Мои Конспекты
Главная | Обратная связь


Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Деятельность правоохранительных органов 2 страница



Изменения, внесенные непосредственно в конституци­онное законодательство Великобритании, имели в большин­стве случаев демократический характер. Среди них следу­ет выделить очередную серию реформ избирательного пра­ва, а также реформу парламента.

Избирательная реформа 1918 г. впервые предоставила право голоса женщинам, но участвовать в выборах могли лишь женщины не моложе 30 лет, если они или их мужья имели ежегодный доход в 5 ф. ст. Реформа 1928 г. распро­странила право участвовать в выборах на все женское и мужское население старше 21 года, впервые установив в Великобритании всеобщее избирательное право. После вто­рой мировой войны процесс демократизации избирательно­го права получил логическое завершение. В1948 г. Акт о народном представительстве ликвидировал "двойной во­тум", а в 1969 г. возрастной ценз для участия в выборах был понижен до 18 лет.

Реформа парламента. В конце XIX - начале XX в. английский парламент превратился в орудие правительст­ва, располагавшего большинством в палате общин. Органи­зационная структура и партийная дисциплина, выработан­ные главными партиями применительно к британской сис­теме парламентаризма, предопределили подчинение депу­татов каждой партии своему лидеру. За поддержанием пар­тийной дисциплины и обеспечением нужного правительст­ву исхода голосования следили так называемые парламент­ские "кнуты".

Умалению роли парламента способствовало также ог­раничение свободы прений. В 1882 г., после того как ир­ландские депутаты использовали свободу прений для сры­ва принятия чрезвычайных законов, палата общин приняла Билль о правилах прекращения прений. Это нововведение дало возможность правительству в любое время ставить вопрос о прекращении прений, если они развертывались в неугодном для него направлении. Таким образом, правитель­ство, располагавшее большинством в палате общин, исполь­зуя право законодательной инициативы, систему "кнутов" и правила прекращения прений, определяло направления работы палаты общин и подчиняло своим интересам дея­тельность законодательного органа.

Известно, что некоторые английские государствоведы (У. Бейджхот) уже во второй половине XIX в. начали под­мечать складывающиеся новые взаимоотношения парламен­та и кабинета, указывая, что исполнительная власть начи­нает по сути контролировать палату общин.

В этом плане достаточно легко объяснима реформа пар­ламента 1911 г., усилившая роль контролируемой кабине­том палаты общин в ущерб неизбираемой верхней палате. Акт о парламенте 1911 г. ограничил законодательные пол­номочия палаты лордов. Поводом для его принятия послу­жило отклонение верхней палатой правительственного за­конопроекта о бюджете. Согласно Акту 1911 г., финансовый законопроект, принятый палатой общин, но не утвержден­ный в течение месяца палатой лордов, представлялся коро­лю на подпись и становился законом. В отношении же не­финансовых биллей был установлен следующий порядок: если такой билль принимался палатой общин в трех после­дующих сессиях и каждый раз отвергался палатой лордов, то он представлялся королю на утверждение. Но между чте­ниями билля в первой и третьей сессиях должно было пройти не менее двух лет, что сохраняло за палатой лордов воз­можность в течение длительного времени саботировать принятие нефинансовых биллей. Одновременно акт сократил срок полномочий палаты общин с 7 до 5 лет.

Реформа парламента 1911 г. представляла собой оче­редной вариант старого компромисса между буржуазией и аристократией. Буржуазные правительства, уже подчинив­шие себе палату общин, получили возможность проводить в жизнь финансовые меры без помех со стороны земельной аристократии. В то же время британская буржуазия не со­биралась окончательно упразднять архаичную верхнюю палату, полагаясь на ее "сдерживающую" роль по отноше­нию к нижней палате. В условиях меняющейся политиче­ской ситуации двухлетняя проволочка с принятием какого-либо "невыгодного" законопроекта могла оказаться фаталь­ной для его судьбы. Так, например, законопроект об отмене "двойного вотума", который вносился в парламент в 1913 и 1931 гг., дважды отвергался лордами и в результате изме­нившихся обстоятельств (война и мировой экономический кризис) неоднократно снимался с повестки дня.

В 1949 г. был принят Закон об изменении Акта о парла­менте 1911 г., сокративший до одного года срок возможного вето палаты лордов в отношении нефинансовых биллей. Кроме того, в первые послевоенные годы был отменен За­кон о стачках 1927 г., существенно ограничивающий право на забастовку, проведены реформы образования, социаль­ных служб.

Верховенство кабинета. Внутренние, глубинные изме­нения в государственном строе и политической системе Ве­ликобритании в XX в. затронули в первую очередь взаимо­отношения высших исполнительных и законодательных ор­ганов. Усиление роли кабинета министров сопровождалось относительным падением роли парламента в области зако­нодательства и контроля за деятельностью правительства. Прежде всего в руках правительства сосредоточилась осо­бая законодательная власть, делегированная ему парламен­том. В предшествующий период акты органов исполнитель­ной власти, издаваемые с разрешения парламента (делеги­рованное законодательство), касались лишь второстепенных вопросов. Теперь же парламент делегировал исполнитель­ным органам право издавать акты и по таким вопросам, ко­торые ранее составляли исключительную прерогативу па­латы общин. Так, например, в 30-х гг. правительству было предоставлено право издавать общеобязательные постановления по вопросам денежного обращения. Акты "делегиро­ванного законодательства" в сотни раз стали превосходить по численности акты парламента. Расширение сферы дей­ствия системы делегированного законодательства является закономерным, так как оно позволяет "разгрузить" парламент в условиях возрастания необходимости оперативного вмешательства государства в решение усложняющихся про­блем общественной жизни. Вместе с тем оно ведет к сниже­нию роли представительного органа в системе органов госу­дарственной власти.

Более того, со времен первой мировой войны кабинет министров Великобритании получил в свое распоряжение и чрезвычайные полномочия. В1920 г. был издан Акт о чрезвычайных полномочиях, который предоставил пра­вительству право издавать от имени короля указ о чрез­вычайном положении. Такой указ мог быть издан в случае, если имелась "непосредственная угроза со стороны лица или группы лиц" снабжению общества средствами жизне­обеспечения (продовольствие, транспорт, энергия и т. п.), и предусматривал возможность применения чрезвычайных мер для поддержания "нормальной жизни общества", обес­печения страны важными ресурсами и предметами первой необходимости. Парламент должен был одобрить указ о введении чрезвычайных полномочий в семидневный срок, не рассматривая конкретные способы их осуществления правительством. Закон 1920 г. был направлен главным об­разом против забастовок. В 1964 г. его редакция измени­лась и теперь он предусматривает предоставление прави­тельству исключительных полномочий в любых чрезвы­чайных условиях.

В период между двумя мировыми войнами британский кабинет окончательно стал центральным звеном британской политической системы.Актом о министрах короны 1937 г.,определившим размеры жалованья высшим должностным лицам государства, впервые было законодательно (хотя и косвенно) признано существование премьер-министра и его оппонента - лидера оппозиции. Лидер оппозиции наряду с премьер-министром и другими министрами стал получать жалованье из государственной казны.

После второй мировой войны верховенство кабинета в британской государственной машине стало еще более оче­видным. В связи с усилением власти премьер-министра система "правления кабинета" трансформировалась в сис­тему "правления премьер-министра", так как премьер-министр без консультаций с кабинетом стал осуществлять все важнейшие назначения и перемещения внутри правительства, определять порядок работы кабинета и его пове­стку дня, решать вопросы о созыве и роспуске палаты об­щин и пр. Свертывание коллективных форм в работе пра­вительства привело к неофициальному образованию так называемого внутреннего кабинета, в заседаниях которого участвует лишь 4-5 наиболее доверенных главе прави­тельства министров, а также к появлению разветвленной системы комитетов. Такие комитеты кабинета по поруче­нию премьер-министра рассматривают основные вопросы текущей политики и могут докладывать о своих решениях исключительно премьер-министру. В период правления консервативной партии и лидерства в ней М. Тэтчер была отмечена дальнейшая централизация государственной вла­сти, ее концентрация в руках премьер-министра, установ­ление "президенциалистского" стиля руководства партией и государством.

В результате отмеченных выше изменений в политиче­ской системе Великобритании в XX в. основные принципы конституционализма XVIII-XIX вв., и прежде всего "верхо­венство парламента", были постепенно лишены реального содержания. То же произошло и с другим принципом бри­танской конституции - парламентской ответственностью правительства. Поражение правительства в результате во­тума недоверия в палате общин стало крайне редким явлени­ем. В XX в. это произошло лишь дважды - в 1924 г. и 1979 г. "Партийное правление" кабинета, опора на связанное пар­тийной дисциплиной парламентское большинство членов соб­ственной партии позволяют сделать его власть устойчивой, обеспечить одобрение парламентом его решений.

Говоря об общей тенденции усиления органов исполни­тельной власти (и прежде всего лично премьер-министра), было бы неправильным утверждать, что палата общин бри­танского парламента перестала играть сколько-нибудь за­метную роль в политической жизни страны. Английский парламент обладает таким средством воздействия, как фи­нансовый контроль над правительством, вотирование бюд­жета. Парламентские дебаты по поводу политики прави­тельства широко освещаются средствами массовой инфор­мации и оказывают большое влияние на общественное мне­ние страны. В палате постоянно используется и такая фор­ма контроля за деятельностью правительства, как депутат­ские запросы министрам. Любой правительственный зако­нопроект проходит три чтения в палате общин, в процессе которых он тщательно анализируется в комиссиях и коми­тетах палаты с участием оппозиции. Только путем одобре­ния в парламенте важнейшие мероприятия правительства могут быть представлены как выражение "воли нации".

Менее заметную роль в реальном осуществлении госу­дарственной власти играют старинные британские учреж­дения - корона и палата лордов. Однако они остаются не­обходимым элементом государственного устройства и их роль нельзя свести к чисто декоративной.

Корона по-прежнему считается символом стабильно­сти "старой, доброй Англии" и поддерживается как институт большинством англичан. При отсутствии писаной кон­ституции пределы власти короля четко не обозначены и определяются установившимися политическими обычаями. Хотя за британским монархом формально сохраняется право абсолютного вето, роспуска парламента и назначения премьер-министра, длительная политическая практика свела эти прерогативы к "праву давать советы, праву одобрять и праву предостерегать". Фактическое влияние королевского дома на государственную жизнь, тем не менее, остается значительным. Королева, в частности, председательствует на заседаниях Тайного совета и раз в неделю выслушивает доклад премьер-министра. Утверждения о том, что королева располагает наиболее полной информацией о положении в стране, имеют под собой значительные основания. Кроме того, королева остается главой Содружества, насчитываю­щего около 50 стран, в основном бывших колоний Велико­британии.

Что касается палаты лордов, то, по мнению некоторых исследователей, средневековые принципы ее формирова­ния (около 1200 наследственных и жалованных пэров) толь­ко повышают в современных условиях функциональную роль этого учреждения, поскольку оно менее зависимо от пар­тийной дисциплины и политической конъюнктуры.

Одной из долговременных тенденций развития Вели­кобритании в XX в. стал рост государственного аппарата. В конце первой мировой войны и сразу после ее окончания было образовано более 5 новых министерств (в том числе труда, авиации, транспорта и т. д.), а к середине 60-х гг. общее число министерств и центральных ведомств превы­сило 100. После того как в конце XIX в. был создан институт профессиональной гражданской службы, бюрократический аппарат стал быстро разрастаться. Число чиновников гра­жданской службы в период между 1914 г. и 1923 г. удвои­лось, а в последующие 50 лет увеличилось в зависимости от профиля министерств в 10-20 раз.

Деятельность аппарата государственного управления Великобритании традиционно отличается особой замкнуто­стью ("министерская тайна") и строгой иерархичностью в сочетании с высоким профессионализмом. Подбор кадров высшего и среднего звена гражданской службы проводится специальной комиссией, находящейся в ведении министра по делам государственной службы и не зависящей от дру­гих учреждений. Корпус чиновников стабилен и несменяем, вне зависимости от прихода к власти различных партий. Чиновники госаппарата не должны занимать выборные по­сты в партийных организациях, выдвигать кандидатов в парламент или соглашаться на избрание в палату общин. Парламент осуществляет контроль за деятельностью гражданской службы прежде всего через предоставление госу­дарственных ассигнований.

Некоторые новые черты в организации и функциони­ровании британского аппарата управления после второй мировой войны связаны главным образом с обострением национально-расовой проблемы.

Усиление националистических настроений в неанглий­ских регионах и успехи в 60-70-х гг. националистических партий, североирландский кризис и нарастающее воздей­ствие этих проблем на стабильность политических инсти­тутов вызвали к жизни многочисленные проекты децентра­лизации управления, попытки модификации государствен­ной машины в национальных регионах Британии.

До второй мировой войны лишь в Северной Ирландии, которая оставалась в составе Соединенного Королевства по­сле ирландской революции 1919-1923 гг., аппарат управле­ния был организован особым образом. По Акту 1920 г. об управ­лении Ирландией централизованное управление провинци­ей из Лондона сочеталось с определенной местной автономи­ей, существованием местного парламента и кабинета. В 50- 60-х гг. система особых звеньев местного управления нацио­нальными регионами, помимо Северной Ирландии, получила свое современное оформление. Эту систему возглавляют го­сударственные секретари по делам Шотландии и Уэльса, являющиеся членами кабинета. Они руководят Шотландским и Валлийским ведомствами с несколькими департаментами, решающими отдельные местные вопросы (сельское хозяйст­во, образование и т. п.). Попытки правительства лейбористов провести в конце 70-х гг. законы о введении автономии Шот­ландии и Уэльса отличались противоречивым характером, вызвали раскол общественного мнения и были окончательно отвергнуты правительством консерваторов. Только с прихо­дом к власти в 1997 г. правительства лейбористов население Шотландии и Уэльса смогло, наконец, проголосовать за соз­дание собственных парламентов в этих регионах. Своеобраз­ное положение занимают и ряд островов в проливе Ла-Манш, где сохраняется полуфеодальная система управления.

Приспосабливая традиционные управленческие структуры к потребностям современного развития, британские правящие круги все чаще прибегают к заимствованию форм и методов государственного управления в других развитых странах, прежде всего в США и ФРГ. В результате в госу­дарственном аппарате, как и во всей политической системе страны, наблюдается все более редкое сочетание архаичных и новейших элементов.

В настоящее время в Великобритании усиливается дви­жение в пользу реформирования некоторых сторон ее по­литической системы. Растет число сторонников принятия писаной конституции, что во многом обусловлено возникно­вением новых политико-правовых проблем, связанных с королевским домом, национальными отношениями, членст­вом в Европейском Союзе. Кроме того, многие законы, отно­сящиеся к правам и свободам граждан, некогда принятые в Великобритании впервые в мировой практике, устарели, так как не соответствуют мировым стандартам, не содержат необходимых гарантий, а иногда и прямо противоречат су­ществующим демократическим подходам.

Полицейские и судебные органы. В годы первой ми­ровой войны в Англии была впервые создана постоянная армия и введена всеобщая воинская повинность, позднее отмененная.

Хотя полиция по-прежнему состоит из отдельных ме­стных формирований, находящихся в ведении местных вы­борных органов, фактическое руководство полицейскими силами осуществляет министр внутренних дел. Такое поло­жение было зафиксировано в Законе о полиции 1964 г., по которому министр внутренних дел наделялся правом про­водить слияния полицейских формирований, определять размер субсидий местным выборным органам для содержа­ния местной полиции.

Особое положение военно-полицейского аппарата ха­рактерно для Северной Ирландии, где длительное время происходил вооруженный конфликт между двумя религи­озными общинами. В 1969 г. в провинцию были введены бри­танские войска, а в 1972 г. установлен режим "прямого управ­ления" из Лондона.

Параллельно с централизацией управления полицией неуклонно возрастали полномочия полицейских служб. За­кон о возбуждении недовольства 1934 г. и Закон о правопо­рядке 1936 г., формально направленные против фашистско­го движения, значительно расширили возможности полиции в плане проведения обысков, применения силы и за­прещения манифестаций. Большое количество чрезвычай­ных законов было принято в 70-80-х гг. после обострения ситуации в Северной Ирландии. Так, серия актов о предот­вращении терроризма (1974, 1975, 1979 гг. и др.), а также Закон о полиции 1986 г. предоставили полиции почти неог­раниченное право произвольных арестов "заинтересован­ных в терроризме" и "подозрительных" лиц. Законы 1986 г. о полиции и о проведении общественных собраний дали в руки полиции дополнительные полномочия по вопросам проведения митингов и демонстраций. Она может выдви­гать предварительные условия проведения манифестаций, в том числе относительно количества участников, места и продолжительности собраний под открытым небом. Это ар­гументируется необходимостью предупреждения серьезных правонарушений или насилия.

Важнейшие реформы судоустройства были проведены в 70-90-х гг., когда в Англии была принята целая серия актов, посвященных институту присяжных, судам магистратов, су­дам графств, Верховному суду, полиции, доказательствам по уголовным делам, государственным обвинителям и т. п.

Еще в период между двумя мировыми войнами пред­принимались отдельные попытки реформировать систе­му правосудия (отмена обвинительного "большого жюри" в 1933 г.), однако долгое время в Великобритании сохра­нялась старая полуфеодальная система местных (низших) судов. Прежние реформы не унифицировали судебную ор­ганизацию, не ликвидировали разобщенности в системе правосудия.

Закон о судах 1971 г. ликвидировал суды ассизов и четвертных сессий, передав их полномочия новому уголов­ному Суду короны и частично Высокому суду. Система выс­ших судов Англии (Верховный суд) стала включать Высо­кий суд (гражданские дела), Суд короны (уголовные дела и часть гражданских дел) и Апелляционный суд (граждан­ское и уголовное отделение). Их структура и юрисдикция регулируютсяЗаконом 1981 г. о Верховном суде.

Исключительное положение занимают по-прежнему палата лордов и судебный комитет Тайного совета. Палата лордов в своем судебном составе (лорд-канцлер и 11 лордов-юристов) является высшей апелляционной инстанцией по гражданским делам, а также по уголовным делам (кроме Шотландии). Судебный комитет Тайного совета является апелляционной инстанцией для "заморских" территорий, церковных судов и некоторых специальных судов по определенным делам. Помимо этого, все чаще первым в системе судов именуется Европейский суд, что отражает официаль­ное признание его наднациональной юрисдикции.

Весь судебный аппарат организационно подчиняется лорду-канцлеру, который, в частности, организует работу высших судов на местах. Для этого территория Англии и Уэльса была разделена на 6 округов, в каждом из которых должны проходить заседания Суда короны по уголовным делам и Высокого суда по гражданским делам, и создан многочисленный штат постоянных судей, именуемых "ок­ружными".

Свои особенности в организации системы правосудия по-прежнему сохраняет Шотландия.

Низшими судами Англии являются суды графств и магистратские суды. Суды графств являются местными су­дами гражданской юрисдикции, организованными по тра­диционному "разъездному" принципу (судьи объезжают округа в графствах). По закону 1984 г. о судах графств их юрисдикция была значительно расширена, ограничиваясь лишь ценой иска. В настоящее время 90% всех гражданских дел рассматривается в судах графств.

Магистратские суды обслуживаются мировыми судья­ми, которые не являются профессиональными юристами и не получают жалованья, хотя в Лондоне и крупных городах обязанности магистратов выполняют оплачиваемые юристы. Магистратские суды в основном заняты рассмотрением мел­ких уголовных дел в суммарном порядке, без участия при­сяжных.

Специальными судами в Англии и Уэльсе являются суд коронера (расследование "загадочных" смертей и само­убийств), военные суды, церковные суды, административ­ные трибуналы (для разрешения трудовых конфликтов, земельные, налоговые и т. п.).

Значительную роль в отправлении правосудия играют также генеральный атторней и генеральный солиситор. Ге­неральный атторней и его заместитель генеральный соли­ситор считаются представителями интересов короны и мо­гут возбуждать уголовное преследование (давать, на него согласие, прекращать его) по отдельным делам. В ведомство генерального атторнея входят также директор публичных преследований, который возглавляет созданную в 1986 г. службу государственных обвинителей (участие в уголовных процессах, начатых полицией, возбуждение преследования, поддержание обвинения) и директор управления по борьбе с "серьезными мошенничествами", обладающий правом воз­буждать преследование и вести расследование по таким делам.

Законом 1990 г. о судах и правовом обслуживании в Англии был создан новый для страны институт - адвока­тура, в которую принимаются юристы, удовлетворяющие определенным требованиям и получившие соответствующий сертификат. Что же касается традиционного института при­сяжных, то здесь исследователи единодушно отмечают сни­жение его роли и упрощение классической жесткой модели. Законы 1960-1970-х гг. отменили для присяжных имуще­ственный ценз и снизили возрастной до 18 лет, отменен так­же принцип единогласия (в меньшинстве могут, однако, ос­таться не более 2 присяжных), установлена возможность участия как в уголовном, так и гражданском процессе ме­нее 12 человек. Одновременно законодательство 70-80-х гг. расширило перечень дел, рассмотрение которых возможно в суммарном порядке, без участия присяжных. В Шотлан­дии никогда не существовало требования единогласного вер­дикта присяжных, а с 1980 г. для присяжных установлены те же требования и условия, что и в Англии.

Местное управление. В области местного управления усилился контроль центральных органов за деятельностью советов в городах и графствах. Постепенно эти органы ли­шались наиболее важных полномочий в проведении неза­висимой от бюрократического надзора местной политики. Основным рычагом воздействия на деятельность местных органов стала их финансовая зависимость от дотаций пра­вительства. Такое положение местных органов управления было закреплено актами 1929 и 1933 гг. Акт 1929 г. о мест­ном управлений предоставил правительству полномочия ограничивать размеры дотаций, если оно считало действия органа самоуправления "нецелесообразными".Акт 1993 г. о местном самоуправлении подробно определил порядок воз­никновения, структуру, аппарат, а также другие админист­ративные и финансовые стороны деятельности местных органов. Любое действие местного органа, выходящее за предписанные законом права, признается превышением полномочий, т. е. недействительным. Контроль за местным управлением осуществляет Министерство охраны окружаю­щей среды, а по отдельным вопросам (образование, здраво­охранение, финансы и т. п.) - и другие министерства. Ут­верждению вышестоящих властей подлежат акты муници­палитетов, содержащие императивные предписания, акты о застройке населенных пунктов, о местных налогах.

 

 

Глава 10. Франция

 

§ 1. Третья республика в XX в. и ее падение

 

Партийная и избирательная системы. Государствен­ное развитие Франции в XX в., в отличие от Великобрита­нии, происходило в условиях поляризации и открытого про­тивоборства правых и левых сил, партий и группировок, что приводило не только к частым изменениям в политиче­ском режиме, но и к глубоким реформам государственного строя, периодической трансформации провозглашаемых конституционных принципов.

В условиях многопартийности, острого соперничества партийных блоков особое значение приобретала борьба во­круг избирательных реформ. Закон 1919 г. предусмотрел замену мажоритарной системы системой пропорционально­го представительства. Однако новая система была значи­тельно искажена тем, что в законе было предусмотрено по­лучение партиями дополнительных мест в виде "премий" за победу в избирательном округе. В 1927 г. мажоритарная система была восстановлена.

По закону 1927 г. Франция и ряд ее заморских владе­ний делились на сотни избирательных округов, от каждого из которых выбирался в парламент 1 депутат. Выборы про­водились в два тура. В первом туре для избрания необходи­мо было получить абсолютное большинство голосов. Если этого не происходило, то во втором туре кандидату от ка­кой-либо партии было достаточно получить относительное большинство голосов, лишь бы их было больше, чем у каж­дого из соперников.

Новая система выборов обеспечивала преимущество многочисленным правым партиям. Центр тяжести избира­тельной кампании переносился на второй тур, где эти пар­тии могли выступать единым блоком и выставлять общих кандидатов. Искажение воли избирателей действием мажо­ритарной системы дополнялось "перекройкой" избирательных округов, созданием неравных по численности населе­ния округов в промышленных и сельских районах.

Изменения в государственном аппарате. После первой мировой войны основы государственного строя Фран­ции, как и прежде, формально определялись конституцион­ными законами 1875 г. Однако постепенное ослабление фак­тической роли главы государства - президента, низведе­ние его полномочий до "церемониальных", не сопровожда­лось сколь-нибудь серьезным восстановлением равновесия исполнительной и законодательной власти за счет законо­дательного закрепления полномочий правительства. Как известно, пост председателя совета министров и организа­ционная структура правительства получили юридическое оформление только в 1934-1935 гг.

Конечно, на практике общемировая тенденция относи­тельного возрастания роли исполнительной власти не обошла стороной и Францию. Так, в межвоенный период к прави­тельству окончательно перешло право издания норматив­ных актов по различным вопросам государственной жизни. При этом оно опиралось на сложившуюся еще в XIX в. док­трину "регламентарной власти". Согласно этой доктрине, правительство могло издавать нормативные акты без деле­гирования ему законодательных полномочий парламентом, на основе собственных прерогатив.

Формально правительственные декреты должны были лишь дополнять, уточнять законодательство и носили под­законный характер. На деле правительство неоднократно принимало акты, имевшие силу закона, и отменяло преж­ние законодательные акты. Кроме того, парламент перио­дически предоставлял правым кабинетам чрезвычайные полномочия и исключительное право законодательствовать в форме "декретов-законов" (например, в 1918, 1921, 1934, 1938-1939 гг.).

Вместе с тем Третья республика до второй мировой войны не случайно именуется "режимом Собраний" или "абсолют­ным парламентаризмом". Контроль парламента, с его обили­ем фракционных группировок (около 20 в 30-е гг.) над прави­тельством приобрел гипертрофированные формы, приводившие к политической нестабильности, частым правительст­венным кризисам и отставкам кабинетов. Средняя продол­жительность пребывания кабинета у власти не превышала 6 месяцев. Нередко кабинеты уходили в отставку в результате недоверия, выраженного только верхней палатой - сенатом. Явное нарушение равновесия властей и "системы сдержек" в пользу парламента, при неспособности парламента эффек­тивно выполнять правительственные функции управления, серьезно подорвали способность политической системы Фран­ции противостоять экономическому и политическому кризи­су 30-х гг., усилению авторитарных тенденций и германской агрессии.

Народный фронт. В начале 30-х гг., по мере углубле­ния экономического кризиса и обострения социальных про­тиворечий, во Франции возросла активность крайне пра­вых организаций фашистского толка ("Огненные кресты", "Аксьон франсэз" и др.). В феврале 1934 г. был предпринят фашистский путч, который провалился благодаря солидар­ности демократических сил страны, организовавших массо­вые антифашистские выступления. Воспользовавшись об­становкой, правительства правых сил, сменявшие друг друга у власти, издали ряд чрезвычайных декретов, ущемлявших демократические свободы.




Поиск по сайту:







©2015-2020 mykonspekts.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.