Мои Конспекты
Главная | Обратная связь


Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Структура источниковедческого исследования



1. Исторические условия возникновения источника Источник как материальный продукт целенаправленной чело­веческой деятельности вызван к жизни определенными условиями, задачами, целями. Поэтому важно понять, что представляла собой та историческая социальная реальность, в которой он возник. Любой источник не может быть интерпретирован вне той обще­культурной ситуации, с которой он связан возникновением и функ­ционированием. Совершенно различно, например, значение устной или письменной информации в традиционно-архаических и совре­менных обществах. Без изучения исторических условий нельзя ре­шить вопросы новизны, уникальности или, наоборот, типологич-ности изучаемого комплекса источников. Общекультурная ситуация неоднозначна в обществах различного типа: в дописьменных, пись­менных, обладающих печатным станком или компьютером.

2. Проблема авторства

Невозможно интерпретировать источник, предварительно не по­няв его автора, не зная его биографию, сферу практической дея­тельности, уровень его культуры и образования, род занятий, его принадлежность к определенной социокультурной общности с со­ответствующими ценностными установками. С проблемой автор­ства позитивистское источниковедение связывало установление достоверности источника. Источниковеды Нового и особенно Новейшего времени выступают против столь жесткой схемы, свя­зывающей достоверность источника непосредственно с личностью его автора. Ряд ученых обращают внимание на сложность приме­нения такого рода критериев к источникам коллективного (или безымянного) авторства.

Среди источников Нового и Новейшего времени значительное место уделяется произведениям коллективного творчества - зако­нодательным, делопроизводственным документам, периодической печати. Изучение авторства в подобных ситуациях должно вклю­чать целый ряд исследовательских процедур, учитывающих состав авторских групп, социальные цели законодателей, непосредственных исполнителей произведений коллективного авторства.


3. Обстоятельства создания источника Данная исследовательская проблема состоит в выявлении тех обстоятельств, которые могли влиять на полноту и достоверность сведений, на оценочные суждения автора. В одних и тех же условиях один и тот же человек может создать произведения, существенно различающиеся как по полноте сообщаемой информации, так и по степени ее достоверности. Это зависит от обстоятельств, в которых находится автор. В ряде ситуаций автор не располагает необходимой информацией, обращается к недостоверным свидетельствам или доверяется собственной памяти. Иногда автор не дает полной или достоверной информации намеренно.

Обстоятельства, диктующие необходимость быстрых и реши­тельных действий, оказывают существенное влияние на способ изложения, структуру документа (агитационная, военно-оперативная документация, публицистика). Обстоятельства создания мемуаров воздействуют на полноту и достоверность их содержания. Свои особенности имеют обстоятельства возникновения экономической, отчетной, делопроизводственной документации.

Поэтому в качестве общего исследовательского критерия достоверности и полноты социальной информации необходимо внимательно изучать обстоятельства создания источника.

4. История текста источника

Важно выяснить, имеется ли автограф произведения, что он собой представляет, как соотносятся между собой черновые и окон­чательный варианты, первоначальный и последующий тексты. Наличие различных списков и редакций указывает на то, как отно­сились к произведению читатели другого времени. Самостоятельный интерес представляет вопрос о переводах источника на другие языки, а также история публикаций источника.

5. История публикаций источника

На этом этапе необходимо выяснить, предназначался ли источ­ник к изданию или был создан для других целей. Если источник все же публиковался, то необходимо выяснить, кем, когда, с какой целью. Ответ на первый вопрос дает представление о цели и на-


 




мерениях автора изучаемого источника и имеет важное значение для решения проблем достоверности. Источник, первоначально не предназначавшийся для издания, может содержать более от­кровенные высказывания, нежели тот, который целенаправленно готовился автором для печати. Каждое новое переиздание источ­ника представляет самостоятельный интерес, поскольку данный факт отражает степень использования источника в социальной практике.

6. Интерпретация источника

Проводится с целью установить (в той мере, в какой это воз­можно, с учетом временной, культурной, другой дистанции, раз­деляющей автора и исследователя) тот смысл, который вкладывал в произведение автор. Общее учение об исторической интерпретации источников в наиболее систематизированном и логически обосно­ванном виде изложил А. С. Лаппо-Данилевский в своей «Методо­логии истории» (см. лекцию 3).

Э. Бернгейм связывал изложение этой проблемы с задачами «исторического построения», т. е. имел в виду интерпретацию ис­торических фактов историком. Ш. Ланглуа и Ш. Сеньобос, говоря об анализе источника, не проводили логической грани между зада­чами внутренней критики источника и задачами его интерпретации. Напротив, А. С. Лаппо-Данилевский придает проблемам интерпре­тации источника принципиальное значение. Для решения этих задач он выдвигает прежде всего принцип психологического истолкования (основа - признание чужой одушевленности); технический метод интерпретации позволяет судить о смысле и назначении данного произведения по тем специальным (техническим) приемам, ко­торыми пользовался автор; типизирующий метод предполагает соотнесение источника с соответствующим типом культуры; инди­видуализирующий метод интерпретации позволяет раскрыть индивидуальные особенности творчества автора.

Современная философская герменевтика гласит: «Сама работа по интерпретации обнаруживает глубокий смысл - преодолеть дистанцию, отделяющую читателя от чуждого ему текста, чтобы поставить его на один с ним уровень и таким образом включить


смысл этого текста в нынешнее понимание, каким обладает чита­тель». На этапе интерпретации источника исследователь движется в потоке сознания автора произведения, стремится лучше понять ситуацию, в которой тот находился, выступает в позиции заинте­ресованного слушателя. Но от проблемы истолкования (смысла, который вкладывал в свое произведение автор) исследователь переходит к рассмотрению более широкой, выходящей за пределы интерпретации проблемы понимания источника как явления культуры

А. Марру говорил о том, что исследователь средневековых текстов должен суметь на какое-то время психологически перевоп­лотиться в средневекового монаха. Но, естественно, для ряда кате­горий источников подобный подход неэффективен.

7. Анализ содержания

От этапа интерпретации источника исследователь переходит к анализу его содержания. При этом для него становится необходи­мым взглянуть на источник и его свидетельства глазами человека другого времени. Исследователь раскрывает всю полноту социаль­ной информации источника, решает проблему ее достоверности. Если этап интерпретации источника предполагает создание психо­логически достоверного образа автора источника, использование наряду с логическими категориями познавательного процесса таких категорий, как здравый смысл, интуиция, симпатия, сопереживание, то на этапе анализа содержания превалирующими становятся логические суждения и доказательства, сопоставление данных, анализ их согласованности друг с другом.

Таким образом, в процессе источниковедческого анализа иссле­дователь раскрывает информационные возможности источника, интерпретирует те сведения, которые намеренно или помимо своей воли сообщает источник. Опираясь на результаты проведенного исследования, источниковед обобщает свою работу, проводит источниковедческий синтез. Синтез - это завершающий этап изучения произведения, рассматриваемого в качестве историчес­кого источника. На этом этапе обобщаются результаты анализа отдельных сторон произведения, которое теперь рассматривается


как явление культуры своего времени, определенной социокультур­ной общности.

Таким образом, метод источниковедения имеет целью воссоз­дать произведение как историческое явление. Аргументирован­ная оценка значения источника дает обоснование для практичес­ких рекомендаций о возможностях его научно-практического использования.

Литература

Медушевская О. М. Источниковедение: Теория, история и метод. М., 1996.


у Лекция 7 КЛАССИФИКАЦИЯ ИСТОРИЧЕСКИХ ИСТОЧНИКОВ

Необходимость классификации вызвана потребностью, во-первых, разобраться во все увеличивающейся массе исторических источ­ников, во-вторых, с наибольшей полнотой выявить источники по определенной теме и установить методы их научного изучения.

Классификацию современные ученые определяют как логическую операцию, состоящую в разделении изучаемых объектов на отдельные виды и классы по обнаруженным сходствам и различиям, на основе знания их закономерной связи. Причем признаки, на основе кв-торых проводится классификация, должны быть существенными, а не случайными.

Из историков, работавших в конце XIX - начале XX в., наибо­лее четкую классификацию исторических источников и заключен­ных в них сведений дали Э. Бернгейм, А. С. Лаппо-Данилвеский, Ш. Сеньобос и Ш. Ланглуа,

Э. Бернгейм всю массу источников делит на остатки и тради­ции, а среди традиций выделяет следующие виды:

1. Устная традиция (песни, рассказы, саги, легенды, анекдоты, крылатые слова, пословицы);

2. Письменная традиция (исторические надписи, генеалогичес­кие таблицы, биографии, мемуары, брошюры, газеты);

3. Изобразительная традиция (иконография, географические карты, планы городов, рисунки, живопись, скульптура).

Остатки он также распределяет на виды:

- данные языка;

- обычаи, нравы, учреждения;

- произведения всех наук, искусств, ремесел;

- деловые акты, протоколы, административные документы;

- законодательные и делопроизводственные документы;

- монументы и надписи (монеты и медали).

Ш. Ланглуа и Ш. Сеньобос предложили деление источников и фактов на непосредственные следы прошлого, заслуживающие особого доверия и косвенные следы - «косвенное средство к пости­жению». Ряд представителей зарубежного источниковедения сере­дины XX в. также придерживались деления источников на две боль-



шие группы: на намеренные и ненамеренные источники (М Блок). В первом случае цели автора пронизывают источник, они ясны, во втором - создатели источников не преследовали каких-либо целей, и эта группа является для историка наиболее важной.

В первые годы советской власти (1917 - середина 1920-х гг.) исследователи (Л. П. Карсавин, С. А. Жебелев, О. А. Добиаш-Рож-дественская, В. И. Пичета) в вопросах деления исторических источников стояли еще на позициях русского буржуазного источ­никоведения. Авторы присоединялись к системам деления, выра­ботанным Э. Бернгеймом или А. С. Лаппо-Данилевским.

Л. П. Карсавин подчеркивал принципиальную невозможность классификации: «Нельзя классифицировать конкретные источники, а только данные источников». Эти данные он делит на:

1. Непосредственные отражения прошлого;

2. Заявления автора, например, законодательные акты, манифе­сты, договоры и т. п.;

3. Сообщения автора источника о его наблюдениях;

4. Сообщения автора о наблюдениях других людей;

5. Сообщения из вторых и третьих рук о событиях, современ­ных автору;

6. Такие же сообщения, как в предыдущей группе, но о про­шлом.

С. А. Жебелев целиком присоединялся к точке зрения Э. Берн-гейма.

0. А. Добиаш-Рождественская во многом разделяет точку
зрения Ш. Сеньобоса и отмечает, что «психический момент состав­
ляет центральный интерес объекта истории». Она делит источники
на две большие группы:

1. Вещественные остатки (немые памятники).

2. Письменные памятники (символические следы).

Одной из первых после 1917г. специальных источниковедческих работ, где подробно рассматривался вопрос о делении источников, был учебник В. И. Пичеты. Автор предлагает следующую схему деления источников:

1. Вещественные (предметы археологических раскопок, веще­ственные остатки).


 

2. Устные (былины, сказки, исторические песни, пословицы, поговорки, различные поверья, народные легенды, стихи, частушки).

3. Письменные (летописи, хронографы, акты публичного и граж­данского права, мемуары, письма, политические сочинения, жития святых, документы по внешней политике, исторические и исто­рико-литературные печатные издания и сборники, записки ино­странцев и т. д.)

В последующие годы советские историки, во-первых, выска­зались за возможность деления источников по разным признакам, во-вторых, начали применять тематическую группировку материала.

В 1930 г. в Баку вышла в свет работав П. Саара «Источник и методы исторического исследования», в которой он признал прин­ципиальную возможность деления источников по различным призна­кам - происхождению, содержанию, характеру, месту хранения и т. п.

Новым в его работе была тематическая группировка материала. Он сгруппировал письменные источники в три большие группы:

1. По истории государств и идеологий;

2. По истории экономического развития общества;

3. По истории революционного движения.

В начале 30-х гг. С. Н. Быковский выдвинул принцип деления источников по видам (см. лекцию 4).

М. Н. Тихомирова в учебнике, опубликованном в 1940 г., делит исторические источники на следующие типы:

1. Вещественные (археологические, предметы быта, нумизма­тический материал, архитектурные памятники);

2. Этнографические;

3. Лингвистические (географическая номенклатура, разговор­ный и книжный языки);

4. Устные (устный рассказ, былины, песни, пословицы и т. д.);

5. Письменные:

а) памятники литературного характера (летописи, хроники, хро­
нографы, жития, мемуары, памфлеты и т. д.);

б) памятники актового характера (грамоты или акты в широком
смысле этого слова, законодательные памятники, письма, юриди­
ческие документы и т. д.).


Это деление развивало классификационную систему В. И. Пи-четы и вошло в практику преподавания источниковедения в вузах. Заслугой М. Н. Тихомирова является четкое деление источников в широком смысле этого слова.

М. Н. Тихомиров также впервые применил хронологический принцип систематизации письменных источников. Он объединяет их в шесть больших групп: по древней истории; по истории Киев­ской Руси; по истории периода феодальной раздробленности и т. д. Внутри этих хронологических групп источники были систематизи­рованы по происхождению и по видам. Однако автор не дал теоре­тического обоснования принятого им принципа деления.

Новые работы в области деления источников появились лишь после Великой Отечественной войны в связи с разработкой в 1950 г. программы курса «Источниковедение истории СССР» для МГИАИ. Кафедра вспомогательных исторических дисциплин этого инсти­тута решила делить источники, основываясь только на их содер­жании:

1. По социально-экономической истории;

2. По истории внутренней и внешней политики;

3. По истории общественно-политической мысли и культуры. Одним из инициаторов такого подхода был А А. Зимин. Но эта

классификационная система вызвала возражения у некоторых ученых, в частности, В. К. Яцунский указал, что при такой классификации все внимание исследователей сосредоточивается на описании материала, который содержит источник, а не на методике его исследования. При этом подходе источники комплексного характера попадали сразу в несколько групп и поэтому на практике применить этот принцип не удалось, и преподаватели МГИАИ отказались от данной классификации.

В 1954 г. в другом проекте программы этого же курса МГИАИ все источники были разделены на шесть групп:

1. Письменные;

2. Вещественные;

3. Лингвистические;

4. Этнографические;

5. Устные;


6. Кинофотофонодокументы (позже, в 60-е гг., данная группа была разделена на две - кинофото- и фонодокумнты).

Особое внимание проекта программы было уделено письменным источникам, которые делились по хронологическому признаку, а затем - по видам.

Положительной стороной этой классификации является то, что в ней отражено сложившееся разделение объектов исследова­ния ряда гуманитарных наук (археология, этнография, языкозна­ние и т. д.), впервые в особый тип выделены кинофотофонодоку­менты. Но С. М. Каштанов и А. А. Курносое (1962) выразили сомнение в ее теоретической состоятельности, поскольку в ней смешаны два принципа деления источников:

1) по способу передачи явлений (вещественные, устные, пись­менные),

2) по объекту исследования разных наук (этнографические и лингвистические).

По мнению И. Д. Ковальченко, высказанному уже в начале 80-х гг., непоследовательность этой классификационной схемы заключается в неоднозначности принципов и критериев их выделения: одни группы выделены по форме отражения действительности; другие - способу фиксирования информации; третьи - объекту отражения. Отмечал И. Д. Ковальченко и другие проявления изъянов этого подхода: на­пример, данные фольклора могут стать источником только после того, как будут материально зафиксированы, а это - письменная запись или фонозапись.

В 1958 г. в «Трудах МГИАИ» выходит статья В. К. Яцунекого «К вопросу о классификации письменных исторических источников». Это первая в советском источниковедении научная статья, специ­ально посвященная вопросам деления письменных источников. Автор присоединяется к системе деления М. Н. Тихомирова и ут­верждает, что классификация источников является необходимым предварительным приемом при изучении источников и что в ее ос­нове должен лежать единый принцип классификации. В качестве такого основания он избирает особенности в приемах анализа ис­точников и на этой основе делит источники на виды, относя к каж­дому виду источники, требующие одинаковых или очень близких


 




приемов анализа. Кроме того, вслед за М. Н. Тихомировым он счи­тает возможным принять хронологическую систематизацию мате­риала и давать для каждого исторического периода свой перечень видов источников.

В 1961 г. вышла статья В. П. Данилова и С. И. Якубовской, в кото­рой авторы отмечают, что сложились две системы деления источ­ников - по видам и по содержанию, но обе вызывают возражения. Они считают, что нельзя создать систему деления, пригодную для всех случаев исторического исследования, необходимо определить единые, основные принципы деления. Важным принципом деле­ния они считают деление на «остатки» (подлинные письменные документы, созданные непосредственно в процессе исторического действия - законодательные акты, ведомственные распоряжения и приказы, договоры, уставы, записи речей и выступлений, прото­колы, переписка и т. д.) и «традиции» (источники, передающие истори­ческое событие, это не сам факт, а его отражение в источнике - отчеты, пресса, мемуары и т. д.). По мнению В. П. Данилова и С. И. Якубовской, научная классификация источников возможна только при одновре­менном учете их происхождения, формы и содержания.

В 1961 г. прошла дискуссия по вопросу деления источников Нового времени в журнале «Новая и новейшая история». В ней в основном принимали участие преподаватели источниковедения вузов и, следовательно, она носила прикладной характер. В резуль­тате редакция присоединилась к видовому принципу деления пись­менных источников.

В 1962 г. С. М. Каштановым и А. А. Курносовым сделана попытка теоретического обоснования нового принципа деления источников и дана критика иных систем деления. Они высказались за деление источников по происхождению и указывали, что вид документа - категория вторичная, производная от породивших его условий и отношений. Под происхождением они понимали «сумму признаков, определяющих место источников в общественной жизни: их целевое назначение, авторство, обстоятельства появления». Исходя из этого принципа, С. М. Каштанов и А. А. Курносов делят все письменные источники на возникшие в сфере:

- социально-экономических отношений;


 

- социально-политической борьбы, общественной мысли и куль­туры;

- семейно-личных отношений.

Эта схема вызвала критику Л. В. Черепнина и Е. А. Луцкого. Их аргументы:

- большинство источников возникло в условиях очень сложного переплетения общественных отношений, что затрудняет практическое использование данной классификации;

- если допустить, что источник возник в какой-то определенной сфере, то из этого не следует, что он будет отражать только отношения, характерные для этой сферы.

В 1966 г. вышло первое в СССР учебное пособие по источнико­ведению истории СССР советского периода для исторических факультетов. Его автор М. Н. Черноморский, приняв деление письменных источников по видам, не выдержал принятого прин­ципа и наряду с делением по видам (мемуары), допустил группи­ровку по происхождению (документы КПСС), содержанию (мате­риалы по планированию народного хозяйства) и т. д.

В 1967 г. М. А. Варшавчик в своем учебном пособии по исто-рико-партийному источниковедению критикует принятые до сих пор системы деления (по содержанию, происхождению, близости к отраженным событиям и т. д.). Он делает вывод, что не может быть выработано классификации, основанной на одном принципе деления, так как для разных источников характерны различные черты, качества и свойства. Поэтому источники надо классифицировать и по их классовой направленности, и по видам, и по происхожде­нию, и по авторству. Следовательно, допускается множественность принципов классификации. Кроме того, М. А. Варшавчик различает классификацию и систематизацию источников, последнюю он называет «группировка».

В начале 70-х гг. в научной и учебной литературе была принята типо-видовая система деления источников, в основу которой поло­жен хронологический принцип деления по крупным историческим периодам.

Видовой принцип получил затем теоретическое обоснование в работах О. М. Медушевской, В. К. Яцунского, Л. Н. Пушкарева и И. А. Булыгина.


 



1



Существуют определенные трудности в делении источников на виды, так как имеет место глубокая органическая взаимосвязь отдельных видов и разновидностей источников между собой, и многие виды образуют комплексы близких по своему характеру источников.

И. Д. Ковалъченко в начале 80-х гг. показал, что к классифика­ции источников следует подходить «с позиций трех аспектов ин­формации» - прагматического, семантического и синтаксического.

Наиболее общим из этих подходов, по его мнению, является синтаксический. Исходя из него можно выделить первый, наи­более общий уровень классификации исторических источников. По методам и формам отражения действительности вся совокуп­ность исторических источников делится ученым на четыре группы, или категории:

- вещественные;

- письменные;

- изобразительные (изобразительно-графические, изобразитель­но-художественные, изобразительно-натуральные);

- фонические.

Выделение основных групп исторических источников, отмечает ученый, является хотя и важным, но лишь первым этапом в их клас­сификации. Еще большее значение имеет классификация источни­ков каждой из этих групп. Широко распространенная в источнико­ведении видовая классификация, в основе которой лежат единство происхождения, общность содержания и назначения определенного круга источников того или иного класса с информационной точки зрения основывается на прагматическом аспекте информации, а именно на единстве целевого назначения информации для ее получателя, субъекта. Единство цели, для которой выявлялась информация, естественно, обусловливало сходство принципов и методов отра­жения действительности, форм выражения и использования инфор­мации, что в свою очередь создает возможность применения единых принципов и методов ее источниковедческого и конкретно-истори­ческого анализа, подчеркивает И. Д. Ковальченко. Значение видовой классификации историк видел в том, что она открывает возможности для выявления эволюции источника.

Кроме синтаксического и прагматического информация имеет еще семантический, содержательный аспект, и возникает вопрос


о правомерности классификации источников на основе учета держания. Попытки такой классификации предпринимались не­однократно. С точки зрения учения об информации, о возможности такой классификации И. Д. Ковальченко говорит следующее Поскольку содержание источников в плане отражения ими объек­тивной действительности чрезвычайно многообразно, и одни и те же виды источников и даже отдельные источники содержат инфор­мацию о самых разнообразных сторонах этой действительности, постольку дать классификацию источников по содержанию, идя от самих источников, не представляется возможным. Но такая клас­сификация может быть проведена на основе выделения исследова­телем тех или иных сторон и черт исторической действительности. Такие классификации широко применяются в проблемных ис­точниковедческих исследованиях и являются основным видом классификации источников в конкретно-исторических работах (группировка разных видов источников по степени ценности для определенного исследования).

Таким образом, учет трех аспектов информации помогает яс­нее представить принципы, исходя из которых может проводиться классификация исторических источников.

В новейшей историографии 90-х гг. классификация рассматри­вается как познавательное средство для осмысления всего много­образия исторических источников (О. М. Медушевская). Наиболее важной определена видовая классификация, как отвечающая главной задаче источниковедения. В основе видовой классификации - учет цели и назначения произведения, так как источники возникают в целенаправленной человеческой деятельности как облеченные в материальную форму произведения, как средство достижения той или иной цели, удовлетворения тех или иных общественных или человеческих потребностей.

В связи с тем, что одной их задач классификации является раз­работка методов исследования различных источников, то проблема классификации рассматривается во взаимодействии с междисцип­линарным подходом. В ходе источниковедческого анализа источ­никоведение использует данные всех дисциплин и отраслей знания, которые дают возможность изучать произведения, созданные людьми. Чтобы эффективно изучать конкретные документы, необ-


ходимы знания методов смежных дисциплин - палеографии, дип­ломатики, языкознания, журналистики, социологии, статистики, правовых наук и др. Так, источниковедение литературных памят­ников тесно связано с литературоведением; источниковедение законодательства - с правовыми науками; источниковедение изоб­разительных источников - с историей искусств; рукописных книг-с кодикологией и палеографией; актовых материалов - с диплома­тикой; периодической печати - с журналистикой и т. д.

Итак, рассмотренные классификационные системы разрабаты­вались на основе различных критериев - близости к историческому факту, содержания, происхождения, видовой принадлежности. Учитывая условный характер любой классификации, необходимо подчеркнуть ее познавательное значение в связи с разработкой методов изучения исторических источников.

Литература

Ковалъченко И. Д. Исторический источник в свете учения об инфор­мации // История СССР. 1982. № 3.

Ковалъченко И. Д. Методы исторического исследования. М., 1987.

Медушевская О. М. Источниковедение: Теория, история, метод. М., 1996.

ПронштейнА. П. Методика исторического источниковедения. М., 1976.

Пронштейн А. П., Данилевский И. Н. Вопросы теории и методики исторического исследования. М., 1986.

Пушкарев Л. Н. Классификация русских письменных источников по отечественной истории. М., 1975.

Шмидт С. О. О классификации исторических источников // Вспомо­гательные исторические дисциплины. Л., 1985. Вып. 16.




Поиск по сайту:







©2015-2020 mykonspekts.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.