Мои Конспекты
Главная | Обратная связь


Автомобили
Астрономия
Биология
География
Дом и сад
Другие языки
Другое
Информатика
История
Культура
Литература
Логика
Математика
Медицина
Металлургия
Механика
Образование
Охрана труда
Педагогика
Политика
Право
Психология
Религия
Риторика
Социология
Спорт
Строительство
Технология
Туризм
Физика
Философия
Финансы
Химия
Черчение
Экология
Экономика
Электроника

Образование независимых государств в Тропической Африке 5 страница



Организованное рабочее движение в Англии по мере своего роста все более и более выходило за рамки, отведен­ные ему либеральным государством, которое постепенно начинает в своей политике добиваться примирения интере­сов труда и капитала.

В последней трети XIX в. вопрос о легализации проф­союзов и различных средств профсоюзной борьбы встал с новой остротой. В 1871 г. был принят Закон о рабочих сою­зах, где цели тред-юнионов в принципе признавались пра­вомерными и запрещались судебные преследования рабо­чих за участие в профсоюзной деятельности. Но одновре­менно в виде поправки к уголовному законодательству был принят другой акт, согласно которому ряд эффективных приемов профсоюзной борьбы (пикетирование и др.) рас­сматривались как наказуемые.

В 1875 г. парламент пошел на дальнейшие уступки рабочим и на легализацию профсоюзного движения. Акт о предпринимателях и рабочих отменил уголовные наказа­ния за одностороннее прекращение рабочими трудового до­говора. Другим законом было установлено, что доктрина "общего права" о "преступном сговоре" не может приме­няться к соглашениям рабочих, заключенным в связи с пред­стоящим конфликтом с хозяевами.

Но и в конце XIX в. английские суды неоднократно преследовали активных участников стачечного движения за угрозы штрейкбрехерам, бойкоты и другие действия, ко­торые, согласно Закону 1871 г., по-прежнему считались пре­ступными. При этом суды толковали эти понятия чрезвы­чайно широко. В 1899 г. в связи со стачкой железнодорож­ников в Таффской долине суд вынес решение о взыскании с профсоюза огромной суммы убытков, которые понесли компании.

Это откровенно антипрофсоюзное решение вызвало бурный протест в стране. В результате в 1906 г. был принят новый закон, согласно которому предпринимателям запре­щалось предъявлять судебные иски о возмещении ущерба, если таковой был причинен в результате организованных действий членов профсоюза.

В Англии, где профсоюзы и забастовки получили зако­нодательное признание еще в XIX в., правительство кон­серваторов, напуганное всеобщей забастовкой 1926 г., про­вело через парламент в 1927 г. закон, запретивший всеоб­щие и политические забастовки, а также стачки солидарно­сти. Закон открыто поощрял штрейкбрехерство и запрещал пикетирование предприятий бастующими. Этот откровенно антипрофсоюзный закон был в 1946 г. отменен лейбориста­ми, стремившимися к более последовательному выравнива­нию интересов труда и капитала.

В 70-80-х гг. правительство консерваторов предпри­няло новую попытку ограничить права профсоюзов на за­бастовку. Так, в 1971 г. был принят закон о промышленных отношениях, который предусматривал обязательную реги­страцию профсоюзов, их отчетность в государственных учреждениях. После победы лейбористов в 1974 г. была отме­нена обязательная регистрация профсоюзов, подтверждено их право на забастовки, причем на такие, которые ранее признавались незаконными. В период правительства М. Тэт­чер ряд профсоюзных прав был ограничен (право на пикетирование, на политические забастовки, стачки солидарно­сти). Однако в целом профсоюзная демократия и завоеван­ные трудящимися социальные права характеризуются дос­таточно высоким уровнем.

Уже в XIX в. постепенный рост организованности и активности рабочего класса позволил ему оказывать посто­янное воздействие на позицию английского государства по вопросам регулирования труда. Хотя в Англии деклариро­валось государственное невмешательство в трудовые отно­шения, парламент был вынужден время от времени идти на уступки, вводить законодательные ограничения для неко­торых наиболее грубых и заведомо антигуманных форм эксплуатации труда.

В первую очередь фабричное законодательство кос­нулось женского и детского труда. Попытки регламентировать само применение детского труда были сделаны еще в 1802 г. В 1803 г. был принят закон, согласно которо­му в текстильной промышленности ночной труд детей за­прещался, рабочий день для подростка от 9 до 13 лет не мог превышать 8 часов, а для подростков до 18 лет - 12 часов. Закон предусмотрел создание системы контроля в виде так называемых фабричных инспекторов. Но и это не дало сразу значительного эффекта, так как предпри­ниматели стали использовать систему "группового тру­да" : смена рабочих происходила в течение всего дня, и контролировать продолжительность труда у отдельных подростков было сложно.

В 1842 году был запрещен подземный труд для жен­щин и для детей в возрасте до 10 лет. В 1847 г. был издан закон, по которому в текстильной промышленности для женщин и подростков с 14 лет рабочий день не должен был превышать 10 часов; это же правило распространялось на мужчин, работающих вместе с детьми и женщинами в одну смену. Только во второй половине XIX в. (законы 1867 и 1878 гг.) эти положения были распространены на все пред­приятия с числом рабочих свыше 50 человек.

Борьба за сокращение рабочего дня в Англии особенно усилилась после того, как в 1866 г. на Всеобщем рабочем конгрессе в Балтиморе было выдвинуто требование о 8-часо­вом рабочем дне. Но в законодательстве это требование на­шло свое отражение только в начале XX в., причем первона­чально применительно к отдельным отраслям промышлен­ности или к некоторым категориям рабочих и служащих (для железнодорожников, шахтеров, почтовых служащих).

Во второй половине XIX в. появляются также первые законы, предусматривающие возмещение вреда рабочим в случае производственных травм. Закон 1880 г. предусмот­рел материальную ответственность за производственный травматизм. Но ответственность возникала лишь в тех слу­чаях, когда увечье было вызвано плохим качеством мате­риала, небрежностью или неосторожностью лиц, которым был поручен контроль за производством.

Выплачиваемое вознаграждение составляло лишь не­значительную часть заработной платы. В 1906 г. был при­нят закон, согласно которому предприниматель мог освобо­диться от ответственности, "доказав" вину самого потер­певшего. Важной вехой в развитии трудового законодатель­ства стал закон 1911 г., который, наряду с социальным стра­хованием .на случай болезни, инвалидности, родов, преду­смотрел также страхование по безработице, хотя первона­чальные размеры его были весьма скромными. Система со­циального страхования приобрела современный вид после второй мировой войны. Значительную роль в создании этой системы сыграли правительства лейбористов, придававшие большое значение сильной социальной политике.

В 70-80 гг. XX в. пенсионное законодательство под­верглось консолидации, и в настоящее время оно находит свое выражение в общем Законе о социальном обеспечении (1985 г.) и в специальном Законе, предусматривающем ком­пенсацию в связи с несчастными случаями на производстве и с профессиональными болезнями (1975 г.). Отдельных ус­тупок от предпринимателей рабочие добивались также путем заключения коллективных договоров между тред-юнионами и хозяевами, в которых фиксировались конкрет­ные условия труда и оплаты.

Длительное совершенствование собственно законода­тельства о труде привело к тому, что после второй мировой войны в нем произошли существенные изменения, означав­шие своего рода социальный прорыв, хотя в сфере трудо­вых отношений сохраняют свое действие некоторые нормы прецедентного права и законы XIX в. Основная масса зако­нов по труду приходится на 70-80-е гг. Это законы о занятости 1975 г., 1978 г., 1980 г. и др., Закон о равной заработной плате мужчин и женщин 1970 г., Закон о профессиональном обучении 1982 г., консолидированный Закон о профсоюзах и трудовых отношениях 1992 г. и т. д.

Трудовое законодательство, особенно принятое в пе­риод правления лейбористов, предусматривает целый ряд важных гарантий социальных прав трудящихся. Оно вклю­чает в себя охрану труда и технику безопасности, макси­мальную продолжительность рабочего дня для женщин и подростков, порядок выплаты заработной платы, а также определяет положение профсоюза на предприятии, органи­зацию забастовок и т. д.

Характерной чертой современного английского трудо­вого права является существенная роль коллективных до­говоров в регулировании важнейших аспектов трудовых отношений: условий труда, заработной платы и т. д. В Анг­лии основные параметры труда, в том числе размер зара­ботной платы и продолжительность отдыха, определяет не законодательство, а именно коллективные договоры.

Для рассмотрения споров, возникающих из коллектив­ных договоров, созданы специальные трибуналы, поэтому судебная практика является одним из важных источников трудового права. Особым источником трудового права в Англии являются кодексы практики (codes of practice), ко­торые составляются государственными органами (например, государственным секретарем по вопросам занятости) и со­держат ряд важных предписаний и рекомендаций. Хотя формально эти кодексы не являются правовыми докумен­тами, их содержание учитывается судами и другими госу­дарственными органами при применении норм права. Но их несоблюдение не влечет за собой каких-либо санкций.

В Англии уже в 40-е гг. были осуществлены широкие законодательные программы дешевого жилищного строитель­ства, создания национальной службы здравоохранения; полу­чила развитие национальная система образования всех уров­ней, начиная от дошкольной и кончая университетской. Хотя в создании страхового фонда участвуют и сами работники, но значительные ресурсы на социальную политику законодатель­ство предусматривает из государственного бюджета. Государ­ственная политика здравоохранения регулируется Законом о национальной службе здравоохранения 1977 г., консоли­дировавшим большую часть существовавших ранее актов по этому вопросу. Этот акт был дополнен Законом о здраво­охранении 1980 г.

Еще более молодым законодательством в Англии стали законы об охране окружающей среды. Первые меры по осо­бому режиму сброса отходов относятся еще к 50-м гг., но особый толчок это законодательство получило в 1970 г., когда в Англии развернулось широкое движение "зеленых" и было образовано Министерство окружающей среды. Имен­но в это время были приняты такие значительные акты, как Закон о контроле над загрязнением окружающей среды 1974 г., предусмотревший создание очистных сооружений и высокие штрафы за его несоблюдение, в частности, за от­сутствие таких сооружений на вновь строящихся предпри­ятиях. В 1974 г. был принят Закон о недопустимости сбро­сов загрязняющих веществ в море. В 1978 г. был принят Закон о чистом воздухе и о контроле над загрязнением ат­мосферы. В 80-е гг. была принята серия законов о защите диких животных и растений.

Развитие английского уголовного права и процесса в XVIII-XX вв. Закончившаяся компромиссом английская революция не привела к сколь-нибудь существенным изме­нениям в области уголовного права, которые задевали бы непосредственно интересы капиталистических предпринимателей. Господствовавшие до реформы 1832 г. земельная аристократия и верхушка буржуазии вполне довольствова­лись уголовно-правовыми нормами, восходящими к дорево­люционному праву.

Большое число преступлений в Англии в это время предусматривалось либо по общему праву, либо по статут­ному праву, причем некоторые из них, например Статут 1351 г. об измене, были приняты в глубоком средневековье. Сохранялась сложившаяся еще в эпоху средневековья трех­членная структура преступлений: тризн (измена), фелония (тяжкое уголовное преступление), мисдиминор (остальные, главным образом, мелкие преступления).

Эта традиционная схема лишь пополнилась в XVIII в. новыми видами преступлений. Особенно выросло число дея­ний, квалифицируемых как фелония и наказуемых по тра­диции смертной казнью и конфискацией имущества. К кон­цу революции (в 1660 г.) в Англии было около 50 видов пре­ступлений, каравшихся смертной казнью, к началу XIX в. к ним добавилось еще около 150.

В развитии английского уголовного права в XVIII в. особенно ясно проступало стремление правящих кругов лю­быми, в том числе самыми жестокими средствами, внушить обездоленным и трудящимся массам "уважение" к частной собственности. В это время смертная казнь устанавлива­лась за умышленное ранение скота, за порубку садовых де­ревьев, за поджог посевов, за карманную кражу в церкви. К смертной казни приговаривались за посылку письма с фик­тивной подписью с целью вымогательства денег, за мелкую кражу (свыше одного шиллинга) и т. д.

В XVIII веке в Англии не только сохранились жесто­кие и чисто средневековые меры наказания, но и вводились новые способы устрашения как самого наказуемого, так и общества в целом. В 1752 г. был принят акт, в котором гово­рилось, что "смертная казнь должна быть дополнена даль­нейшими ужасами и особыми знаками бесчестия". Осужденного на смерть предварительно сажали на хлеб и воду, после казни труп публично вывешивали в цепях, затем его рассекали на части. Широко применялись в XVIII в. и такие наказания, как выставление у позорного столба, бичевание кнутом, конфискация имущества, штрафы и т. д.

Либерализация карательной политики в Англии в это время осуществлялась лишь в той мере, в какой это было необходимо для самих правящих кругов, стремившихся га­рантировать себя от преследований со стороны короля и правительственной власти.

Характерно, что эти изменения коснулись прежде всего уголовного процесса. Об этом свидетельствует прежде всего "Habeas corpus Act" 1679 г., а также отдельные уголовно-правовые и процессуальные нормы Билля о правах 1689 г. и Акта об устроении 1701 г. Теми же стремлениями к созда­нию режима неприкосновенности личности в уголовном про­цессе был вызван к жизни и Статут 1696 г. о рассмотрении дел об измене. Согласно этому акту, копия обвинительного заключения должна была вручаться обвиняемому по край­ней мере за 5 дней до судебного разбирательства дела. Обвиняемый получал право на свидание с адвокатом, мог настаи­вать на вызове новых свидетелей. Однако он мог быть и не уведомлен о свидетелях, дающих показания против него.

Борьба просвещенной верхушки общества за упроче­ние политических свобод в сфере уголовного права и про­цесса в XVIII в. проявилась также в делах о так называе­мой мятежной клевете. Такого рода обвинения правитель­ственные власти неоднократно выдвигали против авторов и издателей публикаций, содержащих критику государствен­ных властей. В 1792 г. парламент издал специальный акт, по которому присяжные получили полную свободу решать вопрос не только о самом факте опубликования "клеветнического" произведения, но и о виновности или невиновности обвиняемого в соответствии со своими представлениями о политике и клевете.

В начале XIX в. с утверждением капитализма англий­ское уголовное право подвергается все более острой крити­ке. Для самих правящих кругов становилось очевидным, что построенная исключительно на жестокости уголовная по­литика не приносит желаемого результата. Абсурдная сви­репость английских законов в XVIII - начале XIX в. при­водила к тому, что присяжные достаточно часто оправды­вали даже заведомо виновных в преступлении лиц только потому, что их ожидало непомерно тяжелое наказание. По­этому английский парламент провел в начале XIX в. серию законов, рассчитанных на то, чтобы путем смягчения нака­заний укрепить существующий правопорядок. В 1817 г. было отменено публичное сечение женщин, в 1816 г. - выставле­ние у позорного столба, в 1823 - 1827 гг. правительство Р. Пиля провело серию актов, резко сокративших примене­ние смертной казни. С 1826 по 1861 г. в Англии число пре­ступлений, караемых смертной казнью, снизилось с 200 до 4. По Акту 1848 г. даже в случае "ведения войны против коро­ля в его королевстве" назначалась не смертная казнь, а по­жизненное заключение.

В середине XIX в. были приняты и другие акты парла­мента, которые существенным образом реформировали уго­ловное право, придав ему по существу (но не по форме, кото­рая нередко оставалась старой) уже современный вид. С по­мощью консолидированных законов в Англии XIX в. было отменено несколько сотен заведомо устаревших законов.

Законом 1870 г. отменялась конфискация имущества преступника, осужденного за фелонию. Тем самым превра­тилось в анахронизм деление преступлений на фелонию и мисдиминор, ибо исторически фелония - это серьезное пре­ступление, которое влекло за собой смертную казнь и обя­зательную конфискацию имущества. После 1870 г. в Англии сложилось положение, когда разница в наказаниях за фе­лонию и мисдиминор фактически исчезла, причем к числу последних относились в ряде случаев более значимые пре­ступления.

В XIX веке произошла и дальнейшая демократизация процедуры рассмотрения уголовных дел. В 1836 г. был при­нят акт, предусмотревший право обвиняемого, заключенно­го в тюрьму, пользоваться услугами адвоката и требовать ознакомления с материалами дела. Естественно, такой за­кон расширял возможности защиты обвиняемого в судеб­ном процессе.

Законом 1898 г. обвиняемому предоставлялось право в случае его желания давать показания в суде. Это был отход от традиционной доктрины "общего права", согласно кото­рой обвиняемый рассматривался как лжец. Но одновремен­но судебная процедура в Англии развивалась в сторону расширения круга дел, по которым судья мог выносить приго­вор в так называемом суммарном порядке, т. е. без участия присяжных.

В XX веке политика упрощения и модернизации уго­ловного права продолжилась путем издания консолидиро­ванных актов или актов, имеющих элементы кодификации, т. е. содержащих новые правовые положения.

Развитие уголовного права Англии в XX веке отража­ло и меняющиеся общественные условия, в том числе рост преступности. Необходимость перестройки уголовной поли­тики повлекла за собой реформу уголовного права. Наибо­лее серьезная перестройка английского уголовного права произошла во второй половине XX в., особенно после созда­ния в 1965 г. Правовой комиссии, поставившей своей зада­чей подготовку кодификации права Англии. Особенно энер­гично комиссия осуществляла кодификационные работы в области уголовного права. К 1985 г. был подготовлен даже проект уголовного кодекса, опубликованный для ознаком­ления с ним широкой общественности. Однако принятие этого кодекса затормозилось. Имея в виду в конечном счете ко­дификацию уголовного права, Правовая комиссия и парла­мент проделали большую предварительную работу по сис­тематизации уголовного права Англии.

В 60-80-е гг. был принят целый ряд важных актов по вопросам общей части уголовного права. Особое место здесь занял Закон об уголовном праве 1967 г., который отменил ставшее анахронизмом традиционное деление всех преступ­лений на фелонию и мисдиминор. Еще ранее, в 1945 г., была упразднена и такая средневековая категория преступлений, как измена (тризн). В законодательном порядке была введе­на новая классификация преступных деяний. Это прежде всего выделение более серьезных преступлений, за которые уста­навливалось наказание в виде лишения свободы на срок свыше 5 лет. Для преступлений этой группы была установлена уп­рощенная процедура ареста подозреваемого. Для остальных преступлений, как менее общественно опасных, такая про­цедура ареста не предусматривалась.

В результате целого ряда актов (Закон о преступном покушении 1981 г., Закон об исправлении правонарушителей 1974 г., серия законов об уголовном правосудии - 1982, 1988, 1991 гг. и др.) подавляющее большинство институтов общей части уголовного права оказалось существенным образом реформированным, старинные правила общего права были потеснены. Они сохранили за собой регулирование таких ин­ститутов, как нападение, неоконченное преступление, опре­деление характера вины, но большинство составов преступ­лений было закреплено в статутном праве (Законы о краже 1968 и 1978 гг., Закон о подлогах и фальшивомонетничестве 1981 г.). В результате активной деятельности парламента в сфере уголовной политики к 90-м гг. XX в. лишь небольшое число отдельных видов преступлений оказалось в сфере ре­гулирования общего права. В их числе: недонесение об изме­не, отдельные виды убийств. Основная же масса составов пре­ступлений определяется теперь статутами.

Одним из важных направлений реформ уголовного права является гуманизация и оптимизация наказания. Это на­шло свое отражение в фактической отмене смертной казни. Так, в 1969 г. была отменена смертная казнь даже за тяж­кое убийство, хотя в Англии формально сохраняют свою силу некоторые старые статуты, предусматривающие смерт­ную казнь по таким преступлениям, как государственная измена, пиратство и поджог королевских доков. Но практи­чески в течение длительного времени никто не был приго­ворен к смертной казни за эти преступления.

В 1948 году были отменены каторжные работы, и наибо­лее тяжелым видом наказания стало лишение свободы с раз­личным режимом. Но современная пенитенциарная политика больше ориентируется на реадаптацию преступников, а по­этому нашла свое выражение в создании специальных дет­ских исправительных учреждений и даже "открытых тюрем".

Широкое распространение в Англии в качестве меры наказания получило условное осуждение (пробация), кото­рое является эффективным способом социальной адапта­ции осужденного, проходящей при особом контроле со сто­роны работников специальной социальной службы.

Рост преступности, увеличение числа судебных дел и связанные с ними перегрузки и медлительность самого су­дебного процесса потребовали во второй половине XX в. дальнейшего реформирования всей судебной системы и уго­ловного процесса в частности.

Важное значение в модернизации судебной системы сыг­рал Закон о судах 1971 г., который ликвидировал ряд судеб­ных инстанций (суды ассизов и др.), унифицировал деятель­ность судов соответствующих округов, а главное, создал но­вый Суд короны, входящий в систему высших судов страны.

Закон о судах и правовом обслуживании 1990 г. демо­кратизировал судебный процесс, ввел неизвестную ранее английскому судебному праву категорию правозаступников (адвокатов), подорвав тем самым корпоративные, сущест­вующие еще со времен средневековья, монополии барристеров и солиситеров. С 1985 г. в Англии наряду с обвините­лями по поручению полиции и потерпевших стала действо­вать система государственных обвинителей по наиболее важ­ным уголовным делам.

При сохранении традиционной состязательности в уго­ловном процессе возросла роль полиции. Тем не менее За­коном 1994 г. о полиции и доказательствах по уголовным делам деятельность полицейских органов ставится в стро­гие рамки. Это касается арестов, обысков, изъятия предме­тов преступления и даже использования электронных уст­ройств и компьютерных данных.

Важное место в XX в. в английской судебной системе и в уголовном процессе по-прежнему занимает суд присяж­ных. Реформой судов 1971 г. была предпринята попытка централизовать подбор присяжных, который осуществля­ется теперь не шерифами, как это было исторически, а под­бирается чиновниками, назначенными лордом-канцлером. Однако процессы демократизации коснулись и института присяжных заседателей, для которых с 1972 г. отменен иму­щественный и снижен возрастной цензы.

Все указанные выше изменения были консолидирова­ны Законом 1974 г. о присяжных. Однако в общем числе судебных дел роль суда присяжных в уголовном процессе Англии в последние десятилетия относительно сужается за счет расширения числа дел, рассматриваемых судьями единолично, без участия присяжных заседателей, в так назы­ваемом суммарном порядке.

 

Глава 20. Право Соединенных Штатов Америки

 

Становление правовой системы США в колониаль­ный период. Само понятие "правовая система" примени­тельно к США используется лишь условно. По сути дела единой национальной правовой системы, как ее понимают в большинстве государств мира, в США никогда не было и нет. В XVII-XVIII вв. на территории будущих Штатов од­новременно складывалось 13 правовых систем (по числу английских колоний). В настоящее время на территории США действуют 50 штатных (по числу штатов) и одна фе­деральная правовая система, образование которой произошло уже после завоевания независимости и принятия Конститу­ции 1787 г.

Таким образом, правовая система США - это сово­купность всех указанных выше правовых систем, которые при всей их неповторимости и самостоятельности обладают внутренним единством. Значительная степень сходства пра­вовых институтов федерации и штатов объясняется преж­де всего историческими факторами.

Формирование правовой системы в США началось еще в колониальный период. Все 13 английских колоний при раз­нообразии их социального и политического устройства име­ли общие правовые корни, уходящие в дореволюционную историю Англии.

В XVII в., в период английской колонизации Северной Америки, поселенцы перенесли с собой из Старого Света привычные для них судебные и правовые порядки. Однако эти порядки, естественные для Англии, на новой почве при­живались лишь постепенно и не без трудностей.

Для многих поселенцев, бежавших в Новый Свет из-за политических и религиозных преследований, английское право долго воспринималось как нечто враждебное.

В некоторых колониях, которые основывались не анг­личанами, а голландцами (например, Нью-Йорк), в какой-то период действовало голландское право. Впоследствии оно было вытеснено английскими колонистами с помощью об­щего права и законодательства.

Для использования казуистичного и достаточно слож­ного английского общего права ("права юристов", как его иногда называли) в колониях, особенно в XVII в., не хватало юристов-профессионалов. Тем не менее еще до провозгла­шения независимости в США практически шел активный процесс трансплантации английского общего права, права справедливости и статутного права, которые имели в коло­ниях прямое действие.

Этот процесс, сопровождавшийся введением в колони­ях системы судов и присяжных заседателей по типу Анг­лии, растянулся в XVII в. на десятилетия в силу оторван­ности колоний от Старого Света, разбросанности поселений на большой территории и самой технико-юридической слож­ности английских правовых конструкций, которые предпо­лагали подготовку сведущих специалистов из числа самих жителей колоний. Таковые появляются лишь в XVIII в.

Не случайно первоначально в колониях действовало упрощенное английское право или же просто смесь обычаев поселенцев с их морально-религиозными установками, даже с библейскими текстами.

Естественно, что в особых колониальных условиях анг­лийское общее право в его чистом виде не могло быть при­менимо. Колонисты не восприняли отдельные правовые ин­ституты феодального происхождения, не имеющие почву в американском обществе. Так, постепенно в колониях отме­няется принцип первородства (майората), который имел большое значение в английской правовой системе. Колони­альные суды в Америке освобождали английское общее право от многих технических деталей и сложностей, видоизменя­ли отдельные правовые конструкции и целые институты права.

В некоторых колониях была предпринята попытка своеобразной и достаточно простой кодификации законода­тельства, как английского, так и принятого местными легис­латурами (законодательными собраниями колоний). Так, в 1648 г. был составлен законодательный сборник "Право и свободы Массачусетса", оказавший влияние на кодифика­ции, проведенные в некоторых других колониях.

Данный сборник отразил общую для колоний тенден­цию к упрощению английского права с тем, чтобы оно было более понятно самим поселенцам. Поэтому в такие сборни­ки, созданные позднее в других колониях, включались не только правовые предписания, но и пуританские обычаи и морально-религиозные принципы, получившие признание в колониальных судах. Но в целом эти сборники восприня­ли не только английское законодательство, но и общий дух английского прецедентного права.

Несмотря на свое средневековое происхождение, ар­хаичность формы и казуистичность содержания судебные прецеденты проявили достаточно высокую степень гибко­сти и приспособляемости к потребностям капиталистиче­ского предпринимательства, к условиям формирования но­вого гражданского общества.

Уже в дореволюционный период со второй половины XVIII в. в связи с нехваткой юридических знаний и литера­туры большим авторитетом в колониях, а затем и в штатах пользовался трактат английского юриста У. Блэкстона "Ком­ментарии к законам Англии". Этот доктринальный источ­ник права имел своей целью разъяснение и обоснование английского права. Популярность данного произведения в Новом Свете была даже большей, чем в самой Англии. Оно было известно и американским судьям, которые рассматри­вали многие положения этого трактата как руководство в судебной практике.

Эволюция общего права после завоевания независи­мости. После провозглашения независимости, несмотря на сильные антианглийские настроения, принцип правового континуитета взял верх и прецедентное право сохранило свое действие уже в правовых системах штатов. Свою роль здесь сыграла и сложившаяся к этому времени своего рода юридическая каста, состоявшая из профессионалов высо­кого класса, способных иметь дело с технически развитой системой права. Еще во время становления американской государственности английское право получило официаль­ное признание в каждом из штатов.

Рецепция английского права осуществлялась с помо­щью соответствующих положений конституций штатов или иных законодательных актов, причем восприняты были толь­ко те его нормы, которые не противоречили действующему праву штатов. Технико-юридические формулы признания штатами дореволюционного права были различными, но типичным являлось положение о том, что право каждой колонии (штата) включает в себя лишь ту часть английско­го права, которая датируется раньше чем 1607 г. или, по крайней мере, 1776 г.

В конституциях некоторых штатов английское право как таковое прямо не упоминалось. В них в общей форме говорилось о сохранении юридической силы права, которое было здесь до независимости. В отдельных штатах (Мэри­ленд, Нью-Йорк и др.) английские статуты и общее право прямо были названы в качестве источников права (с ука­занной выше ограничительной датой).




Поиск по сайту:







©2015-2020 mykonspekts.ru Все права принадлежат авторам размещенных материалов.