. Я задышала так часто, что вокруг меня запорхали бабочки. - Хранителем. Помогать людям? - Да, - просто ответила мама. - Хочешь? Все мы знали, что это огромная честь и ответственность и… это было так заманчиво! Помогать людям… Да, в этом есть смысл. Лучше, чем прожить ничем не примечательную человеческую жизнь. - И так ты будешь помнить нас, приходить сюда, если тебе станет одиноко. - Ох, я согласна! – Я продолжала судорожно вдыхать воздух, хотя он мне был и не нужен. - Что нужно сделать для этого? Мама нежно рассмеялась над моим энтузиазмом. - Ничего. Можешь отправляться хоть сейчас. Перспектива заворожила меня. Я оглянулась вокруг. Все то же озеро, те же смеющиеся фигуры вдалеке… - Как? - выдохнула я. - Очень просто. Закрой глаза и пожелай. Это сбудется. Я уже было закрыла глаза, а потом открыла. - Но… там?.. Что я буду делать дальше? Как помогать, кому? Мама нежно тронула мою ладонь. - Ты поймешь, милая. Ты будешь чувствовать души. Ты услышишь, кому нужна помощь. Если будет нужен совет, приходи ко мне. Если примешь решение родиться в новом теле, и это не будет проблемой. Быть хранителем тяжело, ты будешь чувствовать чужую боль постоянно, но оно того стоит. Но если устанешь, если вдруг не сможешь – можешь вернуться в любой момент, достаточно только пожелать этого. Ты свободна, абсолютно. Я улыбнулась, закрыла глаза и… Вспомнить Всё Глава 2 Демон
Ночь. Звезды. Крыши домов. Чьи-то души мечутся внизу, пока я медленно пролетаю над спящим городом. Кто-то видит счастливые сны, кто-то кошмары. Кто-то развлекается в ночном баре, напивается. Проигрывает в карты. Кто-то любит кого-то в темной спальне. А вот кричит младенец. Ему больно. Я спускаюсь, и вот я уже внутри. Мать укачивает малыша, по ее щекам текут слезы, ее душа кричит о боли. Мальчик болен. Это несложно. Я мягко подлетаю и нежно провожу ладонью по лбу ребенка. Мать не может меня ни увидеть, ни почувствовать. Я чистое воплощение души, у меня нет тела, хотя я его вижу и чувствую. Но на это способны только я и мне подобные. Малыш затихает и смотрит на меня голубыми глазами. Уходя, я слышу за спиной. - Ему лучше? - Да, температура упала. - Хорошо. Кризис позади. Девушка идет по темному переулку. Она не видит, но впереди ее ждут четверо молодых людей, которым она отказала в баре несколько часов назад. Я спускаюсь и порывом ветра шепчу ей в ухо: - Остановись. Иди назад. Девушка замирает, а затем, повинуясь шестому чувству, поворачивает на соседнюю улицу. Этот случай более сложный, потому что мужчины решают последовать за девушкой. Слышны все их мысли, я обращаюсь к лидеру. Выуживая самые светлые его воспоминания, я даю ему почувствовать снова любовь, счастье, легкость. Я дарю ему то, что он давно уже не ощущал. Он удивленно останавливается. - Что? – спрашивают остальные. - Не знаю… Странное чувство. - Какое? – ухмыляется самый несимпатичный. - Что, передумал? Давай же, повеселимся! Я чувствую сомнения главаря и все силы трачу, вновь и вновь взывая к его воспоминаниям. Мама… Первая любовь… Первый поцелуй… Любимая кошка… - Да ну ее, - говорит главный. - В баре полно согласных девушек! Чего гоняться за одной – найдем четырех! Все они хохочут и поворачивают назад. А я опустошенно опускаюсь на холодный бетон. Такие случаи отнимают много сил. Голова начинает болеть, меня трясет. Это пройдет, я просто сижу. Жду. «Я должен сделать это, у меня нет выхода.» «Сколько таблеток мне съесть? Хватит ли пачки или нужно больше? А может взять нож? Или пойти и прямо сейчас купить пистолет?» Я слышу мысли за стеной. Человек хочет совершить самоубийство. Это печально. Такие люди обычно неплохие, но, решив сами прервать свою жизнь, они попадают в ад. «Сделай же это наконец!» - я слышу раздраженный нетерпеливый шепот, а не мысли. Я вздрагиваю. Это не человек – человек за стеной один. Кто же это? Я пытаюсь почувствовать его – его душу – но меня словно обжигает огнем. Волосы понимаются на моей голове. Демон. Там демон. «Я не хочу умирать», - плачет человек. «Реши уже что-нибудь», - все так же раздраженно шепчет демон. Обычно наши два мира не пересекаются. Только в особых случаях, но это бывает редко, и тут уже вступают в борьбу за душу другие Ангелы-Хранители, не такие рядовые, как я. Мама Лаурэлия советовала обходить демонов стороной. И это было правильным – встреча с демоном, черной душой, всегда причиняет много боли. Но этот демон… странный. Почему он не внушит смертному умереть, он же может? Я снова аккуратно прикоснулась к темной душе демона… хотя все мое существо воспротивилось. И снова меня обожгло… Злостью? Досадой?... И отвращением… как странно… Демон, которому противна его работа. Любопытство вспыхнуло во мне с такой силой, что я сразу очутилась внутри за этой стеной. Мужчина в толстых роговых очках сидел на полу, пересыпая из одной руки в другую горсть таблеток. Он не мог решиться. Он думал о девушке, которая отвергла его… потому что он некрасив. До чего же ничтожная причина умереть! Я фыркнула, и мое дыхание долетело до его души, исцеляя ее. «Ах, какой же я идиот!» - мужчина тут же отбросил таблетки и встал: - «Из-за какой-то бабы! – ворчал он, уходя в двери. - Да я найду себе другую! Его сердцебиение затихло вдали, и я улыбнулась, радуясь, что спасла его душу. Он был хорошим, он не заслужил путевку в ад. И только тогда я опомнилась. В страхе я обернулась и посмотрела на того, кому только что перебежала дорогу… Он стоял у стены – черные крылья сложены за спиной, вся поза говорит о крайнем напряжении, тело немного наклонено вперед, прямо на меня. Я знала, что он физически ничего не может сделать мне – ведь мы оба, по сути, мертвы. Но он мог причинить боль, если бы захотел. Демоны на это способны. Его черная душа может обжечь мою, лишив сил на многие дни. Правда, себе он этим причинит столько же боли – так уж устроен наш мир. Поэтому гораздо лучше нам не встречаться друг с другом. Так я считала. Кто знает, о чем думает демон? Может, он захочет отомстить. Его наклоненное вперед тело говорило о том, что как раз это он и собирается сделать. Ужас сковал меня, я взглянула в его глаза, умирая от страха. Смешно – ведь я могла пожелать исчезнуть в любой момент! Но все же я стояла и смотрела, словно приросла к месту. Все дело было в его глазах. Я задохнулась, увидев их. Они полыхали красным дьявольским огнем и были устремлены прямо на меня – казалось, они прожигают насквозь. Воздух между нами заколебался, словно демона объяло пламя, едва я на него взглянула. Он подался еще немного вперед, его рот открылся, будто он испуган. Демон испуган? И снова любопытство обожгло меня, как и пламя его души минуту назад. Жаль, мысли демонов мы услышать не в силах… Что-то было в нем… завораживающее. Новое для меня. Снова я легонько коснулась его души, но жаркое эхо его боли в ту же секунду отбросило меня назад. Демону больно? Так бывает? - Кто ты? – не удержалась я. Хотя знала, что должна уйти как можно быстрее. - Я? – Его лицо выразило недоумение. Его голос был подобен металлическому скрежету, причинив боль моим ушам. Он был удивлен, что я задаю ему вопрос? Что ж, я и сама не понимала, зачем. Какой смысл нам разговаривать? Тогда почему он тоже не уходит? Любопытство вспыхнуло снова – я не могу прочитать его мысли, зато я могу почувствовать состояние его души. Это болезненно, но интересно. Осторожно я коснулась его, издалека… и ахнула. Голова закружилась, и я упала на колени, хватая ртом воздух. - Что с тобой? – Голос звучал в моих ушах издалека, стуча в висках. Мне показалось, или я услышала нотки тревоги? Демон беспокоится обо мне? - Ты… странный, - выдавила я, поднимаясь. Он внезапно рассмеялся. Жутковатый смех, темный. Я вновь посмотрела на него. Как можно смеяться одними только уголками губ? Его лицо было ужасным – маской зла. Он смеялся без улыбки. Зловещий хохот. Наверное, мне лучше уйти. - Почему ты смеешься? – потребовала я вместо этого. Его губы сложились вместе, он испытующе смотрел на меня, нахмурив брови, словно пытался прочесть мои мысли. Хорошо, что это невозможно. - Почему я странный? - наконец спросил он вместо ответа на мой вопрос, снова прожигая меня своим дьявольским взглядом. Я махнула рукой в сторону двери и объяснила: - Ты отпустил его… - Ах, это… - Демон опустил глаза и стал смотреть на свои ноги. Мне сразу стало легче, и я рискнула вновь коснуться его души. - Ах! – Это было и впрямь болезненно, но слабее, чем в прошлый раз. - Что? – С теми же необъяснимыми тревожными нотками проскрипел он. - Почему тебе больно? – спросила я его. - Разве ты не должен быть безжалостным и злым? Ненавидеть всех? - Должен, - он ответил это так тихо, так беспредельно печально, что я вдруг почувствовала острую необходимость утешить его, как будто он человек. Я даже невольно сделала шаг вперед, моя душа потянулась к нему… Будто огонь прошел сквозь меня, ослепив на секунду. Охнув, я отшатнулась, прикрыв глаза рукой. - Почему ты все время это делаешь? – напряженным голосом спросил он. - Что? - Вскрикиваешь? Я задумалась, как бы ему ответить. Вряд ли ему понравится, если я скажу, что пыталась влезть к нему в душу, в прямом смысле слова. - Ты… обжигаешь меня, - призналась я. Он вдруг снова расхохотался. - Надо же, - пробормотал он себе под нос, - какая ирония. - Почему ты все время смеешься? – мне захотелось топнуть ногой, как пятилетней девочке. Он все время уклонялся от ответа! - Радуюсь, - кратко ответил он. Демоны умеют радоваться? - Чему? – изумилась я, он был и в самом деле очень странный. - Ты же упустил свою душу! - Это… теперь неважно, - его лицо внезапно, и правда, повеселело. Дьявольские черты исчезли, только глаза продолжали гореть, как будто в нем самом, внутри, полыхал огонь. Мы долго молчали, изучающе глядя друг на друга. Он казался теперь спокойным, почти умиротворенным. Воздух вокруг него перестал колебаться, глаза потускнели и едва мерцали. Очень осторожно я вновь коснулась его. Мое любопытство меня когда-нибудь погубит! Неужели я и человеком была такая же – безрассудная и чрезмерно любопытная? Может, это и привело меня к смерти в столь юном возрасте? Ух ты. Я нащупала что-то новое. Демон тоже испытывал любопытство. На этот раз жар был терпимым, и я легко проникла сквозь него. Демон поморщился и передвинулся, словно ему не комфортно. Может, он чувствует мои попытки прощупать его? - Как ты… стала такой? – прошелестел он вдруг. На этот раз даже его голос не резанул уши. Я с досадой дернула плечами. - Не помню. Вот теперь меня ударило болью. Я поспешно отшатнулась подальше, теперь без криков. - Почему? Надо же, какой заинтересованный. Никогда не думала, что буду вот так просто стоять и болтать с демоном. Почти врагом. Но он не казался врагом! Он был… несчастный. Я и раньше встречала демонов, но никогда не приближалась так близко. От них всегда веяло самыми ужасными чувствами – злостью, ненавистью, жестокостью, похотью… Находиться рядом было невыносимо. Но тут… Такое ощущение, что он не на своем месте. Словно закралась некая ошибка. Как еще объяснить, что мне вдруг захотелось помочь ему? Ангел мог бы спасти демона? Вылечить его черную душу? Или это невозможно? Я вспомнила о маме Лаурэлии – может, пришло время получить совет? - Вам что, стирают память? – вдруг догадался демон. Я вздохнула. - Это называется «забвение». Он вдруг нахмурился: - Ты что же, недовольна этим? - Нет, - я поджала губы. - Ты хотела бы помнить… - выдохнул он не вопросительно, а утвердительно, немного удивленно, со странным выражением лица. Его взгляд вдруг вновь стал обжигающим, а крылья судорожно дернулись. Он резко шагнул вперед, протягивая руку так, словно собирается дотронуться до меня. Огонь. Это был настоящий огонь! Пламя внутри меня, пламя снаружи. Нечем дышать. Я закричала, закрываясь руками, и в следующий миг я уже была на знакомой скамейке у сияющего пруда.

Вспомнить Всё Глава 3 Чистилище

Если и существует хоть какой-то способ искупить мои грехи, то я его , определенно, упустил. В другой жизни. Той, которую я никогда не забуду. Память – это еще одна пытка, с помощью которой боль, которую я испытываю постоянно, усиливается. День за днем, час за часом, мучающие воспоминания полоскали мое сознание, превращая его в котел с кипящим маслом. Первый обман, когда я ребенком стащил у матери ее конфеты и съел их. Смешно. Уже не больно. Упрямство, непослушание, ссоры с родителями, первые, но далеко не последние слезы матери – терпимо. Желание уйти из дома, глаза отца, полные страха и боли - печально. Все мельчайшие неосторожные слова, задевшие и ранившие когда-либо моих друзей и даже случайных знакомых... Любые недостойные мысли, посещавшие голову за годы существования... Казалось, при жизни во мне бушевали только лишь самые порочные качества, которые бывают у людей - жадность, хитрость, тщеславие, жестокость... А затем. Убийство. Одно за другим. Я вижу лица всех своих жертв, я помню все их мысли в тот момент – они проходят сквозь меня, испепеляя мой разум. Десятилетия существования в образе хищника. Вампира. Люди - мусор. Пища. Очень больно. Воровство. Обман. Гордыня. Высокомерие. Ненависть. Презрение. Тысячи причин, чтобы гореть сейчас в адском пламени. И, наконец, самоубийство. Поэтому я здесь. Я не помнил, почему, по какой причине стал таким чудовищем, но помнил, что был им. Нет ни одного хорошего воспоминания, а значит, мне нечем оправдать свои поступки. Да я и не хочу этого. Я заслужил возмездие. Я ненавижу себя. Все вокруг не имеет смысла. И я ненавижу и это тоже. Я все время что-то ненавижу. Себя. Просто свою боль. Причину, по которой я здесь. Всех, кто здесь рядом со мной. Всех, кто смог уйти. Саму возможность уйти. Она есть. Но мне не нравится цена. Души. Я могу уйти в любой момент и облегчить свою боль, если приведу сюда человеческие души. Я Демон. И мне это подвластно. Но я не хочу этого. Хотя… какой смысл. Ведь от того, что я сижу здесь и мучаю себя, мое положение не изменится – я так и буду сгорать в агонии, и ничто не способно помочь, кроме… - Все сидишь? – насмешливый голос за моей спиной, но я даже не вздрогнул, хотя его присутствие тут же скрутило меня так, что я с трудом не согнулся пополам. - И молчишь… - проворчал голос. – Это тебе не поможет. Я знаю, промолчал я. - Если ты думаешь, что заслужишь этим отпущение, ты ошибаешься. Я знаю, промолчал я. Черный ангел медленно обошел вокруг меня, задев крылом. Ненависть и ожесточение вскипели во мне в тот же миг. Может, он и прав. Хотя я и знал, что это не мои чувства, а внушенные им, мне стало легче. - Тебе не нужно даже ничего делать, - вкрадчиво внушал собеседник, обжигая взглядом горящих глаз, проникая в сердцевину моего разума - вытаскивая из его недр самые отчаянные воспоминания. - Только постоять рядом. Твое присутствие само все сделает за тебя. Твоя черная душа повлияет на них – сделает злыми, или жестокими, или развратными, или азартными… или склонными к суициду. Только постоять рядом - и дело в шляпе. Я усмехнулся, заражаясь внушенной им злобой, наполняясь ядом ненависти и уверенностью в правильности всего того, что он предлагает. - Разве у нас есть душа? – съязвил я, мечтая отречь навязанные порочные мысли, похоронить гнетущие воспоминая и избавиться от постоянной боли. Он рассмеялся. - Считай это метафорой. Ну так что? - Все мои воспоминания внезапно усилились, боль полыхнула сильнее, затопила меня, стала нестерпимой. - Разве ты не хочешь прекратить это? - Хочу, - прохрипел я, дрожа и сжимая кулаки, стискивая зубы, но все равно сгорая заживо. И не было конца и края этой безбрежной боли и агонии. - Ну так иди и сделай это! Мое тело тряслось как в лихорадке, каждая мышца пульсировала, боль вспарывала вены и заставляла кровь в них вскипать. Воспоминания душили, рвали мое сознание. Кругом смерть, кругом ад… - В этом нет смысла, - нашептывал голос издалека, отравляя меня изнутри, проникая во все уголки сознания. - Ты ведь убивал и раньше, - натянутой струной звенел голос, - нет смысла сопротивляться. – Лица умирающих от моей руки сменялись с быстротой калейдоскопа. Вокруг меня было пламя – моя кожа горела, я вдыхал огонь, я наполнялся им, умирая снова и снова. Желая умереть. Но я не мог умереть, я уже был мертв. Теперь я навечно заперт в этом месте - это расплата за все мои прошлые ошибки. Нет выхода. Кроме одного... Уступить. Перестать противиться судьбе. - Ты можешь быть свободным, если захочешь, - гипнотизировал голос. И вот оно - самое болезненное мое воспоминание. То, которое почти невозможно вытерпеть. Широко распахнутые шоколадные глаза главной моей жертвы. Девушка, невинная душа, которую я погубил. Соблазнил, а затем растоптал ее чувства ко мне. Привел за собой, сюда. Причина, по которой я здесь. Белла. Прыгающая и летящая, тонущая и умирающая, умоляющая, зовущая и не находящая ответа... Я закричал, желая прекратить это. Я сдался.

Вспомнить Всё Глава 4 Ангел

Все действительно оказалось проще некуда. Просто постоять рядом. Как славно. БЫЛО БЫ славно, если бы не вызывало во мне такого стойкого отвращения. Я был никудышным демоном. Я не хотел ничьей смерти. Но это словно наркотик. Уничтоженная душа – противоядие от боли. На время. Всего лишь постоять рядом… Нет смысла сопротивляться… Все равно нет смысла ни в чем вокруг. Люди умирают, мучают друг друга, убивают, обманывают во всем мире и без моей помощи. Так что мы просто помогаем друг другу: я им – получить желаемое, они мне – облегчить боль. Постепенно я привык. И я стал этим наркоманом. Мое бестелесное тело свободно двигалось сквозь стены домов, выискивая жертву. Я мог бы воспользоваться крыльями, но у земли как-то было привычнее. Обычно я искал легкую добычу – ту, которая на грани – и только подталкивал к поступку. Убийцы, насильники, шулера, воры… Так было проще - так мне было легче договориться со своей совестью. Они получали то, что заслуживали - я получал свой наркотик. Меня утраивало, что я не трогаю невинных. Слишком болезненными были воспоминания о загубленной мною душе девушки с шоколадными глазами. Я не желал делать этого снова . Стало быть, я был никудышным демоном. Сегодня была трудная ночь. Часом раньше я нашел в баре четверых мужчин – они злились на проститутку, отказавшуюся спать со всеми четырьмя сразу. Идеальный случай. Осталось только внушить им нужные мысли – и пятеро у меня в кармане. И ни одной чистой души. Но что-то пошло не так. Что-то помешало им осуществить задуманное, и они вернулись ни с чем. Моя боль была уже такой нестерпимой, что сводило зубы. И я решился на отчаянные меры. Я опускался все ниже – скоро ради дозы противоядия я начну убивать непорочных? Может, пока не поздно, мне стоило вернуться в ад и предаться своей агонии? О чем это я? Демон, которого мучает совесть… Нелепость. Полнейший абсурд. Я решительно проник в комнату. Человек – немолодой мужчина с удивительно отталкивающей внешностью – страдал от неразделенной любви. Это что-то напомнило мне… Мне захотелось уйти, отпустить его. Но выбирать было не из чего, если не самоубийца, то неизвестно кто будет следующим. Этот – меньшее зло. Я почувствовал, как моя безысходность, отчаяние передаются ему, делают его душу хрупкой - как хрустальный бокал, когда в нем появляются трещины. Как чернота моей души выжигает все светлое в нем, и его решимость жить слабеет. Человек обхватил себя руками и начал постанывать. Ему было больно – ему хватало и своей боли, но моя усиливала ее еще больше. Однако он обладал удивительным жизнелюбием – его душа не была порочной, она сопротивлялась. - Сделай же это уже наконец! – прошипел я в ярости. Мне надоело ждать. «Я не хочу умирать», - стонал он мысленно, но он был уже близок, почти готов. - Реши уже что-нибудь! - Внезапно я отступил, устало закрыв глаза и пустив все на самотек. Мне стало все равно. Пусть живет, если сможет уйти. Я почувствовал холодный ветерок, и тут же словно тысячи маленьких осколков льда легонько кольнули меня. Что за черт? - Какой же я идиот, - пробормотал мужчина, поднимаясь и отбрасывая таблетки, которыми собирался отравить себя. Надо же, какая внезапная перемена, а я-то думал, он уже на крючке… Я резко раскрыл глаза, только чтобы увидеть, как жертва уходит. Какое-то движение справа – и я снова ощутил холодок. Мои глаза уловили неяркое свечение, я повернул голову. Что бы это ни было, я не слышал его мыслей. Это не был человек. Девушка. Задумчиво, чуть улыбаясь, она смотрела вслед несостоявшемуся самоубийце… Белые крылья за ее спиной были расправлены и мягко покачивались туда-сюда, туда-сюда, в такт дыханию. Но не это заворожило меня. Ее лицо… Невольно я подался вперед, желая разглядеть получше, не веря глазам своим. Холод сковал мое тело, пригвоздив к месту, как будто девушку окружало невидимое, но ощутимое защитное поле. Маленькие осколки продолжали впиваться, не пуская вперед. И тут она посмотрела на меня. Я почувствовал ее страх. Я почувствовал свою боль. Мир перевернулся. Словно в этот миг я вернулся назад во времени, и воспоминания беспощадным огнем окружили меня. Казалось, я стою посреди пламени, и оно лижет меня, не отпуская. Никакое противоядие не спасет от этого. Сама причина моего нахождения здесь передо мной. Главный смысл моего потерянного прошлого. Моя жизнь. Моя смерть. Моя вина. Белла. Не человек. Ангел.

Вспомнить Всё Глава 5 В ее смерти нет моей вины

Она была прекрасна. Такая чистая, невесомая, воздушная и сияющая. Волосы, как и прежде, были каштановыми, а вот глаза голубыми. Бездонными озерами блистали они, но это не помешало мне вспомнить, с выражением какой безграничной любви они смотрели на меня когда-то – в той жизни. Память хранила и иное – безбрежный океан боли, плескающийся в них, когда я оставил ее в лесу, растоптав чувства. Мое самое мучительное воспоминание. Худшая кара. Боль обволакивала меня, окружая со всех сторон, я едва мог дышать. Чрезвычайно важным показалось мне вдруг, что она непременно должна узнать меня. Какой в этом смысл? Что она почувствует, когда память воскресит наш последний с ней разговор? Ненависть? Отвращение? Ангелы способны испытывать это к тому, кто ответил предательством на их любовь? А может, она простит меня? Может, если она узнает, что я раскаиваюсь, что глубоко сожалею о содеянном и расплачиваюсь за ошибку - она сможет простить меня? Ну хоть немножко... Мой рот открылся, когда она отшатнулась – я испугался, что она исчезнет, так и не успев вспомнить меня. Но она не исчезла. Почему-то. Ее глаза продолжали исследовать мое лицо, и я ждал. - Кто ты? - наконец спросила она. - Я? – И все, мой язык прирос к небу. Она не вспомнила меня. Наверное, это правильно. Наверное, это еще одна форма пытки для меня. На что я рассчитывал? Удивительно, что мы вообще повстречались. Только становилось все больнее. Что-то кольцами свивалось вокруг моего горла и душило… Что-то непрерывно хлестало со всех сторон. Огонь. Да еще эти невесть откуда взявшиеся осколки льда, пронизывающие все мое тело… Белла вдруг снова громко охнула и упала на колени, хватая ртом воздух. В ней было нечто уязвимое в этот момент, такое… трогательное. Во мне проснулось какое-то забытое чувство из прошлой жизни, которое явно было неуместным для такого, как я. - Что с тобой? – я хотел подойти, но это было невозможно, словно глухая стена льда стояла между нами, она обжигала ничуть не мягче, чем мой собственный огонь. - Ты… странный, - выдавила она, поднимаясь. Ее глаза были влажными, будто она собирается заплакать. В них было… сострадание? Видимо, так и положено ангелу. И вдруг я осознал, что это значит. В ее смерти нет моей вины. По крайней мере, прямой вины. Она не ПОКОНЧИЛА с собой. Она не попала в ад. Я не губил ее чистую душу! Облегчение пришло ко мне впервые за неизвестный отрезок времени. Сколько я сгорал в этом адском пекле вины и боли, сколько мучился и ненавидел себя? А сейчас я вдруг чувствовал себя удивительно легким – настолько освобожденным, что даже расхохотался. - Почему ты смеешься? – ее голос был таким же требовательным, каким я его помнил. Хотя нет. До этого я не помнил – но сейчас вспомнил! Я испытующе уставился на нее, пытаясь воскресить момент, когда она в прошлой жизни разговаривала так же требовательно со мной. Почему в моей памяти пусто? Разве не полагается демону помнить абсолютно ВСЮ свою никчемную жизнь, чтобы ему было побольнее? - Почему я странный? – поинтересовался я, удивляясь, что она до сих пор здесь. Если она не помнит меня, почему не убегает с криками ужаса? Мы, вроде, идем против правил, разговаривая сейчас. - Ты отпустил его… - объяснила она, махнув рукой в сторону двери. - Ах, это… - неопределенно ответил я, буравя глазами носки ботинок. Надо же, она такая же внимательная, как и раньше. Я подумал так и вздрогнул. Откуда я это знаю? Или я придумал это сам? - Ах! – она резко выдохнула, как будто что-то причинило ей боль. - Что? – я смотрел, как она скорчилась, обхватив себя руками. Ее крылья сжались и дрожали. - Почему тебе больно? – спросила она удивленно. - Разве ты не должен быть безжалостным и злым? Ненавидеть всех? Я задумался. А разве я не такой? Ну, разве что немножко странный… Совсем чуть-чуть. Я саркастически усмехнулся про себя. Я был убийцей в прошлой жизни, я убийца сейчас, я должен быть таким, как она говорит. - Должен, - подтвердил я неуверенно. Действительно ли мне теперь нужно быть таким? Может, я смогу обойтись без противоядия? Белые крылья ангела вздрогнули и расправились. Она все с тем же удивительным интересом разглядывала меня. Ее красивые глаза стали влажными и печальными. Она протянула руку, будто хотела коснуться меня, и сделала шаг вперед. Ледяное дуновение всколыхнуло воздух вокруг, наполнило меня так, что заломило кости. В ту же секунду ангел вскрикнула и отшатнулась, прикрыв глаза рукой, словно защищаясь… от меня? - Почему ты все время делаешь это? – напряженно спросил я, непроизвольно дергаясь вперед. - Что? - Вскрикиваешь? Немножко подумав, она ответила: - Ты… обжигаешь меня. Я, наконец, связал все воедино. Вокруг меня колебался воздух – пламя. Вокруг нее мерцало свечение – холод? Так вот что я чувствовал. Ледяные осколки – колючие и острые - вонзались во все мои клетки. Она пыталась подойти? Словно стена льда остановила меня, когда я сделал шаг вперед. Забавно, я помнил, что в прошлой жизни все было наоборот. Я был вампиром, холодным и твердым, а она человеком, горячей из-за бегущей в ее жилах крови. Теперь мы словно поменялись местами… - Надо же… - пробормотал я, смеясь и качая головой, - какая ирония. Мы снова были противоположностями, даже здесь, за пределами мира. Хуже – мы были полярностями. Как небо и земля, север и юг, добро и зло. Сильнее различий и быть не могло. Мы словно магниты, повернутые друг к другу полюсами таким образом, что не могли даже приблизиться друг к другу. Сами силы природы восставали против этого – нас просто расталкивало в стороны. Удивительно, что мы вообще стоим тут и разговариваем. - Почему ты все время смеешься? – мне показалось, или она хотела топнуть ногой, как пятилетняя девочка? Ее брови сдвинулись, голубые глаза потемнели. Ангел может сердиться? Она была похожа на слегка разъяренного ангела. Всего лишь чуть-чуть. Я попробовал прочесть ее мысли, чтобы понять, о чем она думает... и не смог. Интересно, этот дар она унаследовала из своей человеческой жизни? Или просто демонам туда доступ запрещен? Глядя на нее, такую красивую, стоящую передо мной, я вдруг ощутил, что боль отступает. Я чувствовал… счастье? Умиротворение? Кто знает, может, рядом с ангелом и положено это чувствовать? Но белые крылья за ее спиной действовали как лекарство, исцеляя какую-то важную часть меня. - Радуюсь, - ответил я, улыбаясь. Это слово недостаточно сильно передавало, что я чувствую. До сих пор я считал, что ее чистая невинная душа попала в ад по моей вине. Сейчас с моих плеч свалился огромный и непереносимо тяжелый груз. - Чему?! – не унималась она, так похожая на себя в прошлом, - Ты же упустил свою душу! - Это… теперь не важно, - внезапно меня это развеселило. Больше не будет боли. По крайней мере, как прежде. Все остальное я выдержу. Черт возьми, может, я вернусь и заслужу искупление. Это возможно? Мы довольно долго молчали, а я купался в своем освобождении. Голубые глаза изучали меня все с тем же необъяснимым любопытством. Холодное дуновение вновь достигло меня, но теперь не застало врасплох. Мягкое, осторожное касание. Ее глаза сузились. Она немного склонила голову, недоверчиво и удивленно вскинула брови. Интересно, куда это все зайдет? Я ждал, не сопротивляясь. И вдруг холодок перестал быть осторожным – словно ледяной нож с зазубренными краями вошел глубоко в мое сердце. Я скривился, невольно дергаясь в сторону, пытаясь избежать боли. Но разве ангелы могут причинять вред? Я не верил в это. Нож медленно поворачивался, словно нащупывая, где посильнее ужалить. Я позволил ей это – я испытывал боль и похуже. - Как ты… стала такой? – полюбопытствовал я, стараясь игнорировать стужу внутри себя. Если она не покончила с собой, то было бы интересно узнать, как она попала сюда. Ее лицо наморщилось, точеные плечи дернулись, выражая досаду. - Не помню. Ее лицо стало таким несчастным, что у меня словно бы выбили почву под ногами. Разве не положено ангелу радоваться своему положению? Я бы отдел все, лишь бы забыть терзающие меня ужасные воспоминания. - Почему? – вопросил я. Почему не помнит? Почему ей это не нравится? Она долго подбирала слова. Впав в задумчивость, она бросала на меня оценивающие взгляды. - Вам что, стирают память? – подтолкнул я ее к ответу. - Это называется «забвение», - последнее слово было произнесено с явной издевкой, почти с раздражением. Разве ангелу положено чувствовать нечто подобное? - Ты не довольна этим? – Я нахмурился, пытаясь понять ее. Может, мне все показалось? Она несчастна? Ее душа не обрела покоя? - Нет, - она упрямо сжала губы, совсем как раньше… И… я ничего не мог поделать с собой – надежда вспыхнула во мне ярким пламенем. - Ты хотела бы помнить! – выдохнул я прежде, чем сообразил, что творю. Желание рассказать ей правду во что бы то не стало загорелось во мне. Разделить с ней свою память. Облегчить свой груз еще больше. Она хочет знать, я могу рассказать – что может быть заманчивее? Что-то повлекло меня к ней прежде, чем я задумался, что это значит. Это был непроизвольный порыв отчаяния – я резко шагнул вперед, протягивая руку. Как глупо! Ледяная стена рассыпалась под напором моего плеча, я словно нырнул в ледяную воду, сводящую мышцы, не дающую дышать. В тот же миг ангел скорчилась на полу и душераздирающе закричала. Ей больно? Я остановился, физически ощущая ее сопротивление, ее боль, и протянул руку в примирительном жесте. - Я могу помочь, - объяснил я охрипшим от вины голосом. - Помочь вспомнить! – закончил я, но уже в пустоту. Ее уже не было. Она исчезла. Она покинула меня.

Вспомнить Всё Глава 6 Упрямая

- Что случилось? – в голосе мамы слышалось настоящее беспокойство, когда она подошла и села рядом со мной. Ее присутствие подействовало как всегда умиротворяющее. Было странное ощущение – будто тот мир, где я была минуту назад, подернулся пленкой, стал мутным, исчезающим. Забвение. Еще немного – и я забуду, что случилось. Я вскочила на ноги и отшатнулась от Лаурэлии подальше. Я не хотела забывать! - Что такое, милая? – она удивленно смотрела на меня, и ее голос действовал так же, как и ее присутствие. Само это место, казалось, заставляет успокоиться, забыться. Веселиться. Ни о чем не думать. - Мне нужен совет, - я отчаянно трясла головой, стараясь избавиться от наваждения. - Конечно, дорогая. Спрашивай, - мама мягко сложила руки на коленях – вся внимание и покорность. Даже ее жесты, казалось, успокаивают, обволакивают сознание. Я зажмурилась, неистово сопротивляясь. - Сложный случай? - уточнила Лаурэлия. - Да, - я открыла глаза. Почти в норме. – Скажи мне, можно ли спасти… демона? - Ох! – мама покачала головой в искреннем сочувствии. – Вряд ли, милая. И это точно не в твоей компетенции. - Но я хочу, - я стала ходить взад-вперед, чтобы сохранить ускользающую сосредоточенность. – Он… не такой, как другие. - Ох, милая, демоны коварны. Они могут притвориться кем угодно. Для них ангелы – трудная, но самая желанная добыча. Падший ангел – что может быть заманчивее? Ты и моргнуть не успеешь, как окажешься под его властью – будешь думать, что помогаешь ему, а он в это время будет пить твою душу, пользоваться тобой для собственного удовольствия. Я замотала головой. Мне было неприятно слышать это. - Он не такой, - упрямо заявила я. – Я была рядом, я разговаривала с ним, прощупывала его, но он ни разу не сделал того же. Он не тронул меня. И… в нем столько боли! Мне кажется – он просто заблудшая душа. Не на своем месте. Мама Лаурэлия смотрела на меня потрясенно, прижав ладошку к груди. - Разговаривала? – выдохнула она. – Прощупывала? - Ну да. Это было… неприятно. - Еще бы, - пробормотала мама, качая головой. - Но потом он впустил меня. Он не сопротивлялся. Он дал мне узнать его! - Ох, ну, это еще больше говорит о том, что он охотник. Втирается в доверие, а потом ты и не заметишь, как окажешься у него на крючке. Не надо, милая, не ввязывайся в это. Твоих сил недостаточно, чтобы спасти такого. - Хочешь сказать, что это в принципе возможно? Такое случалось?! - Это великая честь, - заговорила мама шепотом, - обратить демона. Заставить его пойти против природы. Спасти темную безнадежную душу. Это невероятно сложно и крайне опасно. В равной степени ты можешь и сама пострадать. - Я хочу попробовать, - надежда вдруг вспыхнула во мне. Он был такой необычный, такой печальный. Он словно кричал, что нуждается в моей помощи. Разве могла я бросить его, если он в беде? - Ты погубишь себя. Милая, это того не стоит. - Но я хочу, - на этот раз я и вправду топнула ногой. - А ты упрямая, - улыбнулась мама. - Да, - согласилась я, а затем с любопытством поинтересовалась: - Я такая же была человеком? - Не бери в голову, - отмахнулась Лаурэлия, и я в очередной раз убедилась, что мне никто не собирался ничего рассказывать. - Ну что ж, тогда желаю удачи. И советую быть осторожной. Она посмотрела на меня внимательно, словно оценивая, точно ли стоит мне доверить такое. Я кивнула, уверенно и решительно. - Расскажи мне об этом, - теперь я сама села рядом, готовая слушать. Взгляд мамы стал грустным, словно она хотела бы уберечь меня, но смирилась с тем, что не может защитить. Она покачала головой, читая в мыслях мою решимость, и вздохнула: - Вот, что тебе нужно знать. Его имя, его историю. Если он захочет поделиться, конечно. Ты поймешь, в какую сторону действовать, как только узнаешь его вину. Но учти – работа с демоном опустошает. Не давай ему приближаться к тебе, касаться ментально. Это будет изматывать вас обоих и принесет тебе много боли. Делай перерывы, чтобы набраться сил, не приближайся к нему, когда ты слаба. Все станет легче, когда ты нащупаешь то, ради чего он захочет измениться. И будь готова к тому, что это будет двойная игра – он тоже будет изучать тебя, искать слабые места, чтобы перетянуть на свою сторону. Ни в коем случае не давай ему прикоснуться к тебе физически – чем вы ближе друг к другу, тем он сильнее, потому что он будет питаться твоими силами, разрушать тебя. Это твое слабое место – ты можешь подарить ему забвение, и он будет использовать тебя, чтобы получать его снова и снова. Он же может отдать взамен только свою боль. Несправедливый обмен, правда? – Она горько, сочувственно улыбнулась. – Но ты тоже кое в чем защищена. Если станет тяжело, ты можешь исчезнуть в любой миг, и он не сможет найти тебя. - А как Я найду его? - О, ну в этом нет ничего сложного, все, как и обычно. Только пожелай. - Хочешь сказать, я могу его найти всегда и везде, а он меня никогда? - Да, именно так. На расстоянии сильнее ты, вблизи его сила возрастает. Я сидела, задумавшись. Вспоминала его горящие, полные беспредельного горя глаза. Его смех не к месту, словно над собой. Его любопытство и его боль. Отвращение к тому, что он делает. Это было так странно… то, как он отпустил того мужчину… - Ох, он уступил тебе душу! – выдохнула мама Лаурэлия изумленно. Я и забыла, что она читает все мои мысли! - Да. Это ведь хороший признак, верно? - Не знаю, - медленно качала мама головой. - Возможно, если это не уловка. Тебе нужно обязательно узнать его историю! Первым делом. - А он помнит? – удивилась я. - О, да, он помнит! – мама широко улыбнулась, словно это замечание принесло ей тайное удовлетворение. Как же несправедливо – почему он помнит, а я нет? - Какая же ты упрямица! – теперь мама тепло смотрела на меня. – Помнить – больно. Уверяю тебя, он мечтает забыть. Но не может, в этом его наказание. А тебе даровано забвение. Это счастье, ты заслужила его. Почему ты не хочешь пользоваться своей привилегией? - Я не знаю, - пожала я плечами. – Это беспокоит меня. Мне кажется, без этого все вокруг… незавершенное. Словно мне не хватает последнего штриха для полной картинки. Я не люблю тайны. Мама только качала и качала головой, улыбаясь. Напрасно я надеялась, что она уступит после моего признания и расскажет хоть что-нибудь. - Поверь, это – благо. Смирись. - А что мне остается? – недовольно поджала я губы, решительно закрыла глаза... и через миг уже была в той же самой комнате, где повстречала того странного демона. Его, конечно, не было. Меня это не удивило, хотя и раздосадовало. Почему-то мне казалось, что он должен меня дождаться. Странное чувство… обиды? Ангелы могут обижаться? Ну ладно, мама говорила, для меня это просто. Я закрыла глаза и снова открыла – ничего не изменилось. Я была все в той же комнате. Одна. Это не сработало. Я снова закрыла глаза, сконцентрировавшись на воспоминании его лица... Ничего. Я не сдавалась. Снова и снова я пыталась найти его – безрезультатно. Как же так? Где он прячется? День за днем, ночь за ночью я пролетала над городом в поисках его черной души, но не было ответа. Человеческие страдания манили меня, кричали о помощи, а я, как одержимая, металась в поисках демона. Ненормальная. - Ты сказала, это легко! – возмутилась я, заглянув к Лаурэлии за советом. - Не переживай так, милая, - успокоила она меня. - Значит, он вернулся в свою обитель. Пока он там, он недосягаем. - Но что тогда делать?! Мама смотрела, сочувствуя всем сердцем, пытаясь окутать меня теплом и уютом, но я нетерпеливо отмахнулась. - Ждать, - наконец промолвила она смиренно. – Когда-нибудь он выйдет. Наверное. - Ох, - только и буркнула я, поджимая губы. Я вернулась к своей работе. Я больше не могла игнорировать жаждущие души – я вновь помогала нуждающимся. День за днем, ночь за ночью. Постепенно я стала забывать события той ночи, все реже «выходила на связь», пытаясь нащупать его - моего демона, как я его называла про себя. Все стало казаться далеким, ненастоящим. Я не знала, что все это значит. Может, он решил остаться в аду? Может, его не выпускают? Кто знает, может для них разговор с ангелом был каким-то правонарушением? Мама Лаурэлия была недовольна, что я зациклилась на этом. Может, для демонов тоже не все просто? Я уже совсем смирилась, когда однажды я без всякой надежды закрыла глаза, вздохнула, открыла глаза и… увидела его.

Вспомнить Всё Глава 7 Изгой

Я решил вернуться. Я не собирался больше никого убивать. И своего ангела найти я тоже не мог. Я метался по городу в поисках ее чистой души, но, увы, ее не было нигде. Я звал ее, надрывая голос. Я пытался мысленно привлечь ее. Раз за разом я возвращался в место нашей встречи. Я искал на крышах, в трущобах... Я даже поднялся в небо, бороздя облака. Где обитают ангелы? Они помогают страждущим? Тогда я начал искать в больницах, на кладбищах - там, где больше боли. Ничего. Ее не было нигде. А потом я подумал - зачем я это делаю? Может, все правильно? Ей было больно от одного моего присутствия. Я сам видел это. Разве недостаточно я причинил ей вреда при жизни, что не оставлю в покое даже после смерти? Какие воспоминания я могу вернуть ей? Те, где я - чудовище, заставившее ее страдать? Нужно ли ей это? И тогда я решил вернуться. Время для таких, как мы, течет без счета. Я не знал, сколько дней я провел в бесплодных поисках. Теперь я не знал, сколько сижу вот так, в окружении мрака и своих пронзительных воспоминаний. Когда-нибудь кто-то или что-то посчитает достаточным мое наказание и освободит меня. Я надеялся на это. И наконец - я знал, что это произойдет однажды - Черный Ангел явился ко мне. Он был раздражен моим непослушанием. Волны его ярости хлестали меня, словно плети. - Ты передумал? - гневно вскричал он, потрясая крыльями. Я молчал, он и так читал ответ в моей голове. Снова и снова разъяренный Черный Ангел проверял на прочность мою волю, погружая меня в самые мрачные и жестокие уголки памяти. Лица всех сотен жертв - загубленных мною душ. Я вампир, убийца - беспощадный монстр без права на существование, без надежды на прощение. Плевать, я уже привык к этой боли. Мое безразличие привело Черного Ангела в неистовство. Его лицо расплывалось от гнева, сотрясающего его, глазницы пылали настоящим огнем, когда он прибегнул к самому действенному наказанию. Девушка. Шоколадные глаза смотрят на меня, проникая, казалось, в самую мою несуществующую душу. Мое страстное желание убить ее, чтобы напиться сладкой крови. Я помнил каждое обжигающее мгновение этого прошлого - помнил жажду, с которой боролся, подвергая девушку опасности ежеминутно. Помнил эгоистическое желание завоевать сердце смертной. Только затем, чтобы потом безжалостно разбить его, растоптав ее чистую, преданную любовь. Я был настоящим чудовищем без чувств и морали. Странное ощущение всколыхнулось в моем воспаленном мозгу. Как такое нежное, непорочное создание могло полюбить такого урода, как я? Было в этом что-то необъяснимое. Почему я не помнил причину, по которой оставил ее? Если она была безразлична мне, почему ее смерть стала для меня потрясением - настолько сильным, что я умер вслед за ней? Почему я так радовался, узнав, что ее душа не горит в аду, как моя? Словно в моей памяти были пробелы. Огромные зияющие дыры там, где должны быть воспоминания. - Ты обманул меня! - выкрикнул я Черному Ангелу, прохаживающемуся передо мной с самодовольным видом. - Ты что-то не договариваешь, скрываешь от меня! Говори, чего я не помню?! - Тебе не положено, - откровенно насмехался он. - Так значит - это правда? Вы отняли мои воспоминания? Скажи мне! - требовал я. - Все так, как ты знаешь. Остальное не важно. Ты убийца и этим все сказано. - Почему я не помню деталей убийств? - злился я, тщетно пытаясь нащупать хоть что-то в своей голове. Я видел только лица умирающих. Почему я не помню, о чем думал в момент убийства? - Разве тебе мало того, что знаешь? Ты хочешь прибавить еще? - Я хочу знать... правду. Причину, по которой убивал. - Ты был вампиром, хищником. Это - причина. Всё. - Почему ты не сказал мне, что она не покончила с собой? - выдохнул я, глядя прямо в его лживые глаза. Его лицо изменилось. Клянусь, я увидел в нем страх на мгновение. - Так вот в чем дело... - вкрадчиво начал он, прохаживаясь туда-сюда. - Ты встретил ее! Надо же, как необычно... - он бормотал едва слышно, но что то в его тоне испугало меня. - Так ты скажешь мне, зачем солгал? Ты знал, что она не совершала самоубийства, но подпитывал мое чувство вины. Ты намеренно лгал мне! Зачем?! Он явно не знал, что ответить. Я чувствовал себя почти победителем. - Так, может, здесь все ложь? Может, я не убивал всех тех людей? Его глаза сверкнули. - Это твои воспоминания, - отрезал он, - не мои. - Однако управлять гораздо легче с помощью плохого, не так ли? - издевался я, догадавшись, как мне казалось, что тут происходит. - Чего еще я не помню? Что ты стер из моей памяти? - Это неважно, - он разозлился. - Тебе этого знать не положено! И это все равно ничем тебе не поможет! - Ха, как бы не так! Он глубоко задумался, и от выражения его лица волосы зашевелились на моей голове. Кто знает, что за кару он мог еще придумать демону, не желающему подчиняться? Злорадная улыбка расцвела на его лице, когда он повернулся ко мне спустя мгновение. - А знаешь, - начал он голосом, полным коварства, - я могу дать тебе шанс исправиться. Ты еще можешь заслужить свое прощение. Тебе понравится мое предложение... Он улыбался, его взгляд усыплял мою бдительность, заставлял перестать думать. - Вы еще сможете быть вместе... Притащи сюда ее душу! - зашептал он настойчиво, заманивая в свои сети, завораживая обещанием, пытаясь передать мне всю алчность, которую ощущал. Но ужас сковал меня, я содрогнулся. - Нет! - выдохнул я, молясь, чтобы он был неспособен выполнить это самостоятельно, страшась этого. Самым важным для меня оказалось то, что ее чистая душа свободна, счастлива. Представить ее рядом, здесь - нет, только не это! Слишком долго я боялся, что она где-то тут, сгорает вместе со мной за мою ошибку. Облегчения от осознания, что это не так, было таким исцеляющим, что я не променял бы его ни на что другое. - Она не почувствует разницы, - продолжал гипнотизировать голос. - И тебе станет легче, когда ты будешь не один... - Опять лжешь! - зарычал я, сжимая кулаки. - Как мне может стать легче, если я загублю ее душу? - Так вот что ты задумал... - Черный Ангел прищурил глаза. - Хочешь заслужить искупление! Надеешься, сняв часть вины, останешься тут и скоро станешь чистеньким?! Как бы не так! - А это мы еще посмотрим! - самоуверенно заявил я, скрещивая руки на груди. - Ты не знаешь, о чем говоришь! - негодовал он, трясясь от раздражения. - Тебе придется просидеть тут вечность, чтобы получить прощение! Вечность! - Мне все равно. - Ты не выдержишь и половины! Ты сорвешься! И я помогу тебе в этом. О, я буду приходить каждый день! - гнев Ангела стал резким, хлестким, он вырывался на волю и ранил, причинял боль. Но это уже совсем не трогало меня. - Попробуй, заставь меня, - я усмехался ему в лицо. Больше он меня не получит. - А знаешь, что, - вдруг прорычал он, - я ведь могу наказать тебя! Он вдруг заполыхал и на моих глазах начал расти, нависая надо мной, занимая все пространство. Его огромные крылья угрожающе двигались, издавая оглушительный, режущий воздух напополам, звук. Чернота стала сгущаться вокруг, меня отбрасывало назад. Я словно летел и падал, и не было этому конца. - Хочешь сопротивляться своему предназначению?! - его голос стал подобен грому, его глаза метали молнии. - Ну, так я отвергаю тебя! Отныне путь сюда будет закрыт для тебя. Негде больше искупать свои грехи! - земля сотрясалась подо мной, мрак наваливался тяжестью, выбрасывая меня из этого адского места. - Я караю тебя за неповиновение! - гремел Черный Ангел. - Отныне твоя душа будет вечность скитаться между двумя мирами и никогда не обретет покоя! Его ухмылка прожигала насквозь, отчаяние и безысходность наполняли, пронзали мое тело, а я все падал, падал куда-то... - Ты же говорил, что у меня нет души, - задыхаясь, прохрипел я и наконец упал на колени, прямо на острые осколки, разбросанные повсюду. Он зловеще улыбнулся. - Считай это метафорой, - и захлопнул передо мной дверь.

Вспомнить Всё Глава 8 Я могу излечить твою душу

Я оказалась на скалистом уступе на берегу океана. Ветер дул в лицо, ероша волосы и приятно шевеля перышки на крыльях. Соленый морской запах щекотал ноздри. Он сидел на самом краю, поджав одну ногу, а другую свесив вниз. Голова опущена. Я так обрадовалась, что почти что взвизгнула и бросилась вперед, не сразу сообразив, что что-то совсем не так... Отчаяние и безысходность так и витали в воздухе, выли в оглушительном ветре, гремели в ударах волн... - Что случилось? - выдохнула я в ужасе, увидев его крылья. Как будто кто-то пытался выдрать их из него - они висели клочьями, остатки перьев взъерошенные и грязные. Из рваных краев сочилась черная кровь и тяжело падала на каменную твердь. - Уходи, - сдавленно то ли простонал, то ли прохрипел он. - Тебе нечего тут делать. Я осторожно присела на краешек скалы справа от него. На расстоянии. - Я искала тебя! - заявила я. - Зачем? - он даже не смотрел в мою сторону, как будто ему все равно. И именно так охотятся демоны за ангелами? Грубят? Прогоняют? Проявляют безразличие? Слезы внезапно подступили к горлу, стали душить меня. Он был такой несчастный... одинокий... - Я хочу помочь тебе, - прошептала я, и соленая влага закапала из моих глаз, а душа, не слушаясь разума, потянулась к нему, желая облегчить его боль... - Мне нельзя помочь. Я чувствовала, как наталкиваюсь на жар его души: безнадежность, боль, вина... любовь? Мука, пустота, одиночество... Так много чувств одновременно! Ни ярости, ни ненависти... Может, это не такой уж и сложный случай. - Я могу спасти тебя, - настаивала я. - Могу излечить твою душу. Мои слезы все капали вниз, и осколки камня, на которые они попадали, превращались в бриллианты. - У меня нет души, - потерянно возразил он. От звука его голоса - глухого, мертвого - меня пробрала дрожь. Столько было в нем боли! - Ну как же! - удивилась я. - Я же ее чувствую! - осмелев, я проникла в самую глубину его темной души - деликатно, но настойчиво. Он поежился. Я улыбнулась: - Вот, чувствуешь? Это я. Он вдруг вскинул голову и с минуту, открыв рот, смотрел вдаль. А затем потрясенно уставился на меня. - Что ты хочешь этим сказать? - выдохнул он. - Что - что? - его душа, казалось, запела в этот момент. Я весело поболтала ногами, чувствуя неожиданную радость. Ну, может, будет и совсем легко? - Я говорю, что могу помочь тебе. Если хочешь. Я взглянула на него, и он был все так же потрясен, как и раньше. Такой смешной. Почему-то я уже совсем не боялась его, хотя и должна была. - Ну так что? - вопросила я, так как он застыл и словно собирался больше никогда в жизни не шевелиться. Все его чувства тоже застыли. Я бы назвала это шоком. - Ну? - мое терпение подходило к концу. Я попыталась вдохнуть в него немножечко своего энтузиазма, чтобы расшевелить. Это сработало. - Что ты делаешь? - нахмурился он, вскакивая на ноги. - Изучаю тебя, - нахально сказала я правду. В конце концов, он был совсем не страшный сегодня. Ах, зря я это сказала... В его глазах зажегся огонек явного интереса. - Хочешь сказать, это душа? - прошептал он, впившись в меня своими безумными глазами. Теперь я увидела, что они черные. Когда в них нет огня, они черные. - Ну да, - беспечно подтвердила я и тут же почувствовала возле себя жар. Он полыхнул во мне, резко и бесцеремонно вторгаясь вовнутрь. - Эй, осторожно! - возмутилась я, машинально закрываясь руками, хотя это никак не могло помочь мне. - Извини, - он отступил тут же. - Ты такой странный, - снова зачем-то сказала я. Какой из него охотник? Он же беспомощен, как ребенок! Даже не знает, где у него душа. Наивный и растерянный. Он все продолжал смотреть на меня, больше не делая попыток прикоснуться. Безнадежность и тоска вокруг развеялись, выглянуло солнце. - Так ты ответишь на мой вопрос? - осведомилась я, смахивая бриллианты в океан. - Какой? - казалось, он все еще в шоке, только я не понимала, почему. - Позволишь помочь тебе? Его плечи поникли. Голова опустилась. - Это теперь невозможно. - Почему? - абсолютно не веря его словам, подняла брови я. Он пожал плечами: - Меня изгнали, - тихо сказал он и снова уселся на уступ. - О... - мне нечего было ответить. Я не знала, каково это, когда нет дома. Я вдруг почувствовала его одиночество еще острее, в полной мере. Совсем один, между двумя мирами, не принадлежащий ни одному из них. Это стало еще одним весомым доводом в пользу того, чтобы помочь ему. Это становилось навязчивой идеей. Мне буквально хотелось приласкать его, утешить - прямо сейчас. Неосознанно, не замечая, что я делаю, я приблизилась к нему на пару метров. Теперь его пылающий жар физически касался левой стороны моего тела. Я потерла руку, гадая, могу ли я обгореть, и исподтишка взглянула на демона. Он заметно нервничал, поеживаясь, будто от холода, но не двигался с места. - Я делаю тебе больно? - поинтересовалась я. Он кивнул. - Немного холодно, - и вдруг снова, как тогда, начал смеяться, будто вспомнил какую-то хорошую шутку. - Что смешного? - я нахмурилась. Терпеть не могу, когда чего-то не понимаю. Не люблю тайны. Он покачал головой и вдруг взглянул на меня с неожиданным весельем в черных глазах: - Ты ведь не отвяжешься, да? - это было произнесено так, словно он знает ответ. Откуда такая уверенность? - Нет, - твердо заявила я. Пусть не пытается сбежать от меня. Он перестал смеяться и вздохнул. - Тебе не стоит тратить на меня силы. Живи своей жизнью. Ты ведь счастлива? Его жар неожиданно снова стал обжигающим. Будто пламя проходило сквозь меня. Я тяжело задышала и посмотрела на свою левую руку. Мне хотелось убедиться - действительно ли она уже обуглилась до костей? Но там ничего не было. Обычная рука. Значит, это только ощущение, он не может причинить мне вред. Вот только сидеть рядом стало тяжело, словно силы внутри меня выжигались его огнем. - Я счастлива, когда помогаю, - упрямилась я. - Ты все равно ничем не можешь мне помочь. - Я знаю, что могу, - очень хотелось отодвинуться, но я не стала. - Как?! - выдохнул он, явно не веря мне. - Ну, есть несколько способов, - я снова поболтала ногами. - Например, так... Моя душа потянулась к его, обволакивая его боль, утихомиривая ее, питая своим покоем. Я чувствовала, как мои силы уходят в него, как в бездонный колодец, опустошая меня саму. Я слышала, как он тихонько протяжно выдохнул и даже, кажется, застонал. Я усилила воздействие, заполняя пустоту радостью, заменяя тоску уверенностью, безысходность надеждой, а муку облегчением. Я закрыла глаза, чтобы получше сконцентрироваться. Тяжелее всего пришлось с одиночеством и чувством вины. Второе было таким сильным, что, как я ни старалась, не могла облегчить ему этого. Что ж, может, когда он расскажет мне, я пойму, что с этим делать? Мои силы были на исходе, голова закружилась, когда я отпустила его, задыхаясь. - Ну, как? - прошептала я, подтягивая ноги с края обрыва и падая набок, чтобы свернуться калачиком. Меня охватили слабость и апатия. Я смотрела на него снизу вверх. Он, казалось, светится изнутри. Раны на крыльях зарубцевались, кровь перестала капать с них. Его глаза были широко распахнуты, а грудь вздымалась от глубокого дыхания. - Здорово, - согласился он и с широкой улыбкой повернулся ко мне. Задорный огонек в его глазах мгновенно померк, он уставился на меня чуть ли не с ужасом. - Что с тобой? - вскричал он испуганно. Мм... так приятно. Демон беспокоится обо мне... Хотелось спать, но я промямлила: - Это ничего, просто устала. - Это я сделал? - в его голосе я услышала гнев. Ну вот - гнев, вина, отчаяние... Все мои усилия насмарку. - Это я. Я сама, - успокоила я его и благополучно вырубилась.

Вспомнить Всё Глава 9 Я могу вернуть твою память

Доверь свою работу ✍️ кандидату наук!
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой



Поиск по сайту:







©2015-2020 mykonspekts.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.